Приручение зверя

Над Хогвартсом висели серые тучи и моросил колючий дождь, на лету превращаясь в льдины. Северус понадежнее закутался в теплую мантию, ступая по скользкой дороге в Хогсмид. На сегодня была назначена встреча с Поттером, что не приносило душевного спокойствия. Однако до этого Снейп хотел переговорить с одним из членов Ордена в Лондоне. Эти встречи были достаточно частыми, отчего стали почти традицией. Из труб всех домиков деревни шел дым, люди отчаянно пытались согреться и не торопились выходить наружу. Хотя для прогулок еще было слишком рано. Субботнее утро — время крепкого сна. Северус и себе порой разрешал побездельничать, но не сегодня и не после возвращения из заключения. Спалось ему все хуже: кошмары становились навязчивыми и изматывающими. Днем он не переставал перебирать в мыслях все, что ему привиделось и не мог разобраться, что часть памяти, а что вымысел. Имена людей, которых он встретил в заключении, их профессии или просто черты внешности… Северус все это записывал в блокнот, который обосновался у него на прикроватной тумбе. Несколько раз он посылал Кингсли письма с прошением поискать этих волшебников. Все они были реальными личностями, как выяснил Министр, только числились либо мертвыми, либо пропавшими без вести. Аппарировав с площадки деревни, Северус оказался на улице неприметного городка, откуда переместился еще пару раз, прежде чем ступил на мощеную дорогу Косого Переулка. Ему, как никому, было известно насколько легко можно отследить профессора, выходящего из Хогвартса. Особенно сейчас, когда в школе множество людей. Поэтому в этот раз он нацепил личность одного из помощников мадам Помфри, а не стороннего мага. В центре Косого Переулка было немноголюдно, что облегчало его задачу не светиться. Он свернул в сторону паба, расположенного в самом дальнем тупике. Хозяином заведения был его хороший знакомый. Чары отвода глаз были наложены на зал своевременно, и кроме Северуса и его собеседника внутрь попасть никто не мог. В том числе и по каминной сети. Внутри оказалось тепло, отчего захотелось стряхнуть с себя противную морось. Северус прошел к креслам возле большого камина. Стянув мокрую мантию, он повесил ее на спинку сушиться, а сам уселся на мягкое сидение. Пока он этим занимался, подошел и его гость. — Доброе утро, — поприветствовал Кингсли, также избавляясь от тяжелой влажной мантии. — Ты заметил, какая буря над Гринготтсом? — ворча, он вынул из кармана свернутую газету и бросил ее на стол. — К счастью, я шел другой дорогой, — брезгливо отозвался Северус. Кингсли сел во второе кресло. К ним уже подплыл поднос с кофе, приготовленный хозяином заведения. Мужчины пригубили напиток и, немного согревшись, начали разговор. — Сначала про тех людей, которых ты просил проверить… Мои ребята собрали сведения о многих из них. Ты уверен, что они еще живы? — Кингсли по опыту знал, что если человек больше недели числится пропавшим, то его можно найти либо на дне сточных вод, либо искать попросту нечего. — По крайней мере они были живы, когда я был в заключении. Многие уже потеряли надежду на спасение. — Большинство из них — ученые и целители с континента, — проговорил Кингсли. — А тех Пожирателей, что ты перечислил в предыдущем списке мы занесли в перечень разыскиваемых. Некоторые еще недавно ошивались в Министерстве, в охране суда и в Аврорате. — Вы навестили родственников Маркуса Флинта? Кингсли покачал головой. — Родственники — громко сказано. Он один. Его квартира в Лютном переулке давно пустует. — К сожалению, он был единственным, кого я там узнал… — Мне казалось, что все бывшие слизеринцы тебя уважают, — мягко заметил Бруствер с легким лукавством. — В конечном итоге, все они идут своим путем, Кингсли. Сколько бы я ни старался показывать им правильное направление. Министр молча допил кофе. Над мантиями поднимался пар, отчего запахло влагой, землей и еще чем-то неприятным, но знакомым. Северус поморщился, раздраженный запахом, поэтому достал палочку и высушил вещи чарами. Магия снова стала послушной, что не могло не радовать. Значит, первые дни после побега на него повлиял ни сколько яд оборотней, сколько собственное психологическое состояние. — Мы будем пытаться прорваться за щиты замка Темного Лорда, — проговорил Кингсли, наблюдая за действиями Северуса (отмечая его реакцию). Его подозрения насчет волчьего чутья подтвердились фактами. — Вряд ли они выдержат долгое сопротивление, — пообещал он. — Риддл не склонен просчитываться в мелочах, он скорее всего перепрячет необходимые для работы средства, будь то ценное оборудование или люди, — надменно протянул Снейп, с подозрением посмотрев на Кингсли: странные запахи сами по себе не появляются. — В его лаборатории много подземных ходов. Ваш антиаппарационный щит для них просто ничто, если они будут двигаться под землей. Раздражение Кингсли было написано у него на лице. Побарабанив пальцами по деревянной ручке кресла, темнокожий маг попенял: — Когда он только успел все это построить? Для этого наверняка требовались мастера своего дела, а значит — гоблины. Мимо нас это никак не могло пройти! — Не могло, но прошло, — констатировал Снейп небрежно. — Я бы на твоем месте переговорил с их делегацией. — Гоблинам все равно, кому оказывать услуги, — скривил губы Бруствер. — Если бы с ними было так просто договориться, Гринготтс давно был бы государственным банком… Снейп едва ли пошевелил бровью на такие жалобы. — Как же твои политические способности? — насмешливо поддел он. Кингсли посуровел и наклонился вперед. — Боюсь, что у меня нет такого рычага давления, чтобы соперничать с этими пронырами. Или грубой силы, как у Темного Лорда. С этим Снейп не мог поспорить. — Тем не менее, кроме гоблинов вряд ли кто-то поможет нам узнать подробный план постройки, — заметил Снейп и убрал палочку в крепление. Он смог-таки определить, что за запах ощутил минутой назад, пока Кинсли заговаривал ему зубы, — секрет оборотня. Министр, очевидно, сделал это специально, чтобы проверить его. Северус усмехнулся. Бруствер не заметил его понимающего взгляда, размышляя. — Ты ведь там был, и Гарри тоже. Некоторые представления о замке и его ходах у нас имеются, — возразил он. — К тому же… — Кингсли, это все ерунда, — спустил его с небес на землю Северус. — Темный Лорд мыслит шире. Он никогда не сказал бы и не показал бы того, что можно было бы использовать против него. Я уверен, что в замке есть не только тайные ходы, но и специальные площадки аппарации глубоко под землей, куда ни одно наше заклинание не дотянется. То поле, что сейчас не позволяет нам войти — не может питаться только от его сил. Он бы быстро выдохся. Значит, существует источник силы... — Да, об этом мы уже догадались, — самодовольно кивнул Бруствер и прищурил глаза. — Вот только, как вам с Поттером удалось пробить его? Северус закусил щеку изнутри. Конечно, он тоже задавался этим вопросом. И ответ мог быть только один. — Я не знаю, — осторожно проговорил он. Кингсли предпочел не комментировать откровенную ложь, тоже догадываясь, что все дело в Гарри. — Кстати, о Поттере, — Кингсли залез в карман мантии и достал оттуда маленький свиток. — Это результаты его физического и психологического здоровья. Надеюсь, ты понимаешь, что это информация сугубо личного характера и я ей располагаю только с согласия Поттера? — За кого ты меня держишь? — процедил Северус, выхватывая у него свиток и пряча его во внутренний карман сюртука. Кингсли откинулся на спинку кресла и покачал головой. В последний год Снейп всегда становился раздраженным и злым, когда речь заходила о Гарри, и теперь он, кажется, догадывался в чем дело. — Что касается твоего последнего зелья, — продолжил министр. — Это впечатляет, — с тихим восхищением заключил он. — Гарри филигранно обходил вопросы о создателе первой сыворотки, но вот о модификации… Тут он не скупился на эпитеты. Ученые из лаборатории Отдела тайн тщательно изучили рецепт ликантропного зелья, что ты им прислал. Они в один голос пели тебе дифирамбы. Процесс полностью контролируемый, дефекты учтены и чары… ах, чары! — Кингсли со смехом смотрел на кривящегося собеседника. — Как я понял, без награды тебя не оставят. — Разумеется, — в одно слово Северусу удалось вложить всю степень своего отвращения, злорадства и превосходства. — Столько лет они не связывались со мной, а теперь полны восхищения. Лицемеры. — Видимо, ты повода не давал, — Кингсли был явно счастлив подразнить Снейпа. — Но если серьезно, я думаю, ты во многом преуспел. Это зелье должно излечить ликантропию навсегда. Профессора сказали, что разработка конечного варианта зелья — это дело нескольких месяцев. Особенно, если ты им поможешь, — намекнул он. — Да, там есть над чем поработать. Мне уже приходили письма с предложениями возглавить эксперимент, — энтузиазма в голосе Снейпа не слышалось. Кингсли о предложениях знал, поэтому с несвойственным ему нетерпением ждал продолжения. — Думаю, их лаборатории обширнее, чем школьные, — намекнул он, когда Снейп проигнорировал его слова и больше заинтересовался содержимым подноса. — Скорее всего, — зельевар захрустел орешками, не обращая внимание на подозрительно следящего за ним Кингсли. — Что же тебя не устраивает? — раздраженно уточнил министр. — Я уже работал в команде Мунго и, как оказалось, там меня опекал Лорд. Откуда мне знать, что в ваших отделах нет его шпионов? — Северус, мы все проверили, — заверил Кингсли. — Утечки быть не может. Снейп в упор уставился на него. — Сколько раз я это слышал, — сказал он стальным тоном. — Уверен, вы не видите дальше своего носа. — Ты предлагаешь все бросить? — вспыхнул Бруствер. — Нет. Я закончу зелье сам. — Ах, ну конечно — как я не догадался! — закатил глаза министр и проворчал: — Чертов мизантроп. — Затем подался вперед и совсем другим тоном жестко предупредил: — Я распоряжусь доставить тебе все необходимые ингредиенты и оборудование. Отказа я не потерплю! — заметив, что Снейп собирается возразить ему, Кингсли резко напомнил: — Не забывай, что вся каша заварилась именно из-за твоего зелья. Расхлебывать предстоит всем нам. И ты обязан работать под контролем Министерства. Пусть даже в своих собственных условиях. — Как погляжу, это просто неслыханные уступки со стороны Министерства, — процедил Северус, сжимая подлокотники. — Вот именно, — серьезно отозвался Кингсли. Снейп помолчал, затем откинулся на спинку с видимым равнодушием. — В таком случае, я пришлю список всего необходимого. Кингсли некоторое время подозрительно разглядывал его, чуя, что где-то просчитался. — Почему мне кажется, что ты на это и рассчитывал? — недовольно спросил он. Снейп выразительно выгнул блестящую бровь. — Наверное, ты становишься мнительным с возрастом, — холодно ухмыльнулся он. Не долго думая, он продолжил: — К слову, как обстоят дела с поиском Аластора? Лицо Бруствера изменилось, растеряв всякий намек на эмоции. Министр выпрямился и покачал головой. — Все следы ведут на континент, — неохотно признался он. — Боюсь, его уже нет в живых. Просто не представляю для чего он им понадобился. В последние годы Аластор стал несколько… — Стар? — подсказал Снейп. Грюм может и был когда-то прожженым охотником за Пожирателями, но с годами стал просто брюзгливым стариком с манией преследования. Порой от этого страдали окружающие, что Министерство старалось тщательно скрывать. — Он много знает о структуре Аврората, — медленно продолжил Северус, видя что Кингсли не желает признавать озвученную им истину. В конце концов Грюм был учителем Кингсли. В какой-то степени Северус мог его понять, ведь и сам до сих пор не осмеливался высказать ни одного дурного слова против действий своего наставника. — Да это не такая уж и тайна. — Видимо, что-то еще представляет для Лорда ценность. Помимо этого, Аластор, как и Элфиас, член Ордена. Заметь, тот знал многое о личных делах наших людей. Особенно о Дамблдоре. — Да, я думал об этом, — кивнул Кингсли. — Полагаешь, идет охота на членов семей? Или того хуже, хотят очернить идеи Дамблдора? — Одно другому не мешает. Темный Лорд давно мечтает измарать имя Дамблдора в грязи. И разумеется, он пытается найти рычаги давления на членов Ордена, — Снейп задумчиво склонил голову. — Сделать из человека шпиона легко, если у того есть близкие. Некоторое время мужчины молчали, обдумывая каждый свое. — А я-то всегда считал, что в одиночестве нет ничего хорошего, — хлопнул себя по коленке Бруствер. — Видимо, в чем-то нам с тобой повезло. Снейп предпочел не комментировать это заявление. — Я предупредил всех в Ордене, чтобы обеспечили особый контроль и защиту своим близким. — Разумно, — кивнул Кингсли и вдруг обмолвился: — Я предупрежу Поттера, чтобы как следует стерег свою беременную невесту. Северус так резко вскинул голову, что Кингсли вздрогнул от неожиданности. — Что? — Хм, ты газеты не читаешь? — Бруствер указал на утренний выпуск Пророка, который так и лежал на столе. — Видимо, наш герой все же сбегал от Темного Лорда, раз сумел порадовать любимую. Я еще выскажу за это младшей Уизли. Молчала, пока мы с ног сбились в поисках Поттера. — Он поднялся и подцепил теплую от огня камина мантию, на лице его промелькнула довольная усмешка, но тут же пропала. — На этом я тебя покину. Жду твой список ингредиентов и инструментария. До скорого! Северус механически кивнул, не сводя глаз с газеты. В ушах тихо звенело, словно сыпался мелкий песок по стеклу. Бруствер уже ушел, а он все никак не мог расслабить сведенные плечи. Как во сне он потянулся за плотно свернутой корреспонденцией. Снял чары непромокаемости и расправил листы. Сначала ему показалось, что он неправильно понял Кингсли, потому как на первой полосе обсуждались законопроекты Министерства и очередная игра в квиддич. Однако на второй странице обнаружилась фотография заметно беременной Джиневры Уизли с возмутительными предположениями об отце ребенка. Северус пытался вчитаться в текст, но в голове царил хаос. “Полтора года… невозможно”. С другой стороны, Гарри сам говорил, что отлучался по делам Лорда… Может, Северусу он не договаривал и навещал свою невесту? С чего Гарри было рассказывать ему о таком? Снейп сгорбился в кресле и спрятал лицо в ладонях. “... я так давно не чувствовал человеческого тепла, — опять вспыхнули чертовы слова Поттера, отчего Северус вырвался из скорбных дум. — Как же долго на самом деле ты его не чувствовал, милый мой?” — отчего-то из горла вырвался задушенный смешок. Молодой парень обвел его вокруг пальца, а он повелся как последний дурак! Северус рассмеялся густым презрительным смехом. Поттер оказался хитер и жесток. Ну еще бы! “Блестяще”, — хладнокровно Снейп расправил плечи и поднялся. Теперь он был готов к встрече с национальным героем, облачившись в свою броню по самое горло. Сняв высохшую мантию, Северус подошел к хозяину паба и поблагодарил за содействие, только потом аппарировал в Аврорат.