Прямо в висок
20 июня 2024 г., 06:35
— Ты любишь детей? — спросил Хосок, плавно заворачивая к зданию Совета. На улице была прекрасная погода, и они с Юнги только-только закончили пить кофе в центре. Свидание планировалось коротким и под видом деловой встречи, поэтому альфе пришлось взять с собой папку с документами и надеть привычную чёрную рубашку и пиджак, на которые Мин принципиально фыркал каждое утро.
Юнги слегка растерялся от неожиданного вопроса. Казалось, ещё минуту назад они обсуждали аварию двухмесячной давности. Как их диалог резко дошёл до этой темы? Омега повернулся к мужчине вполоборота, приподняв вопросительно бровь.
— А что, ты хочешь взять ещё одну собаку?
Хосок коротко рассмеялся и отрицательно покачал головой. Уже как месяц они были в отношениях. Целый месяц Чон позволял себе в стенах дома касаться Мина и приучал его к своему присутствию. Конечно, они оба шутили, что съехались раньше, чем влюбились, но шутки всегда оставались шутками. Альфа никогда до этого не заводил подобный разговор, ожидая, пока Юнги ему откроется сам.
Омега оказался щедр на ласку. Пусть всего пару дней назад Юнги, наконец, согласился переехать в спальню Хосока, он не ограничивал их прикосновения в другое время. Мин позволял усаживать себя на колени, принимал приглашения вместе сходить в душ и часто по утрам в гостиной дарил сладкие поцелуи своему альфе. По утрам омега уезжал с личным водителем, а вечерами старался вернуться пораньше, и после готовил ужин на двоих, переодевшись из дизайнерских блузок в одну из футболок Чона. Юнги был потрясающим партнёром, и Хосок убеждался в этом всё больше с каждым днём.
Альфа понимал, почему так злился Минджун. Юнги предпочитал не говорить о нём, но всё же упоминал, что таких домашних ситуаций с ними не происходило. Хосок не знал, нужна ли подобная ласка помешанному на омеге Яну. Может быть, ему бы хватило и простого наличия Юнги у него в постели.
— Я спрашиваю, потому что увидел сейчас на перекрёстке омегу с животом, безумно похожего на тебя. Стало интересно.
— Сейчас не время для беременности, уж точно. Поговорим об этом позже, как только Минджун окажется в клетке, а я вздохну спокойно, — Юнги отмахнулся, всем видом показывая, что они обязательно вернутся к этой теме потом, но сейчас совершенно не стоит её задевать.
Омега понял сразу, что эта история про незнакомца на перекрёстке — лишь выдумка. Хосок наверняка давно знал о его прерванной беременности и хотел понять, как он относится к этому. Может, и стоило бы ответить утвердительно: Чон смотрел на него верным псом, и, возможно, хотел бы услышать, что Мин не против в будущем родить ему наследника. Но они лишь недавно начали встречаться, чтобы говорить о подобном, потому Юнги просто воздержался от ответа. Всё ещё могло обернуться не в пользу омеги.
— Как думаешь, зачем он позвал нас? — спросил Юнги, выходя из машины.
Хосок захлопнул за ним дверцу и пожал плечами. Старик Чхве мог сказать что угодно, но Чон не понимал, зачем Глава Совета вызвал их обоих.
— Может, хочет услышать о расследовании. Пора бы сказать ему, что Минджун помешанный ублюдок, убивший своего отца ради власти. — Хосок придержал дверь, пропуская Юнги внутрь, но тот остановился прямо в проходе. Не сдержавшись от маленькой шалости, омега повернул голову и коротко чмокнул альфу в щеку.
— За твоё джентльменство.
— Лучше места не нашли? — раздался громкий голос Главы Совета. Мин вздрогнул и резко повернулся, глядя на мужчину широко открытыми глазами. — Оба за мной, живо.
Хосок покосился на нахмурившегося Юнги: омега зашёл первым и не мог не видеть Сонхёна, выходящего в холл, верно? Если видел, зачем поцеловал? Разве они не должны были хранить всё в секрете? Или же Мин его действительно не видел? Альфа на несколько мгновений приобнял Юнги за талию, словно убеждая себя, что тому не было смысла выводить старика Чхве на эмоции.
В зале Совета оказалось на удивление холодно — окна были открыты нараспашку. Юнги зябко поёжился, незатейливо привлекая внимание Хосока. Он снял пиджак и накинул его на хрупкие плечи омеги. Сонхён посмотрел на Главу Волков, безмолвно спрашивая: «Серьёзно?». Чон нахмурился, всем видом давая понять, что раз старик всё знает, или, по крайней мере, догадывается, то и он отмалчиваться не будет.
— Я отправил его под твою охрану не для того, чтобы вы закрутили интрижку на фоне расследования! — прорычал Глава Совета, как только они уселись за стол переговоров. — Вы хоть понимаете, какие слухи пойдут, если все узнают?
— Мы прекрасно всё понимаем, но мы взрослые люди и сами можем разобраться, — вклинился в разговор Юнги, не дав Хосоку вставить и слова.
— Я тебя не спрашивал, омега, — рявкнул Чхве.
— Не смей с ним так разговаривать, — прорычал Чон, заставив старика опешить от подобной наглости. Хосок, поднявшись с кресла, встал за спиной Юнги и в жесте поддержки мягко сжал его плечи своими, как всегда, тёплыми ладонями. — Не лезь в наши отношения, дедушка.
— Дедушка? — Мин удивлённо вскинул голову, пытаясь увидеть лицо своего альфы, а потом повернулся к Главе Совета. — Вы родственники?
— Да, и тебе не стоило знать об этом, — Сонхён устало выдохнул, откинувшись на спинку кресла. Он вмиг превратился из строгого и расчётливого Главы Совета в уставшего старика, мечтающего об отдыхе. Мужчина сжал пальцами переносицу и пробормотал: — Видимо, мой внук совсем потерял от тебя голову, раз решил сказать. Омеги превращают нас в идиотов.
— Я хочу, чтобы ты услышал меня не как Глава Совета, а как семья, — Хосок сверлил старика взглядом. Мы не афишируем отношения, но это не значит, что будем скрываться до последнего. Тем более, я уже нашёл виновника, — альфа отпустил плечи Юнги и потянулся к телефону на столе. — У меня достаточно доказательств. К тому же у нас есть свидетель.
— А что насчёт трупов? Водителя и наёмников. Где они? Кто они? Ты всё это знаешь? — Сонхён прищурился, желая получить отчёт по всем открытым вопросам с прошлого разговора. — Ты можешь сказать, кто стрелял в Джехвана?
Хосок на секунду завис, вспомнив об этих деталях. Он настолько сосредоточился на доказательствах против Минджуна, что совершенно забыл об остальном. Кто и зачем пошёл на смерть, сидя за рулём второй машины? Откуда был человек, напавший на Юнги в доме Джехвана? И кто из людей Яна собирался убить его во время второй аварии, но передумал? Были ли это разные люди?
— Погоди, ты сказал, что второй наёмник тоже мёртв? — уточнил Хосок, глядя на Чхве с недопониманием.
— Интересно, почему об этом не знаешь ты, но знает он, — старший альфа указал на омегу кивком головы. — Ты ведь не удивился, Юнги.
— Вы правы, я знаю. Это я попросил его убить, — Мин спокойно выдержал его сканирующий взгляд, проигнорировав удивление Чона. — Когда произошла вторая авария, и Хосок оказался в больнице, я начал понимать, что испытываю к нему романтические чувства. Я злился, что кто-то причинил ему вред, хотел отомстить. Я видел наёмника, он был одним из людей Джехвана, поэтому я знал, как его найти.
— Разве люди из твоего клана подчиняются не тебе?
—После того как Минджун вернулся из больницы, он убедил бо́льшую часть людей, что в завещании его имя. Но даже если бы наёмник был сторонним человеком, я не мог попросить кого-то из клана устранить его. Он был одним из лучших, его все уважали, — Мин пожал плечами так, будто бы говорил о погоде, а не о хладнокровном убийстве.
— И кого же ты попросил? — уточнил Хосок, почти не разозлённый тем, что омега провернул такое у него под носом. От Мина это словно ожидалось, словно он должен был так поступить, чтобы остаться собой в глазах Чона.
— Чонгука.
— Я и не знал, что у тебя в клане теперь два Главы, — Сонхён усмехнулся, подавшись вперёд и сложив руки в замок на столе. — Не удивлюсь, если Чонгук нарыл тебе все доказательства только с его подачи, — он кивнул на омегу.
Юнги фыркнул. Поднявшись со своего места, как и Хосок, он подошёл к альфе и взял его за руку, уверенно повернувшись к Главе Совета. Старик с интересом наблюдал за ним, и Мин сильнее сжал чужие пальцы.
— Я ни о чём не говорил, потому что боялся. Сейчас я чувствую себя в безопасности, поэтому могу рассказать Хосоку всё то, что он хочет знать, и дать показания на суде. Но не при вас, господин Чхве, вам я не доверяю.
Чон мягко погладил тыльную сторону его ладони и кивнул Сонхёну. Он тоже доверял только Юнги, потому и решил раскрыть их связь с родственником. Мин хоть и успел каким-то образом подбить Чонгука на целое заказное убийство бывшего наёмника, Хосок всё равно смотрел на этого омегу как на объект защиты. А мысль о том, что Юнги злился из-за полученных Хосоком травм, даже грела душу.
— Если вы уверены, что убитые — люди Минджуна, я прикажу Совету собраться на обсуждение. И не вздумайте обжиматься на людях, — проворчал Чхве, поднявшись со своего места. Подойдя ближе на шаг, он наблюдал за тем, как омега хитро улыбается ему. Старик не успел даже предположить его мысли, как Мин повернулся к его внуку и, приподнявшись на носочки, мягко поцеловал того в губы.
— На людях не будем, Глава Чхве. Хорошего вечера, — Юнги поправил пиджак на своих плечах и, так и не отпустив руку альфы, направился к выходу.
Чхве задумчиво хмыкнул: Мин Юнги — хитрый лис. Глава Совета не знал, что можно ожидать от этого омеги, особенно теперь, когда в его любовной власти был собственный внук.
***
Сокджин испуганно вздрогнул, когда за поворотом с тяжёлым стуком закрылась входная металлическая дверь. Он не был уверен в том, сколько времени прошло, но начинало темнеть. Следовательно, он был здесь почти сутки. Но где «здесь» — не знал. Его сторожили два не особо приятных на вид амбала, которые сальными взглядами облизали его тело уже, казалось, сотню раз. Но близко всё же не подходили. Ни на какие вопросы ему никто не отвечал. Здесь было довольно сыро и ветрено. А по разбитым стенам омега сделал вывод, что находится на какой-то заброшенной стройке, но дальше этого размышления никуда не зашли. Хотелось есть и пить, а ещё навсегда изолироваться от всех бандитов в своём окружении. — Извини, что так резко выдернул тебя на беседу, — прозвучал знакомый голос. — Ты! — Сокджин удивлённо округлил глаза. — Юнги убьёт тебя, если узнает! — омега чувствовал, как его переполняет яростью, если бы он не был связан, точно бы вре́зал этому похитителю! — Не кричи, — спокойно попросил Хосок, подходя ближе и присаживаясь перед ним на корточки. — Ты бы не стал со мной разговаривать при других обстоятельствах, верно? Я задам несколько вопросов, а потом просто отпущу тебя. И даже подкину до дома. Мне невыгодно, чтобы моя лисичка расстраивалась. — Я ничего тебе не скажу, — упрямо отрезал Джин, нахмурившись. — Скажешь. И не потому, что ты хочешь домой, замёрз и проголодался. А потому, что хочешь счастья для своего лучшего друга. И он будет счастлив, когда я разберусь в этом деле и отправлю Минджуна за решётку, понимаешь? Сокджин задумался, закусив губу. Будет ли Юнги счастлив с эти человеком? Он знал друга слишком хорошо, но всё равно не был уверен, что Чон Хосок был именно тем, кто ему нужен. — Он счастлив сейчас, доктор Ким, смотри, — альфа вытащил из кармана телефон и, пролистав несколько фотографий, повернул экран к нему. На снимке хитро улыбающийся Юнги нежился в их кровати, обнимая подушку альфы. Хосок любил это фото. Никогда раньше в его голове не зарождалась мысль о том, что можно кем-то просто любоваться. Сокджин внимательно рассмотрел лицо друга на фото и вздохнул тяжело. В крайнем случае он признается Юнги во всём, возьмёт вину на себя, если его откровения навредят. — Я не могу сказать многого, правда. Но скажу одну важную вещь, которая может тебе помочь. — Сокджин отвёл взгляд в окно, благодарный за то, что Хосок его не торопит и не давит. — Он очень хотел этого ребёнка и потерял он его не в аварии, а раньше. Они знали об этом. — Джин поджал губы, вспоминая горькие слёзы друга в ту роковую ночь, когда всё случилось. Ким надеялся, что Хосок сделает верные выводы сам. Альфа больше не задавал вопросов, молча обдумывая услышанное. — Спасибо, ты очень помог, доктор Ким. Я тоже тебе помогу, — Хосок выпрямился и направился к выходу. — Эй, вы, не забудьте, что я вам сказал. — Что? Нет, подожди! — Сокджин в панике дёрнул связанными руками. — Ты сказал, что отпустишь меня! — И я не соврал. Не волнуйся, сегодня вечером уже будешь дома, — Чон ему отсалютовал и вышел из здания. Сел в машину, набирая сообщение Намджуну: «Доктора Кима похитили. Разберёшься по-дружески?» Глава Медведей прочёл текст на экране и, поднявшись с кресла, вышел из-за стола. Кинув взгляд на часы, альфа набрал номер своего помощника. Тот ответил почти сразу, заглушая крики на фоне красноречивым «тш». — Мы почти закончили, я укладываюсь до десяти вечера. Розы по пути купить? — спросил Сондже, выходя из операционной. — Где сейчас доктор Ким? — перебил его следующие вопросы Намджун, направляясь к лифту. Помощник не отвечал около двух минут, а после на телефон пришло сообщение с геолокацией. — Что он делает на заводе? — Похитили, — коротко объяснил Намджун. — Отправь ко мне туда кого-нибудь, если не напишу через час. Сбросив звонок, Джун открыл дверцу машины. Задумался, почему вообще куда-то срывается ради омеги, который ему не нужен? Сокджин был лишь одним из развлечений, но… Это самое «но» заставило альфу сесть в машину и вдавить педаль газа. Да, доктор Ким не нёс в себе важности для него, но даже себе Намджун иногда врал. На территории завода было тихо и пустынно. Намджун вышел из машины и осмотрелся вокруг, пытаясь увидеть хоть кого-то. В итоге альфа лишь прошёлся неторопливым шагом до самого входа, не встретив никого по пути. Внутри слышались чужие голоса, говорящие что-то про омежьи хрупкие плечи и про вчерашнюю спортивную игру. Альфа не стал вслушиваться: вытащил из-за пояса любимую беретту и пихнул дверь ногой. — Для начала — руки от омеги подальше. И ни звука, я сегодня нервный, — предупредил Ким, быстро осматривая Сокджина на наличие каких-либо видимых травм. Кроме мокрых ресниц, ничего не обнаружилось. Оба наёмника, переглянувшись, послушно отступили от доктора подальше. Намджун удовлетворённо кивнул и неторопливым шагом подошёл ближе. — Кто заказчик? — Ян Минджун, — ответил один из наёмников, заставив Сокджина удивлённо повернуть голову. Может ли быть так, что Хосок специально настраивал других Глав против сына Джехвана? Раздались два оглушительных выстрела. Омега испуганно вскрикнул и зажмурился, почувствовав, как чужая горячая кровь попала на его лицо и одежду. Он ненавидел своё окружение! Нужно было пойти в тот день на свидание с доктором Имом, завести нормальную семью, собаку и навсегда забыть про этих преступников! Но как он мог оставить Юнги? Да и сердцу не прикажешь, раз оно потянулось к одному из этих… — Открывай глаза, доктор Ким. — Мысли оборвались, когда щеки коснулась тёплая ладонь, размазывая кровь. Омега распахнул мокрые ресницы, встречаясь взглядом с Намджуном. Альфа сидел перед ним на корточках, вытирая красные капли с его бледной кожи. Джин поджал губы и устало всхлипнул, когда мужчина разрезал кабельные стяжки на его руках. — Поехали, — Джун протянул ему руку, помогая подняться на затёкшие ноги. Пришлось придержать омегу за талию, потому что тот пошатнулся, чуть не упав на бетонный пол. Джин благодарно кивнул и, размявшись, медленно поплёлся за ним следом, думая, стоит ли говорить Главе Медведей о том, кто был настоящим похитителем. Это могло повлиять на всех них. — Садись в машину. Сокджин отвлёкся от своих мыслей. Омега даже не заметил, что они дошли до дороги. Намджун придерживал перед ним открытую дверь, и Джин неожиданно понял, как сильно он рад видеть альфу. Наверное, он бы радовался чуть меньше, даже если бы приехал Юнги. Дорога казалась чертовски долгой. Намджун молчал, как и чаще всего, а сам Джин даже не спрашивал, куда они едут. Догадался только в момент, когда машина остановилась на парковке элитного жилого комплекса, что разительно отличался от его собственного дома. Когда перед ним снова открылась дверца, омеге на секунду показалось, что в чужих глазах он уловил беспокойство. Может быть, альфе всё же не было плевать на него? Квартира у Главы Медведей большая, тёмная. Это Сокджин подметил сразу с порога, увидев чёрное стекло в отделке. Свет был исключительно тёплым, склоняющим либо к тихой интимности, либо к одинокой сонливости. Намджун указал ему рукой на ванную комнату, как только они зашли дальше. — Там в шкафу есть чистые полотенца и халаты. Можешь не торопиться и переварить всё, что случилось. Я закажу ужин. Ты наверняка не ел весь день. Джин кивнул, проводив его взглядом. Хотелось поскорее смыть с себя засохшую кровь и пыль. Омегу не волновало даже то, что он в чужом доме впервые, ещё и наедине с альфой. Это всё отходило на второй, а то и третий план рядом с его желанием сунуться под горячий душ. Разобравшись с температурой воды, Сокджин всё же залез в ванну, расслабляясь телом. Мысли никак не успокаивались: это похищение напомнило, с каким опасным человеком Юнги завёл отношения. Конечно, то, что его друг счастлив, это прекрасно. Но Джин не уверен, что хотел бы вот так попадаться каждый раз. А уж тем более становиться очередным рычагом давления на Мина. Смыв с себя последние клочки пены, омега выбрался из ванны и подошёл к шкафчику, о котором упоминал Намджун. Халат был как нельзя кстати: мягкий и тёплый, он укутывал тело необъяснимым спокойствием. Поэтому уже в более хорошем настроении Сокджин вышел из ванной и нашёл альфу в гостиной. — Закончил? — уточнил Джун, подняв на него голову. Его взгляд зацепился за маленькую капельку воды, что стекала вниз по ключицам омеги и пряталась за воротом халата. Не отводя глаз, альфа продолжал бесстыдно рассматривать и смущать своего гостя. — Закончил. Джин видел, как Намджун впился взглядом в его шею. Омеге потребовалось всего несколько секунд, чтобы решиться и подойти ближе. Альфа поднялся с дивана, ожидая его слов. Но омега лишь приложил ладони к его груди, так и застыв в тишине. — Спасибо, что забрал меня оттуда, — наконец он поднял голову и скользнул пальцами к чужой щеке. Намджун остановил его. — Подумай дважды, доктор Ким. Я не прекрасный принц, который изменится в лучшую сторону ради тебя. — Вопреки своим словам, альфа всё ещё держал его за руку, подмечая трещинки на пухлых губах и игру теней на нежной коже. Джин задумался на пару секунд, а потом, приподнявшись, мягко поцеловал его в уголок губ. — Надо было предупреждать до того, как ты отвадил всех моих ухажёров и задарил меня белыми розами. Даже если ты делал это ради себя, я всё равно уже… — Так и не подобрав слов, Сокджин привстал на носочки и снова поцеловал его. Намджун обнял омегу за тонкую талию, крепко прижав к себе, и склонил голову к плечу. Джин запустил пальцы в его волосы, посылая по телу приятные мурашки. Потянув его к дивану, Глава Медведей на секунду разорвал поцелуй. Ловко забравшись к альфе на колени, Сокджин вновь его поцеловал, спускаясь пальцами на его шею и плечи. Омега больше всего хотел бы никогда не знакомиться с Намджуном. Хотел бы, чтобы тот сказал прямо, что это всё игра, а цветы лишь для разбавки серой обстановки кабинета. Стоило только альфе коснуться его бёдра, из коридора раздался звонок в дверь. Джин вздрогнул и отпрянул, резко поднимаясь на ноги, словно его застукали за тем, что он курит в средней школе прямо на территории. — Ужин, — коротко предположил Намджун, поднимаясь вслед за ним. Омега кивнул, но как только Глава Медведей скрылся за стеной, юркнул в спальню, чтобы перевести дыхание. Теперь выходить обратно не хотелось. Он скатился спиной по двери на пол, обнимая колени. А потом услышал негромкий голос: — Хотя бы забери ужин в спальню, чтобы не ложиться голодным. Сокджин подумал, что действительно хотел бы никогда не встречать на своём пути Ким Намджуна. Потому что сейчас он сам себе отрезал путь к побегу, открыв дверь, чтобы впустить альфу внутрь.***
Толкнув входную дверь дома Главы Волков, Намджун почти сразу увидел Юнги. Омега вопросительно глянул на него, а после молча указал рукой на лестницу, объясняя ему, где Хосок. Альфа кивнул и направился на второй этаж. — Намджун, — Чон обернулся, и тут же получил удар по лицу. Отшатнувшись, он усмехнулся, проверяя рукой скулу: — И тебе доброе утро. Чем обязан такому радушному приветствию? — Доктор Ким мне рассказал утром, что это был ты. Он испугался, — Ким хмыкнул и обошёл его стол, упав в кресло. — Тебе-то какое дело? — Хосок сложил руки на груди и самодовольно ухмыльнулся, спиной опёршись на книжный стеллаж. — Или, дай подумать… такое, что он тебе сообщает о таких важных делах утром, а не сразу. — Мы просто спали, — Намджун раздражённо прикрыл глаза, вспоминая, как омега всю ночь держался за его руку, заняв половину кровати. — В любом случае это не моя забота. Мин сам убьёт тебя, если узнает, что ты провернул такое с его лучшим другом. — Ты разве не должен сказать мне спасибо за то, что доктор Ким «просто спал» в твоей кровати? — Хосок оттолкнулся от стеллажа и подошёл к столу, чтобы взять свою чашку кофе, заботливо приготовленного Юнги. — Мне на него плевать. — Настолько плевать, что ты вчера съездил за ним, убил двух человек и притащился сюда с утра пораньше, чтобы ударить меня. Мне всё равно, что ты будешь делать дальше, главное — пойми, для чего я это сделал. Джун хмыкнул, задумавшись. Очевидно, что это было связано с Юнги, и очевидно, что от доктора Хосоку была нужна какая-то информация. Самое худшее, что вчера произошло с Джином — немного замёрз. Цели навредить ему не было, лишь припугнуть. Ким поднялся с кресла, поправляя рукав белой рубашки. — Они сказали, что заказчиком был Минджун. — Это официальная версия для Совета, — Хосок кивнул и, вытащив телефон из кармана, заглянул в календарь. — Старик Чхве хочет назначить его через пару дней. — Я не скажу ему, но не трогай больше Сокджина. — Пригласи его уже на ужин, — Чон хмыкнул, а потом нахмурился, вспоминая о своём вопросе. — Чонгук по приказу Юнги убил наёмника Минджуна. Я не знаю, как на это реагировать. — Зачем Мину это было нужно? — Сказал, что мстил за вторую аварию. Мне интересно, почему Чонгук об этом ничего не сказал мне. Он своеволен, но не настолько, чтобы молчать о подобном. — Спроси, — Намджун пожал плечами и отошёл к двери. — И будь поаккуратнее, твой омега прячет нож под подушкой. — Я бы сказал, тесак, — Хосок уселся в кресло, устало прикрывая глаза. В действиях Юнги не было ничего противоречивого: он готов был дать свидетельские показания против Минджуна, дал много наводок на улики и представлял из себя очевидный повод злости Яна-младшего. Но Чон всё равно чувствовал тайну вокруг этого хитрого лиса. И всё равно готов был идти на поводу у Мина, как глупый щенок. Верно его дедушка сказал: омеги превращают альф в идиотов. Дверь в кабинет приоткрылась, пропуская Юнги внутрь. Он подошёл ближе, аккуратно присел боком на колени альфы и поправил его чёлку. Хосок склонил голову вслед за лаской, ещё раз подтверждая свои слова о том, что он добровольно игнорирует все свои подозрения. — Что-то случилось? Намджун тебя ударил, — Юнги погладил его по щеке и мягко поцеловал в скулу, снова увлекаясь непослушными прядями волос. — Не поделили что-то? — Не поняли методы друг друга. Не обращай внимания, это проблемы альф. — Сексист, — беззлобно уколол его Мин, закатив глаза. — Я пришёл взять твой ноутбук. Мой по какой-то причине не заряжается. Завтра надо будет отвезти в сервис. — Я потом снова узнаю, что ты что-то за моей спиной делаешь с моего ноутбука? Не хочешь рассказать всё-таки, как ты уговорил Чонгука? — Хосок сжал руку на его талии, перекрыв путь к отступлению. Весь вчерашний день Юнги успешно избегал этого разговора, ускользая у него из-под носа раз за разом. — Будешь говорить в таком подозрительном тоне, я вообще не захочу тебе ни о чём рассказывать, — спокойно ответил омега, опуская руки и складывая их на груди. — Я не уговаривал его, а попросил. Сказал, что это важно для меня, и я бы сделал всё сам, но у меня недостаточно сил. — Ой ли? — Хосок приподнял бровь, ослабляя хватку. Мин поднялся с коленей альфы и забрал со стола его ноутбук, не встретив сопротивления. Наклонившись к мужчине ближе, Юнги улыбнулся хитро и прошептал: — У меня недостаточно сил для убийства, но достаточно, чтобы завладеть тем, у кого есть для этого все возможности. Хосок, так и не получив поцелуй, откинулся на спинку кресла и проводил его взглядом. Это звучало как выстрел осознания прямо в висок. Он начинал сомневаться в том, что знает хоть что-то о Мин Юнги.***
— Я не могу уже есть эти гадкие сэндвичи, — Тэхён скрючился, отодвинув от себя коробочку. Чимин посмотрел на друга в недоумении, заставив того вздохнуть и закатить глаза. — Просто разонравились. Живот уже какой день тянет жутко, есть не могу нормально, — проворчал Ким, поправляя лезущие в глаза синие волосы. — Чонгук мне даже аппетит испортил, говнюк. — Вы так и не поговорили? — уточнил Пак, забирая коробочку с сэндвичем себе и предлагая вместо неё яблочный сок. Тэхён поморщился и покачал головой. — Поговорили, почему же. Поссорились только сильнее. Он не понимает, в чём проблема, а я не понимаю, как так можно! — Ким всплеснул руками. Это раздражало неимоверно. Их последний разговор даже не был похож на разговор из-за того, что Чонгук несколько раз приложил его лопатками о дверцу машины и вывел из себя. — Не хочу его больше видеть. От одних мыслей только тошнит! — Прям тошнит? — Не в прямом смысле, Чим, — Тэхён вздохнул устало и поджал обиженно губы, подумав, что у него ни на что нет сил. — Идём в медпункт, упрошу господина Чу выписать мне освобождение. Спустившись с верхнего этажа на первый, омеги протиснулись сквозь полный коридор учеников и остановились напротив нужной двери. Внутри никого не было, поэтому Тэхён зашёл, здороваясь с медбратом. — Что беспокоит? — спросил господин Чу, поправив прядь волос. — Слабость уже несколько дней. — Ким уселся напротив него на кушетку. — Живот ноет, как перед течкой. Можете выписать освобождение от физкультуры? — спросил школьник, ссутулившись: слабость действительно была, и его морило невозможное желание прилечь. — А когда у тебя цикл? — уточнил медбрат, повернувшись к столу, чтобы написать что-то на бумажке перед собой. — Должен быть в следующем месяце. — А аппетит как? — Не очень. Есть хочется, но ничего не нравится. — Как давно появилась слабость? — господин Чу подошёл ближе и осмотрел его мельком. — Может, неделю назад, ну или полторы, — прикинул Тэхён, пытаясь понять, к чему эти расспросы. — Половой жизнью живёшь? К омеге, наконец, пришло осознание, зачем его спрашивают обо всём этом. Резко выпрямив спину, он округлил глаза, в панике приоткрывая рот. — Судя по реакции, понимаешь, о чём спрашиваю? Так что, когда последний раз у тебя был интим? Тэхён прикинул в голове, когда они с Чоном расстались. Захотелось фыркнуть от своего же вопроса: они ведь не встречались, конечно. — Чуть больше месяца назад. — Тест будешь делать? — Буду, — пискнул Ким негромко, не узнавая свой голос. Куда разом пропала вся его злость и уверенность в себе? Что, если правда залетел? Если папа узнает, точно убьёт, а отец ещё и добавит. — Вы скажете родителям? — Скажу, если подтвердится, — медбрат кивнул и протянул ему коробочку, взятую из шкафчика слева от кушетки. — Иди делай и не переживай, всё разрешится в любом случае. Тэхён угукнул вяло и поднялся. Хуже, чем сейчас, он себя ещё не чувствовал. Если он и правда оказался тем самым глупым подростком, то он сам себя треснет головой о стену. Да как же можно было залететь от парня, с которым даже не встречался? Он точно идиот! Сделав тест, он почти сразу выскочил из помещения, не дожидаясь результата. Впихнул полоску медбрату и отвернулся, зажмурившись. Словно бы уже готов был получить подзатыльник от папы. — Ну садись, будем звонить родителям. Тэхён вздрогнул и задержал дыхание. Вот и всё — ему точно конец. Его отстранят от занятий, родители запрут дома навсегда, друзья от него откажутся, а все остальные будут считать легкодоступным. Его жизнь точно закончена! Он не поступит в универ, не найдёт нормальную работу, будет всегда один, потому что кому вообще нужен омега с чужим ребёнком? — Ну чего ты трясёшься, Ким? Обсудишь с родителями, найдёте решение, не ты первый, не ты последний старшеклассник, который со своим парнем забыл о контрацепции, — господин Чу ободряюще похлопал его по плечу. Тэхён всхлипнул, снова напомнив себе, что никакого парня у него нет. Этот самый парень сейчас наверняка развлекался с другим омегой и даже не вспоминал о нём. А даже если и вспоминал, то только не о том, как им было хорошо вместе. Как, по крайней мере, хорошо было самому Тэхёну. Они прождали родителей Кима почти час. Омега всё сидел на кушетке и всхлипывал без слёз, думая о том, что самая глупая из возможных историй о ранней беременности произошла именно с ним. — Господин Чу, здравствуйте, — Ким Хэсу коротко поклонился медбрату и перевёл взгляд на сына. Тэхён и хотел бы отреагировать спокойно, но стоило только их взглядам встретиться, как он воскликнул на весь кабинет: — Я хочу сделать аборт. Господин Ким широко распахнул глаза и прочистил горло, пытаясь осознать сказанное своим ребёнком. Вот тебе и старшеклассник в семье. Подойдя ближе, Хэсу отвесил сыну несильный подзатыльник и нахмурился. — Мозгов, чтобы спать с альфой, хватило, а на то, чтобы купить презервативы — нет? — Они у нас всегда были, пап, — едва слышно проговорил Тэхён, а потом обессиленно уронил голову ему на плечо. И обнял крепко, наконец, чувствуя влагу на глазах. — Мы расстались, пап. Поэтому просто разреши мне сходить на операцию, пожалуйста. Воспитательная беседа закончилась быстро — Тэхён кивал на все слова Хэсу и господина Чу, совершенно не запоминая смысла. Он и так всё знал: сам виноват, сам не обезопасил себя, сам пренебрёг самыми простыми правилами. Казалось, что с кем угодно могло подобное произойти, но только не с ним. И всё же именно он сидел на этой койке в медкабинете. — Не говори отцу, пожалуйста, — пробормотал Тэхён в машине, когда его папа выехал со школьной парковки. Хэсу сжал руль и посмотрел на сына, чувствуя, как сжимается сердце за ребёнка. Он бы никогда не смог подготовиться к такой новости. — Я не хочу ломать свою жизнь из-за этой ошибки. — Сначала послушаем, что в больнице скажут, — Хэсу замолчал на несколько минут, а потом негромко спросил: — Кто он? Одноклассник или… — Ты его не знаешь. Мы познакомились в кофейне. Я говорил, что у Чимина ночую, а сам… Мы правда предохранялись, а расстались потому, что интересы не совпали. Не хочу вмешивать его никак, ладно? Хэсу тяжело вздохнул. Все совершают глупости, кто-то маленькие, кто-то побольше. Он не собирался настаивать на каком-либо решении Тэхёна, все же его сын уже не был маленьким и глупым омежкой. Хотя сейчас он сомневался по поводу последнего. И как он мог не рассказать мужу об этой ситуации? С другой стороны, у Тэхёна экзамены, поступление и жизнь вся впереди, а если Джеун узнает, точно запрёт сына дома до конца дней. — Не реви только. И похуже ситуации бывают, разберёмся. Тэхён поджал губы от обиды на весь мир и подумал, как же ему повезло с папой. И как же не повезло с первой любовью.
