Обещанная песня птички

      Багряные краски слепили сонные глаза. Впервые мне довелось встречать новый день с раскрытым в глубоком восхищении ртом; последний летний рассвет предстал передо мной в кровавом обличии. Звучит жутко, но алые небеса с тёмно-бордовыми пятнами облаков не вызывали страха. Лишь сладковатое предчувствие наступающего праздника, который отмечал пятнадцатилетие моей возлюбленной.       Я долго готовилась к этому дню, так что у меня не оставалось никаких сомнений в собственном успехе. День рождения Розочки был продуман с текущих секунд. Именно поэтому я предстала перед рубиновым отблеском лучей в ещё неухоженном и потрёпанном, но абсолютно бодром виде на собственном балконе. Пора начинать исполнение планов.       Вернувшись в тёплое помещение, я уверенно открыла дверки высокого шкафа, стоящего в противоположном углу от уже застеленной кровати, и извлекла из него заранее подготовленное и выглаженное платье. Благодаря вешалке оно выглядело так же изящно и соответствовало моим желаниям. Под него не требовалось надевать бюстгальтер, так что я обошлась простыми бежевыми трусиками, предварительно скинув с себя домашнюю одежду.       Натянув платье на собственное тело, я оценивающим взглядом пробежалась по отражению в зеркале на дверце шкафа. Белоснежный цвет ткани придавал облику некой свежести, а загоревшие плечи, усыпанные веснушками, удачно обнажила низкая посадка (так вообще можно говорить?) коротких рукавов. Случайному взору представились длинные ноги, выглядывающие из-под короткого платья, и я с лёгким недовольством подметила собственную худощавость, возникшую на фоне моей, по смутным предположениям, депрессии, которая меня постепенно отпускала из своих отвратительных ледяных оков.       «Сейчас не время думать о своих недостатках…» — резкая мысль оборвала немую самокритику, и я крепко зафиксировала чёрный ремень на совсем тоненькой талии, поспешно отвернувшись от зеркала.       Любимый парфюм, подаренный давней знакомой на восьмое марта, не остался в долгом ожидании; спустя пару минут от меня исходил тонкий аромат, отдалённо напоминающий что-то нежное. Розочке полюбилось зарываться аккуратным носиком в пряди моих рыжих кудрей и затихать, чутко принюхиваясь к слабому запаху, исходящему преимущественно от ключиц, шеи и волос.       Завершила я подготовку своего внешнего вида к празднеству лёгким макияжем, чтобы летняя жара не доставляла сильный дискомфорт. Бальзам для губ лишь подчеркнул их форму, а тушь придала объём ресницам — большего и не требовалось.       В оставшееся время до восьми часов утра я провела за приготовлением завтрака и его пробы. Фруктовый салат показался мне отличным вариантом, ибо за сегодняшний день в моих планах было плотно поесть в каком-нибудь кафе… Я сглотнула тошнотворный комок в горле. Не время думать о потраченных деньгах и о том, кто меня обеспечивает.       Стараясь отвлечься от неприятных утренних размышлений, я поспешно затолкала в рот быстро приготовленный завтрак и, прокрутив в замочной скважине ключ, выбежала на улицу.       «Нужно думать о том, как мы встретимся с Розочкой, как я её обрадую…» — мысленно прокручивала я, выдавливая на напряжённом лице подобие жизнерадостной улыбки. Мне казалось, что это поможет мне настроиться на нужный лад.       Переливчатые голоса птиц комбинировали в ласковое звучание привычной утренней песни, сопровождающей меня всю дорогу до дома возлюбленной. Это довольно положительно повлияло на моё настроение, напомнив об обещании Розочки, исполнение которого я терпеливо ожидала. В один день мне надлежало услышать столько приятных слов из уст любимой девочки…       Сколько я никогда от неё не слышала…       Ожидание оказалось недолгим; спустя пару минут моего присутствия возле двери её подъезда послышался протяжный писк домофона, и на меня без лишних приветствий бросилось миниатюрное существо с русой макушкой. Прижимая к себе свою девочку, я предвкушала её реакцию на предстоящие сюрпризы и мой свежий образ, ведь она наверняка ещё не успела хорошенько присмотреться ко мне.       — С днём рождения, птичка… — ласково прошептала я на ушко Розочке. Та крепче вжалась в меня, затихнув на пару мгновений и с медленным удовольствием наслаждаясь ароматом, а затем ослабила хватку и нехотя отстранилась, с детским любопытством вглядываясь в довольное выражение моего лица.       — Оу… — в дымчатых очах блеснуло немое восхищение. Они многократно окинули меня беглыми взглядами, пока на юном лице не выразилась лёгкая улыбка. — Ты…       — Что? — самодовольно улыбнувшись, я ожидала долговременный поток приятных комплиментов.       — Ох… Мне… Ты крутая… — выдавила из себя Роза, не отрывая искрящихся глаз от меня. Больше ничего не последовало. Нежные стенки нутра неприятно кольнуло, но уголки моего рта напряглись в более широкой улыбке.       — Сегодня тебя ждёт очень яркий день, — послужила началом открытия сюрпризов собственная реплика. — В течение него я познакомлю тебя с новыми местами, в которых мы приятно проведём время. А вечером… Тебя ждёт кое-что особенное, — я многозначительно подмигнула Розочке, что с особой внимательностью вслушивалась в мои планы.       — Ого… Звучит интригующе, — вид у неё был несколько мечтательный, поэтому у меня не было сомнений в том, что она предвкушает чудесные моменты совместного веселья.

***

      Когда у нас появилась прекрасная возможность усесться на широкие стулья за ресторанным столиком, по ступням импульсом распространялась ноющая боль. А как иначе, если мы вдоль и поперёк успели изучить набережную, неспешно пройтись по центру города (держась за руки!) и потратить полчаса на то, чтобы добраться до нужного заведения?       Разумеется, я рассчитывала на усталость, но теперь это ощущение не имело ни единого отголоска романтики. Откровенно говоря, очень хотелось заполнить желудок самыми крупными блюдами, присутствующими в меню, а ещё немедленно утолить жажду каким-нибудь холодным напитком.       Я окинула Розочку, севшую напротив, внимательным взором. Она не выглядела измотанно или недовольно, только кожа на юном лице казалась влажной из-за палящих лучей солнца на улице.       — Мне казалось, что я более приспособленная к таким сильным физическим нагрузкам… — слабо усмехнулась я, параллельно раскрывая страницы меню.       — Ты более приспособленная к бегу, чем я. Вернее, ты быстрее, — спокойно ответила девочка, неуверенно повторяя мои манипуляции. — А я ежедневно гуляю, так что… Да… Слушай, мне точно можно заказывать что-то?       — Почему спрашиваешь? Ты можешь заказывать вообще что угодно.       — Спасибо, просто… Неловко… Ты тратишь на меня столько денег…       — Разумеется. Я же люблю тебя.       — Я тоже… — Роза поспешно скрыла своё лицо за бордовой брошюрой. Почему она такая стеснительная?.. Или это другим объясняется?..       Я молча уставилась в меню, хотя мысли растерянно разбегались по разным уголкам черепной коробки. Меня снова одолевало это чувство… Чувство незаполненной пустоты, которую необходимо набить чем-то таким, что успокоит меня. Но что меня успокоит?.. Чего мне не хватает?       — Вы уже выбрали заказ? — спустя пятнадцать минут к нам подошла официантка с миниатюрным блокнотом и карандашом в руках. Я молча отдала ей листочек, на котором кривым почерком были набросаны названия некоторых блюд и напитков. Тем временем Розочка тоже протянула свои заметки, и девушка в монотонном платье покинула нас, оставив неловкую тишину.       — Эм… А что ты заказала? — прервала напряжённое молчание я.       — Клубничный коктейль, салат «Цезарь» и мороженое… Обычный пломбир.       — Почему так мало? Я и стейк из говядины заказала, и мохито, и чизкейк, и салат с крабовыми палочками, и гренки какие-то…       — По-моему, я сделала нормальный заказ, — сухо ответила Роза, и диалог вновь оборвался.       От скуки ожидания я начала изучать мельчайшие детали вокруг себя. Наша кабинка представляла собой тесное помещение с достаточно крупным столом из тёмного дерева, укрытым коралловой шёлковой тканью, и узким окном с видом на какую-то старую стоянку. От замудренных люстр над головой исходил тусклый свет, а на улице тихо вечерело, так что в комнате становилось темновато. Зато сервировка была довольно изящной, хоть и в лёгком сумраке это трудно было заметить.       Изначально нам подали напитки в симпатичных бокалах с необычными трубочками, затем салаты, моё основное блюдо, а когда живот оказался старательно набитым всякого рода едой, официантка принесла десерты. Мне нравилось здесь не из-за «удачного» интерьера; я ценила качество готовки здешних поваров и то, с каким усердием они старались придать своим кулинарным шедеврам оригинальный вид.       — Вкусно, правда? — улучшенное едой настроение читалось в каждой нотке моего голоса.       — Да, здесь и вправду вкусно готовят… — с лёгкой улыбкой ответила мне Розочка, принимаясь за десерт. Настроение неизведанным образом упало.       — Тебе… Точно нравится проводить время со мной?.. — спустя пять минут молчания с ощутимым волнением уточнила я.       — Что?.. Да, конечно, — невозмутимо подтвердила Роза.       — Хорошо… Тогда я попрошу чек.       Стараясь не смотреть с тревогой на напечатанные цифры с приходом официантки, я отдала нужную купюру, и мы двинулись с Розой в обратный путь. Хотелось поскорее приехать домой, отдать подарки и наконец заполнить всепоглощающую пустоту. Заполнить…

***

      — Что ж…       Я пропустила Розочку в коридор, пока сама скрылась в пределах своей комнаты, доставая купленные подарки из шкафа.       — Ну что там?.. — с еле уловимым нетерпением в голосе спросила возлюбленная.       — Заходи!       Девочка забежала в комнату, моментально столкнувшись со мной. Я с умилением потрепала Розочку по русой макушке, а затем аккуратно обвила пальцами её сухие ладони.       — Перед тем, как отдать тебе подарки, я хотела сказать кое-что… — сладкое волнение окутало сознание, пока смотрела в серые глазки. — За это время ты стала для меня очень важным человеком, которого я очень сильно люблю… Ты стала для меня лучиком надежды, когда мне было совсем плохо. Понимаешь?.. И это… Так важно для меня, на самом деле… Спасибо за то, что ты всегда рядом со мной… Ты делаешь меня счастливой, и я готова совершать для тебя любые подвиги. Я всегда буду твоей опорой. Обещаю, я ни за что не оставлю тебя… И не предам… Обещаю…       Я сделала шаг назад и взяла с постели плюшевую игрушку в виде панды:       — Это для того, чтобы было кого обнимать по ночам, — следом в руках у Розы оказалась книга. — А это ты хотела прочитать. Я всё помню! — и последним сюрпризом оказалась та самая коробка из цветочного магазина. — А вот там есть кое-что очень вкусное… Тебе должно понравиться!       Я крепко обняла загруженную подарками Розу и…       — Ого… Спасибо.       …       В один момент всё стало ясно, очевидно до ужаса. Наступило полное оцепенение.       Просто два слова заставили меня всё понять. Всё. Абсолютно всё. Мне стала понятна эта пустота внутри. Мне стали понятны глухие желания. Мне стало понятно то, чего мне не хватало всё это время.       Мне нужно было слышать её чаще. Мне нужны были её слова. Мне нужно было её признание. Мне нужно было доказать, что я имею значение для неё.