Заказ

Погода была поистине прекрасной и по-летнему тёплой. Ласковое солнце, ясное небо и заливистое пение птиц в густых кронах деревьев. Похороны в такой хороший день просто обязаны были приносить скорбящим чуточку больше умиротворения, касаться раненых сердец теплом. Ральф стоял поодаль в тени внушительного каменного изваяния в виде ангела, сложившего ладони и склонившего голову в молитве, и курил, наблюдая за похоронной процессией. Пришедших проводить почившую на тот свет было немного, но все выглядели исключительно порядочными и воспитанными представителями замшелой интеллигенции, держались достойно и одеты были со скромным изяществом. В основном это были мужчины и женщины почтенного возраста, несколько людей близкие по возрасту Ральфу и лишь один Рекс был среди них молод и свеж, хотя из-за скорбного лица и ужасной болезненной хромоты он со своей тростью отлично сливался с этой унылой процессией. Фамильное захоронение выглядело помпезно: огороженные готическим кованным заборчиком могилы с дорогими тёмными памятниками и фигурами ангелов, установленными рядом, пышно украшенные белыми цветами — все из них, а не только свежая яма. Будто уже упокоившиеся торжественно принимали нового родственника в свою посмертную обитель. Пришедшие столпились у могилы, пока священник читал что-то над гробом, и Рекс стоял от них чуть в стороне. Волосы убраны в хвост, чёрный пиджак, рубашка и брюки. Он выглядел абсолютно будничным, привычным, даже его безэмоциональное выражение лица не выдавало в нём ни капли скорби. Всё потому, что он всегда был такой — уже в трауре, уже сам подгнивший изнутри. Он смотрел в землю, и Ральф сожалел, что не мог разглядеть его глаз отсюда. Рекс держался удивительно расслабленно и спокойно, но Ральф не знал, скорбел ли тот на самом деле по своей бабке. Отношения у них последние годы не задались, но ведь она растила его с самого детства, и несмотря на то, что он, возможно, и правда был не подарок, наверняка любила его. Брата же его она любила, значит и Рексу её любовь тоже предназначалась. Может, сухая и строгая, но всё же. И Рекс вполне мог любить свою бабку. Ральф у него ведь даже об этом не спросил. Ральф принял решение за него, хотя варианты были. Он мог бы даже забрать Рекса и сбежать с ним куда-то далеко, как в мелодраматических фильмах, что-то подсказывало, что Рекс бы согласился. Всё дело в том, что Ральф поступил так не ради него, он сделал это для себя. — Так и знал, что найду тебя здесь, — раздался голос из-за плеча. — Ужасно драматично, старина. Янус встал рядом, засунув руки в карманы брюк, он, наверное, был единственным светлым пятном на кладбище в этом своем модном летнем костюмчике. Ральф не обернулся на него, продолжая следить за Рексом, тяжело опиравшимся на трость; шаги Януса за своей спиной он услышал издалека и узнал. Конечно, всегда существовала хоть и минимальная, но вероятность опасности и от него тоже, но чутьё Ральфа почти никогда не подводило. А чутьё подсказывало, что Янус пришёл не за его жизнью. Может, попрощаться? — Ты же знаешь, что несчастный случай, произошедший с заказчиком, обычно не отменяет задание? — спросил Янус, и вопреки серьёзности разговора голос его звучал легко и даже немного лениво. — Да, — кивнул Ральф и достал новую сигарету из пачки, хотя предыдущая ещё дымила под его ботинком. — Но в данном случае нам не от кого получить подтверждение, да и оплату нам никто не переведёт. Янус покачал головой. — Ты так в этом уверен? — и не дожидаясь на самом деле его ответа, продолжил: — Мои пауки и рта не раскроют, но мы же не знаем, кому она могла ещё об этом сообщить. — Она была не так глупа. Дело даже не в том, что это противозаконно, подобное нарушало даже её собственные моральные принципы, я в этом уверен. Мало кто такое поймёт. — Ты не прав. В том обществе, в котором они живут, богатенькие и испорченные люди готовы цепляться за свою фамилию, деньги, ложные ценности изо всех своих непреодолимых сил. Ни мораль, ни нравственность, ни даже любовь — для них не преграды. — Не нам с тобой их судить, — ответил Ральф. — Не тебе точно, — усмехнулся в ответ Янус. — Я подтёр хвосты, — вернулся он к вопросу, — мои люди ничего такого об этом деле не скажут, никто из них не был в курсе всех обстоятельств. Но если вдруг пойдёт слух, что юный наследник перекупил тебя, узнав о покушении, твоей репутации наёмника конец. А что будет, если станет известно, что заказчика ты устранил самовольно, я и предсказывать не берусь. И дело не только в потерянном доверии заказчиков, ты же знаешь. Ральф всё прекрасно понимал. Мало кто захочет нанимать на любую работу убийцу, который поступил подобным образом. Кроме того, это бросало тень и на других. У них не было никакого сообщества анонимных убийц и организации, что курировала их деятельность, типа киллерской мафии тоже не было, но кое-кто готов был удавиться за свои принципы. И Ральфа удавить тоже. Наверняка, среди его коллег по цеху найдётся тот, кто захотел бы пустить пулю в голову Чёрному Ральфу, а потом похвалиться тем, что лично избавился от отброса, позорящего профессию. Смех да и только, какая мораль может быть в мире, где чужая жизнь ничего не стоит, кроме кругленькой суммы на банковском счёте? — Поэтому я уезжаю сегодня, — сказал Ральф и посмотрел на Януса. — Хорошо, что ты пришёл, хотя бы попрощаемся. — С ним ты тоже пришёл попрощаться? — спросил Янус, кивнув в сторону Рекса. — Ему это ни к чему. — Ты осознаёшь, что можешь никогда больше его не увидеть, если пустишься в бега? Ральф кивнул. — И что, это того стоило? — наконец обида и возмущение прорвались в голос Януса, и он раздражённо сжал губы. — Определённо. — Скажи, когда ты понял, что не убьёшь его? — Когда он впервые на меня посмотрел, — усмехнулся Ральф. Янус страдальчески застонал, хлопая себя ладонью по лицу. — Давай только без реплик из «Ромео и Джульетты». Не верю, что ты можешь серьёзно произносить такое вслух! Ральф тихонько засмеялся, бросая докуренную сигарету под ноги и старательно втаптывая в землю окурок. — На самом деле я до сих пор не уверен, что поступил правильно, — ответил он. — Но бабка мертва и назад дороги нет. О чём тут ещё думать? — Хочешь, я передам ему что-нибудь? Письмо с признаниями, какую-то информацию? Что-нибудь? Ральф покачал головой. — Нет, не стоит. — Ральф, мальчик явно с головой не дружит. Что, если он повесится от тоски, стоит тебе исчезнуть? — Тогда можешь с чистой совестью считать заказ выполненным. — Ты сейчас серьёзно? — нахмурился Янус. Ральф пожал плечами. — А если он придёт ко мне, что мне сказать? — Едва ли он о тебе вообще вспомнит, — ответил Ральф. — И всё же. — Ничего не говори. Янус помолчал немного, будто обдумывая его слова, молча кивнул. Они стояли вдвоём, наблюдая за тем, как Рекс положил букет прекрасных белых цветов на горку свежей земли и как пришедшие на похороны люди оставили его одного, неторопливо, в приличествующем темпе покинули кладбище. Рекс тоже не задержался слишком долго. Он ничего не произносил, просто смотрел себе под ноги, будто ждал лишь потому, что хотел уйти один. Когда он уходил, он не бросил и взгляда на бабкину могилу, но остановился у другой. Надгробие там не казалось таким грузным и пугающим, как на других могилах, оно было чуть ниже и чуть тоньше, без выточенных из камня фигур, лишь золочённые буквы на чёрной гладкой плите. Рекс коснулся камня рукой, задержал пальцы на секунду, а потом вышел. Ральф смотрел ему в спину с чувством пустого спокойствия. — Спасибо тебе за всё, — Ральф развернулся к Янусу и протянул ему руку, и когда тот крепко пожал её в ответ, обхватывая и второй тёплой ладонью, добавил: — Заботься о семье. Ты знаешь, как со мной связаться в случае чего, но я вряд ли отвечу. —Удачи, Чёрный Ральф. Ральф махнул ему рукой, удаляясь. — Я пришлю цветы твоим рыбкам, — крикнул он.