Чему тебя вообще родители в детстве учили?

— Хочешь сказать, что тебя пытались ограбить, но тот парень спас тебя? Так? Чонгук сидел на кровати рядом с Чимином, что снова очень нервничал, вспоминая все события прошлой ночи. Совершенно не хотелось рассказывать про это, понимая, каким беспомощным и растерянным он был в тот момент, и уж тем более чувствовать к себе жалость. Не первый раз его избивают, не первый раз он попадает в такие ситуации, и всегда справлялся сам, без посторонней помощи. Почему же в этот раз все так по-другому? Почему не хочется справляться самому, не хочется отдергивать руку, на которой сейчас лежит чужая, крепко сжимая? Чон Чонгук слишком сильно его меняет, и непонятно, хорошо это, или плохо. — Хен… Что вы чувствуете ко мне? — неожиданный, но такой нужный вопрос для них двоих. — Мне с тобой комфортно. Ты тот, перед кем мне нестрашно открыться. И я подожду, сделаю все возможное, чтобы стать таким же человеком для тебя, — темно-карие глаза смотрели, прожигали дыру в Чимине, но тот, как будто ничего не слыша и не чувствуя, молчал. — Ты доверяешь мне? — Я никому не доверяю. Простите, хен, все это слишком быстро для меня. Я не готов открыться… Я не готов показать вам себя настоящего, — равнодушный тон, никаких чувств, и только еле различимая грусть заставляла покрыться кожу мурашками. — Почему же? Чего ты так боишься? — Разочаровать вас. Оказаться не тем, кто вам нужен. Все просто, хен, — парень наконец поднял свой взгляд, полный тихой надежды и грусти, неверия в то, что на этот раз все будет иначе. — С чего ты взял, что мне нужен кто-то определенный? Если мне нравишься ты, то ты любой: вредный, как в нашу первую встречу; веселый, как когда мы вместе проводили вечера; сонный и домашний, как утром; или грустный, как сейчас. Неважно, какой, Чимин. — Я так хочу вам верить, хен. Но мне нужно время. — У тебя оно будет. И не только. Я всеми своими силами и поступками буду тебе доказывать это столько, сколько нужно. — Спасибо, — чужие пальцы подняли руку Чимина на уровень лица, и в ту же секунду губы старшего нежно поцеловали ее тыльную сторону. Слишком интимно, но совершенно не неприятно. — Позвольте отвезти вас в больницу, месье, — эти слова заставили улыбнуться, и Пак слегка кивнул, соглашаясь на предложение.

***

Поездка в больницу, как и встреча с доктором, прошли достаточно спокойно, что даже удивило. Чимин представлял себе ужасное здание, со злыми врачами и вечно нервными медсестрами, но вместо этого его встретил улыбчивый пожилой мужчина, что аккуратно осмотрел и выписал пару мазей. Он до жути не любил больницы. И казалось, Чонгук это чувствовал, так как постоянно то держал его за руку, то нежно гладил по спине, успокаивая. Даже сейчас, уже едучи домой, никто отпускать его ладонь не собирался, а наоборот, держал только сильнее. Внезапно живот предательски заурчал, давая знать о себе, и о том что кто-то с утра не завтракал. — Ты голодный? Заглянем в наш бар, поешь, а я как раз кое-какие дела закончу, — скорее констатировал факт, чем спрашивал мужчина. — Я лучше дома поем, хен, — смущенно ответил Пак. — И почему бар «наш»? — Всю последнюю еду ты потратил на приготовление того злосчастного и очень вкусного ужина для меня, поэтому либо заезжаем в магазин, либо покушаешь в баре, — Чонгук был спокоен, говорил это, ни на секунду не отвлекаясь от дороги. — И все мое — твое, Чиминни, поэтому и наш. — Тогда лучше в бар, — тихо ответил парень и повернулся к окну, наблюдая как быстро портиться погода и начинается мелкий дождик. По приезде в место назначения погода полностью пошла в разгул, начался ливень, и несмотря на то, что они добежали до бара довольно быстро, промокли. Чонгук улыбался, свежий воздух и недовольное лицо младшего заставили настроение подняться. Он разлохматил немного влажные волосы Пака, заставив того недовольно буркнуть и поднять свой злостный взгляд. — Только гляньте на эту недовольную булочку, — рассмеялся Чон. — У меня тут есть запасная одежда, пойдем, дам тебе футболку. — Я не недовольная булочка, — бурчал себе под нос Чимин и покорно шел за старшим. Путь в главный кабинет оказался не долгим, и несмотря на то, что была суббота, работников, как и посетителей, было мало. Чонгук открыл дверь и, как истинный джентльмен, пропустил Пака первым. Тот лишь удивленно, чуть ли не открывая рот от восторга, медленно зашел внутрь. — Тут так красиво, хен! — восторженно проговорил младший, поворачиваясь. — Знаю, — самодовольно ответил мужчина. Кабинет был в коричнево-бежевых тонах, в самом начале стоял мягкий, светлый диван, и прямо напротив него деревянный стол, с кучей бумажек и документов. На кирпичной стене весели черно-белые картины с картой города или какими-то маршрутами, а если пройти чуть дальше, можно было найти лоджию. Удивленно все рассматривая, Чимин не заметил, как старший успел сходить за одеждой и уже протягивал ему сухую белую футболку. — Спасибо, Чонгук-хен, — взяв вещь, поблагодарил младший. И в ту же секунду впал в ступор, смотря на стройное, в меру накаченное тело перед собой. — Хен! Надо было предупредить, я бы отвернулся! — резко покраснев и закрыв глаза руками, испуганно произнес младший. — Что-то не так? Мы же оба парни, Чимин, чего стеснятся-то? — лукаво ответил Чон. Подойдя ближе к младшему, он аккуратно опустил его руки. — Мое тело насколько ужасно, раз ты закрываешь глаза и не хочешь его видеть? — наигранно обиженный тон заставил наконец открыть глаза. — Конечно нет, хен. Вы же итак явно знаете, что оно даже слишком красивое, — почти что шепотом, смотря только в глаза, произнес парень. И увидев самодовольную улыбку, поспешил увеличить расстояние между ними. — Мне отвернуться, стесняшечка? — все еще находясь в одних джинсах и говоря это таким тоном, он как будто издевался над Чимином и его психикой. — Я не стесняшечка, — уже громче проговорил младший. — А вам, — обвел взглядом всю фигуру, нервно прикусив губу. — пора одеться, иначе заболеете еще. Он повернулся боком к мужчине, и немного собравшись с духом, снял футболку. В любом случае тот уже переодевал его не раз, и прекрасно мог все видеть, даже большее, чем позволено. Отложив мокрую вещь, он потянулся за чистой и сухой, как вдруг почувствовал на себе прожигающий взгляд. Кожа горела, только вот ничего неприятного в этом не было. Чимин словно оказался на солнце, под его лучами, такими согревающими и резкими одновременно. Он повернул голову в сторону, и тут же наткнулся на голодные глаза Гука. Тот смотрел, не отрываясь, не пытаясь скрыть своего желания, и не замечая ничего вокруг. Жутко хотелось подойти и прикоснуться, провести рукой по теплому, мягкому телу, почувствовать как оно жаждет продолжения… — Хен? — обеспокоенно спросил парень. — Вы в порядке? Подходить и проверять сейчас было страшно, хоть и очень хотелось. Несмотря на это он знал, что мужчина никогда не прикоснется к нему без спроса, никогда не обидит и не сделает больно. Даже в такой ситуации он чувствовал себя так защищенно, как никогда прежде. Чонгук отмер, и улыбнулся, смотря на обеспокоенного Пака. — В порядке, мелкий, — быстро надев футболку, он продолжил: — Я спущусь и принесу тебе еды, а ты сиди здесь. Туалет, если что, там, — указав на дальнюю дверь, мужчина поспешил выйти. Ощущения были странными. С одной стороны, Чимину очень даже льстило такое внимание от старшего, хотелось гордо поднять голову и сказать, что да, вот такой он весь из себя распрекрасный. Но с другой… Вдруг ему все это кажется? Вдруг это просто его очередные фантазии, иллюзии, навязанные воображением? И не важно, что Гук много раз повторял и уверял в обратном. Это слишком сложно принять. Медленно надевая футболку, что скорее казалась туникой на парне, он так и остался стоять на месте, пребывая в раздумьях, пока в дверь не постучали. Перепугавшись от такого резкого звука, и напрягшись из-за незваного гостя, Пак аккуратно подошел к двери и открыл ее. Перед глазами встал высокий, широкоплечий парень. — Привет, крошка! — оглядев с ног до головы парня, тот быстро прошмыгнул в кабинет, по-хозяйски садясь в кресло Чонгука. — А где этот… — «Этот» тут, Тэхен. Встань с моего места и объяснись, — за спиной раздался раздраженный голос старшего. Повернувшись, Чимин увидел мужчину с подносом, на котором аккуратно лежали свежеприготовленные булочки, две чашки с кофе, и много пакетиков сахара. Последнее сразу заставило покраснеть и вспомнить их первую встречу. — Познакомься, Чимин, это — мой младший брат, Тэхен. — Так эту крошку зовут Чимин? — не давая и слова вставить Паку, снова влез Ким. — Во-первых, я вам не крошка, — уверенно наконец ответил парень, складывая руки на груди крестом. — А во вторых, я вижу у вас семейное, давать глупые прозвища людям? — этот вопрос и недовольный тон заставили рассмеяться Тэхена. — А он дерзкий, хен. Где ты такого откапал? — сделав шаг навстречу парню, он заинтересованно еще раз его оглядел. — Можешь ко мне на ты обращаться, я не «мистер уважение и правильность». И лучше просто Ви, — квадратная улыбка сразу засеяла на лице. — Что ты тут забыл, Тэхен? — перебил его сладкую речь мужчина. — Как что? Я соскучился по любимому братцу, вот и решил тебя навестить! Ну а если серьезно, отец хочет тебя на ужин. Увы, не съесть, а просто видеть. — Он мог написать или сам набрать. Необязательно было присылать тебя, — поставив поднос на маленький стол рядом с диваном, Чон посмотрел на затихшего Чимина. — Садись и кушай, а мы отойдем на несколько минут. Если что-то будет нужно, спустишься на первый этаж, там все дадут. Чимин покорно сел, и посмотрев на булочки, что аппетитно лежали на красивой тарелке, сглотнул. Ничего сложного от него не требовалось: просто взять, и начать есть. Только вот, почему же он не мог это сделать? Руки будто не слушались, отказываясь подняться, и к горлу подступила тошнота. Это просто еда. Просто одна простая булка. Что от нее может случиться? Разве что наступит наконец умиротворяющее чувство сытости. Но… Что если это не так? Только один ее кусочек заставит чувствовать себя обязанным, виноватым, да и Чимин же даже не знает, какую из них хочет старший! Вдруг он съест его любимую? Слезы подступили к глазам, и от этого становилось только противнее. Вспомня про туалет, он быстро зашагал в его сторону, не слыша как возвращается Чонгук и зовет его. — Чимин? Ты в порядке? — обеспокоенный тон только давал сил подступающей истерике. — Если что-то не так или тебе не нравится, скажи, я исправлю! — Простите, хен, все в порядке, — пытаясь как можно спокойнее ответить, произнес парень. — Открой мне. Я хочу убедиться. Пожалуйста, Чимин, — он как будто чувствовал, что что-то определенно не так, и быстро сдаваться не планировал. На удивление, долго уговаривать младшего не пришлось, и тот открыл дверь, смотря своими красными глазами, полными слез. В ту же секунду парень почувствовал только тёплые, крепкие объятья, забирающие всю боль и ограждающие от лишних мыслей. Они стояли так долго, пока Чонгук, медленно поглаживая его по спине, не начал разговор: — Не хочешь об этом поговорить? — его голос звучал необычайно нежно и спокойно, так, будто он боится разбить им самый хрупкий бокал. — Я не знаю, почему заплакал… Правда, — сильнее прижавшись, ответил парень. — Я просто… Я чувствую себя таким обязанным вам за все, что вы сделали для меня… Как будто я что-то отнимаю, а не принимаю, понимаете? — Если будешь давать мне что-то взамен, станешь лучше себя чувствовать? — Скорее всего… Только что? У меня ничего не осталось. — Помнишь, я говорил о работе? Предложение все еще в силе. Могу рассказать поподробнее, — услышав заинтересованное мычание в ответ, он продолжил. — Не знаю, насколько тебе по душе будет такое занятие, но нам давно нужен SMM-менеджер, ну или по-простому тот, кто будет следить за Инстаграммом или другой соц. сетью наших баров. И еще, как дополнительно, будет задача фотографировать всякие события, людей, просто делать красивые кадры. В этом ты точно справишься, Чимин. Что скажешь? — уже не стоя так близко друг к другу, Чон смотрел на тихого и внимательно слушающего Чимина. Дождавшись конца предложения, он поднял свой взгляд, слегка улыбаясь. — Мне нравится. Правда, я буду бояться сделать что-то не так или подвести вас, но постараюсь выкладываться на все сто, правда! — искренность сказанного заставила старшего тоже улыбнутся. — Зарплата у тебя будет около семи тысяч долларов, выходной через каждые два рабочих дня. Ну и соответственно отпуска, все остальное, тоже будут. Согласен? — Конечно, согласен. Только зарплата мне кажется слишком высокой, — уже переместившись ближе к столу, Пак смотрел на какие-то интересные бумажки, что подписывал Гук. — Нормальная. Можно поменять, но только сделав больше. Вот, прочитай все, ознакомься, и подписывай, — протянув те самые любопытные листы с текстом, мужчина откинулся на кресте, открывая вид на шею. Очень красивую шею. Стараясь сильно не пялится, Чимин внимательно читал все написанное, иногда хмурясь или наоборот поднимая брови. Много времени это занятие не заняло, и уже буквально через пять минут договор был подписан. — Ну что, Чонгук-хен, — смотря в глаза старшему, произнес Чимин. — теперь и вы от меня никуда не денетесь.