Выкованные из боли

      Девушке так и не удалось побывать в комнате, которую для неё подготовили ведьмаки. Не желая расставаться друг с другом сегодня, особенно после тех откровений, Эскель и Астрид отправились к нему. Забываясь в объятиях, поцелуях и тихих перешёптываниях, они пытались без слов, лишь действиями, показать всю тоску, всё переживание, что так копилось это время, проведённое вдали друг от друга. Эта хрупкая на вид девушка так сильно полюбилась ему, что без неё Эскель уже не видел себя, не хотел.       Лениво водя рукой по её обнаженному боку, пока Астрид лежала на его груди, ведьмак наслаждался этой тишиной, безмолвным спокойствием, которое пробралось в каждую клетку его сильного тела. Ни о чем больше думать не хотелось в этот момент. Все обсуждения и проблемы они, негласно, решили оставить на потом, позволив урвать эту ночь лишь для себя. Лишь для двоих.       Проснуться утром в его теплых и крепких объятиях, уткнуться носом и вдыхать слабый запах костра — это было тем, чего так не хватало ведьмачке все эти дни. Эскель спал, что было заметно по его мерному дыханию. Но сон ведьмаков всегда был чутким, а потому Астрид не стала выбираться из постели, прикрыла глаза и решила насладиться этим умиротворением, побыть так близко рядом с ним ещё несколько минут. Ведь, едва она перешагнет порог его комнаты, все проблемы, так и витающие вокруг, вновь обрушатся на её голову и тело.       — Как ты себя чувствуешь? — его тихий хриплый голос заставил открыть глаза и немного отстраниться, чтобы заглянуть в глаза.       — Я в полном порядке, с остальным за ночь регенерация справилась.       Мужчина уткнулся носом в её макушку и жадно вдохнул, в то время, как руки сильнее прижали её к себе. Астрид усмехнулась и положила ладонь на грудь ведьмака, скрывая под ней один из шрамов. Было очень уютно и комфортно лежать с ним на этой неширокой койке, обнимать и взаимно делиться теплом их тел. Зима для них в этом году началась очень рано, а вопросы так и оставались нерешёнными. Стоило лишь надеяться, что Весемир не станет затягивать с переводом записей Кельдара.       — Мы сегодня собирались подорвать пещеру и кокатрикса зарубить, здесь неподалеку. Пойдёшь? — спросил Эскель, нехотя выпуская из рук женское тело.       — Пойду, размяться мне точно не помешает, — усмехнулась девушка, поднимаясь с постели и потягиваясь.       Повернувшись к краю, ведьмак положил свои ладони на её бедра, по которым вверх поднялась спальная рубашка. Мягко проводя по ним вверх и вниз, мужчина поймал веселый взгляд Астрид, которая наблюдала за ним.       — Зима еще не наступила, пара дней прошла, как я сюда прибыла, а ты уже лениться вздумал. Не дам тебе лежать спокойно, Волк, — ведьмачка отстранилась от него и начала одеваться.       Понаблюдав за ней с минуту, Эскель встал с кровати следом, поправляя одеяло на постели. Уже застегивая ремень на своих брюках, он поднял голову, рассматривая девушку.       — Ты ведь успела купить тёплые вещи к зиме?       — Да, в сумках остались в комнате, — отмахнулась Астрид, собирая волосы в хвост, — всё равно не такая я и мерзлявая, как ваш Ламберт, хотя в нем-то массы поболе будет.       — Вот упрямая, — усмехнулся ведьмак и вышел следом за ней из комнаты, не забыв захватить их ножны с мечами.       Настроение было отменным, и, пусть даже ночью он часто дотрагивался до свежей раны на теле Астрид, видеть её вновь рядом с собой, а тем более в таком защищенном месте, как Каэр Морхен — было отрадно. Эскель чувствовал себя так, будто был готов разобраться с гнездом кикимор в одиночку.       Цирилла с широкой улыбкой на лице подскочила с лавочки, врезаясь в подходящую всё ближе Астрид, и крепко обняла ведьмачку за ноги. Легкая улыбка на лице девушки несказанно порадовала мужчину, который скрыл свои эмоции, одобрительно хмыкнув. Опустившись за стол рядом с братьями, Эскель немного повернул голову, продолжая наблюдать за Астрид и княжной.       — Да никуда она не денется, — тихо усмехнулся Геральт и толкнул его коленом.       — Как Цирилла? — ведьмак отломил себе кусок хлеба и сделал глоток горячего напитка, продолжая краем уха прислушиваться к болтовне маленькой княжны и ответов Астрид.       — Предназначение оказалось сильной связью, — Белый Волк недовольно поморщился и качнул головой. — Она так быстро ко мне привязалась, хоть и вижу, что с Астрид у них связь куда крепче. По крайней мере, сейчас.       — Они долгое время были вместе на Пути, — заметил Ламберт, хмуро смотрящий на них.       — Я тоже чувствую, как меня тянет к Цири… — Геральт выдохнул и почти полностью выпил содержимое своей кружки. — Она светлая девочка. Ей не место среди ведьмаков, нужно попытаться найти её семью, наверное. Хотя, даже и не вспомню, остались ли родственники Калантэ в живых, раз Цинтра пала.       — Так воспитай её, — Эскель бросил короткий взгляд на Ламберта, который тут же закивал головой. — А лучше узнай: что любит маленькая княжна? Как хотела бы провести день в нашей крепости?       — К чему ты клонишь? — ведьмак нахмурился.       — Удели внимание своей девчонке, — Ламберт недовольно фыркнул, посмотрев на своего брата, будто мозги тому вышибло последние. — Хочешь завоевать внимание — его же ей и уделяй. А то так на вашей ведьмачке и будет висеть.       — Заткнулся бы, — послышался шепот упомянутой девушки, которая даже не повернулась в их сторону.       — Я думал, ты приличная, а нет — подслушиваешь. Как нехорошо, красотка, — ухмыльнулся младший из Волков, прищурившись.       — А ты только языком чесать и умеешь? — Астрид выпустила из своих объятий Цириллу, оставляя ее рядом с Йеннифер, и плавно приблизилась к столу, где сидели мужчины.       Оперевшись одной ладонью на деревянную поверхность, она наклонилась к Ламберту ближе, чуть ли не касаясь носами. Он хмыкнул и бесцеремонно коснулся ладонью её бедра, не замечая, как от его жеста напряг плечи Эскель, пристально наблюдающий за их небольшой перепалкой.       В следующее мгновение с виду сильный ведьмак оказался прижат щекой к столу, его рука, что еще секунды назад покоилась на теле девушки, была заломана за спиной. Астрид ухмыльнулась, упираясь локтем между лопаток мужчины, и ещё сильнее закрутила его руку.       — Ручки свои шаловливые не распускай, Ламберт, — зашептала ведьмачка ему на ухо. — Я вполне способна как и за себя постоять, так и обед сварить на всю крепость. А уж тем более и на охоту в одиночку сходить. Веришь?       — Да как тут, холера, не поверишь. Силы у тебя сумасшедшие, — недовольно ответил брюнет, дернув своими плечами в попытке освободиться.       Астрид хлопнула его по спине и отстранилась, уверенно встречая колкий взгляд. Уж точно пресмыкаться она перед таким, как он, не собиралась. Не просто так Кельдар воспитывал в ней стержень, её волю и характер во время становления на путь ведьмачества. Не просто так она стала его грёбаным предназначением — не для того, чтобы повиноваться мужикам да колени в мясо стирать.       Все силы, которые Астрид обрела после прохождения Испытаний, конечно, не сразу прижились. Дольше всего девушка обучалась знакам, даже базовым. Магические потоки нелегко поддавались манипуляциям. Но с годами умения стали куда лучше, похвалы от Кельдара, гордый взгляд Койона — всё это придавало сил двигаться дальше, стараться. И именно с течением времени Астрид полюбила свою жизнь — жизнь ведьмачки. Полюбила эти силы, которыми стала обладать. Полюбила навыки, которые ей помогли приобрести старшие ведьмаки.       Астрид полюбила себя. Но не знала, что спустя годы позабудет смысл этого слова. Позабудет это чувство. Позабудет то, как жить, а не выживать.       Отстранившись от Ламберта, девушка повернулась к Эскелю, что так и не сводил нахмуренного взгляда с неё. Уголки её губ дрогнули в улыбке, и она воочию наблюдала, как взгляд дорогого сердцу мужчины теплел. Её вечная зима, длившаяся уже вот двадцать лет, закончилась с появлением Эскеля в её жизни.       — Ну что, за кокатриксом идём? — подал голос Геральт, нарушая затянувшееся молчание.       — Да, встретимся через пару минут в конюшне, — кивнул Эскель и поднялся со скамьи, направляясь к выходу.       Захватив свои и ведьмачки мечи, он покинул крепость и полной грудью вдохнул холодный воздух. Едва его нога переступила порог конюшни, где мужчину радостно встретил Василёк, его схватили за плечо, вынуждая развернуться.       Астрид крепко обняла Эскеля за шею, накрывая губы жадным поцелуем. Хватило всего одного взгляда, там, пока воздух так сильно был заряжен обострившимися эмоциями и чувствами. Ведьмак крепко обнял девушку за талию, прижимая к себе ещё ближе, и добавил в их поцелуй ещё больше огня, который буквально зажегся высоким костром в его душе.       Не сдерживая своих желаний, Эскель оставил несильный удар на её ягодицах, как бы намекая на то, как ему ревностно было наблюдать за её провокацией Ламберта.       — Когда вернемся, я тебе покажу оружейную. Посмотришь на арбалеты, которые у нас имеются, — произнес ведьмак, отстранившись от девушки.       — Тогда вперед, седлаем коней, поехали, — Астрид весело улыбнулась и, забрав свои мечи, прошла мимо мужчины к Ветерку.       Геральт ничем не показал того, что уже долгое время наблюдал за ними, в то время как Ламберт ехидно ухмыльнулся своему брату. Ведьмачка вывела своего верного друга на улицу и, угостив найденным в сумке яблоком, ловко забралась в седло. Она пропустила мужчин вперед, двигаясь за ними верхом на расстоянии, молчаливо осматриваясь по сторонам.       В это время, на границе утра со днём, в горах, среди окружающих густых деревьев на секретной тропе, было красиво. Астрид могла бы с точностью сказать, что здесь ей нравилась местность куда больше, чем в округе Каэр Серена. А уж тем более теперь, когда все эти годы в лесах рядом с крепостью не было ни одного человека, существа, которое хоть как-то следило бы за лесом.       — Останься в стороне, если что, атакуешь знаками его, — первое, что сказал Эскель девушке, когда все слезли с лошадей, оставляя их в сотне метров от пещеры с чудищем.       Астрид возмущенно нахмурилась и недовольно посмотрела на мужчину, моментально чувствуя закипающий внутри гнев. Но ведьмак лишь притянул её к себе за талию и склонился, опаляя горячим шепотом ухо:       — Ты думаешь, я не вижу, как тебя твоя рана всё ещё беспокоит? Да и знаю, что в дальнем бою ты эффективнее. Мне будет спокойнее, если ты будешь прикрывать мою спину, Астрид, — он невесомо коснулся губами её шеи и отстранился, напоследок заглянув в глаза девушки, где поутихла буря, вновь позволив насладиться сочной зеленью.       Она согласно кивнула, не находя никаких аргументов, что могла бы в данный момент противопоставить Эскелю. Да и не хотела: его забота о ней была очень приятна. Потому она лишь вытащила из ножен серебряный меч, тут же нанося на него масло против драконидов. Ведьмачка досадливо закусила губу: нужно было взять арбалет с собой — с ним за пару минут бы сбила куролиска на землю.       Астрид совсем не переживала за того, что стал слишком дорог её сердцу. Три взрослых мужчины, ведьмаки, пережившие страшные Испытания. В такой компании худо будет только лишь кокатриксу, но не им.       Неожиданно прогремевший хлопок заставил оставить коней одних и отправиться на звук. Та самая картечь, которую недавно прятал для сегодняшней засады Эскель, была подорвана ведьмаками. Охота на кокатрикса, или обычное развлечение для их компании, началась.

***

      Астрид с большим удовольствием впихнула сумку с внутренностями куролиска Ламберту в руки, после чего скрылась в стенах крепости. Она искренне не понимала того, зачем понадобилось разделывать кокатрикса и забирать его органы. Раньше, когда зимовки проводила в Каэр Серене, они с Кельдаром и Койоном заготавливали эликсиры на предстоящий Путь ближе к весне.       Будучи уже в полном одиночестве в эти двадцать лет, Астрид всё еще придерживалась того же. А потому такая спешка у Волков, которые чуть ли не прямо сейчас собирались приступить к изготовлению эликсиров и масел, была для неё странной. Но она покорно взяла в свои вьюки часть добычи, с которой радостно рассталась по прибытии к Каэр Морхену.       Смыв с себя тошнотворный запах внутренностей, Астрид переоделась и направилась в библиотеку, куда уж точно хорошо запомнила свой путь. Она негромко постучала в приоткрытую дверь, привлекая внимание наставника Волков. Весемир отложил на стол записи, что держал в своих руках, и внимательно посмотрел на девушку.       — Весемир, я хотела попросить Вас кое о чём, — Астрид немного нахмурилась и прошла в помещение. Ведьмак склонил голову, наблюдая за ней. — Вы сможете исследовать мою кровь?       — Давно я, конечно, не делал этого, но руки, возможно, помнят, — он отвел взгляд в сторону, задумываясь.       — Последний раз такое Кельдар делал со мной больше двадцати лет назад. Я хотела бы знать, что сейчас происходит с моим организмом.       — Смею предположить: всё то же, что и у остальных ведьмаков, — пожилой мужчина прищурился, когда Астрид отрицательно покачала головой.       — В том-то и дело, что я — не как все. Я отличаюсь, как бы мне ни не хотелось этого, но это правда.

***

      Ближе к вечеру, когда от оставшихся кусков плоти кокатрикса избавились, а новенькие эликсиры уже покоились на полках, мужчины отправились на улицу провести несколько боёв на мечах, чтобы размять мышцы. Лютик и Цирилла целиком и полностью завладели вниманием Астрид, не выпуская её из своей компании, хотя ведьмачке очень хотелось вновь сойтись в спарринге с Эскелем.       Слушая рассказ Цири о том, как они с Лютиком и Геральтом ходили на прогулку, где девочке показали красивое, ещё не замерзшее, озеро, Астрид тепло улыбалась. Такую улыбку редко можно встретить на лицах ведьмаков, но здесь, в этой крепости, она и правда чувствовала себя своей. Нужной. Будто и правда оказалась дома.       Но, проводя время с девочкой, что стала дорога её нечеловеческому сердцу, она не слышала приближающегося звука копыт лошади. Астрид не видела, как Эскель и Геральт переглянулись, закончив тренировку. Как, сложив мечи, мужчины направились следом за прибывшим на зимовку последним ведьмаком в крепость.       — Живой, чёрт, добрался наконец! — послышался радостный голос Ламберта, заставивший Астрид напрячься и перестать вслушиваться в болтовню Лютика.       — Задержался с одним заказом здесь в одном городишке: слишком муторный.       Девушка медленно опустила свою руку, на которую опиралась головой. Этот голос она узнала бы даже спустя ещё двадцать лет, помимо тех, прошедших. Узнала, даже если бы почти полностью потеряла слух. Узнала бы среди слишком шумной толпы.       Астрид медленно поднялась из-за стола и, поджав губы до побеления, развернулась лицом к ведьмакам, тут же ловя на себе взгляд Койона. Его глаза расширились от непонимания, которое сменилось неверием, отрицанием, узнаванием. Удивление смешалось с тоской, и как бы ей ни хотелось, но все его эмоции она до сих пор могла прочитать по одному лишь взгляду.       Ведьмачка молчала, лишь смотрела в его глаза, даже не замечая, как позади Койона остановились Геральт и Эскель. Не замечала внимательного взгляда последнего, который впился в её лицо. Астрид знала, что скоро встретится с ним. Но все равно его появление было слишком неожиданным. Слишком…       Девушка зажмурилась, не в силах справиться с эмоциями.       — Асти…       Койон сделал шаг навстречу к ней…       — Ты не имеешь никакого права так называть меня, — задушено прошептала она, буквально выдавливая из себя слова.       …ведьмачка резко развернулась и быстрыми шагами направилась к лестнице. Мужчина отправился следом, но тяжёлая рука Эскеля, что до боли сжала его плечо, заставила замереть на месте.       — Оставь её одну, — произнёс Геральт, взяв Грифона за другое плечо и положив ладонь на предплечье Эскеля. — Дайте ей время.