Как и ожидалось, Признание, которого они хотят, неверно

Церемония закрытия! Для учащихся всех классов церемония закрытия будет официальным прекращением формальной студенческой деятельности. Школа будет закрыта как место для учебы, и только некоторые ученики останутся продолжать клубную деятельность во время каникул. Все были взволнованы, когда вошли в главный зал, чтобы директор и президент Студенческого совета произнесли свои заключительные речи. — Я желаю всем студентам приятных и глубоких весенних каникул. — Вот и все, — заключила Миюки. Время шло довольно быстро, пока студенты пытались закончить свои незаконченные дела, которые больше нельзя было откладывать, и Студенческий совет не был исключением. В этот самый момент студенческий совет составлял отчеты по итогам года, сделанные различными клубами, и готовился сдать их на хранение. И они все еще ждали людей, которые поздно сдавали свои отчеты. — Ура, весенние каникулы, ура! Фудзивара Тика радостно пританцовывал вокруг: «Мне так много куда нужно пойти. Но сначала — окинавский пляжный курорт! — Отдых на пляже? Весной? — Спросил Кагуя. — Вообще-то на Окинаву довольно популярно ездить весной, потому что там не так жарко, как летом, но все же достаточно тепло, чтобы можно было наслаждаться пляжами, — сказала Миюки. — Точно так же люди все еще могут наслаждаться катанием на лыжах на Хоккайдо, даже в начале апреля. Действительно, несмотря на то, что Япония была страной с относительно скромной территорией, она обладала довольно большими вариациями погоды и времен года из-за своей вытянутой формы, простирающейся с севера на юг. Не до такой степени, чтобы совсем другой климат, но почти близко. — А как насчет тебя, Хатиман? — Ты не сказал мне, куда собираешься? — спросила Миюки. Хачиман моргнул, поднимая сумку. Я, кажется, говорил тебе, что еду в Гумму на три дня, а потом обратно в Тибу. Миюки смущенно ухмыльнулась: «Хех, должно быть, забыла». — Гунма, почему? — Легкомысленно спросила Чика. — Рюдзю хотел как следует понаблюдать за звездами, так как в Токио довольно сильное загрязнение заднего света. — Она хотела поехать на Гавайи, — сказал Хатиман, — но я сказал ей, что японская сельская местность, вероятно, дешевле и проще. Так что вместо этого мы едем в деревню Тиба. ? Кагуя и Чика склонили головы набок. — Вы собираетесь провести вместе три ночи в деревне? Кагуя и Чика одновременно представили, как Хатиман и Момо интимно смотрят друг на друга под морем звезд, и ахнули от осознания. — С членами Астрономического клуба — да, — сказал Хачиман. — Мы тоже пригласили советника, хотя получить разрешение было сущей занозой в заднице. О, так это БЫЛО клубное мероприятие! — Если подумать, у Шучина даже нет такой программы школьных поездок, как в других школах, так что это понятно. Миюки вздохнула. Школьная поездка! В типичных школах Японии существует программа под названием «Школьная поездка». Коллективные ученики одного класса выезжали за пределы города, в котором жили, и проводили пару дней и ночей, исследуя различные аспекты японской окружающей среды и культуры. Например, студенты из региона Канто часто ездили в Киото или на Окинаву. И наоборот, студенты из сельской местности вместо этого отправились бы в школьную поездку в гущу токийского мегаполиса! Школьные поездки существовали как облегчение от повседневной деятельности, эффективно действуя как организованные школой каникулы. Это дало студентам время расслабиться и насладиться путешествием, а также узнать о различных регионах своей страны и их истории. В большинстве средних школ это событие часто случалось примерно на втором курсе. У Шучина, однако, такого не было. — Ну, это не значит, что я не понимаю почему. Особенно как студент-простолюдин. — Спросил Хатиман. — Что вы хотите этим сказать, Хикки-сан? Чика подошла к нему. — Видите ли, семьи оплачивают расходы из своих карманных денег. Объедините высокие стандарты проживания и безопасности, требуемые богатыми родителями, и это означает, что стоимость школьной поездки сюда была бы непомерной для обычного студента, такого как я и Хатиман. Миюки слегка поморщилась, — к тому же большинство учеников шучина много путешествуют, что делает эту идею излишней. — Э-э-э? Но пойти со всеми было бы весело. Чика надула губы. В дверь постучали, и Чика поспешно открыла ее. — Прошу прощения. Чике даже пришлось немного поднять голову, чтобы увидеть лицо девушки. Ее стройное, стройное тело действительно соответствовало ее росту чуть выше среднего, делая ее присутствие довольно очевидным. Ее шелковистые, блестящие черные волосы доходили до бедер. За такой длиной волос почти наверняка было трудно ухаживать большинству девушек. Ее ясные голубые глаза, как у горного озера, с ясностью осматривали местность. — А, Юкиносита, немного запоздал с сдачей отчета в этом семестре? — Спросил Хатиман. — Я не оправдываюсь, но я возлагаю вину исключительно на Кашиваги-сан. Если у совета есть жалоба, то не стесняйтесь послать ее ей. Юкино улыбнулась. — Ух ты, как всегда безжалостен даже к своему собрату. Хатиман отвел глаза. Из всех девушек в этой школе, кроме Кагуи, эта девушка была единственной, кто пугал его, на самом деле совсем немного. Если Кагуя была обманчиво смертоносной ледяной королевой, то Юкиносита была жестокой снежной принцессой. Действительно, в Шучин Гакуен единственной девушкой, которая могла бы сравниться с Шиномией Кагуей по красоте и уму, была бы она. Юкиносита Юкино! Нынешний действующий президент Клуба государственной службы заняла третье место по общим академическим баллам за свой год! Она была второй дочерью в семье Юкиносита. Ее отец был представителем Национального сейма в Тибе, и ее семейная компания доминировала на региональном строительном рынке! Тем не менее, по меркам Шучина, ее фамилия могла считаться большой, но не необычной. Из-за этого она с самого начала не выделялась в школе. Пока она не стала президентом Клуба государственной службы. В этот момент она представляла Кашиваги Нагису как члена школьных VIP-персон. Это была действительно странная ситуация, но с сильной личностью и интеллектом Юкиноситы, в сочетании с полной поддержкой Кашиваги, она все еще считалась одной из самых страшных учениц в Академии Шучин! — Ано, Юкиносита. — Что ты думаешь о поездке в школу? — спросила Миюки. — Школьная поездка? Юкино подняла брови: «Вы можете увидеть и прочувствовать культурное наследие страны вместе с сокурсниками. Это служит более веселым и расслабляющим способом обучения. В конце концов, подобное событие также распространено повсюду и часто называется ознакомительной поездкой за пределы Японии. Действительно, учись! В конце концов, цель школьной поездки состояла в том, чтобы ученики учились так, чтобы это не утомляло их умы, а вместо этого давало им вновь обретенный интерес за пределами маленького мира, в котором они были ограничены! — Не думаю, что дело в этом, — возразил Хачиман. — Тогда какой смысл отправляться в школьную поездку? — Резко спросила Юкино. — Это просто симуляция взрослой общественной жизни. Хатиман положил документы Юкино в ту же стопку, что и другие клубные отчеты. — Если ты когда-нибудь отправишься в командировку со своим боссом, тебе не придется выбирать, где поесть или поспать, но если ты пойдешь на компромисс, то все равно сможешь немного повеселиться. Школьные поездки учат вас обманывать себя в таком мышлении. Услышав ответ Хатимана, Кагуя и Чика смертельно побледнели. Что за смертельно скучный праздник — школьная поездка? Более того, в том, что сказал Хатиман, было слишком много смысла. В конце концов, оба они происходили из привилегированных семей, так что им приходилось выбирать, куда идти, где есть и что делать. Это была роль их подчиненных — следовать за ними. Сокрушительная реальность японской корпоративной культуры была слишком реальна, чтобы они могли себе это представить. — Звучит ужасно ограничительно, — пробормотал Кагуя. — Я не хочу ехать в школу! Ни за что! Чика заскулила. — Пожалуйста, не слушайте его бесконечную болтовню. Я очень уверен, что у каждого есть что-то, чего можно с нетерпением ждать и чему можно радоваться «. — А в совете он тоже всегда такой? — спросила Юкино. — Обычно он не такой ужасный. Миюки почувствовала секундное смущение, — Мои извинения. Хатиман закатил глаза и лениво прокомментировал: Я слишком занят, пасу стадо леммингов. Действительно. Хатиман потратил слишком много времени на то, чтобы разобраться с советом, будь то клубы или романтические интриги Кагуи и Миюки. У Хатимана просто не было времени на чопорный и правильный монолог! Из-за этого пребывание в присутствии Юкино было, вероятно, единственным временем, когда он мог расслабиться. Ну, по крайней мере, расслаблялся, когда был не один. И все же Чика заметила, что Хатиман выглядит совершенно растерянным. И поэтому она спросила: — Э-э-э, Юкиносита-сан, вы близки? — Близко — по какому именно определению? Юкино уставилась на нее, заставив Тику задрожать от страха. И все же, несмотря на это, Юкино продолжала улыбаться. — Авававава. Я имею в виду, как друг или что-то в этом роде! Чика быстро спряталась за диван, на котором сидела Миюки. Кагуя внимательно наблюдал. У этой девушки Юкино определенно было сильное присутствие. И все же Хачиман выглядел так, как будто вполне законно боялся ее. Так что, возможно, их связывала не дружба, а враждебность? Однако Кагуя чувствовал что-то действительно тревожное в ее характере. Как будто что-то было невероятно неуместно. И она не была уверена, почему. Может быть, потому, что Юкино всегда улыбалась? — Ну, мы оба из Тиба, так что можно сказать, что у нас есть общее прошлое в этом смысле. Но в противном случае мы могли бы даже не принадлежать к одному виду. Кагуя вздрогнул, а Чика в шоке выпучила глаза. Миюки выплюнула кофе, который он пил. В самом деле, небрежно бросать такие вопиющие замечания было довольно неприлично со стороны настоящей леди Шучина. Даже на высоте холодного и недружелюбного отношения Кагуи, она никогда открыто не оскорбляла кого-то в лицо. Но Юкино была другой! В конце концов, несмотря на то, что Юкиносита происходила из элиты, она также была нечистой ученицей. Она только в этом году начала посещать Академию Шучин. Она не очень хорошо знала культуру и нормы Шучина. — Мы оба потомки Homo Sapiens, так что не бросайтесь такими идиотски ненаучными оскорблениями только для того, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. — Ты собираешься вернуться в Тибу во время каникул? — спросил Хатиман, стиснув зубы. — Да, я намерен провести каникулы в семейном доме. А как насчет тебя, Хикигая-кун? — Ну, в Гумму на три дня созерцания звезд, потом на три дня в Тибу, — сказал Хатиман. — Понимаю. Надеюсь, тогда у нас обоих будут полноценные весенние каникулы. Юкино слегка улыбнулась: И вот так же беззвучно Юкино ушла. Даже походка у нее была довольно элегантная. — Сэвидж. Миюки отхлебнул остатки кофе. — Какого черта ты ее так разозлил, Хатиман? — А? Ничего, просто она такая. Миюки не могла сказать, что они были близки. В конце концов, Миюки встречалась с Юкино только на клубных собраниях. Хатиман будет гораздо больше общаться с ней, так что, может быть, у Миюки просто сложилось неправильное впечатление? — Даже ты сказал, что было ясно, что ты тоже ведешь себя немного по-другому. Кагуя озорно подмигнул: «Я ошибаюсь, если предполагаю, что ты испытываешь к ней романтические чувства? Как мило. Чика внутренне закричала. Подожди, если у Хикки-сан есть романтические чувства к ней, тогда… тогда… — Шиномия-сан, пожалуйста, не доводите людей до самоубийства такими необоснованными обвинениями, — сказал Хатиман с бесстрастным лицом, но его голос был глубоким и холодным, полным отвращения. — О, значит, это «нет»? Кагуя наклонила голову, законно смущенная. Хатиман глубоко вздохнул. — Конечно, нет. Мы едва ли считаемся друзьями из одной префектуры. Чика вздохнула с облегчением. Они говорили о Хатимане. В конце концов, его плотность соперничала с плотностью Осмиридия *, и было бы довольно огромным усилием заставить его открыть свое сердце и полюбить его! Миюки, с другой стороны, все прекрасно понимала. Действительно, Хатиман вел себя так только перед людьми, которых считал достойными дружбы. Хатиман часто отмахивался от оскорблений людей, с которыми не был близок. Дело было не только в Юкино, но и в том, что он вел себя так же с Чикой и Момо. Он будет раздавать столько, сколько получит. Просто в случае с этими девушками Хатиман перешел бы к физической стороне дела. Возможно, с Юкино Хатиман предпочитал словесные перепалки. С другой стороны, Хатиман всегда был настороже перед Кагуей, в значительной степени показывая, что они едва ли были близки. Хотя Кагуя все время использовал Хатимана в качестве приманки, несмотря на то, что знал расстояние между ними. Что ж, отчасти Миюки сама виновата в том, что все время попадалась на удочку. Из-за этого Миюки столкнулась с таким количеством потерь и неудач. В то же время Хатиман помог Миюки пережить столько испытаний и невзгод. Он не посмеет обвинять своего лучшего друга в собственных слабостях! Конечно, была еще пословица: Si vis Pacem, Parabellum. Если вы хотите мира, готовьтесь к войне. Лучший способ сохранить мир — это создать необходимый арсенал для будущих, неизбежных конфликтов! Другими словами, Миюки постарается не слишком напрягать его разум ненужными мыслями. Было совершенно ясно, что между Хатиманом и Кагуей нет ни малейшего шанса на расцвет романа. Он не собирался снова попадаться на ее удочку. Дзэнский ум, предельная сосредоточенность и спокойствие перед лицом невзгод — вот чего Миюки будет стремиться достичь во время этих каникул!

***

Конечно, так называемый мир — это то, к чему трудно стремиться! По какой-то причине вертолет приземлился прямо посреди парковки! — Кто вызвал вертолет?! — Кто? — ахнула Миюки. — Это, должно быть, я, — сказала Момо невозмутимо, когда она внезапно появилась беззаботно. Хачиман ударил ее по голове страшной туфелькой. — Зачем вы вызвали вертолет, Рюдзю-сан? — Спросила Миюки. — Хм, есть несколько веских причин. Но в основном для этого нам нужен был очень быстрый транспорт. — Момо потерла ноющую голову и указала на вертолет, который снова начал взлетать. Оставив фигуру молодой девушки, одетой в синюю матросскую форму. Все знали, что девочка не из соседней школы. Ее волосы были подстрижены средней длины и немного растрепаны, но глянцевый темно-синий цвет свидетельствовал о том, что они были чистыми и здоровыми. Ее темно-синие глаза оглядели школу, прежде чем она остановилась на членах совета. — Ах, Онии-тян! Миюки-нии! Она помахала рукой: «Комачи-тян здесь!» — Комачи-тян? Миюки моргнула, а потом рассмеялась: «Понятно, значит, ты пришел в гости!» Хачиман сунул туфлю обратно в карман. — Я мог бы просто взять тебя с собой завтра. — Ну, я хочу навестить Миюки-нии и Кей-тян. В конце концов, завтра они едут к бабушке с дедушкой. Комачи дважды подпрыгнула, а затем обхватила руками Миюки. — Разве это плохо? — Не совсем. Хатиман посмотрел на Момо. — И все же ты слишком много значишь. — Будь мне благодарен, ублюдок. Покраснев, Момо пнула его по голени. — Ано, это… — Спросила Чика. Кагуя с презрением оглядел младшую девочку, осмелившуюся так близко прижаться к президенту. Она могла видеть некоторое сходство с кем-то, но ее разум был слишком затуманен, чтобы уловить связь. Ты бесстыдное маленькое животное! Кто ты такой, какой-то кровососущий червь? Возможно, нужно немного истребить вредителей… — Это моя младшая сестра, Хикигая Комати. Хатиман представил ее: — С апреля она будет учиться на третьем курсе средней школы. — Домо! Комачи умело отпрыгнула в сторону, прежде чем закружиться, как балерина, что было довольно удивительно, учитывая, что на ней были школьные кожаные туфли. — Комачи-тян, ты примчалась сюда, потому что очень соскучилась по брату. Миюки покачал головой: «Я очень завидую. Хотел бы я, чтобы Кей был таким же. Комачи снова подскочила к Миюки и улыбнулась: Я так скучаю по Ониичану, что прилетел сюда на вертолете. Это заслуживает многих очков Комачи, урожденная? — Совершенно верно, Комачи-тян хорошая девочка. Миюки невинно погладила ее по голове. Хатиман недоверчиво посмотрел на Миюки. Неужели он не понимал, что Комачи откровенно влюблена в него? С другой стороны, учитывая, насколько отчужденными они с собственной сестрой были в последние несколько лет, Хатиман не мог не понимать жажды Миюки сестринской привязанности. Хатиман повернулся, чтобы посмотреть на Кагую, который, казалось, замышлял то, что по сути было убийством, и решил спасти свою сестру от ее неминуемой гибели. Нет времени разжигать очередную глупую любовную войну, когда пришло время праздновать отпуск! — Во всяком случае, это люди из студенческого совета Шучина. Это вице-президент Шиномия Кагуя. Кагуя очнулась от холодной ярости и кивнула: — Это секретарь Фудзивара Тика. — Хай соу десу! Чика чуть не подпрыгнула от радости увидеть самую милую сестренку в мире, по крайней мере, так утверждал Хачиман. — Значит, ты Комачи-тян. Мило! Она действительно была хорошей партией и против своей младшей сестры Моэхи тоже. Комачи была довольно неполированной, на лице почти не было косметики, и все же ее естественная привлекательность хорошо просвечивала. — Да, Комачи здесь. Комачи кивнул. Кагуя злобно усмехнулась, увидев, как Чика мгновенно завладела всем вниманием Комачи. Это было действительно хорошо. Чем меньше она будет обращать внимания на Миюки, тем лучше! С другой стороны, не все были счастливы. — Даже не тратя ни секунды на то, чтобы умаслить сестренку, а? — проворчала Момо, но решила оставить все как есть. — Хатиман, мы должны пойти и закончить это. — Это? Ах да. — Извини, Комачи, — кивнул Хатиман, — ты ведь ничего не принес, верно? — Ах да, вообще-то я больше ничего не принес. Комачи высунула язык. — Вертолет доставил меня прямо из школы. — Я вполне ожидал, что это произойдет, когда Рюдзю сказала, что пришлет попутчика в Тибу. Хатиман вытащил конверт: «Вот, иди и купи какую-нибудь одежду. Возьми с собой и Кея. — Ух ты, сколько денег! Комачи осторожно посмотрела на брата, когда заглянула в конверт. — Онии-тян, ты делаешь что-то подозрительное? — Совершенно законные, с трудом заработанные деньги от вашего покорного слуги. Хатиман гордо выпятил грудь: «Но, пожалуйста, не говорите об этом отцу и матери». Миюки посмотрела на Хатимана с сомнением. Хатиман, вероятно, снова пробрался через юридические лазейки и сомнительные деньги. В отличие от Миюки, которая действительно зарабатывала свои деньги обычной работой на полставки, Хатиман был вовлечен в какое-то действительно странное дерьмо, от которого он предпочитал держаться как можно дальше. С другой стороны, он знал, что Хатиман никогда не примет взяток и грязных денег, так что все должно быть в порядке. — Хатиман, это правда хорошо? Хатиман посмотрел на Миюки, прекрасно зная, что та очень гордая. Разница между их богатствами была огромной. Не такой большой, как Миюки против всех остальных в Шучине, но все равно это было замечательно. Поэтому были моменты, когда Миюки чувствовал себя сдержанно по отношению к своему другу, даже к тому, кто был ему как брат. И то, что он выкладывает так много денег, чтобы купить одежду для своей младшей сестры, было немного… — Не волнуйся, Кей все-таки мне как младшая сестра. Хачиман уверенно указал на себя большим пальцем. Миюки понимающе улыбнулась: Действительно, несмотря на всю свою гордость трудолюбивого молодого человека, Широгане Миюки был полным, бесстыдным скрягой! Воистину, Хикигая Хатиман и Широгане Миюки так хорошо знали друг друга! — Кей? — Спросил Кагуя. — Моя младшая сестра. Я уверен, что рассказывал вам о ней раньше? — Очень часто. У Кагуи сложилось впечатление, что Миюки и Кей не слишком хорошо ладили. И все же по тому, как он говорил, было ясно, что Миюки очень заботится о своей младшей сестре. Если бы только ее старшие братья были такими любящими, может быть, Кагуя не оказалась бы такой извращенной. Это не значит, что у Кагуи исключительно плохие отношения с ними, но каждый стремится продвигать семейную повестку дня Шиномии, и в результате они довольно далеки друг от друга в общепринятом семейном смысле. — Ну, Кей очень привязан к Хатиману. Но я не думаю, что это потому, что Хатиман ее балует или что-то в этом роде. — Возможно, это недостаток моего старшего брата, — пробормотала Миюки. Миюки действительно не хватало. Предположим, что Миюки был ее старшим братом, рожденным в изысканной, богатой семье с таким количеством вещей, доступных для улучшения его характера, что не было бы никакого изъяна! Но это не было реальностью. — По моему скромному мнению, гораздо реже можно увидеть, чтобы брат и сестра так хорошо ладили друг с другом. — Печально сказал ему Кагуя. Видя, как Хатиман и Комачи открыто улыбаются во время разговора, Кагуя задался вопросом, была ли семья Хикигая просто аномалией? — Ну, у них есть только друг у друга, вот почему. Миюки скрестил руки на груди, размышляя. — Твоя младшая сестра, я хотел бы когда-нибудь с ней познакомиться. — Вообще-то ты можешь встретиться с ней сегодня. Миюки озорно закатил глаза. Кагуя моргнул: Что это должно означать? Широгане быстро отступил, высунув язык. Действительно, война за признание, таким образом, временно прекратилась! — Кагуя-сан! Кагуя-сан! Хочешь присоединиться к нам? — Позвала ее Чика. — А? Я тоже? Хатиман снова временно расстался со своей сестрой, они с Момо шли к велосипедной стоянке. Кагуя и Чика решили последовать за Комачи, ожидая, когда придет Кей, младшая сестра Миюки. Сам Миюки решил, что пойдет домой пораньше, готовясь к завтрашнему отъезду. — Это действительно нормально, что мы вот так ее прогоняем? — Спросила Момо. — Не то чтобы ты оставил мне выбор. — Комачи следовало бы сначала собрать вещи, — сказал Хатиман, — но ты не дал ей ни малейшего шанса. — Ох. Хатиман посмотрел на недовольное лицо Момо. Было совершенно ясно, что ее нетерпение снова мешает достижению цели. Хатиман прекрасно знал, каково было первоначальное намерение Момо — пойти по магазинам за одеждой вместе с Комачи. Однако, доставив ее на вертолете, он привлек к Комачи слишком много внимания. И из-за этого Чика начал интересоваться ею. А теперь к ним присоединился и Кагуя. Момо почувствовала бы себя не в своей тарелке, даже если бы присоединилась сейчас. — Я прекрасно справлюсь один, вы с Комачи должны пройтись по магазинам, а я всегда могу отвлечь Фудзивару и остальных, если вы попросите, — сказал ей Хатиман. — Заткнись. — Момо пнула его ногой. — Кроме того, мы позже поедем в Гунму, я могу оставить ее себе на три дня. Сердце девушки действительно было сложным, и хотя Хачиман понимал ее образ мыслей, он сомневался, что поймет, что она чувствует, даже если попытается. Вот почему у Хатимана были слабенькие надежды завести хоть какую-нибудь подружку! Тем временем темные фигуры маячили над площадью, наблюдая за разворачивающейся сценой с камерой высокого разрешения в руке. — Я видел, как он шел с дочерью группы Рюдзю. — Я не вижу никакой охраны, — доложил он. — [Хорошо, следуйте за ним и не шумите.] Итог сегодняшнего боя: Прекратить огонь!