В Преисподней сутки не считают

Никто о том не покрушится,

И будут (я уверен в том)

О смерти больше веселиться,

Чем о рождении моём...

– Да начнутся битвы за место сильнейшего! Полубоги распределились по трибунам. Ивлис примостился на месте с лучшим ракурсом, но рядом, к сожалению, уже был кто-то другой. Цукиния обворожительно улыбнулась и раскрыла веер, когда Ивлис сел с ней рядом. В каждом её движении и взгляде отражались элегантность, гордость и превосходство, которые величавая девятая сестра излучала лучше, чем лава излучает тепло. – Неужели старший братец так благосклонен к моей персоне, что соизволил приблизиться менее, чем на пять метров? – промурлыкала она бархатистым, завораживающим голосом, даже с прикрытым веером лицом создавая ощущение хитрой, ласково поддающейся рукам лисы. Красная подводка и острые стрелки подчёркивали властный взгляд, которым Цукиния одаривала Ивлиса уже не в первый раз. Ивлис молча выдержал её глупые заигрывания и повернулся к арене. Идиотская манера общения, кто вообще это придумал? Флирт он воспринимал плохо – ему всегда казалось, что его принижают подобными высказываниями, вне зависимости, кто с ним разговаривал и на какую тему. «Лучше б ты, Цукиния, заткнулась, иначе второй этап Вызова начнётся досрочно и с тебя» Наконец на арене появились первые двое – розоволосая и какой-то из неприглядевшихся Ивлису полубог. По традиции сначала боролись новички, с каждым поединком переходя к всё более старшим и сильным; после среди самых лучших проводились отдельные бои, и победитель избирался самым сильным отпрыском Агния. Исключая Ивлиса, конечно же. – Кстати, давно хотела спросить, – мурлыкнула Цукиния, наблюдая за тем, как по команде Амерция схлестнулись двое младших. – Ты не знаешь, что будет после того, как тебя свергнут? – Что значит свергнут? – плохо улавливая смысл её слов, вопросом на вопрос ответил Ивлис. Он с головой погрузился в анализ действий новичков и с первых движений заметил грубые ошибки. – Ну, а как же? – Цукиния искоса бросила на него внимательный взгляд. – Как однажды самый долговечный цветок сбрасывает свои лепестки, так и ты тоже через время дашь слабину... – Ивлис внезапно дрогнул и отвлёкся от поединка. – ...и я думаю, что при первой же возможности тебя убьют. Скажу больше, я сама давно хочу приложить руки к твоему несуразному существованию. – Ха, попробуй. Какой это по счёту Вызов, на котором ты есть? Шестой? Восьмой? И сколько у тебя было удачных попыток? Цукиния схлопнула веер, и перед Ивлисом предстала её самодовольная улыбка. – Поверь, я уже долгое время держу почётное третье место по силе среди братьев и сестёр. С самого моего первого поединка и, уверена, до того, что состоится сегодня – я неизменна. Конечно, и моя пора цветения когда-нибудь пройдёт, но пока я во всей красе, я могу претендовать на твоё место, не думаешь? – Нет, не думаю. Потому что на моё место встать не смеет никто. Можешь постараться и побыть самой крутой среди этих отбросов, – Ивлис брезгливо махнул рукой в сторону тех, кто был ближе всего на трибунах. – Но я – не они. Было бы глупо с моей стороны так легко и просто потерять репутацию, построенную за тысячи лет, не находишь? В ответ на язвительные слова Цукиния лишь усмехнулась и, вновь раскрыв веер, легонько кивнула в сторону арены. Ивлис повернулся, готовый по-новой насмехаться над сражающимися, но на их месте как-то оказались совсем другие. Пробежавшись глазами по трибунам, он заприметил первых двоих на верхних "этажах". Розоволосая держалась одной рукой за живот, второй (причём сильно израненой) поправляя разорванное платье. Сидящий в паре метров от неё противник без интереса смотрел на других участников, кусая губы и потирая ушибленные места. «Неужто так быстро разошлись? Я только парой фраз перекинулся, а они уже выдохлись?» Ивлис цыкнул. С другой стороны, даже лучше, если новички в этот раз слабые – быстрее отойдут на последний план. – Ох, я совсем забыла, – барабаня пальцами по вееру, произнесла Цукиния. – Видела тебя недавно на дуэли Зефириона и Брифида. Интересно, как ты там оказался? Ты просто так из своего Ада редко вылезаешь, а тут вдруг дуэль. – Тренировал одного, – процедил Ивлис, скрестив руки на груди, и тут же добавил: – Ради эксперимента. Мне казалось, что будет интереснее, если кого-то из них обучить мизерному подобию боевых приёмов. – И? – Что "и"? Случился проёб, – Ивлис скривил губы, когда один из новичков, кидая меч, промахнулся. Оружие могло бы оказаться у Ивлисова горла, но со звоном врезалось в полупрозрачный барьер. – А-а, а я-то голову ломаю, как Зефирион научился так управлять своими силами, – Цукиния сощурила глаза. – Он ведь раньше совсем бездарностью был... – Не такой уж и бездарностью. До наших новичков ему, конечно, как тебе до богов, но Брифид ни с кем из наших не дрался. Из Агниевских, – поправил он себя, поймав пристальный взгляд сестры. – М-да уж, но заметь, для своего возраста Брифид очень даже неплох, – сказала она. – Даже поебень в свои годы лучше билась, – возразил Ивлис, мельком взглянув на Ферцилиссу. Та увлечённо болела за кого-то из сражающихся, сжав руки в кулаки и что-то крича, но большая часть её слов тонула в грохоте битвы и возгласах соперников. – Это потому, что её воспитывала я, – мурлыкнула Цукиния и посмеялась собственной шутке. – Очень смешно, девятая, – прошипел Ивлис и закрыл глаза. Из-за Цукинии всякое желание смотреть на сражение отпало. Правитель Ада ловко спрыгнул со своего места на пол и под непонимающие взгляды некоторых полубогов вышел из здания. Солнце просвечивало сквозь низко плывущие облака, бросая последние алые лучи Ивлису на лицо. Тот обошёл колонны-статуи и присел на траву, привычно подминая плащ. Когда он покинул каменное сооружение, звуки огненных способностей, звон мечей, копий и стрел, крики и гомон – всё сразу затихло, будто никогда не появлялось. Как хорошо уметь правильно использовать свои силы, даже если не в сфере сражений. Ивлис уставился на медленные облака. Смотреть на бои интересно, очень интересно, но только когда соперники себя оправдывают. А такие, как новички, скорее всего уйдут с началом второго этапа. Они не хотят погибнуть или сильно покалечиться, даже если назавтра будут как новые. Страх перед болью... – Как хорошо, что я от такого не зависим, – пробормотал Ивлис, почесал подбородок. – Только идиот сбежит в свой первый Вызов, не дождавшись самого интересного. Он достал небольшую книжонку размером с ладонь. На чёрном твёрдом переплёте размыто, но так же слепяще отражались лучи заходящего солнца. По корешку расползлись потёртые золотые буквы: "Чёрная бездна". Открыв книгу на прологе, Ивлис начал читать. Он захватил её в обычной демонической библиотеке, что располагалась в столице. Возлагать надежды на подобные произведения не стоило, но вдруг это будет не очередной набор текста, а что-то полезное и интересное. Однако чем дальше от титульного листа уходил Ивлис, тем меньше шансов на победу оставалось у книги. В итоге на сорок второй странице он не выдержал и швырнул издание на траву. – Блядские сопли, – с презрением фыркнул Ивлис и повернулся к солнцу. Если книга не даёт ничего полезного и не несёт никакого смысла, кроме повествования о поцелуйчиках и слёзках расставания – это не книга, а бесполезный кусок дерьма. Жаль, что на такое до сих пор уходят ресурсы. Нет, чувства Ивлис воспринимал адекватно. Он-то за свою жизнь столько всего пересмотрел и перечувствовал, сколько все его братья и сёстры вместе взятые представить не смогут. В этом и дело: такое обилие эмоций не всегда идёт на пользу, чаще даже хуже делает. Вот и Ивлису теперь видеть чувства в книгах аж до тошноты противно – даже хуже, чем по миру фей таскаться. А когда в повествовании до последней капли выжимается всё, что можно рассказать о нюнях и сюсюканиях... Это уже идиотский беспредел. – Если такая хрень не несёт пользы, то зачём на неё тратиться? – пробубнил Ивлис и хотел было подобрать книгу, но тут она сама всплыла у него перед носом. – Ты всё ещё сука, но штучки свои здесь не разбрасывай, – нагло выдала Ферцилисса и обиженно фыркнула. Ивлис фыркнул в ответ. Право, какой насыщенный разговор. – Кстати, а о чём это? – Сойка открыла роман на середине и уставилась в буквы. – А ну не трожь! – спохватился Ивлис, а Сойка усмехнулась и отпрыгнула. – А то что? У тебя там какие-то та-а-айны, да, братик? – хихикнула она и потрясла книгу над собой. – Давай-давай, попробуй отбери! По корешку потекли несколько ручейков сверкающей золотыми вкраплениями крови. Несколько больших капель упали Ферцилиссе на голову, отчего та тряхнула рыжей шевелюрой и поёжилась. – Так ты ещё и побитая, – заметил Ивлис, поднимаясь. Сойка, стряся окровавленными рукой и книгой, отпрыгнула ещё дальше. Выглядела она действительно покалеченной: колотые раны на плечах, руках и ноге, жуткий шрам через весь лоб, неестественно вывернутая в локте левая рука. – Что, уже так быстро вылетела? – Нет, придурок! Это ты так долго просидел над своими книжонками, что всё почти закончилось! Там уже Амерций с Ралраном дерутся, собирайся! Ралран и Амерций – второй и третий, обычно самые сильные среди остальных. Значит, и впрямь первый этап кончается. – На, забирай, – Ферцилисса кинула в Ивлиса книгу. – Всё равно я твои эти закорючки не понимаю. Да кому они нужны вообще... – А, язык демонов. Совсем забыл. Это потому, что ты необразованная – училась бы, тогда знала, – будто невзначай бросил Ивлис, запихивая книгу обратно за пояс. – Я-то образованная! Ещё как! – кинулась защищать себя Ферцилисса. Ивлис ухмыльнулся – не прогадал. – А не знаю потому что... – Потому что хитровыдуманной заебени "ни к чему учить закорючки демонюг", – съязвил Ивлис, пародируя когда-то сказанные Сойкой слова. – Да! А.. нет! Да сам ты заебень!!! – топнула ногой Ферцилисса. Ивлис хмыкнул. Хотел он было продолжить свои издёвки, как вдруг лицо обдало порывом горячего ветра. Правитель Ада повернулся и заметил последние тающие в воздухе искорки. – Барьер убрали. Значит, закончили, – заключил он. – О, о, о! Ну всё, пиздец тебе! – ткнула в него пальцем младшая сестра, оставив на плаще кровь. – Я побежала! Восстановлюсь, и через десять минут на пощаду даже не надейся! – она рванула в сторону здания, с непривычки прихрамывая на одну ногу. – А ты не надейся, что не получишь по щам за плохие словечки! Цукиния тебя совсем запустила, злиться будет! – с издёвкой крикнул ей вдогонку Ивлис и рассмеялся, когда сестра развернулась и показала ему язык. О-о-о, второй этап обещает быть интересным! Хотя, когда он таким не был? Когда Ферцилисса скрылась за дверьми, Ивлис заметил идущего к нему полубога. Белоснежная идиллия волос нарушалась двумя красными прядками, а на щеках располагались по две длинные чёрные полосы, похожие на окраску тигров. Медленно переставляя ноги, он остановился в пяти метрах от Ивлиса и направил на него уверенный, внимательный взгляд. Постояв пару секунд, Ивлис процедил: – Тебе чего? – Ты Ивлис? – монотонно спросил тот. – Ахуеть, а у других спросить не судьба? Чего хотел? – повторил свой вопрос Ивлис и скривил губы. Полубог (скорее всего новичок, имя и характеристики которого вылетели у Ивлиса из головы) отодвинул со лба пряди, открывая тёмно-красный знак пентаграммы. – Я Хаума. Когда ты падёшь, я займу твоё место. У меня нет своего мира, поэтому мне предназначен твой, – без всякой интонации сказал он. У Ивлиса внутри будто обрушился навесной мост. Вслед за поражением и удивлением по плечам пробежали мурашки. Он? Нет, нет, ну почему сейчас? Это и есть тот самый "новый правитель"? Почему такой момент настал именно сейчас? Почему не раньше, когда он готовился? Почему не сразу после слов Агния? Почему сейчас, когда он должен будет драться против всех и у всех на виду? Ивлис в спешке старался собрать себя по разбитым кусочкам обратно. Нет, нет, нельзя терять самообладание. Только не в этот раз... Хотя, какая разница, если перед ним стоит враг? Настоящий, самый главный враг! Все до этого были просто пешками, всего лишь глупыми кусками дерьма, которые не представляли угрозы. Может и представляли, но не для Ада. Не для любимого, так нужного ему Ада. А этот... Хаума? – Идиотское имя... – только и смог выдавить Ивлис, сглотнув слюну. От этого Хаумы можно ожидать чего угодно. – Вали отсюда, пока я тебя по траве не размазал. – Я должен тебя победить, – без всяких эмоций сказал Хаума, указав на пентаграмму. – Это ведь твой знак. Знак твоих демонов. Я к ним причастен. Ивлис в один большой шаг оказался рядом с ним и, схватив того за волосы, повалил на землю. Прижатый лицом к земле, Хаума пробубнил что-то, наглотался травы и закашлялся. – Слушай сюда, ёбаный ублюдок, – вкладывая в слова всю свою злость, прорычал Ивлис ему в ухо. – Ещё хоть слово в адрес меня или моего измерения, и я тебе тут же башку вырву. Если я сделаю это сейчас – потеряю очки репутации, сечёшь? Она меня не то чтобы сильно волнует, только кто знает, как дальше Вызов пойдёт. У нас тут убийства только во время боёв случаются, а новичков в первый раз щадят, – рядом с Ивлисом закружились в воздухе искры, нагревая окружение. – Заруби себе на носу или хоть на своих уродских щеках – моё место не займет никто, хоть убейся десять раз, хоть весь этими пентаграммами изрисуйся. Хаума сделал что-то наподобие кивка, хоть упираясь в землю это было сложно. Ивлис поднялся на ноги и быстрым шагом пошёл к зданию, стараясь не думать ни о чём другом, кроме Вызова. Вызов, Вызов, Вызов, второй этап, второй этап... – Сука, вот появись ты в другое время – сдох бы нахуй, – прошипел Правитель Ада и от злости укусил себя за запястье. – Придумали, блять, "пощадим новичков, они ничего не знают, бе-бе-бе". Сука, никогда не рад был. Начнут его ещё защищать, в Ад припрутся, уёбки... – Ивлис, вот ты где! Иди сюда, давай, мы уже в сборе, – послышался хрипловатый голос Амерция, после чего говорящий раскашлялся. Освободив прокушенное до крови запястье (из-за чего он чертыхнулся – совсем забыл про свою регенерацию, которая могла попасться на глаза), Ивлис повернулся. Заметно побитый, но явно не сломленный Амерций и оставшиеся на второй этап двадцать два полубога образовали собой большой круг. Кто-то из них уже залечился, а на ком-то всё ещё зарастали кровоточащие ранения и вывихи. Все ждали только Ивлиса. Тот, глубоко вздохнув и сжав руки в кулаках, уверенно прошагал в центр круга. Тем временем братья и сёстры доставали свои оружия, начинали сгущать какие-то свои заклинания и просто готовиться. Амерций прокашлялся, сплюнул кровь и, дождавшись, когда Хаума займёт своё место в кругу, поднял руку вверх. В его глазах, как и у тех, кто стоял с ним в кругу, загорелся азарт. – Ну что ж... Да начнётся... – стоящие в кругу приняли боевые стойки и напряглись. – Да начнётся второй этап Вызова! Давай! – Амерций махнул рукой. Вслед за ним полубоги с оружием кинулись вперёд, а использующие заклинания выстрелили первыми снарядами. Всю округу оглушило грохотом и восторженным криком. Битва началась.