Скройся до темноты

Серёжа проснулся ещё на первых словах знакомого голоса, который сейчас был более окрепшим и громким, но с некой больно, в то время отличаясь от тех всхлипов, когда тот был в его руках. Так он же... Они же издеваются над ним за то, что он не такой, не задумываясь над мыслями Димы в тот момент. На секунду старшему захотелось выйти из-за дерева, чтобы заключить его в объятия, говоря, что это не так, но он остановил себя, списав всё на сытость и жалобные речи. — Через три месяца мне конец. Никогда бы не подумал что умру в возрасте 18 лет... — снова произносит Дима, принимая лежачее положение на таком уже родном камне. Серёжа обхватил себя руками, сдерживая порывы, сидя ровно с другой стороны дерева он только теперь понял, какого было Диме. А ведь оказывается если через 3 месяца действительно не проявиться дар, его убьют в своё совершеннолетие. Вампир сдавленно вздохнул, опускаясь спиной обратно. — А может быть это и к лучшему... — внезапно говорит парень, чуть хмыкая. — я хотя бы прекращу терпеть эти издёвки со стороны этих.. Чёртовых вампиров... —Нет, нет, нет...не к лучшему... —словно заклинание шептал Серёжа в ладони, но резко что-то решил, поднимаясь с земли. — Димочка... Слова больше не выстраивались в какие-то строки, старший уже обхватил "недоразумение" в медвежьи объятия, подходя совсем близко. Кажется сердце стучало так, что было явно понятно что оно кричит, но он никогда не смог бы сказать, что чувствует сейчас. Не сейчас. Димка вновь вскрикнул и попытался отстраниться, уперевшись тому в грудь руками. Откуда он тут... Чёрт, не подал бы Дима голос - его б тут и не спалили. — Нет-нет-нет-нет! Прошу, нет, умоляю! — Позов весь сжался, глаза зажмурил, он вновь испугался. Он уже знает, что скорее всего умрёт, но и до этого как либо кончать жизнь он явно не собирался, как минимум пока что. —Успокойся, я не буду тебя кусать, я просто хотел поддержать, это я...— Серж смутился, но от цели не отступил. Что он блять делает!? Руки крепче захватили тело Димы в свои объятия, но зубы он специально убрал подальше, показывая, что сейчас его точно не убьёт, что не собирается... Естественно в это Дима не поверил, он лишь затрясся на месте, так, как трясся только в прошлый раз зажатым у стены, но сейчас парень уже не терял сознание со страху. Инстинкт самосохранения работал гораздо больше, чем страх, в этот раз. —Прости...—Серёжа отступил, видя подавленное состояние парня. —Я пойду. Вампир опускает голову. В первый раз он попробовал пойти навстречу чувствам, если ему не надо хорошего, значит и ему теперь пофиг, он должен был сдержаться. Стискивая кулаки от бессилия, Серый телепортируется в комнату Шаста и Димы, плотно закрывая дверь, ложась на первую попавшуюся кровать... Она пахла им, таким нежным ароматом лаванды и цитрусов. Выругавшись тот улёгся на подушку, пытаясь заткнуть себе уши, чтобы не слышать звон разочарования и чем-то странным в голове. Это что-то "странное" было невероятно болезненным, как физически так и морально. Название этому всему есть лёгкое и простое для восприятия людей и оборотней, но не для вампиров. А что же это за чувство? Когда-то Матвиенко о нём читал. Это нравственное сознание, нравственное чутье или чувство в любом разумном существе, внутреннее сознание добра и зла, тайник души, в котором отзывается одобрение или осуждение каждого поступка, способность распознавать качество поступка, чувство побуждающее к истине и добру, отвращение от лжи и зла, невольная любовь к добру и истине, прирожденная правда в различной степени развития. Всё это, казалось бы, не свойственное таким упырям как вампиры , называется совесть . Лишь после минуты молчания перед самим собой Позов внезапно осознал, что сейчас произошло, и в голову пришла мысль о том, что лучше бы он реально умер. Его вечный обидчик, его личный хулиган его обнял, хотел успокоить, слышал терзания со стороны, а Позов.. Он просто снова испугался. Снова... Взвыв от своей беспомощности и осознания ситуации, кареглазый даже понадеялся на то, что его силы не появятся, ведь он почему-то думал, что Серёжа последний кто так делает. Нет, Дима ни в коем случае не забывает про Антона, просто тот больше времени проводит с Арсом, что разочаровывать Позова, обделённого чем-то похожим на любовь. Дима засыпает прямо там, укрытый корнями дерева. Они твёрдые и не разрываемые, пока Позов не решит выйти. С этим деревом у него была особая связь, моральная. Это дерево тоже ломалось постепенно, так как его постоянно пытались вырубить, и вот оно же встретило такого же как и оно само. Кошмары Диме снятся почти всегда, только сейчас он в безопасном для него месте, ему не снится ничего. Ничего из того что он мог бы запомнить, порадоваться или просто воспринять. Это темнота, поглощающая на своём пути всё, чего только касается. Всё что можно описать словами, показать изображениями или попытаться профигурировать в жизнях людей. Всё.