Глава 4 – Эола
26 мая 2022 г., 11:30
Я был готов любить весь мир – меня никто не понял: и я выучился ненавидеть.
Мир фей своими голубыми деревьями, светящимися созданиями и растениями, мягкой и доброй атмосферой спокойствия зазывал к себе. Хотелось остаться там навечно, не волноваться более ни о чём и просто жить в своё удовольствие, встречать протекающие мимо жизненные трудности в счастье. Всем, конечно же, кроме Ивлиса. Идя впереди неумолкающе ноющего Зефириона, он тридцать раз пожалел о том, что вообще решился на такой вариант. Да кому сдалась эта вечноскулящая мартышка? И сам бы прекрасно справился со своими спектаклями, ей-богу. Нет, захотелось ему в очередной раз припомнить все должки Зефириону и навесить ещё один. Отсутствием открытого неба мир фей напоминал Ад, но ничего родного Ивлис в этом мирке не чувствовал. Слишком спокойно, слишком по-доброму, прямо чересчур. Ивлису казалось, что в эту добродушную, всё принимающую атмосферу вписался бы кто угодно (даже грёбаный Зефирион), но только не он сам. Его аж передёргивало – до тошноты мирным казалось измерение Эолы. Впрочем, если верить слухам, как и она сама. Ходила молва, что Эола отдаёт всю себя своему мирку и вообще всем, кто её окружает. Над ней много кто насмехался, много кто жалел её за наивность, но Эола просто улыбалась в ответ и оставалась среди своих дорогих фей. Маленькие создания с крыльями, как у бабочек, очень любили свою создательницу, и, казалось, Эоле вообще не нужно было общество полубогов – такой счастливой её описывали другие. Ивлис её в глаза не видел, но уже сложил у себя в голове такой пазл: она добрая, спокойная и поэтому наверняка идиотка. Наконец два полубога пришли к десятку хижин, стоящих на берегу озера. Феи, до этого порхавшие в воздухе и делившиеся друг с дружкой новостями, опустились на землю и с опаской посмотрели на незваных гостей. Ивлис заметил одну большую (по сравнению с феями) фигуру у озера и направился к ней. Маленькие создания сразу же столпились около длинноволосой девушки и тоненько, испуганно заверещали. Девушка обернулась и с удивлением посмотрела на двоих полубогов, которых явно никто не ждал увидеть. Она поставила причудливой формы лейку на берегу и погладила одну из фей по голове. – Здравствуйте. Чем я обязана вашему визиту? – нежным, чарующим голосом заговорила она. Вместо ответа Ивлис толкнул Зефириона в опухшее плечо, и тот вскрикнул. – Ох, боги... – прикрыв рот рукой, Эола скорее подплыла, чем подошла, к Зефириону. – Что такое произошло? – Во славу своего имени... – прижав здоровую руку к груди, начал было хвалиться Зефирион, но его перебил Ивлис. – Подрались два недоноска, одного из них отравили. Он перед тобой. Яд из растения, ранен в плечо, книги вот, – он передал в руки Эолы стопку книг о ядах, ощутив от неё неприятную ему свежесть и прохладу. Ивлис хотел и мог бросить ей под ноги что угодно, но только не книги – это уже сверх меры. Эола проводила не переставающего тарахтеть о Брифиде и его нечестности Зефириона в хижину целительниц, а Ивлис фыркнул, ощущая, как уставились на него феи. Щёлкнув пальцами, он поджёг цветок на голове одной из них, и, когда все начали суетиться и ахать, развернулся и ушёл. Это поселение Эола оградила своей защитной магией, запрещающей телепортироваться прямо в центр и оттуда. Ну, не то чтобы это было совсем невозможно, но даже Ивлису сложно сосредоточиться на нужном месте. Мысли то и дело путались, словно кто-то специально отводил их от поселения и завязывал в клубок. Надо признаться, у Эолы хорошо получился этот барьер, но даже так – многие полубоги могли бы взлететь и атаковать с расстояния. А их с Зефиром полубогиня заметила только в двадцати метрах от себя, да и то, похоже, с помощью фей. Она что, серьёзно думает, что никто не придёт разрушать эту раздражающую идиллию? Ивлис усмехнулся. Он дошёл до большой поляны, окружённой кустами со светящимися ягодами. Она была вся истоптана, будто по ней ежедневно кто-то ходил. Ивлис не стал раздумывать, кто и что тут делал, а просто призвал свою нагинату. Оружие звякнуло, как живое, и привычно расположилось в правой руке Ивлиса. Даже спустя тысячи лет оно сохранило свой первоначальный, прекрасный облик. Никто и не подумает, что оно было сделано не пару минут назад, а тысячелетия. Ивлис одной рукой раскрутил нагинату и замахнулся. С характерным "вжик" лезвие разрубило куст напополам, поджигая то, что осталось. Сын Агния с наслаждением наблюдал, как быстро разгорается и так же быстро потухает пламя. Оставив после себя только тлеющие, рассыпавшиеся от одного порыва воздуха угольки, Ивлис подумал: может, сжечь тут всё к чертям? Идея казалась до жути заманчивой, но чем больше он о ней думал, тем меньше хотел исполнить. Глупо. Конечно, наивной Эоле это будет уроком, но всё-таки какое странное ощущение. Только сейчас Ивлис заметил, что обстановка мира фей никак на него не давит. Было неприятно, даже отвратно здесь находиться, но он мог расслабиться. Впервые за долгое время он нашёл место вне своего измерения, в котором не чувствовал давления, в котором никто за ним не следил и ему не нужно было прятаться от самого себя и своих чистых мыслей. Внезапно Ивлис понял. Вот почему Эола такая спокойная! Она создала мир, в котором любой мог почувствовать себя по-своему уютно, пусть не полностью и не так, как принято. Мог ощутить... безопасность. Безусловно, Правитель Ада считал такие места чуть ли не омерзительными. Но если убрать противный синий цвет, добавить хотя бы красных кирпичей в обстановку, принести книг... То получается, что ему здесь вполне комфортно. Ему? Ивлису? Здесь? – Вот так мирок, – с неизменным выражением лица давался диву Ивлис. Он снова занёс нагинату над головой, намереваясь рассечь ближайшее дерево, как вдруг услышал уже знакомый голос: – Стой! Ивлис замер и с безразличием на лице повернулся. Эола, одной рукой прижимая к груди стопку книг, а другую протянув вперёд в останавливающем жесте, стояла в десяти метрах от него. Если так подумать, то красотой она вышла на славу даже по меркам полубогов (странно о подобном рассуждать, но всё же). Распущенные светло-голубые волосы, достающие до самой земли, бледно-васильковые глаза, узкие черты лица, Даливарческая восточная одежда. Она до жути напоминала Ивлису Рьюту, за исключением одной детали – розового медальона в форме сердца. Он совершенно не вписывался в синие оттенки своей хозяйки, так ещё и светился золотыми лучами. «Таракашки летающие подарили» фыркнул про себя Ивлис и, не глядя, разрубил ствол дерева. Верхняя часть съехала и с треском свалилась на землю. Эола вздохнула. Полубогиня подошла к дереву вплотную и положила руку на пенёк. От её ладони по годовым кольцам разрослись голубые линии, напоминающие тонкие вены. Они постепенно наполнялись светом, который, растекаясь, был похож течение настоящей крови по сосудам. Линии объединились в одну и поползли вверх, по воздуху, и вслед за ними из пня начал расти новый ствол. В конце светящиеся сосуды вновь разделились и образовали собой ветви, на которых через несколько секунд появились и листья. Всё это произошло всего за пару минут. Эола повернулась к Ивлису и протянула ему другую руку с книгами. Заграбастав себе книги, Правитель Ада услышал её тихий вопрос: – Ты же Ивлис, да? Один из Первых. – Из каких? – не понял Ивлис. – Из первых детей богов. Ты самый старший из всех, кто живёт сейчас, – пояснила Эола, поправив голубую прядь за ухо. – И? – Ты ведь самый сильный. С твоими способностями не сравнится никто, а ещё... – И что с того? Мне прям ахуеть как нужна была твоя похвала, – возмутился Ивлис и уже захотел уходить, как вдруг Эола коснулась его плеча. – Погоди! Прости меня, – она убрала руку и провела ею по волосам. – Я прошу научить меня сражаться. Ивлис уставился на неё в недоумении. Чтобы полубог, да извинялся? Да ещё и с таким выражением лица просил его об уроках битвы? Сын Агния недоверчиво обвёл взглядом Эолу, а потом рассмеялся. – Тебя? Сражаться? Ты даже плохим словом меня назвать не сможешь, куда тебе, блять, в битву лезть? Эола стушевалась и опустила взгляд, теребя своё платье. Она привыкла к насмешкам, но, несмотря на это, Ивлис был самым старшим и уважаемым, и полубогиня понадеялась на его мудрость. А зря. – Но Зефирион тоже не умел, и ты его научил. – Это он тебе рассказал? Что ж, тогда поясню, – Ивлис взял Эолу за подбородок, из-за чего та дёрнулась, и впился в неё взглядом с диким желанием сжечь всё вокруг к чертям. – Этому самодовольному ублюдку я помог чисто из эксперимента. Я перестарался с ним, думал, зрелище будет хорошее; надеялся, что эти двое будут рвать друг друга на части или хотя бы по максимуму выкладываться, но нет. Все мои учения пошли не задним местом, а в настоящую ёбаную жопу, потому что они просто побегали друг за другом и разошлись. Никто даже не победил, блять. Как ты думаешь, я злюсь? Я, сука, вне себя, потому что я тратил своё время на этого хуева недоноска, учил его выживать чуть ли не так, как сам учился, но нет блять – просто побазарили и разошлись! И после всего этого ты думаешь, что я возьмусь за учёбу половой тряпки без собственного мнения? Эола боязненно освободилась из его хватки и отшатнулась, потирая подбородок. Пальцы Ивлиса сожгли ей кожу, но на обожжённых местах не было ни следа. «Вылечилась» промелькнула мысль, которая заставила Ивлиса сжать кулаки. Как же его, чёрт возьми, это выбешивало. Хотелось спалить её вместе с проклятым ёбаным лесом, чтобы уже ничего никогда не восстановилось. Конечно, Эола в этом не виновата, но какая кому разница? – Я не нянька, а ты, даже если захочешь, то в жизни никого не убьёшь. Нахера тебя вообще тогда учить? – заключил Ивлис, и, развернувшись, ушёл, оставив Эолу в молчаливом одиночестве.* * *
Когда последняя книга была возвращена на место, Ивлис вышел из Места Чтива и сел на краю утёса из красного камня, свесив ноги вниз. Под ним бурлила лава, по которой неторопясь плавали страйдеры. Наблюдая за необычными существами, он снова думал. Мысли были разные, путались и расходились, он то возвращался к почти забытым размышлениям, то вспоминал что-то недавнее. Всё же, Ивлис редко покидает Ад, потому как делать ему за пределами своего измерения нечего. – Лис, угадай, кто пришёл? – за спиной Ивлиса появился порхающий в воздухе Зефирион. – Еблан пришёл. Тебе здесь не место, проваливай, – не оборачиваясь, бросил Ивлис. – И что за "Лис"? Ты блять, сейчас серьёзно? – Ты помог мне, поэтому... – Ах, точно, совсем забыл, какой я хороший и всем помогаю, прям сердце от своей доброты разрывается, – съязвил Ивлис и поднялся. – Ну начинается, конечно. И вообще я пришёл спросить. Ты говорил, что я тебе что-то должен теперь, – скрестив руки на груди, поинтересовался Зефирион. – Ахуеть, только сейчас допёрло, да? Потом узнаешь. И запомни, на будущее, – Ивлис одёрнул свой плащ. – Моё старое прозвище для тебя могила. Ты первый начал играть в обиженку, а сейчас твоё "мирись и больше не дерись" идёт нахуй. Вместе с тобой. Не собираясь слушать ответ, Ивлис телепортировался обратно в Место Чтива и, выдохнув, опёрся спиной на стеллаж. – Зефир, блять, пошли уже! – Иду я, иду, Лис. – Какой, нахуй, Лис? – Ха-ха, ты б своё лицо видел! Ха-ха-ха! – Да заткнись ты нахуй.. – Злишься, да, Лис? Злишься, а достать меня не можешь! Лис, Лис! – Спустись, крыса летающая, тогда и посмотрим! – Ха-ха-ха, и не подумаю! Чей-то размытый, почти стёртый памятью голос крикнул: – А ну разойдитесь! Орут и орут, как мартышки! – Сама ты мартышка, дура очкастая, – ехидно ответил Ивлис. – Да! Сама ты мартышка! – поддакнул Зефирион и всё же спустился на землю. – Эй, Лис. – Да что, блять?! – А кто такие мартышки? Ивлис съехал вниз по стеллажу и сел, даже не подминая под себя плащ. – Мартышка – это ты. Натуральная летающая обезьяна. – Ты... Да ты... – Ха-ха-ха, что, папка твой не разрешает плохие словечки говорить? Ну ты и лох, честное слово. – Сам ты этот... Как его... Ивлис тяжело вздохнул и зарылся руками в волосы. – Слушай, а... – приподнялся на локтях Зефирион. – Что? – недовольно спросил Ивлис, опуская разгорячённую нагинату на землю. – Я слышал, что у тебя брат или сестра появится. Ты не дум... – Кто?! От кого ты это слышал?! – схватив Зефира за грудки, вскричал Ивлис. – От отца... – промямлил в ответ Зефирион. – Твою ж, блять... Закрой ебло и никому – слышишь?! – даже под страхом смерти никому не рассказывай! Зефирион согласно закивал головой, и только после этого Ивлис отпустил его и сел, подперев лоб рукой. – Это так плохо? – осторожно спросил Зефир, на всякий случай приготовив меч. – Это дохуя плохо. Я посылаю нахуй и этого нового отпрыска, и тебя, потому что не твоего слабого ума дело, – процедил Ивлис. Зефирион, что удивительно, ничего не ответил, а просто посмотрел на своё отражение в лезвии меча. – Я хочу домой, – сам не понимая, зачем, прошептал Ивлис. – Хочу вернуться туда, в те времена. Когда мы ничего не знали, ничего не умели, нас было только пятеро и никого больше. Когда всё только начиналось. Когда всё было хорошо...
