Приручение зверя

Ясным морозным утром Гарри Поттер стоял перед домом семейства Уизли. На первый взгляд ветхое сооружение, казалось, вот-вот развалится, но это не так. Сколько раз во времена Хогвартса они с Роном выбирались на крышу второго этажа, чтобы запустить салют или поколдовать, а Фред с Джорджем в запале своего экспериментаторства взрывали кухню или свою комнату? Даже стеклышко не шелохнулось в раме, и ни одна черепица не упала на веранду. Гарри усмехнулся нахлынувшим воспоминаниям. Он не был здесь слишком давно, но с тех пор, казалось, ничего не изменилось. Как и всегда, заметив гостя, на порог вышла хозяйка. Молли Уизли, в отличие от своего дома, изменилась. На улыбчивом лице появились морщинки, рыжие волосы разбавила седина, а вот глаза остались такими же карими и добрыми. Едва она поняла, кто стоит перед ней, то замерла и прижала к груди полотенце. Поттер втянул носом воздух, давая себе еще немного времени, прежде чем переступить черту, за которой жил и дышал его старый и некогда привычный мир. Сейчас он был как никогда далек от него. — Миссис Уизли, — произнес он наконец, разбивая купол тишины, — рад вас видеть. Молли, бледная и шокированная его появлением, с трудом могла выдавить из себя хоть слово. — Гарри… ты жив, Мерлин мой! — Да, я вернулся. Видимо, почувствовав, что перед ней действительно не призрак и не видение, женщина встрепенулась и бросилась к Поттеру. Гарри ощутил подкатывающий к горлу ком. Миссис Уизли прижала его к себе со всей открытостью и любовью, но внутри него — ничего не дрогнуло. — Идем в дом, — глухим голосом произнесла она, и потянула за собой. Старый мир накрыл его теплым покрывалом детства и счастливой юности, веселым смехом Рона, насмешливо-наставительными комментариями Гермионы, влюбленными взглядами Джинни… Они кричали ему из прошлого, словно с другого берега моря. Гарри едва их слышал. Он вошел вслед за Молли, и дверь за его спиной тихо закрылась. * * * … как это всегда и бывает, реальность превосходила любые ожидания. Джинни с опухшими и потемневшими от слез и горя глазами не могла произнести ни слова, ее губы дрожали. Гарри же не сводил взгляда с тонкой руки, лежавшей на округлившемся животе. Странное сосущее чувство появилось в районе желудка, однако оно быстро исчезло, стоило совершить простой подсчет. Его отсутствие длилось достаточно долго, чтобы понять, что не он являлся причиной пятимесячной беременности своей подруги. От настолько неожиданного обстоятельства в висках противно запульсировало, а глаз задергался. — Гарри, — голос девушки осип. Молли подала ей стакан воды, и Джинни сделала пару глотков, лишь затем снова смогла говорить: — Где ты был? — прозвучало это устало и немного обвиняюще. Гарри с трудом заставил себя отвести взгляд. Нет, он не обижался на Джинни. Наверное, это было вполне естественно, что она не стала ждать годы, считая его погибшим… — Гарри? — снова позвала девушка, ее плечи мелко затряслись. — Я не хотела жить, когда тебя объявили мертвым. Не отворачивайся от меня! От ее вскрика он поднял взгляд. Джинни неровной походкой подошла к нему и уткнулась мокрым лицом в грубый материал аврорской мантии. Молли всхлипнула, не сдержавшись, и незаметно вышла из кухни, давая им время поговорить наедине. Гарри прикрыл глаза и обнял Джинни. Ее волосы по-прежнему пахли рябиной и первым морозом, он почти забыл. — Прости, я просто удивлен. Я не виню, — сказал он. — Я рад, что ты снова начала жить. Джинни подавила порыв разрыдаться, но слезы все равно потекли по щекам. — Чей он? — тихо спросил Гарри. Ответить она не успела, так как раздался удивленный голос: — Гарри, чтоб тебя, Поттер! — на пороге кухни появился Рон, взирая на друга, как на ожившего инфернала. С аврорского мундира осыпалась зола. Видимо, он торопился, перемещаясь по каминной сети. Джинни пришлось отступить, чтобы позволить брату обнять Гарри. — Мы отчаялись тебя найти, — прохрипел он, едва смыкая руки на широких плечах друга. — Где тебя прятали? — Это долгая история, друг, — покачал головой Гарри. — Я вернулся недавно. Кингсли почти не выпускает меня из Отдела тайн. — Уайт молчал, старый козел, — разозлился Рон. — Ты расскажешь мне все… потом? — Да, — кивнул Гарри. — Сначала я хочу знать, что тут у вас произошло? — он посмотрел на свою бывшую невесту и слабо улыбнулся. — Хорошие новости, как я вижу. * * * Через несколько часов двое авроров ступали по залу главного здания Министерства. Работники отделов оборачивались, замечая давно пропавшего героя. Кингсли назначил общее собрание на полдень, что позволило Гарри провести время с семьей друга. Все это время Рон не выпускал его из виду, словно боялся опять потерять. После его исчезновения, Рон занял пост главы Аврората. Сказать, что это не пришлось ему по вкусу, ничего не сказать, но никто не спрашивал. Кадров катастрофически не хватало. Возле широких дверей уже собралась группа авроров. — Будьте начеку, — скомандовал им Гарри и кивнул Рону, чтобы он объяснил собравшимся суть планируемой операции. Им предстояло провести первую чистку в рядах верховного собрания. В одиночестве войдя в зал совета, представлявший собой высокий амфитеатр, Гарри попал под прицел множества глаз. Под потолком горела огромная круглая люстра, отражаясь в черном зеркальном полу. Магический огонь освещал все пространство и отбрасывал на стенды поднимающихся рядов тени от всех сидевших магов. Некоторые приглашенные повскакивали от удивления, завидев Гарри, а остальные — спокойно наблюдали, проявляя эмоции соответственно статусу. — Добрый день, господа, рад всех вас видеть, — обратился Гарри к собранию, мельком скользнув взглядом по каждому из присутствующих. Этого хватило, чтобы отметить нужные лица. Ожидавший его появления Кингсли расхаживал по центру зала. Завидев Гарри, он остановился и ухмыльнулся. Поттер подошел к нему, уже сжимая в руке палочку. Дверь в помещение с глухим стуком закрылась, вызвав вздох изумления. — Что ж, начнем, — сказал Гарри министру и развернулся к остальным. С его палочки сорвалось первое парализующее проклятье, за ним череда таких же. Несколько человек из первого ряда упали ничком, вызвав настоящую суматоху. — Оставайтесь на местах! — громогласно велел Бруствер, отражая от себя и Поттера ответные проклятия со стороны запаниковавших волшебников. Двое испуганных работников в мантиях Отдела тайн попытались покинуть помещение, но их обезоружил и оглушил Кингсли. Еще с десяток волшебников также бросились бежать, но и их оглушили притаившиеся в тени авроры. — Что это значит, министр?! — негодующе потребовал ответа Регулус Уайт — глава Отдела тайн, который даже не потрудился встать с кресла, но активировал щит, ограждая себя и свое сопровождение. Гарри всегда восхищался его выдержкой, несмотря на неприятный характер и пренебрежительное отношение к нему самому. Уайт не разделял энтузиазма министерства магии и военного совета Аврората, когда Гарри Поттера после двух лет службы возвели на верховную должность. В его глазах тот был еще зелен, из скольких бы сражений с темными магами он ни выходил победителем. — Это прямая демонстрация того, что в наших рядах затесались шпионы, Регулус, — спокойно объяснил Кингсли, обходя лежавших на полу волшебников. — Пожиратели под оборотным зельем, — подтвердил Гарри и, повернувшись к подошедшему Рону, велел позвать ожидающую за дверью вторую группу авроров. — Как вы узнали? — уже спокойнее уточнил невыразимец. — Если бы вы предупредили нас, мы могли бы взять их без шума… каждый в своем отделе, — добавил Асториус Белл — глава исследовательского отдела, человек без возраста и с запоминающейся внешностью. Гарри всегда казалось, что он не похож на ученого, скорее на торговца пряностями на восточном базаре. Однако Кингсли убеждал, что он сильно ошибается. — Так нагляднее, — снисходительно заметил Бруствер и кивнул вошедшим аврорам: — Всех допросить под Веритасерумом. — Я узнал о них пока был в рабстве у Риддла, — ответил Гарри на вопрос Уайта. — Надеюсь, Гарри, — растягивая слова, в разговор вступил Северус Вик — представитель отдела Ментальных исследований, — вы поведаете нам, что с вами случилось? Я полагал, что вы навсегда покинули этот мир. Разумеется, большое счастье, что это не так, — он скупо улыбнулся. Этот мужчина всегда интриговал Гарри: сине-серые глаза, тонкие черты лица и острый ум, все это приправлено особым обаянием и шармом. Большей частью именно он помог Гарри овладеть такой непростой наукой, как окклюменция. Он был его профессором в Академии. Из всех присутствующих остались только шестеро, включая Гарри и Кингсли. Остальных увели авроры. — Теперь мы можем начать собрание, — подвел итог Кингсли. — Гарри, прошу, расскажи всем присутствующим о том, что удалось узнать о планах Риддла. Гарри уселся на свое старое место, вспоминая, сколько раз скучал тут на собраниях. — Сразу предупреждаю, что не на все вопросы я могу ответить в силу наложенных на меня чар и обетов самим Риддлом. Однако постараюсь описать картину достаточно, чтобы вы сами догадались о некоторых вещах. Несомненно, такое начало породило множество вопросов у слушателей. Некоторые поглядели на Кингсли за подтверждением: можно ли верить Поттеру в таком случае? Тот был невозмутим, всем своим видом показывая, что Гарри действует с его согласия. — Что ж, — Гарри вполне оценил реакцию людей, буквально чуя их тревогу и сомнения, но и готовность выслушать. — Некоторое время мне пришлось сотрудничать с Темным Лордом. Уверяю вас, не по своему желанию, — он поднял ладони, когда глава Отдела тайн недовольно откинулся в кресле и крепче сжал палочку. — Мне пришлось пойти у него на поводу после нескольких месяцев тюрьмы. Он пытался сломать меня… — Гарри оскалился, показывая свои не совсем человеческие зубы. Кто-то шумно втянул воздух от удивления, а остальные, нахмурившись, промолчали. — Все подтверждающие воспоминания я уже передал министру. — Я могу заверить совет, что Гарри не лжет, — в свою очередь заявил Кингсли. — Темный Лорд успешно применяет практику гипноза, основанную на чарах подчинения. Я бы хотел, чтобы ваш отдел, Северус, — он поглядел на главу Отдела ментальных исследований, — занялся этим вопросом. Нам нужна сильная защита против подобных мер. Мистер Вик кивнул. Он с интересом изучал изменившиеся черты Поттера. — Риддл обратил меня в оборотня, как вы поняли. Семь лет назад один из ученых исследовал зелье ликантропии и открыл способ усилить оборотней с помощью крови магических тварей. Огромным отличием этого состава является способность превращать магглов в оборотней наделенных магическими способностями. Эта новость произвела большое впечатление на присутствующих. На Гарри посыпались вопросы, но отвечать на них он не спешил. — К сожалению, ученый, который придумал состав, погиб от руки Риддла и унес в могилу свои секреты, — не моргнув глазом соврал Гарри. — Записей о первородных мутантах не осталось, как и о зелье… Риддл об этом не знал, когда убивал зельевара. После он пытался воссоздать состав по оставшимся заведомо испорченным зельям, но все эксперименты приводили к сильным мутациям подопытных. — Кто же был его создателем? Где он работал? — практически потребовал мистер Уайт, сверкая глазами. — Мы сможем поднять архивы с экспериментами или найти родственников и коллег этого человека… — Я не знаю. Об этом Риддл не распространялся, — покачал головой Гарри и поспешил сменить тему. — Именно ради подобных экспериментов и было совершено нападение на клинику Святого Мунго. Многие целители и ученые из разных больниц производят для него всевозможных мутантов. Чтобы иметь больше подопытных среди волшебников и магглов, он создает новые учреждения на континенте. Я помог ему в этом, — нехотя признался Гарри. — Он обвел меня вокруг пальца. На некоторое время в комнате образовалась тишина. Гарри ожидал обвинений, но их не последовало. Многие переводили взгляд с него на Кингсли. Бруствер вздохнул и взял слово: — Мистер Поттер готов предоставить исчерпывающую информацию по своим действиям. Считаю, этого достаточно для его оправдания и неизменности его лояльности Министерству. — Он не может больше занимать должность главы Аврората! — выплюнул Уайт. — Я не сомневаюсь, что Поттер не виновен в манипуляциях Риддла, но он может быть до сих пор подвержен его чарам и даже… коррекции сознания. Гарри медленно втянул воздух. Внутри него образовалась пустота — по коже поползли липкие мурашки. В чем-то Уайт был прав. — Это возможно, — подтвердил Гарри лично. Кингсли нахмурился и попытался прояснить ситуацию: — Целители уже обследовали его и дали предварительный прогноз. Он весьма обнадеживающий. Поттер не находится под влиянием чар внушения и подобных им. Его природа оборотня не позволяет попасть под коррекцию сознания или гипноз. — Сознание оборотня действительно плохо поддается внушению, — вступился за Поттера мистер Вик и спросил, обращаясь к Гарри: — Как вы сбежали? — Я выждал нужный момент, — Гарри растянул свой оскал с чувством превосходства. — Увиливаете, молодой человек, — покачал головой мистер Вик. — Надеюсь, на вопрос, как вам удалось выжить, вы все же ответите. Мне с трудом верится, что Темный Лорд не воспользовался бы шансом вас уничтожить. Гарри ждал этого вопроса. Спустя столько времени общения с Томом, ему удалось немного понять ход его мыслей и ощутить на себе его влияние. — Скажите, — медленно и вдумчиво заговорил Гарри, — вы бы стали разрывать себе сонную артерию, зная, что это вас погубит? Мистер Вик поднял бровь. — Это означает, что вы каким-то образом связаны с ним? — Предлагаю оставить этот вопрос, — сурово пресек Кингсли, видя, что Гарри готов рассказать совету про крестраж. — Есть темы, которые не подлежат широкой огласке. Глава Отдела ментальных исследований сразу умолк, хотя глаза его заблестели как у гончей, почуявшей добычу. — Как интересно, Кингсли, — проскрежетал один из доселе молчавших магов. Он был невысок и стар. Гарри не часто встречался с главой Отдела чар. — Выходит, в этой комнате сидит смерть Волдеморта, а вы толкуете о неразглашении тайны. Гарри напрягся всем телом, готовый в любой момент защищаться. Он инстинктивно среагировал на угрозу жизни, волк зарычал внутри. Пальцы захрустели костяшками, сжимаясь в кулаки. — Предлагаю всем успокоиться, — миролюбиво проговорил Бруствер, видя, как заостряются черты Гарри. — Мистер Поттер был и остается частью нашего мира. Не стоит опускаться до уровня убийц. У Поттера в голове шумело. Он знал, что его положение может стать совершенно нестабильным, если Министерство объявит его врагом. — Гарри, — внезапно позвал Регулус Уайт, не часто обращавшийся к Поттеру по имени. — Мы не собираемся на вас нападать, — заверил он с осторожностью. — Элистер лишь озвучил мысль, но это не значит, что вы в опасности. Я лично гарантирую вам безопасность. Поттер размял плечи, захрустев позвонками, прикрыл глаза — постарался прогнать наваждение. Когда он поднял веки, то радужки перестали светиться. Все присутствующие тоже немного выдохнули. — В свете открывшейся информации, — начал Кингсли, когда понял, что буря миновала, — Аврорат провел операцию по поиску лаборатории и тюрьмы, о которой нам сообщил Гарри. Мы обнаружили ее в Плимуте, — он поймал взгляд Поттера. — Она окружена мощнейшим защитным куполом. Как сверху, так и под землей. — Вряд ли защита такая прочная, ведь я ее пробил, когда бежал. Это огромная территория, — с сомнением покачал головой Гарри. — Один заповедник для оборотней в пять или шесть раз больше Запретного леса. Невозможно питать магией щит с таким размахом. — Да, сотни миль, — подтвердил Кингсли, заглядывая в записи на своем столе. — В этом и загвоздка. Щит есть, и он жизнеспособен. Гарри хмуро ковырнул пальцем круглую ручку на подлокотнике кресла. — Том очень умен и предусмотрителен, — задумчиво заметил он. — Лаборатория важна для него, поэтому он мог изначально сделать ее неуязвимой, подозревая, что рано или поздно о ней станет известно. Скорее всего, она построена на особом месте. — Переплетения природных сил, — вежливо подсказал глава Отдела чар. — В Англии таких несколько. — Тогда ваш отдел займется исследованием этого источника, Элистер, — решил Бруствер. — Желательно сделать это как можно быстрее. Люди в заключении находятся в рабских условиях, им нужна помощь, — настоял Гарри. — Предлагаю всем ознакомиться с доказательствами мистера Поттера, прежде чем мы продолжим обсуждение… — предложил Министр. Он взмахнул палочкой, и к нему подплыл омут памяти. Гарри набрался терпения. День обещал быть долгим.