Как приручить Императора

Император Догония спешился с серого коня. Темные мелкие косы и мех на плаще мужчины трепал северный ветер. За спиной стояло верное войско, на серебристых шлемах поблескивал сизский «сокол». Это были лучшие воины на всем побережье Тругана. Их государство, Сиз, располагалось большей частью в степях. От того все сизцы были загорелы, невысоки, но коренасты и выносливы. В Ормасе говорили: «свиреп, как сизец». Догония щурился, ожидая, когда Рубилакс подъедет ближе. — Приветствую вас, — сказал сосед-владыка, на лице его промелькнула вежливая полуулыбка. — Я жду вас уже три часа. Вам сообщили, что произошло? — Да, — отвечал Рубилакс. Внутри он робел перед опытным правителем, который славился суровым нравом, — мне сказали, что мои воины схватили на границе подозрительного человека. — Это гордийский шпион, Де Фастанта. — Ответил Догония, он внимательно всматривался в лицо молодого ормасца. — Мы нашли его близ зерновых хранилищ. Он хотел совершить поджог. Его поймали и стали пытать, но он молчал. Ночью в темнице прогремел взрыв и юнец сбежал… — Юнец? — удивился Рубилакс. Догония на секунду смутился, он явно не хотел говорить, что беглец был молод. — Ему не больше двадцати, но он уже смеет поджигать чужие припасы, — произнес Император Сиза. — Нам нужно разрешение, чтобы ваши люди передали его в наши руки. Рубилаксу показалось странным, что сам Догония возится с подобным преступником. Но если тот в самом деле из Гордии, которая теперь угрожала и Сизу, то это можно понять. И все же, что-то было не так. — Что ж, думаю, никаких затруднений это не представит, — спокойно сказал Рубилакс. — Вы имеете право разобраться с лазутчиком. Но прежде, я сам попробую с ним поговорить. Догонию этот ответ немного раздосадовал. Сизец насмешливо хмыкнул: — Что ж, попробуйте. Двое стражников провели Рубилакса в шатер, где держали пленника. Его руки связали за столбом, он сидел на земле, раскинув ноги, клонил голову — темные волосы закрывали лицо. Одет он был в какую-то рвань из светлой ткани. Императору показалось юноша спит. Но как можно спать, когда скоро решится твоя судьба? Один из воинов потормошил пленника тупым концом копья. Тот медленно поднял голову. На Императора уставились два черных глаза. По плечам Рубилакса пробежалась странная дрожь. Юноша был смугл, а его прическа — с челкой и ровно обрезанными волосами до плеч — характерная для гордийцев. — Откуда ты? — спросил Рубилакс. Пленник молчал. Но ответил мужчине взглядом: «ты же знаешь — откуда». Поджигатель вдруг лукаво улыбнулся, чуть опустив голову, и глядел теперь исподлобья. Рубилакс усмехнулся развязности негодяя. Он собирался сделать юнцу справедливый упрек, однако челюсть его больше не размыкалась. «Что за черт?». Он попробовал шагнуть назад, но остался стоять, где стоит. Мышцы рук и ног задрожали, как струны. Рубилакс тяжело задышал через нос — это единственное, над чем он остался властен. Его будто укусила змея или в спину попала крапленая ядом стрела. Но, Рубилакс понимал: эта «змея», эта «стрела» была прямо перед ним. Черноглазый пленник смотрел в упор на Императора Ормаса. Эта тьма в глазах была не просто черным цветом. Эта была беззвездная ночь, дно колодцев, мрак горных расщелин — она засасывала, обезоруживала, пожирала. Она приближалась и звала Рубилакса. — Ваше Императорское Величество, вы в порядке? — настороженно спросил стражник по левую руку. — Да, — неожиданно спокойно отвечал Рубилакс. Он и сам не знал, почему он сказал «да», если все было наоборот. Но, наконец, понял, почему его охватывала тьма: он сам медленно приближался к пленнику. — Не подходите так близко! — предостерег стражник справа. — Да-да, — казалось бы осознанно отвечал им Рубилакс, но подошел еще ближе и даже склонился. Все исчезло. Перед глазами Императора возник просто смуглый юноша. Он уже не улыбался так странно, маняще, а наоборот выглядел мягко и приветливо, точно хотел сказать что-то. — Мы встречались раньше? — невольно спросил Рубилакс. Тот улыбнулся шире и кивнул. — Так ты меня все-таки понимаешь… — пробормотал Император, — что это ты со мной сделал только что? Юноша быстро облизнул губу и смущенно опустил взгляд, как будто ему стало стыдно. Рубилакс, усмехнувшись, счел это милым, хоть и немного пугающим. — Ваше Императорское Величество, прикажете отвести пленника к Его Величеству Императору Догонии? При упоминании имени владыки Сиза юноша в испуге дернулся. На него тут же направили копья. Рубилакс выпрямился и тяжело вздохнул. «Догония его замучает. Не похож этот юнец на шпиона. Может, он колдун? Или просто сумасшедший?». — Скажи мне: кто ты и откуда, и, возможно, я смогу тебе помочь, — сказал ему Рубилакс. Юноша вскинул голову. В голове де Фастанта почему-то пронеслось издевательское «Император, ты что, дурак?». Чей это был голос? Рубилакс, нервно усмехнулся и схватил поджигателя за подбородок. — Довольно шуток!.. Твоя жизнь висит на волоске. Ты что немой? Может быть у тебя язык отрезан? Пленник внимательно смотрел на него снизу-вверх, приоткрыл рот и высунул целый язык. Выглядел он в этот момент двусмысленно. Стражники позади смущенно кашлянули. — Ясно, просто немой, — пробормотал владыка Ормаса, убирая руку. — Что же мне с тобой делать?.. Он даже не заметил, как окрепло намеренье не отдавать странного юнца Догонии. Вернувшись к сизцам, Император Рубилакс долго мялся, прежде чем сообщить решение владыке соседнего государства. — Думаю, пленному стоит еще некоторое время побыть у нас, — осторожно начал Рубилакс, но после этой фразы глаза собеседника налились кровью, — …и, возможно, если вам не удалось выяснить о нем больше, это может получиться у нас… — Дорогой де Фастанта, Вы мямлите перед сыном Великого Гуреха, правителем Сиза. Так подобает вести себя Императору Ормаса? Ранее вы заявляли мне, что в передаче пленного «нет никаких затруднений». Теперь, вы говорите другое! Рубилакс сжал челюсти, набрал в грудь воздуха. — Лазутчик проник на мою землю. Я имею право распоряжаться его судьбой. Я действительно сказал, что в передаче пленного нет затруднений. Однако, иногда мы меняем мнение, узнав новые обстоятельства… — Ну и какие же у вас «новые обстоятельства»?! — крикнул в гневе Догония. Рубилакс теперь не менялся в лице, оставаясь непроницаемым перед нападками сизца. — Я его знаю, — твердо сказал владыка Ормаса. Хотя сомневался, правда ли он знает или ему только казалось. Тем не менее, сизцу он зарекся показываться неуверенным в словах. — Он совсем не гордиец, хоть и похож. Мне кажется он из Нама. Какой-то колдун. Я обязательно выясню, зачем он хотел поджечь ваши хранилища. Пускай даже это будет стоить каждодневных пыток… Догония слушал с нескрываемой злобой. Сизец потянул воздух крючковатым носом и произнес: — Я вижу он вам что-то внушил о себе. Не верьте ему, Император! — Он ничего не внушал. Он даже не разговаривает, — напомнил Рубилакс. Тот смерил ормасца изучающим взглядом, затем развернулся и зашагал к лошади. Догония забрался в седло, надел на косы капюшон волчьей накидки и сказал: — Помяните мое слово — ему нельзя верить. И главное — никуда его не отпускайте, он всегда должен быть на виду. Он вовсе не из Нама, он из Гордии. От него можно ждать все, что угодно. Если вам дорога ваша Империя — вы послушаетесь моего совета. — Для своей Империи я сделаю все, — заявил Рубилакс. Догония стегнул лошадь, вскрикнул, и вместе со своим войском загорелых сизцев отправился назад, на восток. — Ваше Императорское Величество, — раздался позади голос воина, — прикажете поместить пленного в городскую темницу? — Нет, — ответил Рубилакс. Он все еще смотрел на клубы пыли поднимающиеся в степи. Не дождавшись ответа, солдат спросил снова: — Ваше Императорское Величество… а куда тогда? Рубилакс глубоко вздохнул и обернулся: — Ко мне в карету… — завидев округлившиеся глаза стражи, он спешно добавил, — пускай остается связанным, все будет в порядке. Стражники постарались на славу и связали бедолаге руки, ноги и даже безмолвный рот — заткнули кляпом. Пленник от тряски на ухабах подпрыгивал на сидении. С откровенной тоской в темных глазах он поглядывал в окно на мелькающие вдали сиреневые отроги ормаских гор. Рубилаксу страдальческий вид юноши почему-то бередил сердце. Скоро он пробормотал «ладно уж» и стал развязывать бедолаге рот. Пленник моментально повеселел, облизнул пересохшие губы и снова радостно заулыбался. — Милая улыбочка, — заметил ему ормасец. — Дьявольщиной отдает, знаешь? Юноша повел бровью и кивнул, мол «мне часто это говорят». Затем, морщась, протянул Рубилаксу связанные руки. — Ну не-ет, — ответил, усмехнувшись, мужчина, — больше ничего не развяжу. Я ведь так и не знаю: кто ты и откуда. Тот нахмурился и откинулся на сидение. Рубилакс опешил от такой вредности. — А что прикажешь делать? Вдруг, ты впрямь поджигатель, уничтожитель чужих припасов. Нет, ты все еще пленник. Тот беззвучно ахнул и отвернулся, давая понять, что после такого им теперь даже не о чем «переглядываться». Рубилакс вздохнул. Тут поможет только совет Пурпо.