Наверное, я тоже изгой

                              Изящная рука мисс Дученс незамедлительно легла на кнокер. Он представлял из себя голову ноксианского василиска, заключённую в броню, что закрывала глаза массивного животного. Пасть с коническими грозными зубами, местами вытесняющими друг друга из-за их большого количества, держала кольцо. Кисть Дуч замерла. Подумав секунду, она повернула голову к Матильде, словно до последнего не хотела, чтобы время их одиночества закончилось, оттягивая запланированное действие следующей фразой: — Ты видела когда-нибудь этих тварей вживую? — Глаза её указали на василиска. — В детстве только в книгах. — Кейт тут же осеклась, вспомнив про образ. — Эм...ну, то есть, даже не в своих, в библиотечных, если не выгоняли. Свои у меня появились в более зрелом возрасте, когда зарабатывать начала. — И замолчала. "Кейтлин, спокойно, не тараторим. Эта девушка и так в курсе, что девяноста процентов заунцев не располагают деньгами, поэтому не тыкай это в лицо, СЛИШКОМ подозрительно..." Но баронесса лишь улыбнулась, что успокоило шерифа. — Тебе даже идёт быть такой. — Какой? — С виду ты такая статная. Не буду врать − от тебя исходит много шарма. — Мягко прочистив горло, Дуч обернулась и всё-таки постучала в дверь. Глядя в неё, она завершила. — Когда ты так внезапно теряешься, мне кажется... — послышались шаги, — словно это единственное, что даёт мне спуску перед напором названного ранее... На этом дверь открылась, намекнув Кейтлин, что комментариев к очевидному комплименту от неё не ждут. Она просто проглотит это, сморгнёт. Эти слова встрепенули что-то, что неприятно кольнуло внутри, и разбудили мрачную сторону девушки. Она краткими мыслями заговорила в голове Кейт, забирая весь контроль себе.

"Ты на задании. Не позволяй ничему отвлечь тебя от цели."

"Да, мисс."       Дальнейшее не оставляло чётких следов в памяти; ни как перед глазами развернулось огромное казино, напополам с посиделочным клубом; ни как Дуч утянула её за один из столиков у стены; ни как мимолётно знакомила со всеми из присутствующей интеллигенции, кто узнавал её; ни как повела на медленный, похожий на бальный, танец...       На тех местах, где баронесса держалась руками за тело Кейтлин, пока они танцевали: на пояснице, на плечах, на талии − везде оставались ментальные ожоги от нежеланных прикосновений. Но сейчас шериф просто не слышала ту часть себя, что испытывала этот дискомфорт. Всё её внимание было уделено ожиданию. Ожиданию того момента, ради которого всё и началось. Ну и про Дученс надо было не забывать: — Что ж, азартные игры, — глаз Кирамман игриво стрельнул через плечо девушки напротив по игральным столам в углу зала, — бильярд, скрипка, позолота − вы меня удивили, Дуч. — Хех. Не воспринимай так серьёзно. Для этого места вся эта мишура − лишь маскировка. — Руки сцепились за спиной Кейтлин. Дуч хотела её немного приблизить, чтобы создать хоть какой-нибудь приват посреди других пар на паркете. — Если честно, убери её, и одним из немногих отличий этого места от борделя будет то, — она приблизилась к чужому уху и понизила тон, — что комнаты уединения не прямо за стенкой, а в другом крыле, приличия ради. — Ты думаешь сейчас об этом? — Что? Не-ет. Есть кое-что поинтереснее. Это я так, к примеру.

"Отлично. Продолжай."

— Ты сказала: "одним из немногих", − значит, есть ещё? — Шериф мастерски гипнотизировала Дуч апатитовым блеском своих глазок, полностью оправдывая шутливый флирт Вай: она правда могла вести себя как горячий кексик. Только Мортэм хотела продолжить рассказ, как атмосфера вокруг изменилась. Все вдруг синхронно начали поворачивать головы куда-то влево. Когда эта цепная волна настигла девушек, они тоже не стали противиться ей. Внимание пало на небольшую группу богато выглядящих людей, вальяжно направляющихся в определённом направлении, как будто к себе домой. Внезапно за парочку, стоящую метрах в десяти от происходящего, зацепился янтарь во взгляде причудливой, отчасти пугающей женщины с огромными протезами вместо обеих рук. Эти ощущения пробежали по лопаткам Кейт, когда та, приветствуя, кивнула Дуч. — Кто все они? — Спокойно спросила Матильда, когда эти люди скрылись за тяжёлыми бардовыми занавесками, ведшими в неизвестный зал. — А это и есть остальные причины, из-за которых приход сюда стоил того. ... — Бутан, пропан, газовые баллончики с наполнением нервно-паралитического и слезоточивого воздействия. — "Тридцать четыре". — Вай всё ещё пыхтит.       Если бы Кейтлин рассказали о том, что она когда-нибудь будет спокойно сидеть в компании торговцев дурью, играя с ними в, мать их, карты таро, она бы бросила безумцу усмешку прямо в лицо. Но сейчас точно пришлось бы навестить этого человека и извиниться. Сразу, как только она побьёт чужую карту...       Но всё это время в голове с обычными мыслями смешивались сомнения о том, что её действительно не раскрыли. Ощущение чего-то недоброго, что приближалось, подкрадывалось со спины, никак не покидало холодного ума. Казалось бы, соврать, что плохо себя чувствуешь и быстро ретироваться обратно в город с КУЧЕЙ полезных сведений, чтобы проверить их правдивость на безопасном расстоянии − самая лучшая мысль,       Но! ...

***

— Что ж, Дуч умеет хорошо провести время... — нараспев тянула Кейт в контексте разговора с баронами, — возможность побывать в таком месте выпадает не каждому. Мне повезло. — Матильда с притворной лаской погладила локоть Дуч, повисшей на ней со спины, пока сама она сидела за игрой. Мисс Мортэм заинтересованно разглядывала веер карт, не участвуя в диалоге. — На вашем месте я бы вообще удавил лишь за возможность посмотреть на Доминус-навиум, дорогуша... — Хриплым голосом отозвался крепкий и крупный мужчина с ухоженной бородой, даже не глядя на оппонентку, кинул карту с победным выражением лица. — Простите, посмотреть на что...? — Спрашивает шериф, кладя на стол карту, разбившую барона в пух и прах. — Ёмаё, Чейз, тебя просто урыли, ха-ха. — Другой тощий и морщинистых человек хлопал насупившегося приятеля по спине.       Возможно, впервые за вечер голос подала женщина, сидящая рядом с той, чьи механические руки тихо гудели чистым звуком механизма, созданного искусным мастером. — Девочка, ты хочешь сказать, что шла сюда ради бухла, бильярда и...игры в карты? — На что голубые глаза лишь округлились в непонимании. — Ясно...Позволь объяснить: место, где ты сейчас находишься − один из неофициальных корпусов колледжа техномагии. Тех, кто решается прийти сюда без особого приглашения, выносят отсюда вперёд ногами. Так что, да, тебе, пожалуй, и правда повезло, что ты вертишься рядом с Дуч.       Рядом сидящая тоже прокомментировала, перестав постукивать устрашающими стальными пальцами: — Ещё бы, как не держаться рядом с единственной гарантией своей безопасности. — Обе заулыбались. Теперь Кирамман точно знает, кто всё это время создавал для неё такую атмосферу.

"Не реагируй. Они видят тебя впервые: просто проверяют, занервничаешь ли ты."

— А Доминус-навиум — продолжила та, что начала разговор, − это ещё один Шёпот рун, разработанный для противостояния новым пилтоверским кораблям. И сегодня (кстати, уже скоро) его презентация.

***

      Народ за занавесками поутих, а это значит лишь одно − все собираются взглянуть на новое творение лучших умов Зауна. Кейтлин выходит первая из зала. Только она успела увидеть стеклянный колпак, находящийся на сцене, под которым покоился парящий Доминус-навиум, как вдруг перед ней буквально "вываливается" пьяный в дрова мужчина. Цилиндр падает с его головы, но он и глазом не ведёт, поднимаясь. Когда появляется и Дуч, он как-то злобно и озабоченно смотрит на них. — Ацетон, бензин, метанол, метилацетат, сероуглерод, эфиры, этилцел...—"Твою ж!"— цел...— Вай мельком раскрыла книгу. — этил-цел-ло-зольв. Этилцеллозольв. — "Фух, сорок шесть". — Дуч! Кто эта уличная девка? — Бесстыдно показывает он пальцем. — Что ты здесь делаешь? — Испуганно спросила баронесса.       Это был её муж, высокий и худой. И очень вспыльчивый, когда выпьет. — Не твоё сучье дело! — Пьянчуга сократил расстояние между ним и Кейтлин и начал хватать её за плащ. — А ты, посмотрю, опять за своё, да? — Шериф пыталась не применять излишней силы, чтобы не выдавать своей подготовки. Но, когда она почувствовала, что мистер Мортэм скоро выкрутит ей руку, случайно схватившись за винтовку, спрятанную под плащом, ей пришлось. Никто не успел отреагировать, но мужчина уже лежал на полу с разбитым носом, держась за пах, и накидка предательски последовала его примеру, обнажив оружие. Глаза бегали в поисках спасения.

"Балкон. Быстрее..."

— Вещества, выделяющие легковоспламеняющиеся газы при взаимодействии с водой: калий, натрий, кальций металлический и их сплавы, кальций фосфористый и так далее. — "Сорок девять..."       Ноги рванули с места, но почти сразу Матильду сшибли с них. — Так и знала, что ты не чиста... — пробурчала стальнорукая, стоя над своей добычей, облокотившись прямо на перила балкона.       Тогда лежащая на полу схватилась за карабин, палец был уже на курке, но выстрел прогремел мимо. Огромная рука с нечеловеческим усилием приложила дуло к полу поперёк груди девушки, тоже прижав её. Вторая клешня для убийств замахнулась для первого и последнего удара... "Треск перил" "Резь"        "Крик" ...              ......... "Бах"        ...              "Лязг"

                   "Ругань".. ...      ......

                                     "Треск перил"        ... "Кровь"

            "Чванькь"        ...

"Много криков"

                    ...

"Брызги крови"

             Прямо перед Кейтлин развернулась жуткая картина. Рука с грохотом ударила подле её головы, оставив глубокие порезы в полу, а само тело страшной баронессы частично упало на неё. Можно сказать, в чём-то ей даже повезло, ведь отлетающей головы, покатившейся в сторону публики, с её ракурса она не увидела. Сама Матильда чувствовала, как её сбрызнуло свежей тёплой кровью. — Ядовитые и отравляющие вещества: бруцин, никотин, стрихнин, антифриз, тормозная жидкость, этиленгликоль. — "Пятьдесят! Всё, с меня хватит."       Вай отложила тетрадь, чувствуя, как мозг распирает от количества информации. Прошло, предположительно, два или три часа, прежде чем усердная студентка выучила все строки, иногда переключаясь на другие вопросы, чтобы не чокнуться. Поскидав всё в свой рюкзачок, она плюхнулась на диван, снова размышляя о том, как сильно ей пришлось измениться.

***

      Ручка Вай быстро царапает по тетрадному листу: "Да куда ты нахрен несёшься, я не успеваю писать!" — Гаан под вечер не на шутку разогнался. — ...Поэтому на данным момент нам известно, что синтезированные кристаллы аркейна состоят из двух неизвестных науке ранее химических элементов. Их никак не удаётся выделить: когда они находятся в смеси, не работает ни один аналитический метод, существующий на данный момент, а когда вещества начинают разделять, они рассеиваются в виде сгустков энергии, чей потенциал может разрушить целое здание.       Но, безусловно, есть данные, которые учёные смогли выяснить. Во-первых, в веществах есть нечто, похожее на электроны. А ещё элементы являются полупроводниками, но не совсем обычными. Так вот, если вкратце, (схему этого физического процесса вы всё равно прочтёте в учебнике) то атомы веществ постоянно обмениваются свободными электронами, так как у одного элемента их на один больше, чем нужно для того, чтобы связаться с другими атомами в решётку. А у другого − на один меньше. От того и свечение кристалла. Очевидно, чтобы этот процесс происходил, кристаллу нужна энергия. Откуда он её черпает не известно.       Во-вторых, процессы, протекающие в решётке, сопоставимы с работой огромной матрицы, по которой, собственно, перемещаются электроны. При этом, они влияют на то, как энергия внутри кристалла будет реализовываться в нашем мире. По сути, это принцип действия аналогового компьютера... — Вай пропустила половину одного из последних предложений, когда задумалась, как правильно пишется "электрон", через е или э. Сдавшись, она кинула недописанное, оставив место: "Агх..ладно, насрать." — В-третьих, пока есть два способа обучать, — Преподаватель специально постучал указкой по закреплённой на доске схеме, привлекая внимание. — Да, прошу подметить, именно обучать, а не программировать кристаллы, чтобы получать от них нужный результат. Это подбор комбинации рун, что достаточно трудоёмкое занятие. И более грубое воздействие на решётку кристалла с помощью мерцания. При втором способе кристалл может быть более опасным, так как по-особому ведёт себя с органическими веществами и живыми организмами. — От перенапряжения остро наточенный графит, не совсем ровно зажатый в пере-карандаш, раскрошился с характерным звуком. Его кусочек неприятно отлетел Вай в лицо. На то, чтобы достать другой стержень и заточить его, уйдёт не так много времени, но за него студентка, скорее всего, пропустит страниц десять рукописного текста. Ноздри яростно вдохнули воздух, предвещая чью-то невинную жертву. — Доподлинно не известно ни одного случая симбиотического союза между кристаллом и человеком, но... — Рука, что придерживала тетрадь за другую половину листа, сжалась. Хруст, как следствие крепко стискивающих бумагу пальцев, еле заметно пронёсся по аудитории. Вполне вероятно даже, на выдохе из Вай шёл пар. К счастью, Гаан смог различить эти звуки: опыт, ничего не скажешь. — Вайолет, вы не успеваете? — Преподаватель спешно перевёл взгляд на часы, потом облегчённо на группу. — Так, давайте перерыв. Десять минут, а то переусердствуем уже. “Спасибо…” ...       Конец лекции. Студенты собрались выходить. Возможность наконец уйти домой вдохновляла на подвиги так сильно, что даже самые мёртвые оживились. Между тем, чтобы попрощаться со всеми ими, Арнольд тихо обратился к Вай: — Можно вас попросить задержаться? — Намеренно девушка отпустила лямку своего рюкзака, чтобы он упал обратно со шлепком, а следом за ним тихохонько села и она, как пёрышко. "Щёлк". Дверь закрылась. — Скажите, пожалуйста, вас что-то беспокоит в последнее время? — начал преподаватель. — Это никак не влияет на мою успеваемость, профессор Гаан. — Развивать тему студентке не хотелось. Арнольд сам сел за свой стол, не торопясь, открыл тетрадь, где помечал себе об успеваемости своей группы, и продолжил с улыбкой. — Безусловно. Вы крепко держитесь в позиции хорошистки. Даже во-от... — чисто спектакля ради он повёл пальцем по таблице, ища совершенно не нужные ему сведения, о которых собирался сказать. — О, нашёл. Аудиторную по политике переписали.       Улыбнувшись ещё заметнее, он поплёл в интересующее его русло. — Помню-помню, бывали у вас трудности в этом блоке. Видать, кто-то добрый помог, хотя я и в ваших способностях не сомневаюсь... — Да не утруждайтесь вы, спрашивайте прямо, редко люблю, когда из далека начинают. — прозвучал отстранённый ответ.       "Вздох". Арнольд захлопнул личный журнал, снял очки. Лицо расслабилось. — Ну-с, ладно. Я вижу, что вы слегка потеряны. Мне бы очень не хотелось, чтобы мой студент закрывал на это глаза, ориентируясь на неизменно хорошую успеваемость. Это неверный подход. — А что плохого в том, чтобы чувствовать гнев, раздражение там...Радость или грусть? Всё это в порядке вещей. — Так уж и быть, Вай вступит в этот диалог. — Соглашусь. А вы размышляли когда-нибудь, какое место в жизни занимают эти чувства? Чем они порождены? — Ясное дело: мир − это сплошь причины и их следствия. Без чувств не было бы того, с помощью чего мы ориентируемся в мире. — По сути всё верно. Есть раздражитель, есть ответная на него реакция. И знаете, Вайолет, все эти чувства иногда кажутся мне потоками... — "Ну началось..." — В море, когда сталкиваются разные течения, разные судьбы, создаются отдельные потоки, завихрения...И иногда очень легко угодить в них, и трудно выбраться, особенно из потоков, созданных чужими поступками, понимаете меня? — Метафорично, но, думаю, да. — Так вот, есть гнев, страх, стыд, ну и так далее, много всего есть. Может, это и оспоримо, я буду даже рад, если так, но когда я оборачиваюсь на историю нашего мира, на отношения людей вокруг...Я вижу, как ловко наша психика беспощадно сплавляет нас по этим потокам. Реакции людей, недалёких, неопытных или слабых волей, вполне предсказуемы, многих зачастую всю их жизнь несёт по течению... — И к чему это? — Как вы думаете, может, среди этих потоков есть такой или такие, которые мы сами можем породить, чтобы сопротивляться шторму? — Хм. Такие определённо должны быть, мы же ещё не поубивали друг друга, хотя...ещё не вечер. — Саркастически кинула Заунитка, но из уважения смягчила тон. —Существует же, например, искусство и все его производные, которые придумали не ради удовлетворения базовых потребностей и чувств. — Вай сама не верила тому, что умеет ТАК говорить, но, тем не менее, это её голос и её собственные слова. — А какой это поток?       Боец задумалась. Что это: вдохновение, как у людей искусства, стремление к справедливости, как у высоконравственных личностей, общие ценности, перешивающие одни нации в другие? Нет, судя по логике профессора Гаана, Вай казалось, это что-то немыслемо неочевидное. — Как насчёт... — он попытался вставить своё с предельной осторожностью, — любви? — Осторожность действительно не помешала бы, Вай уже как-то брезгливо расширила глаза и нахмурила брови: "Блин, старик, я, конечно, подозревала, но не говори мне, что сейчас спросишь, нет ли у меня любовных проблем с кем-нибудь." — В смысле? — Ну, лично моё мнение, что, если любовь понимать как обширное понятие, включающее в себя чувство прекрасного, эмпатию, страсть к какому-нибудь созидательному занятию, философию, желание понять окружающие явления, желание ЖИТЬ и прочее, то она вполне может быть тем самым потоком, противящимся бурным водам внутри и снаружи нас. — Гаан протёр очки краем рубашки и подытожил. — Единственный поток, сопротивляющийся остальным − любовь. Он способен породить другие, так как вызов миру кидает только любовь, остальные рождаются от её взаимодействия с миром, от их конфликтов, так как каждый борется за то, что ценно для него. — Боюсь... — Вай натянула ухмылку, — тогда "любовь" и не поток вовсе. Продолжая вашу мысль, я бы сказала, что она − корабль, порождающим остальные потоки тем, что разбивает волны действительности. — Гаан вдохновлённо посмотрел на студентку. — Пожалуй, это звучит намного складнее, но тогда... — Он поразмыслил, формулируя. — Если у вас и есть проблемы, не волнуйтесь. Потерянность − это ценное время, которое можно потратить на осознание того, в правильном ли ты потоке. — Тогда потом лучше решить вот что. — Поднимаясь с места, сказала лейтенант. — А что для тебя лучше − быть у штурвала или за бортом в воде? — Вай посмотрела на время, ещё немного и она начнёт опаздывать. — Извините, профессор, мы неплохо помусолили это, спасибо, но мне пора. До свидания. — До свидания, Вайолет.

***

      Вайолет вышла из особняка Кирамман, размышляя над услышанным:       "Так себе у него концепция, конечно. Но что-то в этом есть... Один человек со своими ценностями − маленький кораблик, а люди, НАРОДЫ − огромные волны, без труда разносящие в щепки кораблики. Кем же быть, если не толпой и не одиноким кораблём, чтобы защитить, что дорого...?"