Глава 6
20 июня 2022 г., 12:27
Прошло несколько дней. У Элин очень болели руки от костылей. Ей было неудобно, больно. Она старалась меньше куда-либо ходить. Нога все еще была опухшей, но не такой, как несколько дней назад. Раздался стук в дверь. Затем звонок.
— Саоми, кажется кто-то пришел. Открой двери.
Но в ответ тишина.
— А, точно, Саоми пошла в магазин.
Стук не прекращался. Элин взяла костыли и поспешила к двери.
— Подождите. Я уже иду.
Открыв двери, она увидела мужчину. Невысокого роста, с карими глазами и лёгким налётом седины в волосах и бороде.
— Здравствуйте, Вы мадам Элин?
— Здравствуйте, да. А вы кто?
— Меня зовут Марселон Кюри. Я врач. Меня попросил приехать мсье Монти.
"Врач", — подумала Элин. Так вот почему при открытии двери ей почувствовался запах медикаментов.
— Проходите, пожалуйста. Не хотите чашечку чая?
— Не откажусь. Но сперва осмотрю вашу ногу. Жак рассказывал, что травма несерьезна. Сейчас и увидим. Присядьте, пожалуйста, на стул.
Элин села, мсье Кюри начал свой осмотр.
— Травма действительно несерьезна. Вывих средней степени. Для полного заживления понадобится от четырех до шести недель. Жак правильно оказал первую помощь.
Элин была ошарашена тем, сколько понадобится времени на восстановление. Она считала, что подвернуть ногу — не столь серьезная травма.
— А можете сделать так, чтобы она скорее зажила? — с надеждой спросила Элин.
— Категорически нет. Связки — это вам не шутки. Продолжайте делать компрессы. Перевязывайте ногу бинтом. Старайтесь пока не давать сильных нагрузок. Походите еще неделю на костылях, а потом можете перейти на трость. У вас есть кто-то, кто бы мог помочь?
— Да, конечно. Сколько с меня за осмотр?
— Нисколько. Разве что чашечка чая.
— Но это же не бесплатно...
— Как-то раз мсье Монти очень помог мне. Поэтому я его должник.
— Так вы его должник, а не мой.
— Это не имеет значения, если мсье Жак попросил.
— Ну хорошо, — Элин поняла, что спорить нет смысла и отступила. — Какой чай предпочитаете: зеленый, белый или черный?
— Зеленый, пожалуйста.
Элин вскипятила воду и заварила чай. Пока он настаивался, мсье Кюри давал рекомендации по лечению:
— Если будете придерживаться моих рекомендаций, нога заживет быстрее, чем я могу предполагать.
— Спасибо Вам большое. Я буду следовать всем указаниям.
— Я оставлю вам адрес. Зайдите ко мне через две недели, а сейчас мне уже пора. Поправляйтесь. Чай у вас просто изумительный.
— Благодарю, буду стараться оправиться как можно скорее. Всего доброго!
Мсье Кюри кивнул и вышел из дому. Элин поднялась в свою комнату. Ей сложно давалась ходьба на костылях, руки очень болели, она быстро уставала. Как физически, так и морально. Через какое-то время вернулась Саоми.
— Элин, я вернулась. Все хорошо? В доме запах другой. Мужской парфюм и что-то еще. Жак приезжал?
— Нет. Врач, про которого говорил Жак.
— Что сказал?
— Ничего серьезного. Вывих средней степени, на заживление понадобится от четырех до шести недель.
— Долго, но хорошо, что несерьезно. Что еще сказал?
— Через неделю можно перейти на трость. Через две недели прийти к нему на повторный осмотр.
— Это хорошие новости. Кстати, вечером зайдет Бернар. Если нога не будет сильно беспокоить, заваришь ему свой чай?
— Конечно, заварю, я же должна сдержать свое слово.
— Ты правда будешь в порядке? Если тебе сильно тяжело на костылях, тогда не нужно. Я смогу угостить его чашечкой кофе.
— Вижу, у вас хорошие отношения с ним. Может, я чего-то ещё не знаю? — сощурив глаза, Элин посмотрела на Саоми так, что та растерялась.
— Н-ничего там не придумывай. Мы просто хорошие знакомые, — ответила Саоми под пристальным взглядом Элин.
— Не скажи. У вас явно симпатия друг к другу.
— Не знаю. Возможно, у меня к нему симпатия, а что с его стороны, мне пока непонятно. Его сложно прочитать. Может, он считает меня просто другом, а может и вовсе простой знакомой.
— А мне вот все понятно, — с ухмылкой сказала Элин. — Со стороны виднее.
— Ой, да ты что. Давно стала так хорошо в отношениях и людях разбираться? Понятно ей все!..
— Так вот с недавних пор. Думаю пойти в психологи. Считывать людей и давать разные советы.
После слов Элин они обе рассмеялись.
Время приближалось к вечеру. На дворе стояла духота. От такой жары не спасал даже вентилятор, который гонял жаркий воздух из стороны в сторону. Настроение у Элин было не самое лучшее. Ее беспокоило чувство тревожности. Но из-за чего — Элин и сама не понимала. Всегда, когда у Элин плохое настроение, она читает книгу Джейн Остин «Эмма». Этот роман написан в юмористической манере. Самый любимый роман из коллекции Джейн Остин.
Элин так зачитывалась этой книгой, что не замечала, как время утекало. Сколько бы ни перечитывала этот роман, она всегда оставалась под приятным впечатлением и читала его с большим удовольствием, как в первый раз.
Элин услышала мужской голос и решила спуститься вниз. Она подумала, что приехал Жак, но в гостиной стоял Бернар.
— Добрый вечер, Элин. Как ваша нога? Заживает?
— Добрый вечер, Бернар. Уже лучше. Спасибо.
— Элин, не заваришь своего чая? — спросила Саоми.
— С удовольствием, — ответила Элин. — Надеюсь, вы не против белого чая.
— Белый чай? — удивленно переспросил Бернар. — Впервые о таком слышу.
— Да. Его название — "Белый совет". Это один из редких сортов чая Дарджилинга.
— Пожалуйста, расскажи подробнее о нем, чтобы мы лучше понимали, — попросила ее Саоми.
— Этот сорт произрастает в Индии. Его начали выращивать всего несколько десятков лет назад, но он не уступает вкусом и качеством белым листьям чая Китая. Чайные листья для "Белого совета" отбирают исключительно вручную. Только самые молодые листья с верхушек ветвей куста используются в качестве сырья для этого сорта. Листья высушиваются строго при температуре двадцать пять градусов без прямого воздействия на них солнечных лучей. Поэтому готовый к употреблению "Белый совет" отличается свежим ароматом, нежным вкусом с тонкими нотками муската и золотистым насыщенным оттенком. К тому же благодаря этому Дарджилингский белый чай богат антиоксидантами, а доля содержащегося в нем кофеина крайне мала — он считается полезным для здоровья.
— Браво. Это великолепные познания, — громко сказал Бернар. — Вы действительно хорошо разбираетесь в чайных сортах.
Пока Элин повествовала историю "Белого совета", чай уже настоялся.
— Благодарю вас. Чай уже готов. Так что прошу приступить к дегустации.
В комнате воцарилась тишина. Бернар и Саоми пробовали белый чай.
— Это превосходно. Впервые пью чай, в котором ощущаются нотки муската, — с восторгом сказал Бернар. — Я много путешествую в разные страны. Но нигде еще не пробовал ничего такого.
— Мне тоже очень нравится. Я не могу пить крепкие чаи, а этот как перо: очень мягкий и нежный, — отметила для себя Саоми.
— Рада, что вам нравится. Кстати, Бернар, ты не знаешь, что случилось у Жака?
— Он в спешке собирался. Ничего не объяснил и поехал к тебе, а от тебя сразу в Париж, домой.
— А, ясно. Я немного переживаю. Надеюсь, у него все хорошо.
— Не переживай, завтра к полудню он должен быть уже тут.
Элин на это только улыбнулась.
Вечер проходил весело. Бернар рассказывал смешные истории и анекдоты. Элин заметила, что Саоми и Бернар подолгу смотрят друг на друга, и решила не мешать столь прекрасному вечеру и прекрасной паре.
— Я уже пойду. Приятного вам вечера.
— Вам помочь подняться? — предложил Бернар.
— Нет. Я справлюсь. Хорошего вечера и доброй ночи.
— И вам, Элин. Спасибо за великолепный чай и его историю.
Элин кивнула и направилась в сторону лестницы.
Дойдя до комнаты, принялась дочитывать роман. Глаза у нее слипались, но оторваться от книги не могла. Так и уснула с ней в руках.
Через пару часов к ней в комнату наведалась Саоми. Убрала книгу, выключила свет и ушла к себе.
Ночь была ужасной. Стояла неимоверная духота. В середине ночи Элин начала ворочаться. Ей снился сон, в котором она видела мчавшуюся на неё машину — то, что произошло пару дней назад. В этом сновидении она четко разглядела лицо водителя. Это был мужчина лет пятидесяти. Выглядел очень знакомо. И ехал он целенаправленно на Элин, с ухмылкой на лице. Фары его машины приближались. За секунду до столкновения Элин проснулась в холодном поту и с диким сердцебиением. Она подошла к окну и старалась успокоиться. Образ мужчины засел в ее голове.
— Кто же ты? — прошептала Элин.
Чтобы не забыть это лицо, она решила нарисовать портрет того водителя. К счастью, она хорошо владела карандашом и с легкостью могла нарисовать все, что видит или видела.
Закончив рисунок, Элин отправилась в постель, чтобы поспать еще пару часов. Проснулась она ближе к десяти часам утра, встала и начала прихорашиваться к приезду Жака. Она соскучилась по его шуткам и его голосу.
— Ты уже встала, — удивилась Саоми. — Мне показалось, или ночью с твоей комнаты доносились звуки. Ты с кем-то говорила?
— Мне снился кошмар про случай с машиной. В этом сне я четко видела лицо водителя. Чтобы не забыть, я нарисовала. Смотри.
Элин протянула лист бумаги с нарисованным лицом мужчины. Умения рисование Элин превратили рисунок в настоящий портрет.
— Выглядит знакомо. Но никак не вспомню. А ну, подожди минуту.
Саоми быстро вышла из комнаты. Из гостиной доносились звуки, по-видимому, это был шкаф, в котором Саоми что-то искала. Возвращаясь, она несла какой-то очень знакомый альбом.
— Ты помнишь? Это альбом наших бабушек.
— О, точно. Но зачем ты его принесла?
— Сейчас увидишь. Подожди.
Через пару минут Саоми нашла очень старую фотографию. На фотографии были их бабушки и какой-то молодой парень.
— Смотри. Этот парень и мужчина с рисунка очень похожи. Их черты лица один в один.
— Это же Чарльз Харрис. Студент моей бабушки. Хмм... Но почему он мне снился?
— Не знаю. Только не воспринимай всерьез свой сон: не мог присниться тебе тот, кто был за рулем.
— Глупости какие. Я же не стала ясновидящей.
— Я тут вспомнила кое-что. Бабушка как-то рассказывала, что, когда они с бабушкой Мартой были преподавателями в институте, этот Чарльз Харрис был прилежным студентом, и они взяли его с собой в качестве ассистента на исследование. Они пристали к группе археологов. И в этом путешествии он признался твоей бабушке в своих чувствах. Конечно, она его отвергла, но он не прекращал ее преследовать и клялся в любви к ней. Насколько мне известно, когда твоя бабушка была проездом у нас, он дежурил возле нашего дома в надежде увидеться с ней. Бабуля говорила, он был еще тем мутным пареньком.
— Какой ужас! Я этого не знала. Бабушка никогда не рассказывала об этом.
— Так, ладно, забудь. Было и прошло. Поднимай настроение. Скоро приедет тот, от которого у тебя улыбка ночами не сходит.
— Тревожность меня не оставляет, — призналась Элин.
— Все будет хорошо. Давай выпьем чай с базиликом. Говорят, он помогает от тревожности. Я пойду заварю, а ты спускайся.
Время бежало как ручей. На часах уже был час дня. Но Жак так и не появился.
— Наверное, устал в дороге и поехал к себе отдохнуть, — успокаивала себя Элин.
— Элин, ты в порядке? У тебя очень бледное лицо.
— Голова немного кружится. Пойду, наверное, прилягу.
В последнее время она и вправду себя плохо чувствовала, но списывала это все на жаркую погоду.
— Тебе помочь дойти?
— Я справлюсь.
Элин встала из-за стола и пошатнулась. Саоми не на шутку испугалась, сразу подошла к подруге.
— Помогу тебе.
Вдруг раздался стук в дверь. "Возможно, это Жак", — подумала Элин.
— Я открою. А ты подожди на диване и не поднимайся на лестницу сама.
Саоми открыла дверь. На пороге стоял Бернар. Лицо его было такое же бледное как у Элин. Губы дрожали.
— О боже мой, — с ужасом произнесла Саоми. — Бернар, ты в порядке? Ты бледный как стена.
— Жак... Жак... — он едва вымолвил эти слова.
— Что с Жаком? — спросила в полуобморочном состоянии Элин.
— По пути сюда он попал в аварию. Его машину обнаружили в реке.
Элин схватилась за сердце, а на глазах начали наворачиваться слезы, но она их сдерживала.
— Он жив? — спросила Саоми.
— Где он? Он жив? Если это шутка, это совсем не смешно, — проговорила Элин со стеклянными глазами.
— Он выехал поздно ночью. Как мне рассказали, это не было случайностью. Машину столкнули в реку. Тело найдено не было.
— Что? Что ты сейчас сказал? Повтори, повтори, что ты сказал, — требовала Элин, подходя к Бернару, забыв про свой вывих.
Она вцепилась в воротник Бернара. Эмоции взяли верх, и она больше не могла контролировать свои действия.
— Повтори, что ты сказал! Повтори! — уже в истерическом тоне требовала девушка.
— Элин, прошу тебя, успокойся и отпусти воротник Бернара, — попросила Саоми. — Если тело найденным не было, значит, он жив. Он жив, — стараясь переубедить она подругу.
Саоми с трудом убрала руки Элин от воротника Бернара. Она подхватила Элин, чтобы та не упала и не усугубила травму ноги.
— Это невозможно. Там сильное течение. Тело могло унести рекой, — произнес Бернар.
— Почему тогда машину не унесло? — спросила Саоми.
— Машина застряла между двух небольших скал.
— Я не верю в это. Это все бред.
Элин продолжала повторять эти слова. Снова и снова. Кажется, она уже полностью потеряла контроль над своими эмоциями. Она кричала во весь голос — настолько сильно боль пронзила ее сердце.
— Мои соболезнования твоей утрате, — сквозь слезу проговорил Бернар.
Слова Бернара только усугубили состояние Элин, истерика ее накрывала, она кричала изо всех сил.
— Нет! Он жив. Я не верю в это. Он должен бы...
С ней случился обморок. Она была очень бледная и горячая.
Саоми охватила паника. Элин никогда прежде не падала в обморок. И вообще, Саоми никогда не была в такой ситуации, когда человек теряет сознание. Бернар не растерялся, он быстро оказался возле девушки. Его руку, когда он притронулся ко лбу, обдало жаром Элин.
— Саоми, не стой столбом. Неси нашатырный спирт, и смочи полотенце в холодной воде.
Мужчина взял Элин на руки и отнес ее в комнату, опустил на кровать. Следом забежала Саоми. Бернар намочил ватку спиртом. И преподнес ее к носу Элин. Саоми в это время смочила полотенце в холодной воде и приложила ко лбу подруги. Элин начала приходить в себя.
— Что, что случилось?
— Ты потеряла сознание, — ответила Саоми.
Придя в себя, Элин осознала происходящее и снова впала в истерику. Бернар и Саоми молча вышли из комнаты, спустились в гостиную. У всех было шоковое состояние.
Саоми обняла Бернара, выражая соболезнование о потере друга. Некоторое время Саоми и Бернар пробыли в тишине, а после мужчина уехал. Элин проплакала весь день. У нее присутствовала боль, только боль в сердце. Вечером Саоми звала девушку на ужин, но та отказалась. Ближе к ночи, когда у Элин не осталось больше слез, она уснула. Так закончился этот ужасный день.
Шли дни, но легче Элин не становилось. Она замкнулась в себе. Отказывалась от еды и воды. Саоми было больно смотреть, как истязает себя Элин. В один день Саоми зашла в комнату с подносом еды.
— Элин, надо поесть. Я понимаю, как тебе тяжело. Но ты должна держаться. Прошу тебя, хоть немного поешь. Бледность не уходит, у тебя уже круги под глазами. Совсем сил нет.
Но Элин никак не отреагировала на слова Саоми. В глубине души Элин создала комнату, в которой она могла закрыться от этого жестокого мира.
— Ты должна верить, что он жив. Возьми себя в руки.
— Саоми, прошу тебя, оставь меня одну.
— Ты не понимаешь, что можешь умереть. Ты не ела уже больше двух дней. Пару кусочков съешь хотя бы.
Слова Саоми очень раздражали Элин, она начала злиться. Девушка схватила тарелку с едой и швырнула ее в стену. Еда разлетелась по всей комнате. Стены были заляпаны. Тарелка разбилась на маленькие осколки.
— Я сказала оставить меня! Пусть я умру, мне все равно. Я не хочу жить.
— Я то думала, у тебя совсем сил нет, но смотрите, даже тарелку бросить смогла. Я принесу еще еды. А ты успокой свои эмоции. Я не заслужила такого отношения к себе.
Элин начала плакать. Ей было слишком тяжело. Она чувствовала вину перед Саоми, ведь подруга заботится о ней. Утрата Жака давалась очень тяжело. Он был как родственная душа, хотя она понимала, что знакомы они не так давно, но это не имело значение.
Саоми вернулась спустя пятнадцать минут с полным подносом еды.
— Я принесла тебе овсянку, салат и яйцо. Съешь хоть что-то. Хотя бы ложку овсянки и яйцо. Сегодня Бернар поехал на место происшествия. Он взял людей и будет продолжать поиски. Они прочесывают реку и опрашивают людей. Вечером приедет и расскажет, что узнал.
Элин немного оживилась, услышав слова Саоми.
— Правда? Во сколько он приедет?
— Примерно к восьми. Так что поешь. Тебе нужны силы.
— Хорошо.
— Вот и славно. Бери поднос и приступай.
Элин приподнялась с подушки, взяла ложку в руки. Сил у нее практически не было. Она еле держала столовые приборы. Однако после второй ложки овсянки у Элин появился аппетит. Это радовало Саоми. Элин быстро прикончила тарелку с овсянкой и яйцо с салатом. Съела все до крошки.
— Саоми, спасибо тебе большое. За то, что поддерживаешь в трудную минуту, помогаешь и терпишь, — последние слова Элин произнесла с более виноватым видом.
— Это мой долг как подруги. У тебя заканчивается бинт. Я схожу в аптеку и по делам, скоро вернусь, а ты приводи себя в порядок.
Элин собрала все силы, чтобы подняться с кровати, и пошла в душ под прохладные струи воды. Струи ей напомнили дождь и прогулку с Жаком. Она не смогла сдерживать свои эмоции. Это было очень тяжело. Где-то в глубине души она верила, что Жак жив, но в то же время дурные мысли не оставляли ее. После душа Элин спустилась на кухню заварить чай с мелиссой. Спустя некоторое время пришла и Саоми. Солнце начинало уже садиться. Раздался дверной звонок. Саоми поспешила открыть дверь.
— Добрый вечер, дамы.
— Добрый вечер, Бернар.
— Ну что, есть новости? Нашли Жака? — торопливо спросила Элин.
— Совсем немного. Мы узнали и поймали тех, кто подстроил якобы "аварию".
— Кто же это был? — поинтересовалась Саоми.
— Бандиты одного важного человека.
— Но причем тут Жак? Он перешел кому-то дорогу? — спросила Элин.
— Мсье Паскаль подал свою кандидатуру в президенты. Так как он близок со многими людьми из высшего общества, у него больше шансов стать президентом. Поэтому конкуренты пытаются убрать его всеми способами. Эти бандиты думали, что в машине мсье Паскаль, и подстроили аварию, а когда они узнали, что это не он, а племянник, то столкнули машину вместе с ним в реку. Но они не учли скалы, так и застряла машина.
У Элин нахлынули слезы. В ее глазах пылала яростная злость и боль.
— Это ужасно. Ужасные люди. Будь они прокляты! — сказала Саоми. — Надеюсь, они понесут наказание.
— Мы и дальше будем вести поиски. Надежды только на лучшее. Элин, ты, главное, держись. Возможно, он еще жив. Так что возьми себя в руки.
— Я убью их всех, если Жака не найдут, — со злостью заявила Элин.
— Что будет с теми нелюдями? — спросила Саоми.
— На сколько мне известно, первого июля состоится суд, там будет решена их судьба.
— Их могут выпустить? — поинтересовалась Элин.
— Если за них внесут залог, но это мало вероятно. За покушение на жизнь человека им могут дать пожизненный срок, а если мы не найдем Жака в ближайшие дни, их приговорят к смертной казни.
— Я поеду с вами на поиски, — заявила Элин.
— Ты с ума сошла? — возмущенно спросила Саоми. — Ты еще не оправилась. Тебе надо пару дней побыть дома. Восстановить силы.
— Боюсь, мадам Элин, это невозможно. У вас травма ноги, к тому же слабость, а мы прочесываем реку и округ пешком. Вы не сможете постоянно быть на ногах.
— И ты будешь их тормозить, — добавила Саоми.
— Я буду пытаться идти шаг в шаг с вами.
— Нет! — с еще большим возмущением сказала Саоми. — Я не пущу тебя туда. Восстанавливай свои силы и лечи ногу.
— Я не ребенок, чтобы ты мне запрещала.
— Но и на взрослого человека не похожа, раз выдаешь такое с травмой ноги.
— Дамы, давайте вы успокоитесь. Элин, вам правда надо набраться сил. Единственное, что вы можете сделать, — это молиться, чтобы Жак был в порядке.
— Но я хочу помочь.
— Вы будете только тормозить нас. Мне уже пора. Завтра отправляемся на рассвете.
— Когда вернетесь?
— Послезавтра. Останемся там на день. Будем как можно дольше прочесывать реку и округу.
— Надеюсь, что все обойдется и Жак будет в порядке, — произнесла Элин.
— Конечно, все обойдется. С Жаком не так просто расправиться. Теперь мне точно пора. Доброй ночи, дамы.
— Элин, я провожу Бернара до машины.
— Хорошо, Саоми. Доброй ночи, Бернар.
Саоми и Бернар вышли из дому.
Элин подошла к иконе, которая висела в гостиной, встала на колени и начала молиться.
"Господи Святой Всесильный, дай моему любимому силы, чтобы он смог выбраться. Спаси и помилуй его, Господи. Укрепи его силы, его надежды. Пусть мой любимый узнает, как сильно я люблю его, и пусть он возрадуется. Помилуй, Господи! Аминь!"
***
Пару дней спустя Элин проснулась от чьих-то голосов. Спустилась по лестнице. В гостиной сидели Бернар и Саоми. — Есть новости? — с глазами, полными надежд, поинтересовалась Элин. — К сожалению, нет. Элин упала на колени. Все ее надежды на лучшее разбились в одно мгновенье. Слезы катились ручьями по ее щекам. С каждой минутой ей становилось всё хуже и хуже. — Завтра состоится суд. На суде будет присутствовать мсье Паскаль. Мне сообщили, что человек, который нанял бандитов, в бегах. — Мерзавец. Надеюсь, его быстро поймают и покарают на месте, — со злостью проговорила Саоми. — Я хочу присутствовать завтра на суде, — заявила сквозь слезы Элин. — Я отвезу вас. Начало суда в полдень. Заеду за вами ровно в одиннадцать. — Хорошо. Бернар, ты выглядишь очень устало. Оставайся сегодня у нас. Не трать силы на дорогу домой. — Не думаю, что это удобно для вас. — Все в порядке. Сегодня я посплю с Элин, а ты можешь отдохнуть в моей комнате. — Но все же мой дом всего в сорока минутах езды. Мне неудобно оставаться у вас. — Бернар, оставайтесь, — вмешалась Элин. — Вы нам не помешаете. Отдохните. Вы так упорно трудились в поисках. Мужчина еще долго отказывался. Ведь он был джентльменом, и оставаться у девушек дома для него было неприемлемо. Но так как он не спал около двух суток, то был не в силах уже сопротивляться уговорам и поступился своими принципами. Саоми отвела его в свою комнату. Показала, где душ, дала все необходимые вещи и оставила Бернара одного. Спустившись, она подошла к Элин и крепко обняла ее. — Держись. Ты сильная. Я верю, что ты справишься с этой болью потери. За окном начался дождь. Небо превратилось в большое серое пятно. День был похож на вечер. Ужин девушки провели вдвоем, Бернар крепко уснул, ему надо было отдохнуть. Элин и Саоми проснулись раньше Бернара. Привели свой внешний вид в порядок и отправились готовить завтрак. На улице стояла пасмурная и туманная погода. Элин была подавлена. Она мысленно готовилась к тому, что произойдет в суде. Приготовив завтрак, Саоми решила сходить и разбудить Бернара. Как только она подняла руку, чтобы постучать, дверь открылась. Саоми немного испугалась. — Саоми, ты в порядке? — поинтересовался Бернар. — Да. Хотела постучать, но не ожидала, что дверь откроется. Спускайся завтракать. — Как раз собирался. Парочка спустилась вниз, где за столом ждала их Элин. — Доброе утро. — Доброе утро, Элин. — Как спалось? — Хорошо. Надеюсь, я вам не помешал? — Как вы могли, что вы! Вы так крепко спали, что мы не смогли разбудить вас на ужин. — Ох. Правда? Прошу прощения. — Тебе незачем извиняться. Ты не спал двое суток, — утешила Саоми. — Всем приятного аппетита, — вмешалась Элин. — Взаимно, — ответили в один голос Саоми и Бернар. Элин это аж рассмешило немного. Позавтракав, Бернар взялся вымыть посуду, а Саоми помогла Элин с перевязкой ноги. — Если вы готовы, то пойдемте к машине. Выйдя из дому, Бернар помог Элин сесть в машину. Саоми села на переднее сиденье, так как Элин была с костылями, которые заняли оставшееся место на заднем сиденье. Подъезжая, они увидели много людей, среди которых было много журналистов. Посреди всей толпы стоял Ален Паскаль. Выйдя из машины, Бернар и девушки направились к премьер-министру. — Здравствуйте, месье Паскаль, — произнесла девушка. — Элин, милая. Здравствуй. — Примите мои соболезнования. — И ты мои прими, ты была очень дорога моему племяннику. От этих слов сердце Элин сдавило, глаза стали стеклянные от слез. Время приближалось к полудню. Через несколько минут всех попросили войти в зал и ожидать там. Людей было неимоверно много. Элин стало не по себе. Воздуха в ее легких становилось все меньше и меньше. — Элин, что с тобой? Тебе плохо. Но Элин не могла ни слова промолвить. Она рухнула на пол. — Элин, ты меня слышишь? Элин? Элин? Голоса в голове Элин размывало.***
Элин пришла в сознание, не понимая, где она находится и что с ней случилось. Рядом она обнаружила Саоми. — Где я? — Ты в госпитале, — ответила Саоми. — Почему я здесь? — Потеряла сознание. Врач сказал, это из-за стресса и переутомления. — Что с теми людьми? Какой указ издал суд? — Их приговорили к смертной казни. Она пройдет сегодня в одиннадцать ночи. — Надеюсь, они попадут в ад. В самое его пекло. — Так и будет. — Который час? — Почти десять вечера. — Я так долго пробыла без сознания? — Ты меня очень напугала. Их разговор прервал вошедший Бернар. — Очнулись. Как себя чувствуете? — поинтересовался он. — Намного лучше. Но почему вы еще здесь? — Кто-то должен помочь вам добраться до дома. — Это так неудобно. Простите, что доставляю столько хлопот. — Элин, это пустяки. Давайте я отвезу вас домой. Бернар и Саоми помогли Элин подняться и дойти до машины. — У меня есть просьба к вам двоим. — Какая? — Я хочу присутствовать на казни. Своими глазами хочу убедиться, что их казнят. — Элин, ты только очнулась. Хочешь опять упасть в обморок? Врач настоятельно потребовал, чтобы ты испытывала как можно меньше стресса. — Пожалуйста! Я хочу видеть, что эти мерзавцы получили свое! — Ладно, — сказала Саоми. — Бернар, отвезешь нас? — Разве у меня есть выбор... Он завел машину, и они поехали. Подъезжая к месту, предназначенному для казни, они увидели еще больше людей, чем в зале суда. Все пришли посмотреть. Стрелки часов стояли почти на одиннадцать. Привезли заключенных. Люди начали вопить от злости. — Это самое большое сборище людей, которое я когда-либо видела, — сказала Саоми. — Сейчас начнется, — предупредил Бернар. Казнь была согласована на гильотине. Осужденного клали одного за другим на горизонтальную скамейку, фиксировали тело ремнями, шею закрепляли двумя досками с выемкой, нижняя из которых была неподвижной, а верхняя перемещалась вертикально в пазах. После чего рычажным механизмом открывалась защёлка, удерживающая лезвие, и оно падало с большой скоростью и обезглавливало осуждённых. Убедившись своими глазами, что казнь свершилась, Элин почувствовала себя хуже от вида крови, которая плескала с перерубленных шей преступников. — Я достаточно увидела. Можем ехать. Бернар завел машину и отвез их домой. Атмосфера в машине была тихой. Приехав, Бернар помог Элин дойти до дому. — Что же, мне пора. Доброй ночи, дамы. — Может, останешься? — предложила Саоми. — Благодарю за предложение, но я поеду к себе. Вам двоим надо хорошо отдохнуть. Доброй ночи. Бернар сел в машину и уехал. Девушки зашли в дом. Саоми достала бутылку старого виски и два стакана. — Это был сложный день. Ты в порядке? — поинтересовалась Саоми. — Честно? Я думала, мне станет легче, если я буду знать, что те люди казнены. Но нет. Все осталось, как и было. Жуткая боль. Чувство, будто я потеряла часть себя. Я не могу передать словами, что я сейчас чувствую внутри себя. — Я чувствую твою боль. — Это все будто не со мной. Я хочу забыть это все как страшный сон. Хочу потерять память. Они выпили по стакану виски и разошлись по комнатам.
