Секрет старинных коридоров

Папа Уайт поднялся из кресла и кивнув второму мужчине, развернулся к детям, по прежнему стоявшим на шахматной лестнице. Он поставил свою крохотную чашечку с кофе на стеклянный столик. - С начала. - улыбнулся он. Луиза вышла из построенного ими клина и приблизилась к Папе почти вплотную. Он был чуть выше неё, так что девушке пришлось смотреть исподлобья. Она прожигала мужчину своими голубыми глазами, в которых читалась даже не злоба, а ярость. Папа никак не реагировал на дочь, просто смотрел ей в глаза и ухмылялся. Луиза моргнула. Глаза слезились. - Кто я? Где мои настоящие родители? Почему я тут? Что это за место? Кто вы? Кто вы? Кто вы?! Кто..- у неё из глаз полились слезы. Одна за другой хлынули, обжигая холодные щеки. Она не переставала смотреть в глаза Папе, не обращая внимания на мешающие взору слезы, которые заполонили всё. Луиза не видела ничего. Ей казалось, будто на полу сейчас образуется лужа, или они просто будут плавать в море, наполненным её слезами. - Почему? Почему? Кто вы? - продолжала повторять она, крутя вокруг него пальцем и активно жестикулируя, но не прикасаясь к мужчине. - Я думал сейчас бить начнет. - прошептал Бен на ухо Николь. - Не стала бы. Она к незнакомым мужчинам не прикасается. - ответила та. - Незнакомым? Папа незнакомый? - включилась в разговор Анечка. - Ты не заметила, что единственная, кто обращается к папе на "вы" это Мари. - Да? Пока продолжалась активная дискуссия шепотом у четверых ребят, Луиза продолжала кричать на Папу, а Джек.. А Джек просто стоял. Стоял и смотрел на девушку в упор, не сводя взгляда и не моргая. Наконец, после того, как Луиза полностью выругалась на мужчину, который по-прежнему спокойно улыбался ей в лицо, она отошла от него на шаг. Девушка чуть развернулась. - Джек.. Тот мужчина. Тот труп. Не умер, он живой.. Джек он живой..- только и успела что произнести она и сразу покачнувшись, начала падать на кафель. Тут же парень бросился к ней и ухватил девушку за голову, дабы она не разбилась, аккуратно укладывая её к себе на колени. Луиза потеряла сознание. Она лежала на холодном полу, на её щеках играл свет от камина, Джек сидел рядом с ней, щупал её пульс, который так и не научился находить, а над ними стоял Папа. Улыбка с его лица не спала. Он продолжал смотреть куда-то вдаль, и казалось, улыбался еще шире, чуть ли не смеялся. Джек прищурился, смотря на Папу. В его темно-карих глазах отражался огонь. Бликами он играл, заставляя глаза слезиться, а парня щуриться ещё сильнее. Тут из-за каминного кресла послышался кашель. Оно отодвинулось. Из-за громкого звука скрипящего кресла Луиза очнулась. Она не подавала виду, что проснулась, а просто смотрела на кресло, камин и мужчину полу-закрытыми глазами. Мужчина встал спиной ко всем присутствующим и подняв голову на картину, висевшую над камином, и начал громко пить свой кофе, не отрывая взгляда от полотна. На картине был нарисован Папа. Он чинно сидел в своем кабинетном кресле, держа в одной руке монокль, а в другой библиотечную книгу. Старую, в местах порванную, и потёртую. На её корешке золотыми буквами была выведена латинская фраза. Много лет подряд Луиза смотрела на картину и пыталась прочитать фразу. Спрашивала значение у Джека, но тот лишь говорил что-то по типу: - Ты где это прочла? Или: -Таких сочетаний букв нет в латинском языке. Или же: -Цветочек, я занят. "d o h o in noti pr e tan fа il ar c su" - читала пятилетняя девочка в платьице, стоящая на белой клеточке шахматного пола. Она прекрасно понимала, что пропущено довольно много букв, важных для понимания целостной фразы. Она злилась, прыгала на этой белой клеточке, окруженной черными и топала ножками в бежевых туфельках. Она хотела понять фразу поскорее. "duo homines noti pr pe tam familiar c su" - читала одиннадцатилетняя девочка в платьице, стоящая на белой клеточке шахматного пола. Она уже нашла некоторые пропущенные буквы, но смысл фразы никак не приходил в голову. "duo homines ignoti prope tam familiar casu" - прочитала четырнадцатилетняя девушка, лежащая на холодном шахматном полу. Она сама сопоставила фразу с фразой из книги. И никакой Джек не помогал ей в её прочтении и переводе. "Около такого знакомого кафе прошли два незнакомых человека. Как такое может произойти? Как можно помнить место, но не помнить близкого человека? Я точно что-то не так перевела." - думала девушка. Её щеке вдруг стало холодно. Очень холодно. Сзади ей послышались шорохи. Джек встал с колен, опуская голову девушки на пол. Он убрал волосы Луизы с лица и собрал их в небрежный хвост. Он подхватил девушку двумя руками. Чуть подкинул в воздухе, пытаясь полностью встать. Через секунду шею Луизы обожгло горячее дыхание. У него явно не получалось подняться с человеком на руках. "То есть здорового мужика он смог поднять и притащить на пятый этаж, а меня не может? Намёк на похудение?" - зло подумала девушка. "Он тебе помочь пытается, а ты такое думаешь." - в голове послышался голос подруги. Луиза вздрогнула. "Он меня наверх понесет? Расскажи потом что случилось." "Уж лучше покажи, что ты в порядке и в сознании, притворяться не хорошо." "Стой. Притворяться это тоже самое, что и врать? Ники, он похоже знает, что я очнулась." Джек нёс Луизу по лестнице мимо Бена и Анечки, которые бурно что-то обсуждали, и Николь, смотрящей на подругу самым теплым взглядом. "Конечно знает." - улыбнулась Николь и кому-то кивнула. Джеку, конечно Джеку. "Если знает, зачем наверх несёт? Ой, а если поговорить со мной хочет? Не, Ники, спаси меня от этого болвана." Луиза услышала смешок. Кто-то наклонился к её уху и прошептал: - Боишься, цветочек?

***

Поднявшись на этаж Луизы, Джек поставил девушку на ноги и повернул лицом к себе. Она наконец открыла глаза и сложив руки на груди, спокойно смотрела на собеседника. - Скажешь что-нибудь? - Джек тоже скрестил руки на груди. - А что говорить? Ничего вроде не произошло. - Да что ты. А то, что ты накричала на Папу? А то, что ты упала в обморок? А то, что ты по какой-то причине вспомнила про труп? А то, что ты почему-то решила что он живой? А то, что ты перед этим назвала меня по имени? Луиза вдруг изменилась во взгляде. Её заплаканные глаза округлились, а губы разомкнулись, пытаясь что-то произнести, но ничего не происходило. - Я что? - Назвала меня по имени. Впервые. Девушка покачнулась, начиная падать, но Джек подставил руки, а она успела не потерять сознание вновь. - Не надо, - он поймал её, - ну назвала и назвала, что теперь? Луиза потрясла головой и несколько раз вдохнула и выдохнула, пытаясь собраться с мыслями. - Болван, что такого могло произойти что я назвала тебя по имени? - она попыталась вспомнить, - что я еще сказала? - Труп.. Её глаза еще больше округлились, чем прежде. Теперь же они начали наполняться слезами. Она смотрела и смотрела Джеку в глаза, пытаясь руками вытереть свои. - Спокойно, что происходит? - он взял её за руку. Луиза вдруг сбросила его руку и рванула с места, побежала к лестнице. Она задыхалась, но продолжала бежать вверх и вверх, пока не достигла пятого этажа. Лихорадочно ища нужную дверь, девушка металась по всему этажу. Джек, который только что поднялся, подошел к двери лаборатории, достал ключ и открыл её перед носом Луизы. Она вбежала и отперев дверь в операционную, вдруг улыбнулась. - Здрасте..- спокойно пробормотала она, после чего вышла из комнатки и подошла к Джеку. Тот стоял в дверном проеме, отгораживающим лабораторию и коридор этажа. В его карих глазах читалось беспокойство, хоть он и пытался казаться невозмутимым. Луиза выглядела очень странно. - Ты чего? - Джек нахмурил брови. - Он жив.. Луиза кивнула и подойдя в дальнему стеллажу, встала около фиалки и начала трогать её лепестки. - Лу, объясни нормально. Он не может быть живым, даже если это так и было, ты провела вскрытие. Он не может быть жив до сих пор. Физически. Дверь маленькой операционной скрипнула и из-за неё вышел мужчина в костюме. Он глупо улыбался. Так же как и Луиза. Серьезно, сейчас они были на одно лицо. Девушка повернулась от фиалки к мужчине. Она больше не улыбалась, наконец-то стала серьезной. - А кто вы? - Джон Роусон, к вашим услугам. - мужчин чуть поклонился. Луиза поклонилась в ответ, а Джек продолжал стоять в недоумении. - А откуда вы? Чем увлекаетесь? - расспрашивала Луиза. - О, я из Лондона, люблю играть на фортепиано. Думаю, сила в музыке. У вас случайно нет этого инструмента? У меня стресс после вскрытия, я бы хотел немного поиграть. - К сожалению нет, есть только электрогитары. - Это что? - Ничего. Мужчина кивнул и повернулся к Джеку. - А у вас нет фортепиано? Джек не выдержал. Он раздраженно рявкнул что-то по типу "боже" и быстро покинул этаж, захлопнув дверь. - Хотите чай?

***

Мужчина смотрел на картину. Долго. Пока он её рассматривал, Папа Уайт наконец перестал улыбаться, а начал рассказывать. - Пока наши голубки улетели миловаться я расскажу вам сказку. Много лет назад жил был мальчик по имени Альберт Блэк. Этот мальчик жил в бедной семье. В одной из самых бедных семей на окраине Лондона. Альберт ходил в школу, на подработку, помогал родителям и всем, кому мог. Он не хотел быть счастливым, он хотел делать счастливыми других. Он был добр со всеми, но ни один из них не был добр к нему. Альберта никто не любил, у него не было ни девушки, ни друзей. Он мечтал, что когда-нибудь, когда он вырастет, он заведет большую семью, у него будет любящая жена, много детей и много денег. Каждый день он будет завтракать вместе с ними и смеяться над их историями. Каждый день он будет с ними играть во дворе и в лесу. Каждый вечер он будет читать им сказки в его собственной библиотеке, сидя в креслах по несколько часов. Каждую ночь он будет укладывать их спать в их мягкие постели. Но это были лишь мечты. Мечты о славном будущем. К тому моменту как Альберт вырос он не имел ни жены ни детей. Зато были деньги. Их было много. Альберт Блэк основал компанию, которая занималась выращиванием и продажей различных растений в Лондоне. Вскоре, его компания закончила работу, после того, как распродала все поля дорогих фиалок и озолотилась. Альберт Блэк стал самым богатым и самым обсуждаемым человеком в Лондоне на тот момент. Многие люди оскорбляли его за продажу растений, которые стоили огромных денег. Из-за массового недовольства Альберт сменил фамилию. Альберт Уайт - человек, который изменил свою жизнь и сделал счастливым не кого-то там, а в первую очередь себя. Он построил свой особняк и территорию вокруг него назвал Уайтхеллом. Многие называли это место его личным адом, но Альберт считал его раем. Всё было так, как он хотел. Большой зал, чтобы завтракать. Библиотека, чтобы читать. Кроватки, чтобы спать. Не было только одного. Детей. Альберт услышал от своего коллеги Тома Хелла Брауна, что существуют семьи с детьми, у которых необычные способности. Это стало сенсацией. Альберт, как и все остальные люди, начал поиски семей с такими детьми. И не поверите. Нашёл. Он необычным образом извлёк детей, не оставляя следов своего присутствия. - Он убил родителей? - перебил мужчину Бен. - Да, Бен, Альберт убил мам и пап каждого ребенка. Кроме одного. Том? - Папа Уайт неожиданно развернулся назад и мужчина, смотрящий на картину, наконец повернулся к детям лицом. Они его сразу узнали. Тот, кто беспокоился за них по непонятной причине, тот, кто всегда был рядом, тот, кого они уже начали заподазривать. - Кучер? - в один голос произнесли Николь, Анечка и Бен. Мужчина улыбнулся. - Моё имя Том Хелл Браун, - он поставил кружку на столик.- и я.. я отец вашего Джека. На лестнице стояла темная фигура, которую никто не смог бы разглядеть в данный момент. Никто бы не увидел руку, прижавшуюся ко рту, не позволявшую закричать. Никто бы не увидел распахнутые до боли глаза. Никто бы и не заметил слез, которые хлынули в тот момент у кудрявого мальчика из глаз. "Это неправда, это неправда,"- звучало у него в голове. Джек стал вслушиваться в тишину, ведь в темноте он только так мог понять человек говорит правду или нет. Сконцентрировавшись на тихих, неровных вдохах кучера, у мальчика в голове вдруг вспыхнули и замигали зеленым воспоминания. Вот молодой кучер стоит рядом с красивой кареглазой женщиной, которая держит на руках кудрявого ребенка. Они смеются. Вот мужчина с моноклем заходит в дом, в окружении стрелков. И слышны крики: и женский, и мужской, и пронзительный детский плач. Всё мигает зеленым, кружится голова, никогда еще до такой степени не доходило использование способности. Юноша в ярости хватается за голову, дрожа всем телом, то и дело всхлипывая. Конечно, незамеченным он больше не оставался. - Джек! Джек! Брат, ты чего, что случилось? - к нему подбежал Большой Бен. - Что случилось? - Анечка дала брату подзатыльник,- Он только узнал, что у него есть отец, глупая твоя голова.. Вот что случилось! Бен, потирая ушибленную голову, присел на корточки рядом с Джеком, попытался поднять его голову, но безуспешно, тело мальчика содрогалось, но отказывалось двигаться. - Паническая атака. - сказал вдруг Большой Бен, хватая тело друга и относя его на улицу. - Тоже мне, медик нашелся. - Анечка откинула белые волосы,- Там мороз, ты совсем спятил? Но от мужчины и слова не послышалось в ответ. Анечка постояла секунд 10, после чего рванула за ним. Николь, увидев всё это, побежала наверх. Подбежав к белой двери лаборатории, она ворвалась внутрь и увидела интересную картину. За столом сидел низкий мужчина в окровавленном костюме и Луиза, напротив него. Оба пили чай. - Ники, хочешь чая? - спросила девушка. - Луиза, кучер - это.. - она уже была готова всё выпалить, но остановилась, как только подруга повернулась и взглянула на неё. - Ну? - она начинала нервничать, хотя куда уж больше, после чаепития с трупом? - Он отец Джека. Реальный, биологический. Луиза поставила чашку на стол, повернулась к мужчине: - Мистер Роусон, я скоро вернусь, попейте чай с Николь, - и она выбежала из комнаты, хлопнув подругу по плечу.

***

Луиза побежала по лестнице вниз. Около камина Папа Уайт разговаривал с кучером. - Вы! - девушка ткнула пальцем около лица мужчины. - Я? - ухмыльнулся он. Луиза уже открыла рот, чтобы что-то сказать, когда распахнулась уличная дверь и всю гостиную заполонил морозный воздух. На порог вбежал Бен. - Луиза, там это.. Джек.. он.. - Да почему я? При чем тут я? Я вам не врач! - помолчав секунду, она еще раз взглянула на кучера, и со всей накопленной злостью плюнула ему в ноги и подняла гневный взгляд. - Мисс Луиза! - вскрикнул слуга, уронив чашки с горячем чаем. - Лу! - ахнул Бен. Мужчина спокойной поднял голову. - Вы пожалеете об этом, мисс. Девушка бросила быстрый взгляд на Папу Уайта, стоящего рядом с камином, и ей показалось, будто бы он улыбался.. Не имея много времени в запасе, она, проигнорировав шокированное выражение лица Большого Бена, выбежала на мороз. - Где? - В оранжерее. Только не говори ему, что плюнула его папе в ноги. И вообще.. Зачем? - Сам будто не догадываешься. Бен замотал головой, уклоняясь от низких веток деревьев. - Да ну? - Луиза остановилась. - Болван, сколько я себя помню, был единственным, кто переживал по поводу своих настоящих родителей. Это постоянно было больной темой. Каждый раз он начинал плакать, когда видел участие мам и пап в детских книжках. Я, конечно, всегда смеялась над ним, мне-то это не так важно. Но он вырос, а проблема осталась. Болван больше не плачет, зато злится. Столько боли ему причинил сам факт отсутствия настоящих родных, что грех было не плюнуть в ноги человеку, который всё время видел, как Болвану было больно, но всё равно скрывал правду. Бен промолчал. - Ладно, пойдем, вдруг очнется при виде тебя. - через секунду, ухмыляясь, сказал он. Усмехнувшись и хлопнув мужчину по плечу, Луиза ускорила шаг и вскоре подошла к оранжерее. Бен открыл перед ней стеклянную дверь. Внутри, около их знаменитого цитрусового дерева, которое раскинула свои большие ветви с сочными листьями над резной лавочкой, на которой и сидела Анечка, а у неё на коленях лежала неподвижная голова Джека. Луиза поджала губы, подходя к подруге. Та подняла глаза на девушку и слабо улыбнулась. - Не просыпается? - тихо спросил Большой Бен. Анечка покачала головой и проговорила: - Конечно, ты его на холод сразу вытащил. - Потому что ему нужен был свежий воздух. - Свежий, а не мороз. Скажи спасибо, что я додумалась его в оранжерею притащить. - Анечка аккуратно положила голову Джека на скамью и встала, равняясь с братом. - Ты дура? Ему тут душно станет. Тут слишком влажно. - Сам дурак.. Дальше Луиза не слушала. Она села на скамейку рядом с другом, посмотрела на него грустными глазами. Бледность заполонила его некогда румяное лицо, губы стали белые, как мрамор, а щеки более не были розовыми. Девушка медленно подняла руку и поднесла её к каштановым волосам парня. Помешкав секунду, она дотянулась тонкими пальцами до кудряшек. Джек не реагировал. - Ой всё, я тебе ничего доказывать не собираюсь. Ты переходишь на личности, - Анечка закатила глаза, повернулась обратно к лавке и застыла. Пока они с Беном спорили, Луиза гладила парня по волосам, смотря на его длинные ресницы, широкие темные брови и светлую кожу. Похлопав ресницами, Анечка повернулась к брату. - Что происходит? - шепотом спросила она. Бен стоял в таком же шоке. Он опомнился, когда почувствовал дуновение холодного ветра на коже и обернулся. В оранжерею зашла Николь вместе с Мистером Роусоном. Она собрала черные волосы в хвостик, подходя к присутствующим. - Ну как он? - спросила она, и вдруг остановилась с распахнутыми глазами. - Чего.. - Шшш! - одновременно зашикали Анечка и Бен. Мужчина подошел к ней и шепнул: - Пока никак, мы просто спугнуть не хотим. Это так мило! - Бен широко заулыбался. - Если они будут вместе.. Анечка закрыла ему рот рукой. - Тихо ты. Бен опять улыбнулся и начал молча кружиться по всей оранжерее от радости. - Окей..- Николь подошла к Луиза и щелкнула пальцами перед её глазами. Девушка подняла глаза и, осознав всё происходящее, быстро убрала руки от волос парня. - Ты ничего не видела, - зашипела она. - Мечтай. Даже Мистер Роусон видел, - ухмыльнулась Николь. - Все видели. Луиза нервно встала с лавочки, заправляя розовую челку за уши. Она глянула на Бена, который танцевал около деревьев и Анечка, пытающуюся его успокоить. Мистер Джон Роусон молчал. "Ну и как его волосы на ощупь?" - слова Николь ударили в голову. Девушка зло посмотрела на улыбающуюся подругу и толкнула её локтем . Она облокотилась о белую стену, и опять взгляд её упал на Джека. Тут же его глаза начали медленно открываться. Парень поднес руку к голове, пытаясь сесть.