Мы в секунде от неба

Этой ночью Света открывает для себя неведомый ей ранее, мир чувственных удовольствий. Сначала, она вспоминает Динкины поцелуи, внезапно становится жарко, внизу живота снова горит, и по телу растекается тепло, она проводит пальцами по набухшим под майкой соскам, гладит ладонью живот. Сама! Сама задыхается в этих звенящих сумерках, рука непроизвольно скользит под резинку трусиков, и девушка трогает себя так, как хотелось бы трогать Динку, и чтобы она, Динка, так же трогала в ответ. И целовала чтобы сильно и жарко, до головокружения. Света крепко зажмуривается, и перед глазами плывут разноцветные круги, желтые, красные, золотые, закусывает одеяло, ноги дрожат, по телу пробегает сладкая судорога. А сердце, сердце бьётся бедным, испуганным мотыльком в стекла. Динка даже сказку для Ваньки сегодня рассказывает самую малюсенькую, лишь бы только мальчик заснул, потому что немедленно хочется остаться одной. И нет, не для того чтобы писать стихи и песни, а затем, чтобы вспоминать то, что сегодня произошло. Свету, и её горячие губы, и смешанные чувства на её лице – изумление, робость, стеснение, и всё же - восторг! Впервые за много лет Динка ощущает себя абсолютно счастливой, это как первый снег, когда посреди грязного осеннего двора начинают кружить белые снежинки, и постепенно всё вокруг становится ослепительно белым и красивым! Снежинки падают на нос, щеки, губы, и ты слизываешь их языком, высовываешь язык, чтобы они падали сразу на него, чтобы не таяли на губах, чтобы не было посредников между волшебством и тобой. Света, Света, Света! Хочется кричать это имя! Чтобы все знали, что Динкино счастье, зовут именно так. Хочется молчать это имя! Чтобы никто на свете не узнал, какое оно, Динкино счастье. Хочется шептать это имя! Задыхаясь от поцелуев и близости. На следующий день после уроков, как всегда вместе (теперь уже), возвращаются, домой, Света роется в кармане пальто, и протягивает Динке два зажатых кулачка: «Угадай, в какой руке?» - Что там? – Динке как будто и интересно не было совсем, что там прячет Света. - Это сюрприз! Тебе! - Свет, ну что ты, как маленькая? Ну, пусть, будет правая рука. Света разжимает кулачок, и на её ладони оказывается брелок для ключей, с маленьким симпатичным ёжиком на конце: «Это тебе». - Спасибо! Неожиданно и приятно. Ключей у меня, правда пока нет, поэтому ежик будет жить на моём рюкзаке, - и Динка ловко цепляет брелок, на язычок молнии, - Светка, а почему ёжик? - Потому, что ты такая же колючая, как и он, но если вдруг ты разрешаешь погладить твои колючки, то они оказываются совсем не колкими, как и у этого ёжика, - и Света быстро целует Динку в щёку, краснеет, смущается, хочет уже быстрее свернуть на свою линию, но Динка ловит её за руку. - Я хотела бы послушать, как ты играешь на скрипке. Можно? - Конечно можно! Это же не секрет. - А они у тебя есть? – улыбается Динка, ей кажется, что у Светы, такой открытой в общении, просто не может быть секретов. - Есть, - и Света, вспомнив свой ночной эксперимент, краснеет ещё сильнее. - Расскажешь? - На то они и секреты, чтобы хранить их в тайне, но когда-нибудь, конечно. Нет, не так! Наверное, расскажу. - Я буду ждать, - очень серьёзно обещает Диана. Дома Света привычно суетится на кухне – греет макароны, кипятит чайник, мажет маслом батон, достаёт густое клубничное варенье: «Сначала поедим! И никаких отказов я не принимаю, а потом уже всё остальное». Динке приходится смириться, хотя очень не хочется стеснять Свету, девушка видит, что живут они с мамой совсем небогато. Звуки скрипки как-то совсем неожиданно врываются в комнату, хотя Диана видит, как Света достает скрипку, удобнее укладывает ту на плече, трогает смычком струны, и эти звуки заполняют собой всё вокруг – пространство, уши, голову, и кажется, что и все внутренности Динки. Света перестаёт играть, а Диана всё еще не может произнести ни слова. Подходит к Свете близко-близко и, почему-то, шёпотом говорит: «Светка, ты такая же маленькая, изящная, лёгкая и обалденная, как твоя скрипка и музыка!» А потом следуют поцелуи, легкие, воздушные, невесомые, как крылья бабочки. Жаркие, жадные, волнующие! Внутри всё горит и плавится и нестерпимо хочется большего, хочется касаться обнажённой кожи, прижиматься друг к другу, шептать какие-то слова и взлетать на самый пик наслаждения и удовольствия. Всё было так быстро и неожиданно, та любовь, которая в одно мгновение закружила в своём водовороте их обеих, что они не сговариваясь, не хотят торопить события, а просто наслаждаются моментом, не разрешая себе ничего, кроме поцелуев. - Свет, я песню недавно написала, хочу, чтобы ты её спела, или вместе, чтобы спели, - Динка достаёт из школьного рюкзака листок с текстом, - там правда слова всё время повторяются, ну, в общем, незатейливая такая песенка. - Напоёшь? Динка очень волнуется, и её голос звучит более хрипло, чем обычно: «Я раскрашивал небо, как мог, оно было, белым, как белый день, я лил свои краски на небеса, и не мог понять, откуда там тень. Это было в жаркий июльский день, когда, болота горят, когда зажигается дом, от одного взгляда…» Света подглядывает в листок и сначала тихонечко подпевает Диане, с каждым куплетом, голос становится увереннее, и в конце песни звучит уже во всю мощь. - Динка, это почти готовый концертный номер, только порепетировать, и можно исполнять! - Ну, вот на Новогоднем концерте и споём с тобой вдвоём! - Как раз, июльская жара самое то, для Новогоднего концерта, - и Света звонко смеётся. - Нет на Новый год нужно что-то другое. Знаешь, а может нам Бременских музыкантов поставить? Как думаешь, артистов поющих наберём? - Да, наберём, не вопрос! Слушай, а действительно классная идея, надо Анне Сергеевне предложить. Такого ещё никто у нас в школе не делал. Ты – Принцесса, а я Трубадур! Волосы мне только надо обрезать. - Какая из меня Принцесса, я скорее – Трубадурочка! - Тогда вообще отлично! Чудесная парочка – Трубадур и Трубадурочка! – девчонки смеются и дурачатся, пока не приходит время возвращаться Диане в Детский дом. - Пойду, я, Свет, пора, - Динка вздыхает, - ещё уроки делать, дежурить, и, ты же знаешь, Ванька, как всегда сказку ждёт. - А ты сама их сочиняешь? - Сама, он любит, чтобы про семью было, и обязательно крепкую и счастливую. Я знаешь, о чем мечтаю? Чтобы его усыновили, и чтобы такая семья появилась у него на самом деле. - Дин, а сама ты не хочешь в семью? - В приёмную? Нет, не хочу, а вот свою семью хочу, очень! И, чтобы вечером вместе за столом, а на столе чай, вкусности всякие, а утром – горячий дымящийся кофе, дети, обязательно двое – девочка и мальчик. А зимой – на лыжах, или на санках с горы, а летом – на велосипедах, на волю, куда глаза глядят. И чтобы везде вместе, понимаешь? - Я понимаю, Дин, - Света смахивает с глаз невидимую грустинку, потому что не вписывается она как-то в Динкину идиллию. Уже, провожая Диану из квартиры, вспоминает про свой день рождения: «У меня в субботу День рождения, я тебя приглашаю, в два часа, придёшь?» - Я приду, обязательно! Все дни до субботы Динка отчаянно думает над подарком. Достаёт из тумбочки самый красивый блокнот, пишет на первой странице слова одной единственной песни «Я раскрашивал небо», и в конце приписывает: «Я хочу, чтобы ты заполнила этот блокнот до самого последнего листочка своими песнями и стихами. С Днём рождения! Твой Трубадур!» очень хочется подарить Свете цветы, но где их взять в ноябре? В голову приходит одна отчаянная мысль… - Евгения Борисовна, можно к вам? – Динка просовывает голову в кабинет Евгеши. - Заходи, Дин, что-то случилось? – как всегда, обеспокоенно, Евгеша всматривается в лицо своей подопечной, и про себя выдыхает – нет, показалось. - Ничего не случилось, всё хорошо, а может быть ещё лучше, если вы мне поможете, - Динка мнётся, не зная как объяснить. – Не могли бы вы мне отдать одну из своих фиалок? Мне очень нужно одному хорошему человеку подарить на день рождения цветы, ну или хотя бы комнатный цветок. Ну, Евгень Борисовна, - и Динка делает трогательное лицо со сложенными домиком бровками. - Хороший человек, говоришь? Точно? - Точней не бывает! - Бери вот эту, самую красивую, белую с розовой каёмкой, - и женщина протягивает Динке маленький горшочек с цветущим растением. - Спасибо, век не забуду! – и Динка радостная вприпрыжку бежит к себе в комнату, потому что уже нужно собираться в гости. В доме у Светы все уже готово, они с мамой постарались и из нехитрых продуктов, накрывают шикарный стол, и Света первый раз в жизни сама печёт пирог, пусть это и незамысловатая шарлотка, выглядит она довольно привлекательно, и запах от неё стоит на весь дом. Звенит звонок, и Света, волнуясь, идёт открывать. На пороге стоит Динка, в руках она держит что-то завернутое в газеты. - Держи, это тебе, - невесомо чмокает в щёку, - с Днём рождения! Открывай, не бойся! Но аккуратно, не поломай. Света прямо на тумбочке в прихожей разворачивает подарок, осторожно, слой, за слоем снимает газеты, и вскоре перед ней предстаёт совершенно волшебный цветок, среди яркой зелени листьев проглядывают нежные белые цветочки с розовой окантовочкой по краю. - Спасибо, Динка! Он просто чудесный! Проходи скорей, у нас с мамулей всё уже готово. Диана, стесняясь, проходит в комнату, посередине стоит накрытый стол, уставленный тарелками с разными блюдами, в большом пузатом стеклянном кувшине налит компот, стоят три тарелки и столько же бокалов, значит посторонних никого не будет, и это очень хорошо. Из кухни выходит женщина небольшого роста, с короткой стрижкой, теплыми серыми глазами и доброй улыбкой на лице. - Здравствуйте, Диана! Меня зовут Лия Давыдовна, я Светина мама, как вы понимаете! Прошу за стол. - Ой, только не нужно на «вы» меня называть, пожалуйста, я не привыкла, чтобы так. - Ну, хорошо, на - «ты», так на – «ты», - соглашается Лия Давыдовна. Обед проходит по-домашнему тепло и уютно, много шуток, смеха, семейных историй, и Динка даже рассказывает про Ваню и Евгению Борисовну, вскользь упоминает о родителях и тётке. Лия Давыдовна видит, какими глазами девушки смотрят друг на друга, и какие-то смутные сомнения и подозрения начинают шевелится у неё внутри, но так и не обретают никакой конкретной формы. И очень скоро она сможет убедиться в том, что всё это было не на пустом месте. Ну, а пока она убирает со стола, девчонки идут в комнату Светы. Динка бренчит на гитаре, а Света подыгрывает ей на скрипке, подбирая проигрыши. - Светка, я же забыла тебе подарок отдать! – Динка достает из рюкзака блокнот с дарственной надписью. - Спасибо тебе большое, ты меня прям, задарила сегодня! – Света легонько касается щеки, а потом самого краешка губ. В ответ, Динка крепко обнимает её, проводит рукой по спине и шепчет на ухо: «Ты такая красивая сегодня в этом платье! Такая хрупкая и нежная, что мне даже страшно тебя обнимать. Со своей неуклюжестью, я боюсь сломать тебя». Света молча кладёт голову Динке на плечо и думает о том, что сегодня самый чудесный из всех дней рождения, которые она помнит.