J

9.09.2019 Харлин На утро проснулась с дикой головной болью и ломотой во всем теле. Нет-нет, это не похмелье, до успокоительной едва начатой бутылки вина дело так и не дошло – я банально уснула где-то на полпути к холодильнику. Организм попросту не выдержал свалившихся на него за день впечатлений и отключился, расположившись в невообразимой сейчас мне позе на одну половину – на так и неубраной с утра кровати, а на другую – на сползшем на пол пледе. Встала, хрустнув на всю квартиру поясницей. Та-дам, кто вчера пересидел на холодном кафеле в архиве и у открытого окна дома? Харлин пересидела! И в подарок Харлин получает походку, как у старого дедка, живущего напротив, который, по-моему, видел ещё живого Рузвельта. Поздравляем победителей!... Чтобы не заболеть, уже привычно в подобных ситуациях выпила несколько таблеток ринзы и запила их каким-то средством от гриппа из пакетика со вкусом, казалось, не лимона, а концентрированной лимонной кислоты. Бррр. Та еще мерзость, но сейчас мне это просто необходимо. Попутно перекусила завалявшейся ещё с позапрошлого дня каменноподобной печенюхой, вспомнила, что давно надо бы посетить зубного, но почти сразу отодвинула эту мысль в дальний угол – мне сейчас было абсолютно не до этого. Все мои мысли были сейчас только о том, как бы прекратить думать о вчерашнем дне. Хм, может, и вправду собой заняться, к зубному тому же сходить всё-таки?... Или поход по магазинам себе-любимой устроить, а то все блузки мой ненаглядный пациент уже видел... Блин! Вот решила же, что не буду сегодня думать о Джокере... В подтверждение искренности своего решения от души чихнула. Та-а-ак... Ещё заболеть мне не хватало, а не то некоторые особо острые на язык товарищи от ехидных комментариев ещё и по этому поводу точно не удержатся. Вопрос с выбором одежды решился быстро: верх – мягкий и очень тёплый бежевый кашемировый свитер с аккуратным, но выгодно подчёркивающим достоинства моей фигуры вырезом, низ – черная юбка до колен с молнией на всю длину сзади. Может быть, для такой погоды – я ещё раз сверилась с висящим за окном градусником – и жарко, но мне сейчас такой наряд – самое оно. Не сильно вызывающе, но при этом и не паранджа, хотя, признаю, желание надеть нечто максимально закрытое и целомудренное очень даже было. Но нельзя – если он в довершение ко всему начнёт думать, что я его стесняюсь... Нет уж, я должна, я просто обязана выглядеть уверенной, сильной и независимой женщиной, иначе Джокер поймёт, что из меня можно вить верёвки. Знать бы ещё, как мне после вчерашнего вести себя с ним дальше. Страшно-страшно-страшно!... С трудом поборов желание сесть на пол и закричать, обхватив руками голову,как делают маленькие дети, я, потихоньку в своих сборах продвигаясь к выходу из квартиры, разбила две чашки, уронила висящее на стене прихожей зеркало (надо будет потом не забыть убрать осколки) и сломала ручку двери в ванную. Нервы-нервы-нервы мои бедные-несчастные... Валерианки выпить, что ли?...Хотя какой прок? Все равно на меня не подействует, что пей, что не пей - без разницы. Перед выходом из дома я несколько раз отрепетировала у зеркала приветственные фразы для Джокера и отправилась на работу. Несмотря на плохой сон и отвратительнейшее самочувствие, я была бодра (видимо, лекарство быстро сработало) и даже не стала ждать свой автобус. Вместо этого дошла до «Аркхэма» пешком, не обращая внимания на прохладный ветер, попутно обдумывая своё дальнейшее поведение. Никаких зрительных контактов! Нужно смотреть куда угодно: в блокнот, который ещё вчера мне вернули санитары, на стену, в конце концов, на его пижаму, на его бледные худые руки с тонкими и длинными, будто как у музыканта, пальцами, но только не в глаза! Иначе – будто в омут затягивает. В большой такой, серый и пугающе серьёзный омут. На все его вопросы отвечать настолько нейтрально, насколько это возможно. Ну, вообщем, вроде, всё... Не замечая никого и ничего вокруг, я добралась до ворот больницы, прошла привычный досмотр на проходной (да, я говорила, что «Аркхэм» – полурежимный объект, и меры безопасности здесь соответствующие?) и быстрым шагом поднялась в свой кабинет. Метким броском отправила сумочку на рабочий стол, свалив на пол стаканчик с карандашами, а сама плюхнула на притащеный кем-то из моих коллег старенький диванчик. Кое-как присутствовшая бодрость как-то мговенно улетучилась, уступив место давящей головной боли, противной ломоте в костях и даже претензиям на озноб. Ничего... Сейчас отлежусь пару часиков – и к Джокеру. Ухудшать своё и так не особо хорошее самочувствие.