Сказание об одном фанфике

Так и настал новый день с головными болями и кашлем, а главное с хуевым настроением, спонсором которого были ветки чего-то цветущего рядом с балконом. Сраное утро началось с поиска кулера в шесть часов. Почему завтрак не может начаться пораньше? Все спокойно дрыхли, не думая о возможном похмелье, какие счастливые. Пришлось искать в вещах названного семпая, который разлегся посреди комнаты звездой. Ура, бутылка воды! Есть повод жить, точнее средство для жизни. — Рю-чан, какого хера ты возишься в моих вещах да ещё и так рано? — негромко захрипел Дазай. — Спите, Дазай-сан, — ответил Акутагава, попутно запивая горстку таблеток водой. Осаму на это никак не среагировал, только сменил позу для дальнейшего сна. Ну и ладно. Может и он успеет продрать глаза к моменту выхода. Далее Рюноскэ прождал два часа до завтрака (за ними с криками зашла Люси), Дазая он будить не стал, лишь пнул его слегка у выхода, пусть сам встанет. Какое блаженство — возможность беззаботно спать, не мучаясь от головной боли. На завтрак Акутагава взял рыбу, рис с нато, дашимаки тамаго* и мисо-суп. Съел он только рис с нато и рыбой, на большее его не хватило. В процессе к нему подсели Ацуши и Кека, первый из них проглотил раза в два больше, чем Рюноскэ взял. И как в него столько помещается? Это загадка природы, на непредвзятый взгляд Рюноскэ. После к ним пришёл и недовольный (как странно) Дазай-сан, оскорбленный в лучших чувствах. — Почему я проснулся на полу? — Пх, Дазай-семпай, вы правда очнулись на полу? — начала смеяться Кека-чан. — И ничего смешного здесь нет, — начал возмущаться старший, — у меня с невероятной силой болит спина и шея. Такое невозможно терпеть! — Не переживайте Дазай-сан, в пагоде мы помолимся за ваше здоровье, — съязвил Акутагава. — Ой, шутник нашёлся, — недовольно буркнул Осаму, — Ацуши, как в тебя все это лезет? Тебе разве не мешают головные боли? — Дазай-сан, от похмелья мне помогает изучение французского языка, во-первых, эффективно запоминается, во-вторых, снижает вероятность появления мигреней, — сказал Накаджима. — Серьезно? — удивился Рюноскэ. — Подтверждаю, — закивала Кека-чан, — Ацуши, когда пьян, понимает французский и разговаривает на нём чуть ли не на уровне носителя, невероятное явление. — Да нет, оно как-то само, мне всегда нравился этот язык, так что изучать его мне в радость, хотя когда я не трезв, я особо не осознаю что и как я говорю, — засмущался блондин. Внезапно в голове Акутагавы возник образ говорящего на французском Ацуши, и… это так… ахуеть красиво и горячо… Вот за что некоторым людям достаётся хриплый голос, а другим хорошая фантазия?! — Хэй, Рю-чан, — потеребил его за плечо Дазай-сан, — с тобой все ок? — Э? А, да, все нормально, — осознал, что чутка застыл, Рюноскэ. В течение нескольких минут он пялился в стену, так что это утверждение можно назвать спорным, но пусть так. После завтрака последовали горячие источники. Вот ради чего все приехали сюда. В мужской части не так уж и много человек (гуманитарии ведь), так что все вполне спокойно, казалось бы, хоть есть и активные личности, как Дазай и Ранпо, ну, это нормально, жить можно. — Рю, ты чёт тощий какой-то, — заметил какой-то старшекурсник. — Да ну тебя, — прибежал смеясь Дазай, — вот за эти три дня его и откормим. — АПЧХИ!!! — Рю-чан~, — начал Осаму, — ты заболел что ли? — Аллергия на вас проявляется, — отмахнулся Акутагава и пошёл через душевую на, непосредственно, источники. Стояло солнце, греющее всё вокруг, и… Ради всего святого, что существует на этом свете, вы же не хотите сказать, что перед ним сейчас цветущая магнолия? Не хотите ведь? Да почему все так плохо? Он ведь даже таблетки с собой на источники не взял. Мда… неописуемый пиздец. — Акутагава, с тобой все нормально? — поинтересовался знакомый голос из-за спины, — Ты чего это раскраснелся? Тебе плохо? — ДА НОРМАЛЬНО СО МНОЙ ВСЕ! — чуть ли не крича, ответил Рюноскэ. Ацуши быстро отдернул руку, даже не положив ее на плечо. Слишком резкая реакция, может похмелье? Ну и ладно. Накаджима пошёл дальше и окунулся в воду. О Боги, это прекрасно, в прохладное утро поплавать в горячих источниках. Акутагава в это время быстро куда-то ушёл, провожаемый чужими взглядами. Но это не так важно, ведь здесь такой прекрасный вид: птички поют, солнышко светит, горы переливаются блеском. В общем, уф, как хорошо. Пока все наслаждались купанием, Рюноскэ на выходе встретил толпу девушек, пытающихся дотащить куда-то упавшую Кеку. — Вам помочь? — осторожно и неуверенно спросил Рю. — Да, Акутагава-сан, можете донести Кеку, к нам в комнату и подождать нас там, — начала Люси. — Предположим. — Сейчас дошутишься у меня тут, — заагрессировала рыжеволосая девушка. — Ладно, — пожал плечами Рюноскэ и взял Кеку на плечо, — какая комната? — Сто седьмая. Да уж… за таблетками ему, видимо, сходить не судьба. Акутагава дотащил Кеку до ее комнаты и начал дожидаться Люси. — А вот и я, — пришла Люси, помахав компрессом и бутылкой холодной воды, — О, Кека-чан, ты очнулась? — Да, — тихо ответила первокурсница. — Спасибо тебе, Акутагава-сан, — начала старшая, — просто Кека упала от теплового удара и никто не знал, как ее дотащить. — Не стоит благодарности, — сказал Рюноскэ, взглянув на пострадавшую, та, к слову, снова уснула. Наконец-то он сможет выпить таблетки, — Люси-семпай. — Да? — А вы не знаете, где здесь кулер можно найти? — Возьми у меня бутылку в сумке, — садясь проговорила та. — Спасибо, — Рюноскэ взял то, что ему надо и удалился из комнаты. Хуева аллергия, теперь нос весь заложен, да ещё и задохнуться можно, дышать просто уже нечем. На кой черт он вообще согласился на поездку? А, точно, горячие источники. К сожалению, он не успевает туда вернуться (на выходе из комнаты обнаруживает толпу распаренных парней), зато успел выпить таблетки и не сдохнуть. Ну, может потом повезёт. — Хей, Рю-чан, — заметил его Дазай-сан, — ты чего это убежал с источников, как смущенная девица? — Не важно, — отмахнулся Акутагава. — Ну ладно, ладно, не пристаю, — после этих слов семпай приблизился к нему и спросил шёпотом, — у тебя аллергия что ли? — Не вашего ума дело, Дазай-сан. — Хм, понятненько, — отстал тот и повысил голос, — ребят, сейчас собираемся, кушаем и отправляемся в пагоду. — Так точно, сэр! — усмехнулась толпа. — Вот и прекрасненько, — отряхнул руки Осаму. Да, надо будет помолиться за собственное здоровье, иначе Акутагава не доживет до конца поездки. В этот момент из самой дальней комнаты, вроде как принадлежащей По, с которым никто из них знаком не был, но все знали, радостно что-то жуя выбежал Ранпо, по всей видимости собираясь пойти вместе с ними. Люси очень неоднозначно посмотрела на сие действие, ведь она самолично контролировала наличие всех студентов в совместном времяпровождении. В этот момент, словно в ужастике, из двери высунулась рука, а после и лохматая голова, причём вышеупомянутая совершила определенные телодвижения, опознанные как быстрый чмок в губы, чем вызвала всплеск зависти со стороны всего состава. В дверь просунули пакет сладостей, после чего она тихо закрылась, но по ситуации уже было понятно, что это был парень Эдогавы, Эдгар, который по слухам, оказавшимися правдивыми, работал и обеспечивал своего партнера полностью. Эманации зависти только усилились, что совершенно не смутило виновника ситуации, который бессовестно прогулял общие купания на источниках, чтобы лишний раз понежиться в родных объятиях и конфетах. Вышеупомянутый просто и незатейливо занёс пакет к себе в номер, достав оттуда лишь пару сладостей и распихав их по карманам, а потом встал вместе со всеми, готовый отправляться.