Месть со вкусом крови

- Вы должны быть осторожны, - шепнул Артур, озираясь на рыцарей, притаившихся среди густой листвы вместе с ним. Впереди, почти незаметный, надежно спрятавшийся за широкими деревьями, стоял маленький домик, больше похожий на старую полуразвалившуюся лачугу. - Все так, как сказал сэр Кей, - произнес Леон. - Это она. - Тогда чего мы ждем? - Гвейн нетерпеливо заерзал на своем месте. Все трое переглянулись и, повинуясь единогласному решению, одновременно выбрались из укрытия и, держа мечи наготове, начали медленно и осторожно приближаться к хижине, памятуя о шести погибших товарищах. Гвейн подошел первым, и резко распахнул дверь, оказавшуюся незапертой. Артур быстро шмыгнул внутрь, держа меч перед собой. Но домик оказался пуст. Скромное убранство единственной комнаты, неоконченный обед на столе, кровать в углу - все указывало на то, что здесь кто-то жил. Но где она? Король оглянулся на Гвейна и развел руками. Засунув меч в ножны, Артур вышел наружу, и... едва не споткнулся о тело сэра Леона, лежащего прямо на пороге. Он же остался охранять вход... Король нагнулся, чтобы проверить, жив ли верный рыцарь. Судя по всему, он просто был без сознания. - Сир! Гвейн навалился на короля сбоку, повалив того на землю. Артур перекатился на бок и вскочил на ноги, мысленно благодаря друга: в место, где он стоял еще секунду назад, ударила красная искра проклятия. Король быстро выхватил меч. Перед ними стояла Моргана, такая, какой он ее запомнил с последней встречи: гордая, с презрительным выражением на лице. Ее зеленые глаза неуловимо сверкнули золотом - и поднявший свой клинок Гвейн с тихим стоном упал на землю, выронив оружие. Артур повернулся к сестре, загораживая собой товарища. Колдунья расхохоталась: - Мне даже не придется воевать за трон, братец! Ты вовремя зашел! Я убью тебя прямо здесь! Когда-то она была ему другом, но не теперь. Не теперь, когда она, его сестра, видела в нем только преграду - единственную преграду на пути к трону, жалкого червяка, которого непременно надо было раздавить. Но он был не таким. И если ему придется убить ее, он это сделает. Она сама хотела этого - сама создала своего врага. - Где Мерлин? - жестко и без предисловий спросил Артур. Моргана удивленно подняла брови и сделала шаг в сторону. - Ты потерял своего слугу? Aestires! Молодой человек ринулся в сторону, и часть стены дома обрушилась. Моргана заскрежетала зубами, на этот раз не медля с заклинанием: - Forbearne! Артур едва успел выставить перед собой меч и, к его удивлению, огненный шар, едва коснувшись лезвия, распался. - Forbearne! Произошло то же самое. Король чувствовал, как магия, эта невидимая сила, словно испарилась, ударившись о его клинок, словно о щит. - Кто дал тебе этот меч? - прошипела колдунья. - Сначала скажи, где мой слуга, - потребовал Артур. - Я понятия не имею, о чем ты говоришь! - отрезала Моргана, все еще не сводя глаз с его клинка. - Что ты с ним сделала? Где Мерлин? - Ты совсем спятил? Я не знаю! Откуда мне знать? - Но это ведь ты его похитила! От неожиданности Моргана даже опустила руки и с неподдельным удивлением уставилась на брата: - Что? - Где ты его держишь? - уже не так уверенно продолжал Артур. Что-то в голосе сестры и ее взгляде заставляло поверить в ее искренность. Но как она могла не знать? Король отбросил все сомнения. Она уже не та, с которой он играл в детстве. Она - подлая, лживая колдунья, державшая в плену его отца и мечтающая убить его самого. Ей нельзя верить. - Скажи, где он, или я убью тебя, - для пущей убедительности он угрожающе замахнулся мечом. Колдунья расхохоталась. - Ты-меня? Akwele! Отраженное от Эскалибура заклинание ударило по ней самой. Судорожно хватая ртом воздух, Моргана упала на землю, не в силах терпеть ужасающую боль, разрывающую ее на части. Это было не смертельное заклинание, но причиняло мучения, схожие с пытками. Король подошел к распростертой сестре и наставил на нее меч: - Скажи, где мой друг, и я подарю тебе легкую смерть. - Кто дал тебе этот меч? - простонала в ответ волшебница. - Он заколдован. Взгляд Артура скользнул по глади клинка. - Этот меч не заколдован, просто он очень древний. Им может владеть лишь истинный король. - Нет, - прошептала Моргана. - Он зачарован. Какая необычная магия. Тот, кто дал тебе его, очень могущественный волшебник. Как странно, что такой дар достался врагу магии... Раздраженный тем, что она пытается сбить его с толку какой-то ерундой, Артур прижал острие меча к ее груди. - Говори, где Мерлин. - Я не знаю, - хрипло рассмеялась колдунья, морщась от боли. - Почему ты решил, что можешь травить меня, словно зверя, шайкой своих собак? Я убила всех шестерых, убью и тебя! И все это из-за какого-то слуги? - Ведь это ты похитила его. - Я не похищала Мерлина, - выплюнула Моргана, пытаясь собраться с силами. - На кой черт он мне нужен? - Тебе лучше знать, - возразил Артур. - Ты могла пытать его, чтобы выведать нужную тебе информацию... Или убить, чтобы причинить мне боль. На губах брюнетки блуждала безумная улыбка: - Если бы я убила его, то послала бы тебе его голову, замаринованную в соусе, и с яблоком во рту. Артур невольно вздрогнул, отводя глаза. Она внушала ему отвращение. - Кем ты стала? - брезгливо спросил он, убирая меч. - И убить тебя противно. - Неправда, - парировала Моргана. - Просто у тебя кишка тонка. - Может, кому-то другому суждено это сделать? - съязвил Артур. Он не заметил, как она вздрогнула. Больше не глядя на колдунью, тщетно пытавшуюся вернуть силы и послать ему в спину смертоносное проклятие, король привел в чувство товарищей и, не оглядываясь, поехал прочь с поляны. Злившейся на собственную беспомощность Моргане оставалось только ждать окончания действия проклятия и отстраненно думать о том, что пора бы сменить место жительства, пока нет возможности перебраться в замок. *** Он никогда не бывал в пустыне, но ощущения были такими, словно под конец жизни туда все же "повезло" наведаться. Он знал, что умирает, буквально чувствовал, как дышит в спину холодное дыхание смерти. Он не видел белого света, который, как говорят, видят умирающие. Единственным цветом в этой проклятой темнице был черный. Цвет ночи, зла и пустоты. А еще цвет мести. В этот раз она была с красным - цветом его крови. Солоноватый привкус железа - отвратительный, мерзкий. Кто-то вытягивал его из холодных объятий смерти, ласково обещавшей покой, и заставлял проходить через пустыню - снова и снова. Глаза резало от неожиданного света, боль по всему телу мешала дышать, словно в легкие забился песок, а горло нещадно саднило, умоляя хотя бы о глотке воды. Он больше не хотел жить - не хотел снова возвращаться в этот кошмар, заново проходить все круги ада. Но его тело думало иначе. Оно упрямо боролось за жизнь, жадно впитывая каждую каплю живительной влаги, каждый глоток противного лекарства и каждую ложку мерзкого бульона, которым его теперь кормили. Впрочем, весь период недолгого лечения прошел мимо Мерлина: он не запомнил ни лица, ни имени лекаря, терпеливо ухаживавшего за ним. Тому дали лишь пару дней, чтобы поставить пленника на ноги, и он сделал все, что мог. Сейчас, проснувшись от жуткой тряски, Мерлин чуть приоткрыл глаза и расфокусированным взглядом огляделся вокруг. Он лежал на мягком красном сиденье, кажется, обитом бархатом, но сверху на него положили какую-то тряпку. Напротив сидел человек, очень знакомый... Клод. Едва вспомнив одного из своих мучителей, волшебник напрягся, приподнявшись на локте и забыв всякую боль. Тряска. Внизу был пол, сбоку трепыхались занавески, пахло лошадьми... Карета. Он ехал в карете. Они куда-то везли его... зачем? Клод повернул голову и пристально посмотрел на пленника. Мерлин инстинктивно вжался в спинку сиденья, отпрянув назад, как птица при виде гремучей змеи. Он лихорадочно соображал. Сил для побега было мало и, хотя браслет сняли, его магия еще не вернулась. Ему не выбраться отсюда, не выбраться! Карета остановилась. Послышалось ржание лошадей и приближающееся цоканье копыт. Какие-то всадники поравнялись с ними, и неожиданно волшебник услышал до боли знакомый голос: - Сэр Брайан! Какая неожиданная встреча! Артур! Он здесь! Здесь! Совсем рядом! Артур!