Месть со вкусом крови

Вереница лиловых синяков тянулась вверх по руке, от запястья до локтя, и наверняка выше - Артур не видел, для этого нужно было заворачивать рукав еще выше. Король сидел у постели своего слуги и хмуро оглядывал то, что доступно было его взору - например, рубец возле ключицы, на этот раз не скрываемый синим платком, или след от бича на плече, обнаружившийся благодаря съехавшей набок рубашке. Король не решался смотреть дальше, боясь того, что может увидеть. Вошедший в каморку Гаюс поставил на стол миску с какой-то микстурой. - Он поправится? - взволнованно спросил Артур. - Он дома, здесь он быстро пойдет на поправку, - тихо ответил лекарь. - Все очень плохо, да, Гаюс? - Сир, вы, наверное, не видели всей картины... - И не хочу видеть, - поспешно сказал правитель, но хозяин комнаты неумолимо шагнул вперед, аккуратно перевернул своего подопечного на живот и задрал чистую рубашку вверх, обнажая израненную спину, кое-где перевязанную бинтами. Артур невольно отшатнулся, увидев страшные раны, только-только начинавшие заживать. - И так по всему телу, - жестко сказал Гаюс. - Он еще долго пролежит в постели, даже когда очнется. Тот, кто сделал это с ним - не человек. Но самое страшное не это, сир. Все это заживет. Самое ужасное - то, что в его душе. Правитель не ответил, не в силах оторвать потрясенного взгляда от багровых кровоподтеков на теле своего друга. Страшно было представить, как это выглядело, когда раны были еще свежими. - Клянусь, Гаюс, они дорого за это заплатят, - пробормотал король, пряча лицо в ладонях и отворачиваясь от лекаря. - Как же я себя ненавижу... Это моя вина. - Нет, - твердо возразил пожилой мужчина. - Моя вина... - повторил Артур, словно не слыша придворного. Он отнял руки от глаз и слепо уставился в одну точку где-то над левым плечом Гаюса. - Какой же из меня король? Как я могу защищать своих подданных, если я не в состоянии защитить своего лучшего друга? - Артур, - попытался возразить Гаюс, но молодой монарх не дал ему продолжить: - Я даже не могу распознать подлеца среди рыцарей, не могу разглядеть предателя среди благородных мужей! Я всю жизнь совершаю страшные ошибки, и это стоит жизни дорогим мне людям! Может быть, правильнее было бы отдать престол Моргане, пока из- за моей глупости не пострадало еще больше людей? - Артур, прекрати вести себя, как венценосный болван, - не выдержал старый лекарь, и твердо посмотрел в глаза изумленному правителю. - Ты бы слышал, какую чушь несешь. Ты никого не убил. - Но Мерлин пострадал из-за меня... - Артур, ты ни в чем не виноват! - Как я мог сделать Брайана и Клода рыцарями? Как я мог позволить им, недостойным этого звания, стать воинами армии Камелота? Почему я не был там, чтобы защитить Гвиневру, и это пришлось делать Мерлину! А не имея возможности добраться до меня, они решили отомстить ему! - Не делай поспешных выводов, в том подвале могла быть и не его кровь... - Гаюс, посмотри на него! Ты сам видишь, как они издевались и мучили его. Там было столько крови, Гаюс... - голос короля стал тише, и он невольно перевел взгляд на все еще бессознательного друга, закусив губу. - Когда я найду их, они пожалеют, что родились на свет. Старый лекарь хотел что-то ответить, но в этот момент его подопечный негромко застонал и попытался повернуться на бок. И король, и придворный склонились над спящим. - Мерлин? Но волшебник не ответил; прошептав что-то и облизав потрескавшиеся губы, он глубоко выдохнул и на мгновение открыл глаза. Артур резко отпрянул, увидев вместо привычной синевы яркий огонь. Но уже в следующую секунду Мерлин закрыл глаза и погрузился в сон. - Я такое уже видел раньше, - произнес король прежде, чем лекарь успел вставить хоть слово. - Что видели, сир? - невозмутимо спросил Гаюс, изо всех сил стараясь казаться спокойным. Артур бросил на него подозрительный взгляд: - Видел у Морганы. И у других магов, когда они колдовали. И у Мерлина вижу не в первый раз. Он так же просыпался, пока я вез его по дороге в замок, и я уже видел эту магию в его глазах. - Вам почудилось, - абсолютно уверенно заявил старый лекарь, и Артур подумал, что поверил бы, если бы не видел все своими глазами: настолько убедительно звучал тон Гаюса. - Я не осуждаю, - поспешно вставил король. - Кажется, я всегда подозревал это. С ним всегда что-то было не так. То ветка удачно упадет на голову разбойнику, когда нас пытаются ограбить, то наемник упадет с лошади, пытаясь пронзить меня мечом... Всякие странности, и только когда Мерлин рядом. Разумеется, я знал, что не настолько везуч, - закончил Артур, усмехнувшись. - Совершенно не понимаю, о чем вы, сир, - сухо сказал Гаюс, решив придерживаться избранной тактики поведения. - Полноте, Гаюс. Ты знал. Всегда. И я ценю, что ты защищаешь его и сейчас, когда все очевидно. Но не стоит. - Значит, я просто должен смириться и смотреть, как вы казните невинного человека? - не сдержался старый придворный. - Если бы я хотел казнить его, он бы сейчас здесь не лежал, - ответил Артур. - Но ты путаешь меня с моим отцом, Гаюс. А ведь я совершенно не такой. В дверь постучали, и сэр Леон поклонился королю, войдя в тесную каморку: - Сир, сэра Брайана и Клода нашли. Они доставлены в замок. Ждем ваших указаний. Лицо блондина мгновенно посуровело. Встав со стула, он пристально взглянул на рыцаря: - Сэр Леон, где тот палач, которого я уволил, сказав, что в его услугах мы более не нуждаемся? - Из пыточной? - рыцарь передернул плечом. - Вы же выгнали его сразу, как только стали королем. Но, насколько я помню, он живет в Нижнем городе, так что разыскать его не составит труда... - Разыщите и пообещайте щедрое вознаграждение, - отрывисто сказал Артур. - Приведите его, и пусть приступает. Я не скуплюсь на любую сумму, которую он запросит. - Может, не будете так торопиться, сир? Один из них - все еще рыцарь. У вас нет прямых улик против них, а они вправе рассчитывать на справедливый суд. - Арестованный работорговец подтвердил, что они продали ему моего слугу! - взорвался Артур. - Какие еще доказательства тебе нужны, Леон? - Нужно, чтобы сам Мерлин подтвердил, - сказал рыцарь. Король обернулся, чтобы внимательно взглянуть на своего друга, который забылся тревожным сном, не ведая о том, что творится вокруг. Артур с жалостью смотрел на синяки вокруг шеи, ссадины и свежий рубец у виска; даже во сне лицо волшебника не было спокойным. Он беспокойно ворочался время от времени, хмурясь, и тогда лоб пересекала морщинка, которой раньше не было. Стертые в кровь руки, грязные, сломанные ногти, запекшаяся кое-где кровь... - Пускай палач приступает, - повторил Артур, стремительно покидая комнату, не в силах больше выносить давящее бремя вины, боли и ярости.