Эволюция

      — Мы заблудились, да?       Джерард открыл окно старенького автомобиля и оглядел пустую трассу и лес по краям.       — Ничего подобного, — пробормотал Фрэнк, прокручивая в смартфоне карту.       — GPS не показывает, где мы сейчас?       — Какой-то сбой.       — Я посмотрю у себя.       — Не надо, я во всём разберусь сам!       И так всю дорогу. Хотя до Уилмингтона ехали нормально, но потом потерялись. А ещё эта тачка так скрипела на поворотах, и Уэй пожалел о том, что не настоял на своей машине, более новой и современной.       — Мне кажется, Довер мы уже переехали, — сказал Джерард, а потом добавил, чтобы смягчить: — Немного.       — Откуда ты знаешь? Ты здесь не бывал, — нахмурился Фрэнк.       — Я гуглил город до поездки, и, мне кажется, мы проезжали какую-то авиабазу. А рядом с Довером такая есть.       — И что? Только рядом с ним?       — Не берусь утверждать, но…       Звякнул сигнал пришедшего сообщения. Джерард вытащил телефон.       «Ты уже спросил про его ориентацию?» — писал Майки.       «Случая не представилось», — ответил Джерард.       «Его и не будет. Это нормальный вопрос, просто задай его».       Джерард вздохнул и всё-таки загрузил карту. Он поймал сигнал об их местоположении.       — Разворачивайся, Фрэнк, — сказал он. Джерард понимал, что Фрэнку очень хотелось бы сориентироваться самому, к тому же, по его словам, он права получил совсем недавно и надо бы тренироваться, в чтении карт в том числе, но они петляли уже долго. Уэй выстроил маршрут, развернул чехол так, чтобы он мог стоять на приборной панели и поставил перед Фрэнком. — Слушай, что будет говорить навигатор и смотри на дорогу. Да не на экран, а в лобовое стекло!       — Не кричи на меня, — спокойно сказал Фрэнк и улыбнулся. Джерард не удержался и улыбнулся в ответ, впрочем, тут же отвернулся к окну.       — Вы опоздали, — администратор в ночлежке для бездомных выглядела строго и грозно.       — Ведь главное — что мы приехали, — широко улыбнулся Фрэнк.       — Главное, что я потратила своё время, придя сюда пораньше ради ваших носков!       — Ну простите, — возмущённым тоном произнёс Фрэнк.       — Сюда собираются к ночи, сидите и ждите, раздадите сами, — проворчала администратор.       — В туалет можно? — поинтересовался Фрэнк.       — Он для бездомных, — буркнула женщина. — Для упитанных и обеспеченных есть KFC в соседнем квартале.       — Это я-то упитанный? — Фрэнк ткнул себя пальцем в грудь. — Посмотрите на мой рост! Я недоедаю!       — В любом случае, не для вас.       Фрэнк застонал, закатил глаза, повернулся, схватил Джерарда за запястье и потащил к выходу.       — Я сейчас надую в штаны, где это кафе?       Они таскались по улицам Довера в поисках пусть не KFC, но хоть чего-то. И это очень напоминало их поездку сюда. В итоге вынырнули на большую улицу и наконец обнаружили искомую кафешку и ещё парочку рядом.       — KFC, Burger King или Taco Bell? — спросил Джерард.       — Мне пофиг! — взвизгнул Фрэнк и потащил товарища туда, куда их и отправили — в место обитания острых крылышек.       Фрэнк сразу побежал в туалетную комнату, а Джерард от нечего делать подошёл к терминалу самообслуживания. Он без интереса смотрел меню.       — Веганский бургер есть? — через некоторое время к нему подлетел Фрэнк.       — Вроде попадался, — пожал плечами Джерард.       Фрэнк с манерой, свойственной завсегдатаям подобных мест, меньше минуты потратил на то, чтобы найти свой бургер, картофель фри и кока-колу. Подумал над соусом, смешно покачивая головой, выбрал барбекю. Расплатился картой и получил свой чек.       — А ты что будешь? — спросил он.       — Я… — замялся Уэй. Он не ел в таких местах. Но, чтобы составить Фрэнку компанию и не выглядеть фастфудовой ханжой, он заказал кофе и морковное пирожное.       Получив свои заказы, они устроились за маленьким столиком друг напротив друга.       — Ты не сделал ни одной фотки или видеозаписи, — сказал Фрэнк и откусил большой кусок от бургера.       — Не понимаю, — Джерард сдвинул брови и внимательно осмотрел пирожное. Вроде можно есть.       — Это же пиар-акция художника, разве нет? — Фрэнк макнул жёлтую палочку картошки в соус и отправил её в рот.       — Да, была таковой изначально, — произнёс Джерард. Опять этот чертов румянец! — Но я подумал, сделаю просто так. Кому на самом деле это интересно? Я ж не какая-то кинозвезда. Так, художник из Ньюарка, Нью-Джерси, которому повезло.       — Не надо так говорить. Ты же работал для этого. Повезло — это в лотерею выиграл. Хотя даже для этого надо совершить действия — купить билет и не забыть про него.       Джерард лишь улыбнулся, но ничего не ответил. Некоторое время молча сидели. Потом Уэй набрался смелости:       — Оказалось, что ты учишься с моим братом в одном колледже.       — О, правда? Мир тесен.       — Почему «мир тесен» говорят только про знакомых? Вот, например, влюблённые — они же совсем чужие люди, а встретились в одном месте.       — Нередко бывает, что новые влюблённые — это старые знакомые.       — А ты никогда не пропадал с первого взгляда? Ну, или со второго.       Фрэнк подозрительно прищурился, посмотрев на Джерарда, потом ответил:       — В школе так однажды показалось, когда появилась новенькая.       — Ты гей?       Ну вот, спросил. Гордись, Майки. А самому стыдно за вопрос. И ещё больше потому, что Фрэнк сейчас сказал «новенькая», а не «новенький». Джерард скинул крышку со стакана кофе и сделал пару больших глотков.       — Нет, — покачал головой Фрэнк. Сердце упало. Хотя Джерард сейчас мысленно уговаривал его подняться, потому что это ведь неплохо — принять такую реальность, что не стоит стараться, признаваться и вот это всё. — Я би. Хотя, наверное, могу назвать себя пансексуалом.       Джерард согласно покивал. Он понятия не имел, что это такое. Фрэнк заметил.       — Как ты это понимаешь? — ехидно спросил он.       — Ааа… — протянул Джерард. Фрэнк засмеялся.       — Чувак, чего-то не знать — нормально. Не надо "производить на меня впечатление".       Джерард уж хотел было возмутиться, но, честно говоря, он же именно это и делал — хотел показаться перед Фрэнком знающим и прогрессивным.       — Пансексуалы выбирают партнёра по личным качествам. В первую очередь мне интересен сам человек, его эмоции, мысли, ощущения. И совсем не важно, какого он пола и гендера.       Хотелось спросить «А я тебе интересен?», но лимит смелости был исчерпан на вопросе про гея. И Джерард принялся за пирожное.       Джерард никогда не думал, что найдёт романтичное в том, чтобы стоять в дверях ночлежки. Конечно, дело было не в самом заведении и не в его контингенте. Нахмуренный Фрэнк Айеро распределял носки.       — Ну зачем вы эти берёте? — возмущался он. — Розовые в цветочек? Кто их вообще сюда положил? Возьмите вот эти тёплые.       Фрэнк протянул огромному косматому мужику шерстяные носки и засунул бесполезные розовые в свой карман. С хмурым видом забрал свою коробочку и отправился дальше.       — И вы лёгкие выбираете? Отдайте назад! Зима скоро, пожалеете!       — В смысле "не надо"? А нафига я сюда ехал? Забирайте и монетки в них храните!       — Ладно-ладно, вот вам тонкие! И шерстяные следом!       Джерард улыбнулся уголком рта и отошёл немного сторону, вытащил смартфон.       — Майки, привет.       — Как там Делавэр?       — Мы доехали…       — Информативно. О чём вы говорили?       — Ни о чём почти. Он внимательно вёл машину и старался не отвлекаться. Я спросил его про ориентацию.       — И?       — Он не гей.       — Оу. Не переживай, так уж случилось.       — Но он, типа, и с девочками, и с мальчиками, и с остальными… Блин, Майки, я не разбираюсь в этом!       — Я понял тебя и, когда приедешь, отдам свой учебник почитать. Если твой парень — бисексуал, пансексуал, полисексуал или просто би-любопытный, то лучше про это прочитать. Но тебе ведь главное, что ты тоже его можешь заинтересовать, да?       — Знаешь, вот я смотрю на него, и у меня картинки в голове. Представил пляж… не жаркий, когда загорать ещё рано, и мы собрались компанией, я немного опаздываю. Прихожу, вижу его, подкрадываюсь и внезапно обнимаю за шею, в висок целую. Он вздрагивает, говорит «Дурак!», а потом смеётся. И весь вечер на пляже во время пикника при фонариках я не отпускаю его. Вино, вкусные закуски, гитара, тихие разговоры, и мы с Фрэнком обнимаемся. Иногда бредём к кромке океана, чтобы поцеловаться и постоять, глядя на луну. Фрэнк в кардигане, но я всё равно отдаю ему куртку.       Майки молчал некоторое время, поэтому Джерард на всякий случай уточнил:       — Я сказал ерунду?       — Нет, — ответил брат. — Людям свойственно мечтать. В твоём случае это вполне себе осуществимая мечта. Ты боишься сказать Фрэнку о своей симпатии?       — Я боюсь, что все эти мои придумки — навязанная обществом, литературой, кинематографом романтика. Ну что я должен хотеть обнимать парня и что-то ещё чувствовать при этом.       — Я уже советовал — обними, поцелуй. Попробуй. Вдруг не навязано?       — Буду так думать, обманывать себя.       — Мозг и тело не будут тебя обманывать, если неприятно. Лицемерить и показывать то, чего не ощущаешь — это решение примешь только ты сам.       — Ой, он идёт сюда. Пока! — Джерард быстро сбросил звонок.       — Ты мне очень помог! — проворчал Фрэнк и прошёл мимо, впихивая в руки Джерарда пустую коробку. А потом вытащил из кармана розовые носки и бросил внутрь. — Это тебе за службу.       Джерарду стало не по себе. Простоял тут, поумилялся Фрэнком, брату позвонил… А ведь не за тем приехал. Как же неудобно. Минус проценты в романтических шансах. Майки прав, он не обманывается — ему нравится Фрэнк Айеро. Но что с этим делать, что дальше… а дальше тупик.       Джерард даже не знал, что сказать, пока они шли к месту парковки автомобиля Фрэнка. Смог пробормотать лишь: «Дождь прошёл, судя по лужам». Но Фрэнк не отреагировал. Зато с размаху, не глядя под ноги, спрыгнул с тротуара в огромную глубокую лужу. Понимая, что пострадал от своей же невнимательности, несколько секунд там простоял. Наверное, чтобы грязная холодная вода точно забралась в ботинки.       Фрэнк выругался и пошёл дальше.       Он добрёл до машины, открыл дверцу, уселся на сиденье и стал снимать обувь. Вылил воду, потряс мартенсами, стянул носки, выжал их, Хотел надеть снова, но Джерард вдруг спохватился и протянул ему те самые розовые в цветочек. Он не оставил их в пункте для бездомных где-нибудь на подоконнике, а взял для себя как вещь, которую ему, пусть и со злости, но отдал Фрэнк.       Айеро таким взглядом посмотрел на носки, а потом на Джерарда, что художник ненароком подумал, что сейчас эти носки в лучшем случае полетят в его лицо. Но, видимо, надеть на ноги что-то сухое очень хотелось и Фрэнк вырвал это девчачье чудо из руки Уэя.       Конечно, они были ему малы. Но он, как смог, натянул их и напялил ботинки. Джинсы с подворотом давали прекрасный обзор, но ведь он всё равно будет за рулём.       Или нет.       Тачка не завелась.       И теперь они вдвоём стояли в офисе фирмы, которая предлагала услуги по перевозке, и Фрэнк, покусывая нижнюю губу, волнительно читал распечатку со счётом за эвакуатор в сторону Нью-Джерси.       Когда он прикидывал, во сколько ещё может обойтись ремонт, то грыз уже большой палец.       — Фрэнк, я бы мог… — начал Джерард, предлагая оплатить все эти услуги.       — Это моя тачка, — отрезал Фрэнк.       — Но ехали мы вместе.       — По карте оплату примете? — обратился Фрэнк к менеджеру, игнорируя Джерарда. Тот покачал головой. — То есть мне ещё и банкомат искать? Вашу ж мать, — закатил глаза Фрэнк и бросился из офиса. Джерард остался и сделал то, до чего не додумался его вечно недовольный приятель: спросил, где поблизости есть банкоматы.       Потом отправился догонять Фрэнка, чтобы сообщить ему эту информацию.       И вот теперь они ждали автобус. Фрэнк обхватил себя за плечи, зажав полотно свитера в кулаки, потому что куртку бросил в машине, которая сейчас, в отличие от хозяина и его товарища по несчастью, уже катила в Джерси.       — Этот грёбаный маршрут прётся окольными путями! — возмущался Фрэнк. — До Ньюарка тут рукой подать! Но нет — давайте заедем в Мэрилэнд!       — Зато он ближайший по расписанию, — пожал плечами Джерард. — Мы бы здесь мёрзли столько времени, сколько он идёт. А так посмотрим на страну. То есть на её часть.       — Я на работу опоздаю! Никто не хочет со мной меняться! Там останется одна эта дурочка, которую только вчера взяли!       — Тебя уволят?       — Сперва нет. Я никогда не опаздывал, это будет первое замечание.       — Ко мне можешь опаздывать, сколько хочешь, — улыбнулся Джерард. Фрэнк сжал губы — сейчас не пристало улыбаться в ответ, даже если хочется.       Подошёл автобус, и со словами «я у окошка» Фрэнк, чуть ли не растолкав людей, бросился внутрь. Но все его спонтанные поступки сегодня оборачивались не очень. Кондиционер над сиденьем дул в его сторону, и ничего нельзя было поделать. Он не выключался, не поворачивался. Джерард предложил поменяться местами, но Фрэнк лишь надулся и повернулся к окну.       — Я потратил сегодня столько бабла, — проговорил он, обнимая себя за плечи. — Благотворительная, твою мать, акция! Лучше б правда на благотворительность отдал.       — Тебе не хватает денег? Я бы мог повысить оклад…       — Не нужна мне жалость! Я снимаю квартиру, потому что хочу показаться маме самостоятельным… то есть я с ней поссорился на этой почве, отказался жить дома. Звоню ей, конечно, и всё такое… И ещё я испортил гитару одного чувака. Грёбаный Fender за три штуки! Захотел поиграть перочинным ножичком, звук выходил прикольным, рука сорвалась, лезвие проехалось по корпусу. Ай, зачем я всё рассказываю! — и Фрэнк отвернулся.       — Потому что тебе хочется высказаться? — Джерард незаметно включил Майки, но это ж наверняка семейное.       — А тебе про что высказаться хочется? А то нечестно в одну сторону.       — Мне нравится один человек, но я боюсь близости с ним. Переживаю, что поцелуи ничего не значат, и это навязано массовой культурой, — произнёс Джерард.       — То, что он тебе нравится, тебе тоже навязали? Типа, смотри какой красавчик, должен тебе понравится?       — Нет. Я так думаю… чувствую.       Фрэнк неожиданно и резко повернулся, положил ладонь на щёку Джерард и впечатался своими губами в его. Уэй округлил глаза. Он видел прикрытые веки Фрэнка, остатки подводки, которую он плохо стёр, его нос не очень приятно упирался и мял нос Джерарда. Фрэнк на секунду оторвался и дважды мягко обхватил губы Уэя. Потом отодвинулся, посмотрел в глаза, улыбаясь и приподнял брови.       — Ну и? — поинтересовался он. — Что чувствуешь?       — Я не знаю, — пролепетал Джерард. Не хотелось говорить, что, в общем-то, ничего. Но также хотелось быть честным. — Ты прикоснулся ко мне… губами… и… всё.       — Ах вот как? — изумился Фрэнк. — Знаешь, мне ещё ни разу так не говорили. И то, что ты ни черта не почувствовал, не моя вина. Это просто ты странный! Да хватит дуть на меня, блин! — заорал Фрэнк на кондиционер, сжался в комочек, отвернулся к окну и закрыл глаза.       Джерард некоторое время сидел молча, лишь иногда поглядывая на Фрэнка. Зачем была нужна эта правда? Он его обидел.       — Фрэнк, — начал Джерард, пытаясь исправить ситуацию и сказать, что, может быть, ещё попробуем? Но Айеро не отреагировал. Кажется, он уснул. Ветерок из кондиционера трепал его волосы.       Джерард поднялся с места, вытащил с багажной полки свою куртку и накрыл попутчика. Он думал, что Фрэнк спит. Но Айеро вытащил ладошку, схватился за борт куртки и надвинул на нос. Джерарду стало одновременно радостно и волнительно. Гордый Фрэнк не выбросил его куртку (если повезет — на пол, не очень — в окошко), а получше в неё укутался. Было приятно.       «Майки», — написал он сообщение.       «Майки нет дома, — пришло в ответ. — Что ему передать?»       «Он меня поцеловал».        «Джи, когда у вас случится интим, лет через десять такими темпами, не пиши мне, ок?»       «Я ничего не понял и не ощутил, и сказал ему об этом. Он обиделся и уснул. Накрыл его своей курткой, потому что на него дует сломанный кондей».       «То, что ты хочешь о нём позаботиться, важнее каких-то там поцелуев. Но и к ним ты придёшь со временем. Ведь это тоже забота — в физическом проявлении любви и поддержке».