Твой тёплый капкан

Яркий, наполненный шумом проезжающих мимо машин и щебетом поселившихся в саду Академии птиц день никак не вязался с настроением жителей «Робишо». Обстановка в шабаше оставалась напряжённой: ведьмы и колдуны остерегались друг друга. Ведьмы — из-за слухов о том, как Ариэль неоднократно пытался унизить Верховную и из-за некоторых юных «альфа-самцов», пошло разглядывающих хрупкие женские тела. Молодых магов же изначально настраивали против ведьм, подвергали чуть ли не ежедневным речам о том, что колдуньи хотят матриархата, что любят славу и деньги, что используют силы отнюдь не в благих целях. Однако студенты Готорна с радостью разубедились, пусть и не сразу: девушки оставались учтивы, вежливы и, благодаря Корделии, старались не делать поспешных выводов, присматриваясь к новым соседям. Каждому без исключения, в том числе Корделии и Майклу, была дана неделя, чтобы привыкнуть к присутствию друг друга. Потом планировалось собрание с обсуждением планов. Эти семь дней казались невыносимыми. Делия делала вид, будто Майкл и не Антихрист вовсе, и она не помнит, чтобы они враждовали. Конечно, поглядывала на него с опаской, но относилась с равнодушным спокойствием. Лэнгдон же пытался последние соки из неё выжать, не иначе. Постоянно рассматривал, пристально, изучающе и с упрёком. Блондин не упускал ни единой возможности поддеть ведьму, вывести на эмоции и заставить откровенно поговорить с ним. Майкл не терпел игнорирования в свой адрес и не переставал поражаться такой отстранённости и холодности. Да как она может, после того, что произошло из-за неё, вести себя так, словно он здесь всего лишь гость! Гуд запрещалось не признавать силу и авторитет Антихриста, однако ведьма не выдавала никаких эмоций, за исключением редкого показного, в чём парень уверен, благодушия. Верховная чувствовала себя морально измотанной, выжженной дотла. Дело не только в Майкле, возомнившем себя центром Земли, но и в ещё одном маге, который не меньше молчаливо упрекал девушку, только совсем в другом. Но это было не первостепенно. А вот то, что кудрявый ненавидел её, обижало и чертовски пугало. Плечи с каждым днём сгибались сильнее, хотелось покоя. Эту неделю чародейка днём усиленно следила за делами в ковене, а по вечерам уходила то в магазин, то в прачечную, то ещё в не менее важные места. На деле же Гуд выжидала и надеялась, что на неё нападут загадочные враги. Информации о них в местных библиотеках попросту не было, а если и была, то прочитать древние книги было крайне трудно, и то, что в них написано, казалось полной ерундой. Верховная решила ловить на живца, выходя очередным вечером, последним перед собранием, прогуляться по близлежащим к Академии улочкам. Гуляя, Корделия впервые позволила себе отпустить то, что так давило на неё не один год, и расслабиться, прохаживаясь по тротуарам, дыша свежим и приятно пахнущим после дождя воздухом. Девушка любовалась рекламными вывесками, такими сочными, в некотором роде провокационными и манящими. Иногда ведьме удавалось очнуться от личных кошмаров, навязанных себе во многом, и глаза цвета миндаля могли снова восхищаться красотой окружающего мира. Вдруг перед белокурой упало что-то, похожее на маленький метеорит, какие она видела в учебниках по астрономии. «Вот оно», — проскользнуло в голове. Делия шагнула назад, когда в миллиметре пролетел второй такой же. Колдунья напряглась, но застыла на месте, ожидая. Метеориты испарились, и колдунья увидела как рядом с ней возвышаются чудовища. Теперь белокурая могла подробнее их разглядеть: два аморфных существа, похожих на бесформенный, постоянно во что-то собирающийся сгусток слизи вперемешку с пылью, наверное, звёздной. Она успела заметить узоры, оплетающие тело каждого монстра, как лианы. Яркие оранжевые и тёмные, почти чёрные. На лианах и вокруг них расположились несколько глаз. У одного чудовища — три, у другого — пять. Особи безо рта и без рук, искореженные туловища, надвигались на неё. Это Гуд уже видела пару недель назад, но издалека. Корделию бросило в жар. Она медленно отступала назад, силясь собраться с духом. Первое, брошенное на ходу, заклинание не дало почти никакого эффекта, только сделало маленькое отверстие в слизи чудища. Второе, более мощное, отбросило назад. Трансмутация — и девушка уже в десятке метров от особей. Выдохнув, перепуганная, но не сломленная директриса готовилась к следующей атаке. Однако оказалось, что магические способности есть не только у неё, но и у ползучих тварей, что вмиг оказались по обе стороны от маленькой Верховной, стремясь зажать её. Монстры надвигались, не торопясь. Будто наслаждались беспомощностью Гуд, будучи выше на две головы, а в ширину, как три таких Корделии. Позорно бежать или рискнуть и попытаться связаться с ними, поговорить? Ведьма встала перед трудным выбором, чувствуя, что у неё недостаточно сил и знаний для борьбы. Блондинка, стоявшая между ними боком, снова попятилась назад, пока чудища раздумывали, и врезалась спиной во что-то. Ворожея вскрикнула, будучи не в силах здраво мыслить, и тут же развернулась. — Тц. Мисс Верховная, Вы, оказывается, та ещё трусиха, — усмехнулся, смотря на неё свысока, Майкл и вытянул руку вперёд, другой хватая Делию за запястье и оттягивая назад, пряча за себя. — Что ты здесь делаешь, Лэнгдон?! Тут опасно, уходи! — она смотрела, как Антихрист, не отказывая себе в тёмной магии, с нажимом прошептал заклинание, и земля под врагами разошлась от маленькой трещины. Мощный фокус, ничего не скажешь. Как только особи упали, девушка присоединилась к Майклу, закатив глаза на победную ухмылку. Гуд прочитала текст на латыни, поддерживая колдовство парня и помогая закрыть трещину. — Тёмная магия? — выгнул бровь парень, прежде, чем упасть на пятую точку под ближайшим деревом. — Разве добренькие противные ведьмы знают о чём-то, кроме мыльно-розовых заклинаний? Наконец-то он видит живую эмоцию на её светленьком личике. Чистая злоба, даже не по себе становится. Всё-таки Делия старше и смотрит на него, как на безмозглого мальчишку, что иногда сбивает с толку, он не может отрицать. Та пыжится, пыхтит, и магу мерещится головокружение, настолько самодовольным он себя чувствует. Но, к сожалению, триумф не длится и минуты. — Спасибо, что помог. Но делать это было вовсе не обязательно, я бы справилась и сама, — спокойно и назидательно отвечает белокурая. — И да, я умею прекрасно распоряжаться тёмной магией, чтоб ты знал, — нотку детского хвастовства всё же можно разглядеть во всё ещё напуганных глазах. — Как ты здесь оказался? — Вышел пройтись, — сквозь зубы цедит недовольный Антихрист, переставая разглядывать её. — Решил ловить на живца, как и ты, видимо. А сама ты годишься только на убийства за спиной. Как крыса. Ему стоило бы быть сдержаннее, но Майкл просто не мог себя контролировать порой. Натура такая, куча обид, нестабильная психика. Лэнгдон искал любые возможности, стремясь сделать как можно больнее и показать отчётливее, какой ничтожной её считает. Его настроение постоянно прыгало от относительно нормального до ядерного. Он не позволял даже ни на сантиметр продвинуться собственной же мысли о том, что она не такая уж и плохая, видя, как та заботится о своих девочках, крутится целый день вокруг них и колдунов, вежливо интересуясь их состоянием и комфортом. Это всё лицемерие. — И откуда в тебе столько злобы, Майкл? — устало выдохнула Делия, облокачиваясь на ствол дерева напротив мужчины. Всё такая же спокойная. Только глаза чуть-чуть заблестели, от чего руки на груди сжались едва заметно сильнее. Светловолосая грустно оглядела подол испачканного персикового платья. — А то ты не знаешь, — выплюнул собеседник, смахивая зелёный листок с чёрного пиджака, — И я всегда был таким. Забыла, кто я, белоснежка? От такого обращения ворожея недоумённо наклонила голову вбок и поморщилась, впрочем, игнорируя, как игнорировала «мисс Верховную», «милую» и несколько других своих названий. То, что Лэнгдон горазд на прозвища, Гуд давно поняла. — Ты не был таким, Майкл. Ты был просто запутавшимся, — она хочет сказать мальчишкой, но запинается, видя, что ему только это и нужно, чтобы накинуться на неё и разорвать. Делия по природе своей не умела сильно злиться и всегда думала о чужих чувствах, даже его стараясь не задевать, ведь и правда верила в то, что говорила, — запутавшимся человеком, которому говорили, что делать. Ты был марионеткой в руках сатанистов и мисс Мид, они просто использовали тебя в своих целях и… — Не смей о ней говорить! — Майкл весь раздулся, вскочил и подлетел к девушке, больно толкнув в плечи, заставив сильно удариться спиной об дерево. Она шикнула и отошла в сторону. — Да что ты понимаешь, Корделия?! Она была мне ближе, чем родные люди, любила меня и заменила мне мать, открыла глаза на ничтожество этого мира! — Я многое понимаю и вижу, Майкл, перестань, — у неё уходят последние силы, чтобы не сорваться на отчаянный крик. Она разворачивается и быстрыми шагами удаляется из этого чёртового парка. — И всё?! — кричит дитя тьмы ей вслед. План долгого допроса с пристрастием рушится. — Нет смысла переубеждать кого-то, похожего на осла, — вяло крикнула Делия, заставив его чуть ли не сгореть от возмущения, и испарилась.

***

За длинным овальным столом в гостиной собрались юные маги и молодые девушки, располагаясь друг напротив друга. За одним из концов стола кучковались старшие девочки и Миртл, а рядом со стулом, где должна сидеть Верховная, стоял Майкл, заложив руки за спину, критично оглядывая собравшихся. — Почему мы молчим? Я думала, сейчас начнётся обсуждение, — выкрикнула одна из ведьм, кажется, Мия. И как только им позволяется такое? Когда Майкл был учеником в Готорне, им пикнуть запрещали без надобности, а за несанкционированные выкрики и лишние вопросы можно было и указкой получить. Ариэль особенно любил таким злоупотреблять, и некоторых магов вполне можно было назвать запуганными. А здесь они не только почувствовали свободу, но и были за неё благодарны. Гуд очень боялась, как Майкл понял, наблюдая за ней, что маги расслабятся, будут вести себя эгоистично и перестанут считаться с ней и с её девочками, однако даже сам Антихрист чувствовал себя спокойнее обычного в такой обстановке. Казалось, что все всех любят, а Корделия — во главе этой любви, следит, чтобы лучик тепла достался каждому. — Мы ждём Корделию, — с ноткой порицания ответила Миртл, накалывая оливку на шпажку. Ещё пару минут в комнате гудели разговоры, а компания учениц и учеников разделилась на небольшие группы. Утонув в своих мыслях, Майкл не заметил, как все взгляды устремились к лестнице. Он тоже повернулся, предполагая, что спускается Верховная. «Ах да, она же увядает. Совсем забыл», — подумал парень, глядя, как Зои поддерживает руку Делии, помогая той спуститься. Гуд тяжело дышит и какое-то время смотрит под ноги. «Спасибо, Зои», — улыбается наставница, — «Дальше я справлюсь». Наставница тихонько отнимает руку, выпрямляется и уверенно преодолевает последние ступеньки. А в глазах её отражается волнение, страх и даже стыд. Наверное, ей жаль, что она не робот и не всегда может скрывать вселенскую усталость и лишние эмоции. Антихристу даже как-то некомфортно. Он лишь пару раз видел, как белоснежка теряет сознание и оседает в руки своих помощниц, и связывал это с собой. Сейчас, конечно, понятно, что дело в расцветающей Мэллори, к которой плавно переходят силы старшей. Но видеть в относительно расслабленной атмосфере, как Корделия ослабевает, было не так приятно, как кудрявый хотел бы. Она ведь такая вредная и сильная, такие должны быть живучими. Директриса проходит к столу и становится напротив Майкла, оглядывая остальных с лёгкой улыбкой, не собираясь садиться и думать о том, что этот мальчишка стоит прямо за её спиной. — Итак, все на месте? — интересуется ведьма и видит множественные кивки. — Думаю, можно начинать. Как вы уже знаете, на Земле появился кто-то, кто постепенно уничтожает её. Почти каждый из вас видел странных существ непонятной формы и с неизвестными силами. Верно? — девушка ещё раз оглядывает всех. — Эти твари часто нападают в городском парке, — поделился один из учеников. — Именно. Поэтому тебе, Оливер, не стоит шляться там одному, — вмешался Лэнгдон, делая замечание подобно настоящему преподавателю. — Я бы попросила без резких выражений, мистер Лэнгдон, — она поправляет копну пшеничных волос и внимательно заглядывает в глаза Антихриста. — Как скажете, мисс Верховная. Только они по-другому не понимают, — вяло оправдался Майкл, складывая руки на груди. «Много ты понимаешь, милая. Своих распустила, теперь и за чужих взялась», — обиженно подмечает мужчина, но вслух не произносит и делает шаг в сторону, подальше от этой выскочки. «Ты тоже только так и понимаешь, что мне теперь, пороть тебя и кричать?» — проскакивает у Делии, и становится даже смешно. — Продолжим, — игнорируя его реплику и пристальный взор, девушка всё-таки садится на стул, видя, что Майкл отошёл на приличное расстояние, и за вмешательство в личное пространство можно было не переживать. — На многих из вас напали, поэтому я настоятельно рекомендую вам собраться в группы и выходить на улицу только так. С сегодняшнего дня никаких одиночных прогулок. Пару колдунов попытались бросить что-то едкое по этому поводу, но строгий взгляд ведьмы их остановил. Мнение Майкла в очередной раз поменялось. Оказывается, она может приструнить любого, если захочет. Почему же тогда не делает этого сразу, позволяя всем вокруг больше, чем нужно? — А теперь я хочу спросить тех, кто сталкивался с этими монстрами. Удалось ли вам что-нибудь узнать о них? — Они те ещё суки, — безразлично отзывается Мэдисон, собираясь закурить за общим столом. Верховная молча бросает на актрису раздосадованный взор и одним движением глаз вынимает у той сигарету прямо изо рта. — Мэдисон, не забывай о приличиях, пожалуйста, — тихо, ровно, но строго говорит директриса. Мэдисон на это цокает и закатывает глаза, а Бехолд, сидящий напротив неё, многозначительно улыбается, заставив девушку презрительно фыркнуть. — Мисс Корделия, я кое-что заметила, — тёмноволосая Агата сидит не слишком далеко от старшей, и это позволяет услышать её тихий неуверенный голос. — Расскажи нам, Агата, — наставница обеспокоенно смотрит на их новенькую и на секунду касается её плеча, стараясь подбодрить. — Говори громче, пожалуйста. И не бойся. — В общем, — вздыхает брюнетка, — я думаю, что они не просто монстры. Они тоже обладают магией. По крайней мере, когда я подошла ближе во время нападения на меня, они использовали трансмутацию и внушение. Я просто застыла на месте, вместо того, чтобы драться, — видно, что младшая корит себя, видно по тому, как её руки прячутся под стол, а глаза опускаются вниз. — Милая, ты ничего не могла сделать, — наставница сочувствующе смотрит на неё, потом возвращает внимание на толпу. — Девочки, я тоже заметила, что они обладают магическими способностями, и если кто-то из вас не сможет сопротивляться, не вините себя. Когда они напали на меня вчера... В этот момент тётушка Миртл удивлённо поворачивается к Делии. Остальные тоже немного удивлены. — Они снова тебе угрожали, и ты даже не сказала, Корделия? — с осуждением спрашивает Джон Генри, выражая общую мысль. — Это было вечером, и я не хотела никого беспокоить перед сном. Всё обошлось, — ведьма слегка тушуется, но быстро берёт себя в руки и выпрямляется, как струна, возвращая взгляду холодок и непоколебимость. — Но тебя же могли покалечить, Делия, — обеспокоенно выдыхает Зои, сидящая рядом с Миртл. Их Верховная слишком много на себя берёт и никогда не делится ответственностью, считая, что попросить помощи, значит проявить слабость. — Не переживайте, милые дамы, я её спас, — с нахальной улыбкой вмешивается дитя тьмы, желая добавить перцу в эту осторожную беседу. Майкл победно улыбается, видя, как Верховная слегка краснеет, наверное, от досады и волнения, и косится на него с укором. — Всё интереснее и интереснее, — вполголоса шепчет Мэдисон, откидываясь на спинку стула, и ехидно усмехается. — Корделия, расскажи подробнее, пожалуйста, — Джон явно недоволен, если не сказать, зол. Майкл видит осуждение на его лице, а сам мужчина задумчиво потирает чёрную щетину на подбородке. Неужели ревнует? Антихрист не замечал, чтобы они с Делией зажимались по углам или хоть как-то намекали на отношения. С другой стороны, он ведь не ходит за ней по пятам и не может знать всего. А жаль. Больше информации — больше понимания, как на Делию давить. Хотя уже потихоньку становилось понятно, что было её слабой стороной. — Нечего здесь рассказывать, — руки колдуньи сжимаются в кулачок, но всё ещё спокойно лежат на столе. Сейчас она предельно напряжена и сосредоточенна. Корделия рассказывает, что, гуляя, встретила монстров, что они трансмутировали, как и она. Что не все заклинания действуют на них. Несколько магов сообщают, что видели, как чудища устраивали вокруг них бури и метались огнём, и это наводит на некоторые мысли. Резонный вопрос задаёт Кайли, полноватая пепельная блондинка, появившаяся в ковене год назад. «Мисс Корделия, Миртл. Я не совсем понимаю, почему мы так переживаем», — голос её немного грубоватый и ровный, без какого-либо стеснения и волнения. Особенностью Кайли была её прямолинейность. «Их способности схожи с нашими, мы достаточно сильны, чтобы драться на равных, и убить нас они не пытаются, только пугают». «А то, что они для чего-то пугают, тебе в голову не приходит?! Или, по-твоему, неизвестные существа прибыли на Землю повеселиться, запугивая местных? Делия, ну где ты их находишь только?» — мысленно выругивается Майкл и вступает в диалог с Кайли и с остальными, перебивая только начавшую говорить Верховную. — Позвольте продолжить, — говорит Антихрист, мимолётно касаясь плеча белокурой, отчего та вздрагивает. Майкл, заложив руки за спину, начинает расхаживать вдоль стола. — Когда эти черви напали на меня, мне удалось проникнуть в их сознание. — Черви? — с долей отвращения переспрашивает Миртл. — Да, так они называются на своей планете. Мыслей в голове у них мало, и мысли похожие. Кто-нибудь из вас делал подобный вывод? Вступал в диалог? Собравшиеся отрицательно мотают головой, и Антихрист снисходительно улыбается. Ему нравится выделяться. Майкл не прочь блеснуть способностями и похвастаться. — Я вступала, — отзывается Корделия. Мужчине видится в светлом личике злорадная усмешка, но присмотревшись, Лэнгдон понимает, что Делия серьёзна. — Мне показалось, что эти особи будто запрограммированы. Это не было похоже на диалог, скорее, я читала мысли. — И что же вычитала? — Майкл размеренно идёт в её сторону. Шаги ощущаются тяжёлыми, и ведьма внутренне беспокоится. Антихрист знает больше, чувствует себя увереннее. Зная, как Майкл ненавидит её, Гуд чувствует скованность и страх перед ним в глубине души. Огромная сила в руках того, кто не умеет ни признавать ошибок, ни контролировать эмоции. И холодная маска на лице. Как будто, уничтожив в себе ребёнка, Майкл вытащил ребёнка внутри неё. — Это было сумбурно и коротко. Я слышала шум и сквозь него обрывки фраз, — девушка поднимает глаза вверх и отводит в сторону, вспоминая. Задумавшись, Гуд стала выглядеть расслабленно и не так зажато, как в начале обсуждения. Отвлеклась от заинтересованных взглядов магов и ведьм. — Что-то вроде «уничтожить», «убить», «захватить ресурсы», — сомневаясь, продолжает девушка. — Ты не слышал подобного? — Верно. Мне удалось выведать информацию о боссе червей, — парень поворачивается к слушателям. — Насколько я понял, они не только с другой планеты, но и с другой галактики. Пока мы не знаем, какой именно, но их главного совершенно точно зовут Колораджо. — Колораджо? — критично усмехается Джон Генри. - Ты хочешь сказать, что нам угрожает какой-то колорадский жук со своими червями? — брюнет складывает руки на груди и пристально смотрит на рассказчика, вытягивая скуластое лицо. — Я не думаю, что этот босс выглядит так же, как черви, — осмыслив полученную информацию, вмешивается Зои. Советница одна из первых подверглась нападению, гуляя с Мисти. У них зародилось много теорий. — У червей несколько глаз и нет центрально нервной системы, потому что они двигаются синхронно, когда нападают вдвоём. Значит, у них либо очень слабый мозг, либо он один на двоих, что невозможно. — Думаю, в этом есть смысл, — подмечает Корделия. — Как бы там ни было, ясно, что захват — это спланированная акция, и нас готовят к переговорам. У меня есть ещё пара мыслей, но я озвучу их, когда буду увереннее, — Майкл оглядывается на Гуд, давая понять, что закончил, и тяжело вздыхает. Его, он видит, многие не воспринимают всерьёз. В основном ведьмы. Надо бы поговорить с Корделией об этом и заставить урезонить их, если блондинка всё ещё хочет сотрудничать безо всяких трагедий. Ещё немного поразмыслив, ковен приходит к тому, что нужно искать информацию и ждать следующих нападений. Сейчас ребята потихоньку расходились по комнатам. Верховная придерживалась мнения, что такие собрания, как сегодняшние, не должны длится долго. Коротко и по делу. Если не могут прийти к решению — откладывают на время. У неё в Академии была пара впечатлительных девочек, и она подумала, что для них так будет лучше: не успеют себя накрутить. Делия идёт на кухню и встречает уже сидящего за столом Антихриста. Пару секунд они переглядываются, а потом ведьма проходит вглубь помещения, к плите. Зажигая взглядом огонь и таким же макаром ставя чайник, девушка тянется к верхней полке кухонного шкафчика, выуживая пакетик с травами. Верховная хочет сделать отвар, который должен облегчить самочувствие, снять головную боль. После того, как Мэллори уехала в Готорн, стало легче, но Гуд знала, что её смерть не так уж и далеко. В лучшем случае ей осталось пара лет, и главное — успеть спасти мир от нависших угроз. — Будешь чай, Майкл? — интересует ворожея у парня и стягивает рукава сиреневого платья вниз, замерзая. Майкл, не ожидавший такого невинного вопроса и взгляда, не сразу понимает, что от него хотят, но быстро приходит в себя. — Разве враги угощают друг друга чаем? — ухмыляется сын Сатаны. — Нет значит нет, — выдыхает девушка. — Ладно, постой. Давай чай, — Антихрист изначально не против, даже сам хотел предложить, ища повод поговорить и узнать о ведьме больше на будущее. Но когда спросила Делия, так спокойно, по-доброму, парень растерялся. — С сахаром или без? — Две ложки. Ворожея через пару минут подносит к Майклу кружку и ставит на стол, после уходя обратно к травам. За окном солнце почти село, надвигались сумерки. Свет в кухне был пока приглушён, нижние этажи опустели, девочки скучковались наверху, обсуждая грядущее. Атмосфера стала тихой и уютной. Парень подумал, что это шанс заговорить. Но как только Антихрист придумал тему разговора и собрался начать, на кухне появился Джон Генри. — Делия, что ты там копаешься? — спросил тот, даже не обратив внимания на Лэнгдона. — Джон? — не поворачиваясь, отозвалась блондинка. — Я хочу заварить чай с травами, но не могу выбрать, с какими будет вкуснее. — Ну да, — криво улыбнулся Мур, — это на тебя похоже, — кажется, маг был раздосадован. Ему тоже надо было пообщаться с Делией. — Трудно, когда есть сразу два варианта, сложно выбрать одно, — на этих ехидный фразах, явно сказанных с упрёком, Корделия слегка вздрогнула и медленно выдохнула. — Наверное, — бесцветно ответила Гуд, стараясь игнорировать издёвку. — Смотри только осторожнее. А то ведь ты любишь делать неправильные выборы. — Джон! — Делия отбросила травы и резко развернулась, покрасневшая и разгневанная. Колдунья собиралась крикнуть на мага, но, заметив Майкла, с интересом наблюдающего за ситуацией, постаралась расслабить плечи и процедила: — Пойдём, поговорим в саду, пожалуйста. Мур, добившийся желаемого, стремительно покинул кухню, оглядываясь и проверяя, точно ли девушка идёт. Майклу было ну очень любопытно. Значит, Верховная обидела Генри? Интересно, что же там за треугольник, если брюнет говорит о каком-то выборе. Антихрист, чувствуя себя обязанным узнать, выжидает минуту и бесшумно идёт следом.