Снова новый день

Сосредоточение. Тонкий баланс - игнорирование собственных потребностей, окружающего пространства, концентрация на определенном виде деятельности. "...изменение частоты и длины волны излучения, воспринимаемой наблюдателем, вследствие движения..." Ручка, терзаемая непрерывным щелканьем, ломается - стержень отказывается вылезать в очередной раз. Приходится отвлечься на минуту, выбрасывая ее в попахивающее железом ведро для бумаг. "...воспринимаемой приёмником, вследствие движения источника излучения относительно... " Тишина давит. Все успокоилось? Эмоции, разумеется, достигли своего пика, однако... Встряхнуть головой, запретить отвлекаться. "...источника излучения относительно..." Относительно спокойно, конечно. Не верится совершенно, что ситуация разрешилась. - Ничего не разрешилось, - пробормотал Куромаку, откидываясь на спинку стула. Физика не лезла в голову, вырывалась и упиралась, не желая поддаваться. Не самая сложная тема - тривиальная подработка на вечер. Куромаку и без чтения знал достаточно об эффекте Допплера, однако предпочел освежить память перед написанием - скорее от смутного предчувствия, что ничего он не сможет сегодня написать, чем от осязаемого желания повторить теорию волн. Впрочем, отрицаемое им же ощущение не обмануло - после всего, уже произошедшего, отвлечься от мыслей о неизбежном было тяжело. Куромаку стащил очки и с нажимом потер переносицу. Отвлекаться от назойливых мыслей конструктивной деятельностью оказалось провальной затеей - сейчас уже не было ясно, чем от чего он на самом деле пытался отвлечься. В любом случае продолжать бессмысленно сидеть желания не было. В порыве отдаться вредной привычке Куромаку распахнет окно, только рука не нащупает сигарет в заднем кармане. Треф замирает - в мгновение множество мыслей, желание перепроверить, посмотреть в другом кармане, столе... Однако он прекрасно помнит, что положил новую пачку в карман. В карман, где ее нет. Медленно Куромаку достает и смотрит на пустую ладонь, оставаясь в неопределенности стоять у окна. Легкий ветерок утешительно треплет волосы. В горле, как на зло, начинает мерзенько свербить. Вариантов, где именно он мог потерять сигареты, не много. Всего лишь один. Сигареты могли выпасть только во время драки. Если бы их нашли, то наиболее вероятно уже бы началось разбирательство - ведь убираться оставался Феликс с Пиком. Вдох, за ним следует неминуемый выдох. Руки, только начавшие успокаиваться, вновь начинают мелко, еле заметно подрагивать. "Стоит мыслить рационально", - одергивает сам себя, пытаясь не углубляться в тревожные мысли. Ведь, если бы сигареты выпали в самом видном месте, их бы сразу заметили. Значит, в ходе драки они могли отлететь в более укромное место. Значит, их могли не найти. Даже если бы их обнаружили, разве пачка сигарет что-то доказывает? Они могут быть чьими угодно. - Проклятье, - треф сел на полоконник, сжимая ладони и не морщась от боли. От собственных мыслей становится тошно. Он всерьез, хоть и на долю мгновения, подумал снова свалить вину? Сначала с его немого согласия Вару обвининили в происшествии на речке. Сегодня валет еще и получил от Пика, лишь от того, что подвернулся своему королю под руку, пока тот злился на Куромаку. К тому же это новая, запечатанная пачка. Только приобретённая. Выбора не оставалось. Куромаку тихо выглянув в коридор, и, убедившись в отсутствии клонов, быстрым шагом направился в гостиную. Комната выглядела заметно лучше, чем жалкий час назад - книги снова расставили по местам, пятнышки крови стёрлись пола, потрепанный том "Искусства войны" оставили на столике, будто бы ничего и не было. Куромаку обошел комнату по кругу - очевидно, обнаружить таким образом ничего не было возможно. Пробежавшись быстрым взглядом, Куромаку пришел к логичному выводу - сигареты могли скрыться только под диваном. Вставать на корячки и лезть проверять вдруг показалось абсурдным. Проскочила мысль о том, как он будет выглядеть со стороны, если кто-нибудь заглянет. Глупость... Куромаку вздохнул. Он понимал, что начинает утрировать, но не мог перестать думать о том, на что его толкает зависимость. Сначала тайно покупать, теперь пытаться найти, не попавшись... Встряхнув головой в попытке вытрясти лишние мысли, треф быстро опустился на пол и начала копаться под диваном рукой, прислушиваясь к звукам в квартире. Под диваном, помимо пыли и двух цветных мелков, не оказалось ничего. Этот факт одновременно способствовал повышению тревоги и разрозненности мыслей. Куромаку встал, и, не решившись в моменте что делать дальше, завис посреди комнаты. Прокрутив весь поход в магазин в памяти, он лишь удостоверился, что другой возможности потерять пачку у него не было. Значит, ее уже нашли. Под ребрами заскреблось неопределенное предчувствие, причем весьма обоснованное, ведь Феликс не развел скандал с поиском виновных. Неужели сигареты нашел Пик? Куромаку стянул очки и потер переносицу. Подобная версия вызывала, помимо истеричного отрицания, основательные сомнения - навряд ли подравшийся и не скрывающий злости Пик согласился бы на пару с Феликсом разбирать последствия собственной агрессии. В принципе, оба варианта не прельщали. Теперь спокойствие в квартире начинало давить - слишком контрастировало с нарастающими противоречиями. Моральных сил почти не осталось, однако оставаться в смутном неведении казалось более выматывающим, чем ожидать невесть чего, неизвестно от кого, к тому же еще и в любой момент. Снова быстрые шаги по коридору. Решив заглянуть на шорох на кухне, Куромаку обнаружил только Габриэля, активно уничтожающего шоколад. Скомканной пожелав ему приятного аппетита, треф направился к Феликсу в спальню. - Открыто, - глухо отзывается голос на легкий стук. Комната Феликса яркая, уютная, наполненная домашними мелочами: под потолком висят самодельные ловцы снов, которые он делал вместе с Зонтиком и Габриэлем, стены усеянны плакатами всех оттенков желтого, подаренными Данте, в углу стоит старая гитара Ромео. Сам хозяин, игнорируя мягкую и тоже жёлтую полутораспальную кровать, возлежал на пушистом золотистом ковре в форме солнца посреди комнаты, читая книгу, водя пальцем по строчкам и иногда тихо бормоча. Феликс, дочитав страницу, резко и звучно захлопнул, как оказалось, подаренную самим Куромаку книгу "Живое и действенное учение марксизма-ленинизма" авторства Пономарева. Валет улыбнулся показушно, неестественно широко для легкой дружелюбности, как улыбались лица на плакатах. Переизбыток неуместных улыбок оказывал угнетающее воздействие. - Привет, что-то нужно? - бодрым голосом поинтересовался Феликс, делая акцент на предпоследнем слове. Или показалось? - Привет. Я так и не зашел, после того, как осмотрел Вару. - А, да. Все нормально, - слегка потянул валет. - Пик помог кое-что убрать. Не истерил больше, и на том спасибо. Лекарства я ему предлагать не стал - сам в драки лезет, сам рассчитывает, что получить может. Мне несильно досталось, - фыркнул. - Помазал пару синяков, пройдет. А ты... Как рука? - Нормально, ничего критического. Вару больше всех досталось, но нос не сломан. - Ммм... - тянет Феликс, кивая. Повседневные фразы словно бусины нанизывались на тонкую нить напряжения. - Ты сказал, Пик кое-что убрал. Он остался помогать? Наводящий вопрос изменил выражение чужого лица. - Представляешь, когда вы с Вару ушли, Пик тоже чуть не ушел вслед за вами, игнорируя мои попытки с ним поговорить. Однако, отвернувшись от меня, он вдруг замер на секундочку, и я посмотрел туда же, куда и он. Почти под диваном валялась коробочка, которую он быстро поднял и ушел, даже не посмотрев на меня. Но я успел ее разглядеть. Это были сигареты. Воцарилась непродолжительная тишина. Куромаку потребовалось пол минуты на принятие, в то время как Феликс, перестав улыбаться, продолжил сверлить его взглядом. - Ты думаешь, это сигареты Пика? - спокойным голосом уточнил король. Феликс тяжело вздохнул. - А ты как думаешь? Долгий укоризненный взгляд в глаза заставил сжать челюсть. - Нет, ну разве это не очевидно?! - вдруг взорвался валет, вскакивая. - Конечно это его пачка, а ты еще переспрашиваешь? Кто еще мог ее потерять? Вару? Да он бы скрывать эту поганую привычку не додумался, а наоборот, ходил бы и провокационно раскуривал при всех! Куромаку повезло - от переизбытка эмоций Феликс принимается активно мерить комнату шагами, отчего не замечает ни облегченного выдоха, ни дернувшихся уголков губ, чуть было не приподнявшихся в мимолетном облегчении. - И как я, мы не поняли раньше? Наверняка были сигналы, знаки... Такое же невозможно не заметить, эту вонючую, мерзкую привычку, он же почти наркоман! Как мы... Хотя нет, - Феликс резко затормозил, запустив руки в волосы. - Мы не должны его бросать. Это не по товарищески. Поэтому мы сейчас пойдем, и отнимем у него эту отраву! Куромаку не успевает ничего сказать - осознание ситуации, в которую он попал, настигает уже под дверью с надписью "Осторожно! Бешенная псина". Вару приклеил предупреждение больше года назад, за что знатно получил. Впрочем, отклеивать надпись Пик не стал. - Открывай! - Феликс принимается бодро колотиться в чужую дверь. - Мы знаем, что ты там! Все происходит отчаянно быстро. Впрочем, быть может усталость тормозила сознание, не позволяя реагировать вовремя и генерировать наиболее экологичную ложь. Между тем, довольно быстро, резко и без предупреждения, дверь открывается - ровно настолько, чтобы показалась растрепанная фиолетовая голова. - Че за...? - Ты! - сходу перебивает Феликс. - Ни стыда ни совести! Сам убиваешься и других травить начнешь! Да с тобой рядом дышать вредно! А ну отдавай отраву, мы как товарищи о тебе заботимся, а ты еще... Пик медленно моргает, пропуская верещание мимо ушей. Затем переводит взгляд на Куромаку - тот отчаянно пытается сделать строгий вид, но глаза отводит, как только взгляды встречаются. - Че надо? - Вопрос перебивает поток нечленораздельных возмущений. - Отдай сигареты! Не трави себя и окружающий, имей хоть какое-то уваже... Пик хмыкает и перебивает: - Отдам только ему. Легкий кивок головы - приговор. Феликс, услышав согласие, начинает многословно радоваться, жужжа под ухом словно назойливая муха. Дверь открывается шире, приглашая самостоятельно сделать шаг в неизвестность.