Твой тёплый капкан

Корделия напевала весёлую мелодию, крутясь в оранжерее. Настроение было хорошим как никогда: вот уже и стол для исследований есть, и приборы, скоро они с Майклом повесят специальные лампы. За прошедшую неделю Майкл почти полностью возвёл теплицу над растениями, где-то сам, где-то нанимал рабочих. Делия, к своему стыду, появлялась всего пару раз, и то ненадолго. Из-за болезни стоять на ногах больше получаса казалось невозможным, а без неё Антихрист не мог вырастить нужные цветы, стопорился и говорил, что принципиально дождётся, пока ей полегчает, ведь это её оранжерея. Однако сама Верховная ассоциировала их обоих с этим местом и говорила, что он единственный, кого она может впустить сюда без надзора, что очень трогало юного Антихриста. Верховная в эти слова никакого подтекста не вкладывала. Говорила искренне, с горящими в кои-то веки глазами и с нежностью, свойственной либо детям, либо людям очень увлечённым. Однако Майкл отблагодарил её сначала смущённым ворчанием, мол, нечего, не его это заслуга, а потом притащил какой-то мудрёный чай из дорого магазина. Сегодня пришло время высаживать новые ростки, и Гуд предвкушала ту красоту, что будет благоухать здесь через пару месяцев. После нескольких отваров от Майкла и Миртл, вкупе с агатовым браслетом на руке, с которым девушка теперь расставалась лишь на ночь, ей стало значительно легче. Корделия даже невольно понадеялась, что поживёт дольше, чем думала, ведь от предположительного месяца прошло три недели, а она пошла на поправку. Правда, отвары в таком большом количестве пить перестала, стараясь вырабатывать собственный иммунитет. Да, конечно, ходить было тяжеловато и голова кружилась постоянно, но хотя бы не выворачивал кашель, заставлявший голос совсем осипнуть. Верховная в принципе предпочитала больше не думать о своей болезни и не внушать себе лишних тревог. — Майкл, вот засранец, просила же полочки не вешать пока, — поругалась Делия в пустоту. Сегодня Гуд была одна, так как упросила старших девочек собрать всех и сходить повеселиться в целях сближения, потому что Ариэль и колдуны из Готорна внесли-таки небольшой разлад в сплочённую команду. Каким бы противным старикашкой Ариэль ни был, редко случается, когда все ненавидят одного. Вот и у него имелись свои почитатели среди молодых магов, которые знатно портили жизнь жителям Академии. Антихрист, что метал грозные взгляды и обещания послать их на корм Сатане, не особо помогал, когда дело касалось учеников. Майкл защищал от нападок преимущественно Корделию. Верховная долго боролась с ним, доказывая, что помогать кому-то выборочно не выйдет, коль уж он строит из себя руководителя. «Это называется ответственность, Майкл, — устало твердила она, — и когда мы становимся главнее остальных, у нас появляются не только лишние права, но и обязанности». Делия не знала, возымело это какой-то эффект или нет, но ждала и надеялась, что он послушает её. Майкл вообще в последнее время стал спокойнее и рассудительнее и порой казался взрослее остальных ведьм и магов, только Зои и Мисти переплюнуть никак не мог в зрелости, да и, к удивлению, не стремился, чем бесконечно радовал Верховную. Корделия ловила себя на мысли, что Антихриста стало слишком много в её пространстве, и волей-неволей это пугало, а она начала отстраняться, чувствуя себя неловко и неудобно, не понимая повышенного внимания к своей персоне. Раньше он казался потерянным мальчишкой, нуждающимся в помощи, сейчас же ведьма чувствовала себя загнанной в угол, ослабшей перед ним, доверчивой, и не знала, когда он нападёт на неё. Слишком много было рассказано, слишком умными глазами Лэнгдон смотрел, слишком много подмечал и слишком нежно мимолётно прикасался. Винтики в голове ведьмы пока не закручивались, как надо, и она усиленно не слышала подколов Мэдисон по поводу их «особых отношений» с Майклом. Он такой же ученик, как и все. И пока актриса не начала утверждать обратное, Делия и подумать не могла о чём-то личном.

***

Делия готовила кушать и фоном слушала телевизор. Верховная задумала грандиозный ужин, силясь в одиночку накормить Академию. В целом, с применением магии это давалось не так уж и сложно, хоть и выматывало. Корделии чертовски нравился нынешний день, близящийся к вечеру: вокруг никого, классная погода за окном, согревающая летним солнышком, комедия по телеку помогала не загружать голову лишними думами, ножи были идеально заточены, и пышные кудри, собранные в хвост, не мешали, но и внешний вид не портили. Корделия положила нож и замерла: телевизор стих. Она обернулась и никого не обнаружила, уже было подумав, что это всего лишь перебои с электричеством. Верховная подошла ближе, оглядывая комнату, и краем глаза зацепилась за провод, выдернутый из розетки. Теперь она почувствовала, как тревога медленно, но верно одолевает её. — Здесь кто-нибудь есть? — крикнула Делия, не переставая озираться вокруг. Однако кухня совершенно точно пустовала. Корделия сглотнула и попятилась к столу, облокотившись на него и глубоко вдохнув. Нужно было успокоиться. Будучи достаточно пугливым человеком, Верховная начала мысленно рисовать картины возможного появления врага и печальной для себя концовки. Хотелось позвонить ребятам и попросить вернуться. К сожалению, червячок внутри, шепчущий, что она всё-таки Верховная, не позволял этого сделать. Что же она за учитель такой, если трясётся и застывает на месте, как последняя трусиха? Раньше Делия такой не была. Неужели болезнь так сильно подкосила её боевой дух? Нет, она не может позволить себе проявить слабость, не сейчас. Пусть девочки и мальчики спокойно отдыхают и веселятся. Если на них не напали, конечно. Решив не добивать себя сомнениями и не накручивать ещё сильнее, Делия сосредоточилась и собралась с помощью специального заклинания «просканировать» Академию на присутствие чужой энергии. Но как только открыла рот, наверху послышался грохот. Чертыхнувшись и приказав себе не медлить и не прятаться, Корделия ринулась к лестнице. Её комната была открыта, хотя она точно помнила, что закрывала. — Кто здесь, я ещё раз спрашиваю! — стараясь звучать угрожающе, переспросила Верховная. — Я иду! Смирившись с возможными последствиями, Корделия прошла на порог и тут же застыла изваянием: из комнаты в окно выбирался червь. Он, как желе, растёкся по подоконнику и устремился вверх, вылезая за раму. Через секунду он обернулся и пусто посмотрел на ведьму. Она очнулась, когда он захлопнул окно снаружи. Это было жутко. Особь просто пялилась на неё, совершенно не двигаясь. «Нужно проникнуть в их сознание и как бы слиться с ними», — вспомнила Делия слова Мэллори. — Это мой шанс, — прошептала ведьма и развернулась, не собираясь отступать и попробовать связаться с чудищем на расстоянии, но упёрлась растерянным взглядом в другую особь, неожиданно здесь возникшую. Чёрт, её загнали в ловушку. Ещё и необыкновенный червь, а с голубыми лианами. Вода — вот его стихия. Корделия поняла, что всё очень плохо. Ей тоже лучше всего подчинялась вода, это она выяснила в ходе множества тренировок. Казалось, им с особью осталось выяснить, чья вода будет…сильнее? А может, оно и к лучшему. Не затопит же он её, в самом деле. Особь взмахнула импровизированными руками, похожими больше на безвольно висящие тряпки, и вода из вазы, где у Делии стояли цветы, вылилась. «И всего-то?», — подумала она. Однако такой лужицы хватило червю. Лужица стала лужей, пока Верховная пятилась назад, пугаясь, помня, что за окном ещё один червь, а потом напоминала стремительно увеличивающееся озерцо. Она наконец набралась сил и метнула заклинание, желая направить поток воды обратно, но не получилось. До Корделии дошло: не выйдет. У них разного рода магия. Она не может обратить эту магию на свою сторону, даже если червь управляет обыкновенной водой из её вазы. Нужно где-то найти другой источник влаги. Чем сильнее комната наполнялась водой, тем сложнее себя контролировать могла Верховная. Чёрт, она не знает, как остановить его. Можно поджечь покои, надеясь, что особь истратит запас сил, когда будет тушить огонь, но Делия этого просто не выдержит. В окно долбился другой червь, накаляя обстановку. Это было паршивое ощущение. Ощущение собственной немощности, всепоглощающего страха и осознание, что помочь некому. Делия устала твердить себе, что она сильная, но никак не подтверждать этого. Девочки ведь не слепые, видели, что Верховная теперь просто ведьма и ничего больше, никакая не самая сильная. И если она сейчас умрет, Мэллори сможет расцвести окончательно и привести шабаш к победе. В конце концов, вдруг Делии всё-таки повезёт, и она свяжется с особью и выживет. И окажется полезной Свыкшись с вероятной смертью, Гуд, не долго думая, кинулась к чудовищу, готовя заклинание на защиту разума и буквально провалилась в червя.

***

Компания учеников Академии во главе с Майклом, Зои и Бехолдом направлялась в очередную кафешку. Ребята уже побыли на костюмированной вечеринке, погуляли по городу и успели переругаться и помириться несколько раз. Некоторые не хотели выглядеть, как сборище детсадовцев, и подчиняться самопровозглашённым руководителям «похода», ведь за стенами учебного заведения они все равны. Зои в целом слушались как члена Совета, поэтому она предложила разделиться на несколько групп и встретиться перед походом в последнее кафе, чтобы вместе вернуться в ковен. Майкл забрал себе самых активных «протестантов», и те немного поутихли. Однако он не стал применять стандартные для него методы укрощения, пробуя по-человечески объяснить, почему сейчас стоит держаться вместе. Сначала, конечно, было тяжело, но в итоге Антихрист относительно справился, придумав развлечение в виде поиска интересных локаций и разговоров. Он попытался завязать с ребятами диалог и был приятно удивлён: ему отвечали. Корделия оказалась права. Если не вести себя, как запугивающий всех сгусток тьмы, люди становятся не такими уж и дерьмовыми. Да, его местами побаивались, но уже не шарахались, и он не знал, хорошо это или нет. Вдруг, потеряв авторитет, он не справится с… А с чем, собственно? Апокалипсисом? Антихрист разрывался. Мысли об уничтожении всего живого и построении нового, «улучшенного» мира как-то улетучивались. Здесь, вокруг него, все такие разные и живые. Глупые или слишком умные, интересные. Ему хотелось научиться понимать других, не прибегая к магии и бесконечным манипуляциям. Корделия показала Антихристу, как наслаждаться моментами. Точнее Майкл просто наслаждался тем, как она наслаждается моментами, чтобы это ни значило. Майкл никогда не интересовался тем, что такое симпатия и влюблённость, считал себя выше ненужных и мешающих чувств, не хотел отвлекаться, не понимал, в чём смысл спать с кем-то, целоваться, не умел чувствовать, в конце концов. И уж точно не предполагал, что феерия гормонов захватит и его, всемогущего, умнейшего и холодного демона. Он не мог осознать, что с ним происходит ровно до тех пор, пока не понял, что все его мысли вертятся вокруг Верховной, чёрт бы её побрал. В какой-то момент, задумавшись о ней, Майкл подсчитал, что они не виделись три дня и что вдруг её стало остро не хватать. «Почему она так долго не просыпается?», «Интересно, а если Делия узнает, как я подколол Энн вчера, она опять разозлится и прочитает мораль?», «Окей, Делия была права, лучше подходить к продавцам с приветствием и улыбкой. Лицемеры чёртовы, сами же чуть ли не скотчем этот оскал натягивают», «О а вот этот чай надо ей купить, она искала», «Белоснежка такая красивая, когда улыбается». Каждый день он думал о ней, и начало казаться, что без передышки. Тянуло, очень тянуло. Даже дружеские объятия Верховной с девочками начали будоражить, потому что он тоже хотел прикасаться к ней без вопросов и разрешения. Майкл должен был испугаться, однако сначала лишь немного раздосадовался, понимая, что никто бы не додумался победить его таким банальным способом. Но ведь Делия и не пыталась. Она забила на то, что он Антихрист, просто сократила дистанцию своими затяжными рассказами о жизни, днями в оранжерее, неосознанно пожалела и разглядела обычного человека. Именно Верховная научила его самоанализу, и ему давно стало ясно, почему он вдруг воспылал чувствами. Воля к жизни и тяга к прекрасному зацепила Майкла в ней. Несмотря на ворох проблем и двух врагов за спиной, Корделия продолжала искренне отдаваться любимым делам, вселяла веру в лучшее и оставалась собой. Его удивляло желание не сворачивать с пути, не становиться злобной стервой, не сгибаться под тяготами жизни. И эта простая красота и стать…он, если честно, ещё в первую их встречу мимолётно оценил её внешность. Большие глаза, без преувеличений и прикрас, не мультяшные, разумеется, но всегда немного удивлённые и добрые. Мягкая улыбка, почему-то всегда искренняя. Разве можно улыбаться, когда он столько нервов попортил ей, в той же теплице, сколько цветов он высадил неправильно! Но ни крика, ни упрёка Майкл так и не услышал. Кто-то крикнул, вырывая Антихриста из кутерьмы раздумий. Оно и к лучшему, потому что думать о Делии, когда она не берёт ни от кого трубки, было тяжело и злило. Майкл огляделся. Ребята спорили с хостес. — Мы не сможем разместить вас всех! — кричала сотрудница кафе. — У вас там места много! — ответила Мэдисон, невзирая на нравоучения Зои. Её зацепила грубость персонала. Если бы им отказали спокойно, ничего бы не было. — Вы ошибаетесь. Извините, у нас полная посадка, — девушка, казалось, ухмыльнулась. Майкл вмешался, попросил спорящих успокоиться и начал считывать ауру сотрудницы. Очень злая девушка, явно недовольная собой и пытающаяся самоутвердиться. Он остро ощущал чужое желание уколоть, нагадить. Возможно, столики вправду заняты, скорее всего, забронированы, но она намеренно не уточняет этот момент. Позади витала магия, один из учеников собрался поиграть. Мысль неплохая, однако Майкл заблокировал потоки колдовства. Скандал посреди города, да ещё и с вмешательством ведьм и магов не приведёт ни к чему хорошему, нужно разбираться дипломатично, проявить мудрость. Это, может, и не так весело, но Антихрист уже рассчитал свою выгоду. — Милая леди, нам очень жаль, что потревожили Вас, — приторно улыбнулся кудрявый. — Понимаем, что столики заняты и сегодня женится Ваш бывший, простите. Мы вынуждены откланяться, а Вам счастья. — Откуда.? — она смотрела им вслед ошарашенно и озлобленно, а Майкл лишь ухмылялся, ведя всех за собой. — Ты молодец, что не поддался на провокации, Майкл, — к парню подошла Зои. — Ага. — Мы понимаем, что это тяжело для тебя, но ты поступил, как мудрый руководитель. — Сделал, что должен был. Зои, прекрати считать, что тьма настолько затмила мне глаза, что простая вежливость для меня нечто неподъёмное. Я не мразь, — немного резко ответил он. — Я так не считаю. Никто уже так не считает. Я расскажу Корделии о случившемся, ей будет приятно, она всегда рада за тебя, — улыбнулась советница. Майкл становился мягче, когда слышал о ней. — Необязательно, — стараясь выглядеть равнодушным, шепнул Антихрист, в душе ликуя. На то и был расчёт.

***

У всех без исключения было два вопроса: «Какого хрена?!» и «Где Корделия?!» На диване в гостиной в пузыре сидел червь с закрытыми глазами. Многие испугались и приготовились к атаке, но особь совсем не двигалась. — Я поищу Делию, — сказала Миртл и пошла наверх. Предчувствие подсказывало, что что-то случилось. С червём решили пока ничего не делать, нужно найти Верховную, наверняка она в курсе происходящего, если с ней всё в порядке. — Чёрт! — послышался взволнованный голос тётушки со второго этажа, и все встрепенулись. — Ты нашла её? — крикнул Майкл. Он не мог устоять на месте, рисовал картины, в которых Делия не смогла себя защитить. — Не молчи, она жива?! — игнорируя обращённые на себя взгляды, продолжал звать Антихрист. — Вроде бы. Зои, Мисти, идите сюда, мне нужна помощь. Майкл пошёл с девочками, плевать ему хотелось, кто и что подумает. — Как верная псина помчался, — с насмешкой шепнул Ариэль и тут же запутался в собственных ногах, падая на пол. Ребята засмеялись. Делия обнаружилась без сознания в своих покоях на полу. Под носом виднелась засохшая кровь, а комната была в воде. Документы промокли, кровать тоже, впрочем, это сейчас не было важно. — Господи, что с ней произошло? — взволнованно пропищала Мисти, падая на колени и начиная осматривать Верховную. — Кажется, она боролась. Нужно отнести её в тёплое место и срочно разбудить, — пролепетала Миртл и погладила Делию по щеке, прислушиваясь к ощущениям. — Она сейчас очень слаба. — Отойдите, — Майкл не стал терпеть и любезничать, немного грубо растолкал всех и стремительно, но осторожно подхватил Верховную на руки. — Моя комната ближе остальных, пойдёмте туда, — не переставая смотреть на ведьму в руках, кивнул Майкл. «У неё жар, — мысленно ужаснулся Антихрист, — сука!» Положив Верховную на постель, парень сел рядом и взволнованно глянул на потеснившую его Миртл. — Я могу вылечить её, — несмело сказал он. Антихрист очень волновался, ему казалось, что Делия то нагревается, то остывает. Лишь бы совсем не остыла. — Нет. Это должна сделать Мисти, она ведьма воскрешения. Тёмной магией пользоваться нельзя. — Да почему?! — уже было не сорвался парень. — Корделия не давала на это согласия! И мы не знаем о последствиях! — Миртл, я не знаю, смогу ли, — виновато, чуть не плача, начала Мисти, — я только недавно вернулась из Ада и не уверенна, что у меня хватит сил. — Должно хватить, — процедил Майкл. Тихо, без крика, но достаточно резко и бескомпромиссно. — Она твоя Верховная, Мисти. Покажи, что Делия не зря учила тебя верить в себя. — Лэнгдон, не зазнавайся! — осадила Миртл. Она не меньше переживала, но давление на Мисти им никак не поможет. — Майкл, ты только хуже делаешь, — осторожно сказала Зои. — Надо что-то придумать и помочь Мисти, а не психовать. — Агрх! Ладно. Мисти, — позвал парень. — Прости, — всё-таки извиняться было тяжко, виноватым он себя не чувствовал. — Пожалуйста. Просто постарайся. Я подстрахую тебя, хорошо? Она кивнула и подошла к Корделии. Болотная ведьма всеми силами пыталась забыть тот ужас в Аду и сосредоточиться. Сначала ничего не выходило, но Миртл тихо шепнула, чтобы девушка вспомнила то, что ей нравится в Корделии, вспомнила радостные моменты с ней. Тогда, пустив слезу и всем сердцем пожелав, чтобы всё было хорошо, она начала колдовать. Майкл исподтишка подбавлял светлой магии, насколько мог владеть белым колдовством, и в какой-то момент Корделия вымученно застонала и открыла глаза, удивлённо и устало разглядывая своих спасителей. — Вы вернулись, — с грустной улыбкой констатировала Верховная и медленно присела на кровати. — Как же ты нас напугала, Делия! — тётушка обняла её и крепко прижалась. Делия покорно опустила голову на костлявое плечо и прикрыла глаза. — Простите, — выдохнула она. — Я не специально. — Расскажи, что случилось, — подсела Мисти после Миртл и взяла Верховную за руки. — Да, милая, конечно. Майкл? Ты чего? — она не ожидала увидеть его здесь и стушевалась. Он столько раз видел её слабой и вот опять. И почему он так гневно посмотрел на неё? — Рассказывай, — приказал он. — Подожди, — передумал, что ли? — Тебе нужно отдохнуть сначала, наверное. — Нет, — запротестовала Делия, но снова наткнулась на ледяные глаза. — Точнее, да, нужно, но сначала я всё расскажу, это важно, — Корделия нежно улыбнулась ему, силясь успокоить. Он и впрямь волновался за неё, что не могло не радовать. Когда Майкл сел на противоположный край кровати, заодно поправив подушку под спиной ведьмы, она начала рассказывать. В тот момент, когда Корделия погрузилась в чудовище, ей стало нестерпимо больно, как будто её стянули ремнями и пусти ток по телу. Особь пыталась вытеснить её. Именно в этот момент, когда она начала задыхаться, её спасла тёмная магия, но об этом Делия умолчала. На этот счёт у неё закрались неутешительные подозрения, добавив тревог. Как только она смогла привести мысли в порядок и удержаться внутри особи, стала пытаться поговорить, но ей не отвечали. Тогда она услышала пронзительный крик, словно из-под воды и позвала кричащего к себе. Заклинание на блок силы сработало, и ведьма смогла усыпить червя, его оболочку и достучаться до, как выяснилось, настоящего жителя другой планеты. Тот сказал, что Колораджо захватил их и контролировал разум, и что лучше усыпить особь, пока житель ещё в сознании и паразит вновь не завладел им. Делия не успела больше ничего узнать, но поняла, как пробудить жителей в дальнейшем. Нужно визуализировать их клетку вокруг разума, ориентируясь по перемене магии и энергии и попытаться разрушить, хоть криками, хоть чем. Каждый ищет способ сам. Самое сложное — удержаться внутри. — Думаю, теперь, если мы сможем отобрать у Колораджо хотя бы десяток особей, он выйдет на разговор. — Нужно рассказать ребятам, — всё ещё пугаясь, прошептала Зои. — Делия, милая, почему ты не позвонила нам сразу, как поняла, что в доме кто-то есть? — Я не хотела вам мешать. Я же не беспомощная, да и Верховная, к тому же. Справилась, как видите, — как можно беззаботнее успокоила тётушку Корделия. - Ты могла умереть! — Майкл сжал одеяло в кулаках и вытянул лицо вперёд. — Ну не умерла же. — Тц. Я пойду расскажу остальным, — Антихрист вскочил и удалился, чтобы не придушить эту Корделию за её глупость и неоправданный риск. Ну что за баран, спрашивается?!

***

— Какую красоту мы создали, да? Майкл, ты согласен со мной? — любовно подрезая ирисы, спросила Корделия, не оборачиваясь на Антихриста. Он как раз недавно закончил перекапывать землю для новых посадок и успел отлучиться и отдохнуть. Оранжерея пестрела самыми разными красками: жёлтыми, красными, синими, фиолетовыми, и вдыхала жизнь в Верховную, когда казалось, что дела идут — хуже некуда. А запах… Майкл его не особо приветствовал, какофония из ароматов кружила ему голову, но Делия была довольна, словно они победили всех недругов и просто веселились, словно и не было ни рутины, ни проблем. — Большую красоту, чем мисс Верховная, мы пока не создали, — ухмыльнулся Антихрист. — Прекрати. Учишься делать комплименты? — фыркнула она. После случая с особью Майкла в её пространстве стало ещё больше. Пару дней они помолчали, потому что поссорились: он устроил едва ли не истерику, крича и причитая, что она глупая до абсурда, раз не осознаёт, что могла в один момент умереть, связавшись с особью. Делия заявила, что не маленькая девочка, а вполне взрослая и самостоятельная. К тому же, попросила его отстать, вообще отстать, чем сильно обидела. Вот только когда Майкл отстал, ей стало грустно. Это не обычная грусть, а какая-то другая, ведьма пока не могла дать ей названия. Помирившись, Антихрист оставлял её лишь на ночь. — Да, тренируюсь на тебе. Как оно? — Не стыдно мне в лоб об этом говорить? — вскипела Корделия и чуть не перелила воду на цветок. — Нет. Я же искренне, от сердца, как ты любишь приговаривать. К тому же я говорю это только тебе, не переживай. — Я и не переживаю, — отмахнулась Гуд. — Ну не обижайся, неудачно пошутил. Прости, снежочек, — он тихонько шагнул к ней и вытянул руки из-за её спины, показывая пачку чая. — Этот ты искала? — Вау! — восхитилась Делия, выхватывая чай, и не заметила, как робкие мужские руки обвились вокруг её талии. — Где достал? — она повернула голову и столкнулась с Майклом нос к носу, потому что он удобно устроил подбородок на её плече. Корделия замерла и замолчала, вглядываясь в его довольное, радостное и расслабленное лицо. — А? — В том магазине, о котором ты рассказывала. Ещё утром, — безмятежно и тихо отозвался он, обнимая крепче. — Решил сделать тебе приятное. А то я ведь на подлости горазд, в основном. — Спасибо, — прошептала белокурая и отвела взор на теплицу. — Ну всё? Отойди, мне нужно закончить. Её как-то взбудоражило немного. От теплоты Антихриста неожиданно закололо в животе, места, где побыли его руки, точно загорелись. Очень неловко и неправильно было ощутить такое. И этот его взгляд… Будто она ребёнок, радующийся мелочам, а он заботливый мудрый дядя, по-доброму смотрящий на неё наивность. Такой нежный… — И кстати, ты делал хорошие дела и раньше, — уверенно заговорила она и переместилась на другой конец цветника, выискивая, что бы ещё поделать. — Например? — неверяще спросил Майкл. — Ты воскресил Мэдисон, достал Куинни из отеля. — Я просто хотел обратить на себя твоё внимание, — хмыкнул он. — И недавняя ситуация с кафе, — закончила Делия, игнорируя последнюю реплику. — Мне рассказала Зои. Ты и вправду поступил достаточно мудро и даже остроумно. — Да-да. Вот так, снежок, стараюсь. Да и нетрудно это было, я же сам по себе достаточно мудрый, — он разулыбался, как сытый кот, предвкушая дальнейшую реакцию. — Сам по себе ты достаточно самодовольный, — рассмеялась ведьма. — Зато честный. Не замалчиваю своих эмоций. — Это камень в мой огород? — Нет, у тебя здесь только цветы, — знающе опроверг он.

***

— Так вот кто по ночам шастает, — раскрыл тайну Майкл, хотя прекрасно знал ответ. — Быстро спать. Он выцепил Делию в коридоре, прождав около получаса. Антихрист видел, что она не высыпается, и стремился угадать причину. — Сам иди, — открестилась Корделия. — Я просто хочу пить. — Я принесу, — ещё твёрже сказал Майкл. — Майкл, ну что тебе надо? Что ты пристал? Ты меня выжидал тут, что ли? — вздохнула Корделия и скрестила руки на груди. — Да, — признался кудрявый. — Ты уже какую ночь ходишь по Академии вместо того, чтобы отдыхать. Что случилось? — Ничего, не придумывай себе всяких глупостей. Делия не могла взять и вывалить всё, ни ему, ни кому-либо ещё. Она очень устала, морально и физически. Осознание того, что она слабеет, пусть и медленнее, чем обычно, съедало её, нагоняло бесконечную печаль. Она не могла веселиться вместе со всеми и беззаботно вести себя, не видела собственного будущего. А ведь столько всего хотелось сделать. Сама себя загоняла в депрессию и боялась попросить помощи, чего бы это не касалось, шабаша, здоровья или бытовых задач. «А вдруг они посчитают меня немощной?» — вертелось в мыслях. Делия была уверена, что без своих сил и знаний окончательно превратится в балласт. Пару раз у неё случались галлюцинации, и теперь ведьма стремилась как можно сильнее отстраниться ото всех. — Корделия, не ты ли учишь меня тому, что в Академии собрались люди, готовые выслушать, поддержать и помочь? Не ты ли рассказываешь, что не стоит молчать о своих проблемах, чтобы не стало хуже? — с каждой фразой Майкл оказывался ближе и внимательно, выжидающе смотрел прямо в душу, требуя ответов. — Что ты хочешь этим сказать? Я учу тебя, меня учить не нужно, я сама как-нибудь разберусь, — процедила булокурая и нахмурилась. — Как-нибудь это как? — У меня нет настроения спорить с тобой, Майкл. Давай просто разойдёмся по комнатам. — Да, давай. Ты в свою и я — в твою, — бескомпромиссно шепнул Антихрист, схватил её за локоть и впихнул в дверной проём, захлопывая покои и защёлкивая замок. — Ты что вытворяешь, Лэнгдон? — ощетинилась Корделия и стукнула его в плечо. — А ну марш отсюда. Майкл, не обращая внимания на её гнев, прошептал заглушающее заклинание, чтобы их никто не услышал. Кудрявый подошёл совсем близко и смягчился. — Мы все переживаем за тебя, Делия. Особенно я. Почему ты не говоришь, что с тобой происходит? Чего ты боишься? Думаешь, кто-то посмеётся над тобой? — она засобиралась ответить, но он продолжил, запустив руку ей в волосы. — Это ведь не так. Я уверен, тебя поймут и помогут. Ты думаешь, что способов помочь нет, но даже не даёшь и шанса их поискать, милая. Ты здесь авторитет, и никто не хочет твоей смерти, поверь. Я не вижу причин скрывать своё состояние и накручивать себя. — Майкл, перестань, ты не понимаешь, всё хорошо и… — Я слышал это миллион раз за прошедшее время, чёрт возьми! — он крикнул и взял её лицо в ладони, вынуждая смотреть на себя. Насупился и задышал громко и тяжело. — Хватит мне врать, я вижу, что тебе плохо. Я знаю, как никто другой знаю, Делия, что значит бояться показаться слабым. Но какая, сука, разница, как выглядеть перед другими, если речь идёт о человеческой жизни?! О твоей жизни! — он тряс её за плечи, не давая сказать. Она ошарашенно глядела на него, испугавшись, и чувствовала, что он будет лезть к ней, пока не выбьет то, что ему нужно. — Ты не на моём месте, Майкл, — грустно прошептала Верховная и мягко опустила ладони ему на запястья, чуть надавив, прося отпустить. — К счастью. Не стоит тащить это из меня, мне не станет легче. Корделия развернулась, но он тут же дёрнул её на себя крепко обнял, прижимая к груди, обхватывая целиком, и плечи, и талию, начав водить руками по спине и зашептал почти умоляюще. — Сильные девочки тоже плачут, Делия. И позволяют себе помочь, — он ласково и горячо шептал на ухо, проходясь пальцами по расчёсанным на ночь волосам, запутывая их и не выпуская ведьму из рук. — А ты сильная, и если у кого-то появятся сомнения — я заткну их сейчас же, только скажи. Ты не можешь отменить всё, что хотелось бы, но пойми, что этого и не требуется. Ты не одна, осознай это наконец-то, открой глаза. Хватит бегать, выскажись, покричи на меня, да хоть что-нибудь, перестань давить это в себе. Объятия стали крепче, а Майкл замолчал, тяжело дыша и ожидая дальнейшей реакции. Её сердце забилось быстрее, плечи поднялись, и вскоре он услышал-таки нервный всхлип. Делия, не выдержав и почувствовав поддержку, начала тихо плакать, не в силах и слова вымолвить. Как долго она молчала? Когда здоровье и нормальная самооценка покинули её? Первое около полугода назад, второго, кажется, и не было. Ей так часто делали больно… она так много обжигалась. И почему именно Антихрист рьяно пытался помочь? Эти поглаживания по спине, тёплое сопение над ухом только сильнее разгоняли эмоции. Вот он, бежать больше некуда, ждёт признания или хотя бы крика. А Делии и молчать уже не в пору, нужно отпустить, что сможет. Чем больше она плакала, тем громче. — Вот так, милая, не волнуйся, я не сбираюсь тебя осуждать или ранить, — мягко, насколько умел, заверил Майкл. — Пойдём. Он знал, что сейчас ей важно просто выплакаться, что скажет она мало, но это уже его радовало. Делия была единственной, кого хотелось поддержать максимально. Антихрист отвёл ведьму к кровати и бережно уложил, устраиваясь рядом, вытягивая ноги и вновь прижимая притихшую девушку к себе. Та поёжилась неловко, но отстраняться не стала, чувствуя новый прилив слёз. — Я, — глотая слюну, начала Верховная и прижалась так, чтобы не было видно лица, — мне так страшно, Майкл, — она затряслась. — Чего ты боишься, дорогая? — его пробирало на дрожь от этого тоскливого признания. Делия была горячей и вымотанной, вызывала непреодолимое желание успокоить и приласкать. Бедная белоснежка, скольким же она помогала всё это время, всю жизнь, наверное. И так глупо отказывается от заботы о себе. Невозможно ведь в одиночку вынести такие тяготы. — Конца, — несмело и стыдливо ответила Гуд, шмыгнув носом. — Того, что ничего не успею, не помогу девочкам, стану для них… — Чшш, — Майкл поднял её подбородок и приложил палец к губам. — Не говори этого. Ты не обуза и никогда ею не будешь, как тебе это в голову вложить? Ты очень смелая, сильная и самоотверженная, и ты ни в чём не виновата. И не смей это отрицать, милая. Иди сюда, — парень лёг на спину, устраивая её голову у себя на груди и целуя в макушку. Он поколдовал, чтобы от его тела исходило тепло, и принялся сопровождать её всхлипы размеренной мелодией, услышанной где-то по радио. Майкл пел о красоте моря и прекрасной русалке, чуть улыбаясь и пытаясь быть ещё ближе. «Прекрасная ундина ещё будет петь, на звёзды ещё много раз захочет посмотреть», — неуверенно, но очень нежно прозвучал конец песни. Корделия толком и не высказалась, но ощутила значительное облегчение и приятную усталость. Майкл не внушал страха или опасности, лишь желание обнять в ответ, что она и сделала, обвив руку вокруг торса. И зачем только возиться с ней так? Конечно, это может быть его коварным планом, но ей ведь и так умирать скоро? Почему просто не довериться? — Спасибо, — шепнула Верховная и прикрыла глаза. Надо бы сказать ему, чтобы уходил, пока их так не застали и не надумали лишнего. Не должны ученики и Антихристы обнимать Верховную в кровати. — Согрелась? Не за что, милая, я всегда на твоей стороне, мне уж некуда деваться, — философски хмыкнул Майкл и устало вздохнул, переволновавшись. Он оставил руку на её спине и опустил веки, утыкаясь носом в мягкую макушку. Они и не заметили, как спокойно и крепко уснули.