Tremble & Depart / Трепещите и удалитесь

      Пэнси Паркинсон носила самые высокие каблуки среди всех сотрудников «Ежедневного пророка». Её тёмные волосы были подстрижены до подбородка по строгой линии. А губы окрашены в агрессивный красный цвет. Узкая юбка облегала её изгибы. Мантия осталась брошенной на стуле. И тем не менее, она носила с собой маггловский блокнот и ручку, делая пометки, пока разговаривала с пожилой женщиной на тихих тонах.       — Может, нам просто… подойти к ней? — спросил Поттер.       — Никто не прерывает Пэнси, — ответил Драко. — Дайте ей время.       — Малфой, у меня нет целого дня, чтобы ждать, пока кто-то закончит разговор.       — Возможно, роль спасителя мира перечеркнула те манеры, которыми ты когда-то обладал, но вежливость требует подождать… чёрт возьми.       Драко последовал за Грейнджер, которая пересекла зал новостей, чтобы проделать именно то, что он запретил делать Поттеру.       Пэнси извинилась и повернулась к их разношерстной группе.       — Простите, но мне кажется, что я проснулась в параллельной вселенной.       Драко осторожно встал между двумя ведьмами из лучших побуждений, не обращая внимания на раздражённое ворчание Грейнджер.       — Привет, Пэнси.       — Да, здравствуйте, что вам нужно? Здесь моё рабочее место, Драко, и я ужасно занята одной историей.       Она обошла их и подошла к аккуратному столу, нацарапала ответ на записку, которая молнией взлетела в воздух, и начала перебирать различные вырезки из новостей.       — Мы надеемся, что ты сможешь предоставить нам информацию о производственном процессе и используемом сырье…       — Драко, разве я похожа на человека, переступавшего порог производственного цеха? Во-первых, это платье из шёлка. Его стоимость, скорее всего, повергла бы Грейнджер в ужас.       — Я знаю, что на самом деле ты не собираешься отвечать на этот вопрос…       — Извини, Пэнси, но это очень важно, и мы бы не спрашивали, если бы это было не так, — перебил Поттер. — Официальное дело Министерства. Аврорского департамента. Если это поможет…       — И, конечно, вы понимаете, что пришли без предупреждения посреди моего рабочего дня, чтобы задать вопросы, на которые я не могу ответить. Я репортёр. Я пишу, редактирую и беру интервью, так что если вы не предлагаете эксклюзив, я не могу вам помочь.       — Возможно, ты знаешь кого-то, кто может? Кто-то, с кем ты дружна, — спросила Грейнджер, бросив на Драко взгляд.       Пэнси уловила этот жест. Красные губы приподнялись в уголках. От неё ничего не ускользнуло.       — Знаете что, я как раз могу. Тогда пойдём.       Пэнси вывела их из зала новостей на лестничную площадку, стук её каблуков отдавался эхом при спуске. У подножья располагалась металлическая дверь. Она взмахнула палочкой в форме восьмёрки, пробормотала заклинание, и дверь распахнулась. Внутри оказалось светлое складское помещение с высокими потолками и полдюжины ведьм и волшебников, работавших над копиями вечернего выпуска.       Одни подливали чернила из больших чанов, проводя ими по рулонам пергамента, переписывая заголовки, которые менялись и перестраивались при движении. Другие печатали колдографии, обрезая края, чтобы они поместились на странице.       К ним с широкой улыбкой подошёл невысокий парень со светло-каштановыми волосами, спадающими на лоб. Младший брат Криви.       — Пэнси! Что я могу для тебя сделать? О, привет, Гарри. Гермиона. И, простите, я не могу припомнить, встречались ли мы? — Он говорил быстро, с нервной интонацией. Постоянно поглядывая на Пэнси между своими словами. Несомненно, ища её одобрения.       Драко представился и коротко пожал ему руку. Вытер чернила о брюки.       — Поттер и Драко работают в аврорском отделе. Я не совсем понимаю, почему Грейнджер здесь с ними, но, независимо от этого, у них есть к тебе несколько вопросов, — сообщила Пэнси. С Деннисом она говорила по-другому, её тон звучал немного слащавее, чем обычно. — У тебя есть минутка?       Деннис кивнул, в его глазах светилась надежда.       — Всё что угодно, — сказал он Пэнси, а затем выжидающе посмотрел на Поттера.       — Что вы можете рассказать нам о материалах, используемых для изготовления «Пророка»? — спросила Грейнджер, держа в руке один из липких листков бумаги и перо в другой. — В частности, создаете ли вы чернила здесь?       Он покачал головой.       — Мы ничего не делаем своими силами. Всё поставляется. Мы пользуемся услугами одних и тех же поставщиков уже сотни лет. Чернила особенно трудно заменить. Они должны включать свойства трансфигурации, чтобы заголовки обновлялись в реальном времени. Раньше всё устаревало к концу дня, а теперь мы можем переписывать новые заголовки, используя наш мастер…       Драко видел, как двигаются полочки мозга Гермионы, жаждущей задать сотню вопросов, на которые у них не было времени, пока Криви продолжал. Прерывать его было невежливо, но он всё равно это сделал.       — В этом вопросе есть некоторая срочность, поэтому, если бы вы могли направить нас к вашему поставщику чернил, это было бы очень полезно.       — Тот же, что и у вас, как я понял. «Скриббулус», прямо здесь, в Косом переулке.       — Заметили ли вы какие-нибудь изменения в чернилах за последние несколько месяцев? — спросил Поттер. От него исходила тревожная энергия, которая проявлялась в мелких жестах — он сдвигал очки на нос и держал палочку в кармане, поднимался на носки, а затем снова опускался на пятки.       Деннис покачал головой и снова взглянул на Пэнси, которая улыбнулась ему такой улыбкой, которую Драко редко видел.       — Есть ли что-то, что я должен поискать? Вечерний выпуск должен выйти через несколько часов.       — Всё в порядке, мы просто проводим предварительный допрос. Спасибо, Деннис, рад снова вас видеть, — сказал Поттер, протягивая руку. Все пожали друг другу руки и обменялись благодарственными словами.       Пэнси притянула Драко к себе и ухмыльнулась.       — Так ты сделал это?       — Я не знаю, о чём ты говоришь, — ответил он, оглядывая Поттера, Криви и Грейнджер.       — Наконец ты признал это, и она тоже. Тео не сплетничает, но взгляды не лгут. Блейз задолжал мне крупную сумму…       — Как долго ты строишь глазки Криви?       Её губы сжались.       — Мы с Деннисом работаем вместе.       — Возможно, тебе стоит ознакомиться с правилами служебных отношений, Пэнс. Этот человек будет довольствоваться тем, что кланяется тебе в ноги, пока ты не скажешь ему остановиться или не согласишься быть с ним.       Драко повернулся, чтобы вернуться к своей компании, но она снова притянула его к себе, впившись ногтями в его запястье.       — Надеюсь, ты счастлив, — произнесла Пэнси. — Я серьёзно, Драко. Знаю, мы шутили, что счастье недостижимо для таких людей, как мы, но оно есть. Ты просто должен принять его.       Деннис улыбнулся ей, и она ответила ему улыбкой, слегка взмахнув рукой и сбросив руку Драко. Грейнджер крепко сжимала в ладонях ремень своей сумки, слегка нахмурив брови. Он улыбнулся ей и покачал головой.       — Возможно, ты права. Лучше спроси меня в другой раз. — Подойдя к ним, он добавил: — Спасибо за помощь, Пэнс.       За пределами редакции «Ежедневного пророка» Грейнджер перекладывала вещи в своей сумке. Гермиона убрала клейкие листочки и ручки. Обеденный перерыв почти закончился, и у них появилось больше информации, которую можно было использовать.       — Мне нужно взять команду авроров в «Скриббулус». Исследуйте магазин и опросите всех, кто там работает, — сказал Поттер.       Драко кивнул. Им придётся прочесать всё здание.       — Мы должны проверить чернила. Убедиться, что подделывали не только для «Пророка». Одна из твоих суспензий может помочь? — спросила Грейнджер, глядя на него.       — Это должно сработать, да. Мне понадобится по меньшей мере флакончик, чтобы попробовать несколько разных штук.       — Я поговорю с Робардсом. Посмотрим, знаем ли мы что-нибудь о персонале магазина из других расследований. Я думаю, это одно из мест, пострадавших во время войны. Возможно, магазин переходил из рук в руки или что-то в этом роде, — сказал Поттер.       Грейнджер задала ему несколько вопросов, пока Драко размышлял о канцелярском магазине. И о людях, которые, насколько ему известно, там работали.       — Сраный Маркус Флинт, — выпалил он, оторвав остальных от их разговора.       — А что с ним? — спросил Поттер.       — Работает там. Чистокровный, но не Пожиратель смерти, поэтому о нём особо не беспокоились. Должно быть, это Флинт. Он неплохо разбирался в зельях, но ненавидел школу. С правильным учителем, таким как Нотт-старший, он мог бы преуспеть… — Драко перебирал воспоминания, продираясь сквозь небольшие аккуратные разделы, пока не нашел то, что искал. — Я видел, как Флинт покупал ингредиенты дважды за последние шесть месяцев. В первый раз — корень валерианы, оптом. Я тоже покупал его, это распространенный ингредиент, но у него короткий срок годности, и покупать его нужно в большом количестве — а несколько дней назад, когда я выходил из «Лозы изобилия», я увидел его в Лютном. Он направлялся к аптеке. Это должен быть он.       — Мы переговорим со всеми, но он должен быть в приоритете…       — А что, если его не окажется там, Поттер? Это сложный яд, требующий точного приготовления и заклинаний, я очень сомневаюсь, что он готовит его на своём рабочем месте.       — Тогда я предлагаю вам отыскать его и передать весточку, если найдёте. Я скажу Робардсу, что ты этим занимаешься. Гермиона, ты должна…       — Пойти с ним, очевидно, — ответила она, положив руки на бёдра. — Разве это не политика департамента магического правопорядка, что никто не работает в одиночку?       Поттер вздохнул.       — Хорошо. Просто… будь осторожна, хорошо?       Она кивнула, и Гарри поспешил в сторону Министерства, на ходу вызывая Патронуса. Серебристый олень галопом устремился к квартире Тео.       — Ты знаешь, где проживает Маркус Флинт?       — Нет, но я знаю кое-кого, кто знает. За правильную цену.       Драко провёл рукой по её спине и направил к входу в Лютный переулок. Ему хотелось прогуляться со своей ведьмой где-нибудь в более приятном месте.       Наступил полдень, поэтому в мрачном районе волшебного Лондона царила тишина. Колокольчик над дверью в «Горбин и Бэркес» звякнул, когда они вошли. Исчезательный шкаф теперь служил лишь декоративным элементом, но от одного его вида у него перехватило дыхание. Стоящий за прилавком Горбин строчил в бухгалтерской книге и с раздражением поднял голову.       — Дважды за неделю, молодой мистер Малфой. Чем обязан?       Драко засунул руки в карманы, открывая кошелек одной рукой и держа палочку в другой.       — Я надеюсь на информацию. О Маркусе Флинте.       Горбин закрыл книгу и положил перо на богато украшенную подставку. Перо ворона сверкало в слабом свете магазина.       — Он не совершал у меня покупок уже некоторое время. Боюсь, сейчас у меня нет больше информации, которой я мог бы поделиться.       На прилавок лёг галлеон. Драко подвинул его ближе к мужчине.       — Я немного тороплюсь, Горбин, так что если бы мы могли пропустить эту часть, я был бы вам признателен.       Пока он осматривал монету с наглостью, которую Драко терпеть не мог, Грейнджер обвела глазами магазин, с живым интересом каталогизируя вещи.       — И что мне с этим делать?       — Достаточно адреса, — сказал Драко и нашарил в кармане ещё одну монету. Подождал.       — Это личная информация, вы не находите? — ответил Горбин, переведя взгляд на прилавок. Драко положил очередной галлеон.       — Действительно. Не стоит забывать, что я теперь работаю на Министерство, и моё терпение иссякает.       Горбин усмехнулся и убрал монеты в карман. Затем он достал перо и клочок пергамента.       — Ну и компания у тебя нынче, Драко. Интересно, что бы сказал об этом твой отец.       Драко выхватил бумагу и положил в карман.       — Осторожнее, Горбин. То, что ты никогда не принимал Метку, не означает, что Министерство убеждено в твоей невиновности.       — Доброго дня вам, мистер Малфой. И вам, мисс Грейнджер. Надеюсь, вы когда-нибудь снова поддержите мой магазин.       Грейнджер сузила глаза и промолчала. Когда они уходили, Драко не выпускал из рук палочку, нацеленную на продавца. На всякий случай.       Ему стало легче дышать, когда они закрыли дверь, и ещё легче после того, как он схватил её за руку и потащил за собой, пока они не добрались до угла, где находился дом Тео.       — Драко, я не уверена, что мне это нравится, — сказала она. — С чего мы взяли, что информация верна?       — Горбин знает всё обо всех. Я не удивлюсь, если он знает твой адрес. Он в первую очередь поставщик секретов, а во вторую — безделушек. Это всем известно.       Она покраснела.       — Возможно, каждый в… том мире. Если бы Министерство прознало…       — Им выгоднее не трогать его. На случай, если он им понадобится.       Драко натянул свой плащ и прижал её к себе. Затем он развернул пергамент, который дал ему Горбин. Там был адрес, написанный плохим почерком: 639 Форсайт Роуд, Агли, Эссекс.       — Агли. Неудачное название. Ты когда-нибудь бывал там? — спросила Грейнджер.       Он покачал головой.       — Я думал, он из Брайтона. Но если он хотел найти место недалеко от Лондона, но более уединённое, то логично было бы выбрать Эссекс.       — Если никто из нас там не был, как мы вообще туда попадём? Мы не можем аппарировать, если не имеем представления о месте назначения.       Драко достал свою палочку и прочертил руническую последовательность над дверью Тео.       — Попробуем воспользоваться камином. Если он закрыт, мы взглянем на карту и доберёмся до ближайшей точки, в которой кто-то из нас уже бывал.       — Ты серьёзно врываешься в квартиру Тео прямо сейчас?       — Это не взлом, если у меня есть мой собственный рунический ключ. Пойдём, — произнёс Драко и потянул её внутрь. Взмахом палочки он сбросил защиту и начал подниматься по лестнице, зовя Тео.       На самом верху лестницы Тео устремил на них взгляд.       — Это всё равно взлом и проникновение. Если бы я был магглом, я бы вызвал полицию. На самом деле, мне не нужно быть магглом. Мой… знакомый, который проводит здесь время, — полицейский-волшебник, вы же понимаете.       — Да, и он послал нас на это задание, так что по доброй воле ты помогаешь полицейским-волшебникам. Не сомневаюсь, твоя мечта сбылась, — ответил Драко.       — Могу я предложить вам выпить или что-нибудь ещё, чтобы вы чувствовали себя более комфортно в моём доме, в который вломились? — спросил Тео.       — Это очень любезно с твоей стороны, Тео, но думается, нам придётся одолжить у тебя камин, — сказала Грейнджер.       — Тебе нужно обзавестись собственным грёбаным камином, Драко. Это уже вторжение в мою личную жизнь.       — Мне не позволено, ты же знаешь, — ответил он, закатывая глаза. Малфой снял свой плащ и отправил в шкаф, прихватив и плащ Грейнджер. Затем он подвел её к камину и достал летучий порох.       — Погодите, куда именно вы направляетесь?       — В какое-то ужасное место, наверное, — ответил Драко. Он бросил порох, и пламя вспыхнуло зелёным.       — Тео, ты должен остаться здесь, — произнесла Грейнджер, положив руку ему на плечо. — Скажи Гарри, куда мы направились, если мы не вернёмся к ночи. На всякий случай, если я не смогу послать Патронуса, как в доме твоего отца.       — Гарри не знает, куда вы собрались? Драко…       Остального Тео не услышал. Самым чётким голосом Драко назвал адрес, и они с Грейнджер оказались в тёмной гостиной. Они оба держали палочки наготове, но не стали зажигать свет. Драко вытянул правую руку, а она — левую. Они сцепили пальцы, чтобы ободряюще сжать их, после чего прошли дальше в комнату. Там стоял старый заплесневелый диван и не так много мебели. Стены были знакомого тёмно-фиолетового цвета с изящным рисунком дракона.       — Мальчишка Люциуса, полагаю, — раздался глубокий голос в комнате. Повернувшись, он встретился взглядом с портретом над камином. Теодор Нотт-старший. Дата на раме значилась незадолго до рождения Драко.       — Мистер Нотт, — ответил он. Портрет написан в то время, когда мужчина пребывал в расцвете сил. Внушительные усы, уложенные волосы. Безупречная мантия.       — Вы знаете, что меня величают светлостью, — сказал портрет. — Это дурной тон — обращаться к кому-то не по титулу. Твоя мать должна была воспитать тебя лучше.       Драко поднял свою палочку к портрету.       — Я знаю множество заклинаний, способных прожечь краску и холст, так что простите, что обошёлся без любезностей.       Портрет рассмеялся.       — И чем же обязан этому удовольствию?       — Что это за место? — спросил Драко, не сводя глаз с портрета и двери в гостиную.       — Пид-а-терре, который я приобрёл незадолго до своего второго брака.       — И кто живёт здесь сейчас?       — Да никто, мальчик. Здесь так же пусто, как и в комнате, в которой мы находимся.       — Он лжёт, — произнесла Грейнджер.       — Смелое заявление для грязнокровки, — заметил Нотт. Впервые за время пребывания на территории Нотта Драко был разочарован отсутствием Хранителя. Он предпочитал драконов человеку, стоящему перед ними, даже если тот был всего лишь портретом.       — Может, я и грязнокровка, но всё равно слышу скрип пола над нами. И ни один чистокровный не оставит свой камин открытым без причины, — сказала Грейнджер.       — Вы правы, — раздался голос сзади них. Дверь бесшумно открылась, и перед ними появился Флинт.       Драко бросил невербальный «Экспеллиармус», но Флинт отразил его ленивым движением палочки.       — Теперь учишься у Поттера? А я-то думал, сколько времени пройдёт, прежде чем ты переметнёшься на их сторону, — заметил он. Другой взмах его палочки послал сглаз, от которого было легко увернуться.       — С каких это пор ты селишься в заброшенных домах? — спросил Драко. Быстрая череда заклинаний попыталась сбить Флинта с ног. У него всегда были хорошие рефлексы — по крайней мере, в квиддич он играл хорошо.       — Лорд Нотт подарил мне его перед самой Битвой. У меня было не так много времени, чтобы отремонтировать его, сам понимаешь. Вижу, ты привёл с собой свою маленькую подружку. Отлично.       Грейнджер вздрогнула. Его тёмные глаза поднялись вверх — единственное предупреждение, прежде чем его возглас «Редукто!» обрушил на них потолок.       — Иммобулус! — крикнула Грейнджер, потянув Драко за собой на пол. Пока они ползли к двери, над ними царило разрушение. Флинт в спешке забаррикадировал дверь, и Драко потребовалось несколько мгновений, чтобы расчистить им путь. От взрывного заклинания дом обрушился с одной стороны, а остальная часть шаталась. Кроме одной двери справа. Сделанной из защитного металла. Дверь в лабораторию.       — Он соберёт всё необходимое для яда и аппарирует, — сказал Драко. — Свяжись с Поттером и передай, чтобы они прибыли сюда как можно быстрее. Я задержу его.       Она схватила его за руку:       — Я прямо за тобой.       Драко проверил защиту на двери и обнаружил, что она снята. Флинт торопился, даже не пытаясь предотвратить чью-либо слежку. Дверь открылась по взмаху палочки, и Малфой стремительно спустился по лестнице, быстро моргая в темноте. Он старался уловить хоть немного света.       Наложив на себя щитовые чары, Драко преодолел последние ступеньки и оказался на ровной площадке. Было холодно и сыро. Грунт под домом поглощал звук, тепло и свет. За исключением нескольких свечей с одной стороны.       Там, перед большим шкафом, полным склянок, стоял Флинт. Яростно выводил руны и читал заклинания. Это была сложная защита, и это подсказало Драко всё необходимое о его содержимом.       Флинт швырнул через плечо сглаз, и Драко увернулся от него, направив собственное взрывное заклинание не на Флинта, а на полки перед ним.       На Флинта посыпались маленькие баночки с порошком корня асфоделя и лунной росы. Некоторые разбились у его ног, забрызгав подол мантии.       — Знаешь, ты ещё можешь это сделать, — подняв руки в знак прекращения огня, сказал Флинт. — Ты ещё можешь заставить своего отца гордиться тобой.       Драко кружил вокруг него, не сводя глаз со шкафа. В поисках незаменимой кровавой жертвы. Он должен был заставить Флинта говорить. Отвлечь.       — Так вот в чём дело? Ищешь того, кто будет тобой гордиться? Тёмный Лорд мёртв, и Нотт последует за ним после пожизненного заключения в Азкабане. Вместе с моим отцом.       Высокомерно скривив губы, Флинт кивнул за спину Драко.       — Вот зачем она нужна? Бунтуешь против своего наследия, потому что папочка попал в тюрьму?       — Ты в меньшинстве, Маркус, — произнесла Грейнджер, встав справа от Драко. Её волшебная палочка была высоко поднята. — Если ты бросишь свою палочку…       — Никогда, — крикнул он, отправляя на пол полку с высушенными травами и маленькими баночками с глазами саламандры. Грейнджер подхватила их из-под обломков и послала в его сторону с помощью заклинания «Оппуньо».       Они переворачивали мебель и двигались в тандеме, в равной степени отстреливаясь заклинаниями и защитными щитами. Режущее заклинание Флинта рассекло рабочий стол, который Драко перевернул.       — Проблема в том, что ты не сражаешься, чтобы победить. Ты не убийца и никогда им не был. Вот почему тебя не уважал даже твой собственный отец!       — Мне не нужно убивать тебя, чтобы выиграть дуэль — или доказать что-либо кому-либо, — ответил Драко, тяжело дыша от напора своей магии. Он призвал хор склянок, посылая их вихрем вокруг Флинта. С ворчанием тот оттолкнул их назад, дав Драко достаточно времени, чтобы собрать их в более плотную форму и направить на Флинта.       Пока он размахивал руками, пытаясь убрать стекло со своего пути, Грейнджер послала сглаз, чтобы сбить его с ног.       Флинт снова надавил на пятки и поднялся с пола, обрушивая на них заклинание за заклинанием. Взрывное заклинание ударило в стол, разрушив его.       Драко орудовал своей палочкой, как кнутом, отбивая удары. Парировал атаки. Он как раз послал оглушающее заклинание, когда увидел его. Флинт бросил в его сторону взрывное заклинание, но Грейнджер оказалась быстрее, её «Протего» окутало его своей защитой. Но именно этого Флинт и ожидал от неё. Это позволило ему послать другое, более слабое взрывное заклинание в её руку, и палочка сломалась надвое.       Оттолкнув Гермиону, Драко поставил её позади себя и начал жестокую атаку. Его заклинания рикошетили от стен, ломая всё на своём пути, пока Флинт пытался защититься. Дотянувшись до старой, потускневшей серебряной колбы в шкафу, Флинт нарвался на обезоруживающее заклинание Драко.       Палочка Флинта упала на пол. Он побежал к выходу, рыча что-то о грязнокровках, но Драко забыл о магии, как только его кулак столкнулся с костью. Он хорошо учился рукопашному бою в Министерстве, но Флинт регулярно затевал драки на поле для квиддича. Он отмахнулся, и Драко заблокировал удар предплечьем. Он с силой ударил его коленом в живот.       Из Флинта с хрипом вырвался поток воздуха, и он врезался плечом в Драко. Потеряв опору на битом стекле и скользких ингредиентах, он споткнулся и упал на пол, увлекая за собой Флинта. Серебряная колба скользнула по полу, оказавшись вне пределов досягаемости. Драко дёрнул Флинта за воротник, отчего тот отпрянул назад. Прежде чем он успел достать его, Флинт кинулся на него, снова повалив на пол. Каждому из них досталось по удару, и вскоре они уже боролись за упавшую склянку.       Пока рука Флинта не сомкнулась на его палочке.       — Драко! — крикнула Грейнджер, и он вслепую взмахнул рукой. Удар пришёлся Флинту прямо в челюсть. Малфой дотянулся до палочки, вырвал её из окровавленной руки Маркуса и швырнул себе за спину. Они продолжали ползти по обломкам, а осколки стекла резали колени и ладони.       Последним рывком своей магии он прицелился в колбу.       — Диффиндо!       Колба покатилась по полу, вырвавшись из рук Флинта.       Драко призвал склянку, вытянув руку, готовый поймать её, но Флинт накрыл её своей ладонью, стиснув зубы и сопротивляясь заклинанию. Хватка Флинта оказалась неудачной, а колпачок повредился под действием Диффиндо Драко. Поэтому он изменил траекторию, отправив потускневшее серебро через всю комнату, оно выскользнуло из пальцев Флинта и врезалось в стену. Камни забрызгало кровью. Серебряная колба гулко ударилась об пол.       Зарычав, Флинт повернулся к Драко, и тот направил свою палочку на Флинта.       — Сдавайся.       В уголке его рта собрались капельки крови, и он рассмеялся — таким маниакальным голосом, что Драко прижал свою палочку к подбородку Флинта.       — О, продолжай. Ты никогда не мог сделать то, что должен был сделать. Тебе это не по зубам.       Драко повернул палочку, впиваясь ею в мягкую плоть.       — Дело не в том, чтобы совершить убийство. Дело в справедливости, и каждый отравленный заслужил шанс стать свидетелем правосудия.       Флинт подавился смехом.       — Правосудие. Почему бы тебе не воздать им сейчас? Ты читал «Пророк». Все эти послания. Ты же понимаешь, что они хотят нас убить и похоронить. Вот справедливость, которую они ищут. Сделай это.       — Драко, — окликнула Грейнджер.       — Не хотелось бы её разозлить, — сказал Флинт. — Ты знаешь…       Путы его «Инкарцеро» были затянуты туже, чем нужно. Они скользили по конечностям Флинта, не давая ему расслабиться. Драко толкнул его на пол, довольный тем, что тот не способен на большее, чем бороться с оковами.       — Убедись, что они достаточно тугие, — велела Грейнджер, подхватывая палочку Флинта с пола и убирая её в карман. — Я хочу проверить остальную часть дома.       — Мы должны дождаться прихода авроров, — ответил Драко, и она покачала головой.       — Я не могу сейчас находиться в этой комнате, мне нужно сделать что-то полезное. Я скоро вернусь, обещаю.       Он кивнул и не сводил с неё глаз, пока она не скрылась. Он слушал, как эхом отдаются её шаги, когда она поднималась по лестнице.       — Расскажи мне, как ты это устроил, — потребовал Драко. Стоя перед связанным мужчиной. Наблюдая, как кровь стекает по его лицу из пореза на брови, скользит ко рту, когда он начинает смеяться всё сильнее. Как будто происходящее казалось шуткой.       — Ваши авроры попросту вытрясут это из меня, не так ли? Возьмут мои воспоминания и посмотрят их в Омуте.       С возрастом он научился некоторым вещам, и одной из них стала элементарная доброта. Драко размышлял об этом, вытирая кровь с лица Флинта, прежде чем спокойно произнести.       — Они так и сделают, но у тебя есть выбор. У нас всегда есть выбор, осознаём мы это или нет. Либо расскажешь мне по собственной воле, либо они допросят тебя.       Флинт надулся.       — Ладно. Я никогда ни к чему не стремился. Мне не хватало времени на учёбу, когда появлялись другие дела. На пятом курсе я встретил лорда Нотта.       — Как?       — Я, кажется, воровал в «Горбин и Бэркес», пока он совершал там покупки. Тогда он поручился за меня и предложил мне ученичество.       — Чему?       — Обучение у него во время летних и рождественских каникул. Я помогал в его лаборатории Тёмного Лорда.       — Пожиратели Смерти не знали об этом, иначе ты бы раньше попал под подозрение.       — Никто больше не знал, — ответил Флинт. Он прислонил голову к камню и закрыл глаза. — Его сын никогда не появлялся там. Были только я и лорд Нотт и иногда его жена, но она меня не очень жаловала.       И её муж ей тоже не нравился, подумал Драко. Он держал палочку наготове, слушая, как Флинт рассказывает о своих отношениях с отцом Тео.       — Когда всё близилось к концу, лорд Нотт устроил меня сюда. Научил меня варить яд, который он создал для Тёмного Лорда. А потом я стёр его память. Он хотел, чтобы я продолжил работу, если что-то случится. И я выполнил его просьбу, Малфой. Тебе этого достаточно?       — Почему ты решил…       — Подмешать яд в чернила? — прервал его Флинт, ухмыляясь тем способом, который всегда беспокоил Драко на поле, во время тренировки. — Это получилось случайно, если быть честным. Я опрокинул чернила в котёл. Ничего не произошло, и я начал экспериментировать.       Драко сжал челюсть. Именно так он бы и поступил. И ему было неприятно от мысли, что он предпринял бы то же, что и Флинт.       — Потом ты устроился на работу в «Скриббулус».       — На это ушли месяцы. И ещё полгода, прежде чем они разрешили мне заниматься чернилами для «Пророка». Сложная штука, конечно, но меня забавлял дополнительный вред от использования этих чернил.       — Ты тоже экспериментировал с ними, я полагаю? В какой конкретный день ты проводил свои тесты?       — Кажется, вопросов достаточно, Малфой. Дальше додумайся самостоятельно.       — Я бы предпочёл, чтобы ты сам рассказал о своих действиях.       Флинт усмехнулся.       — О, отвали. Ты был хорошим ловцом, и по какой-то причине люди следовали за тобой, как собаки. Снейп благоволил к тебе, Салазар знает почему. Но в глубине души ты всегда был слабым. Такой же выскочкой, как Грейнджер, только без стервозности. Жаль, что твоя кровь не изменилась, когда изменилась твоя позиция.       — Она такая же чистая, как и раньше, спасибо, — отозвался Драко. С него было достаточно. — Знаешь, ты прав. Я больше похож на Грейнджер, чем думал. Но я по-прежнему засранец.       «Ступефай» попал в цель, и Флинт привалился к каменной стене. Драко провёл рукой по лицу и сунул палочку в карман. Грейнджер стояла в дальнем конце комнаты, сжимая в руках свою палочку. Древко, увитое плющом, раскололось. Сердечная жила дракона порвалась в нескольких местах.       Он знал, каково это — оплакивать потерю своей палочки — сперва, когда Поттер забрал её. А потом и навсегда, когда она потерялась несколько месяцев спустя во время битвы за Хогвартс. С тех пор он пользовался палочкой своего деда, стесняясь идти к Олливандеру за новой. Она неплохо работала, но никогда не принадлежала ему. Как и многие другие вещи в его жизни.       — Ты в порядке? — спросил Драко, положив ладонь на её руку и поглаживая.       — Ещё одна вещь, которую у меня отняли, — с горечью произнесла она. Они оба знали, что простым ремонтом или заклинанием палочку не исправить. Первые несколько неудачных лет Уизли в Хогвартсе были тому подтверждением.       — Мне жаль, — сказал он. Она кивнула и убрала обломки в сумку. — Ты…       Его мысли были прерваны, когда в комнату с громким треском вошли Поттер и ещё несколько авроров. Они подняли Флинта с его места в углу и левитировали к лестнице.       — Всё в порядке? — поинтересовался Поттер, быстро оценивая состояние, прежде чем положить руку на плечо Гермионы.       — Да, отлично, — отозвалась она. — Мы в порядке.       Когда её пальцы переплелись с его, Драко повторил её слова. Они были в порядке. С ними всё будет хорошо.