Не отрекаются, любя

      Саша сделал ещё несколько толчков и кончил. Его сперма терпким вкусом наполнила мой рот. Я не собирался её сплёвывать, мне не было противно. С ним я почему-то мог совершать такие действия, которые не мог бы ни с кем иным. Сосать член, вылизывать анус, глотать сперму. Если это касалось Саши, то мои внутренние установки рушились легко и непринужденно. От него я мог принять всё. Кроме ненависти. — Я прощён?       Он всё ещё сидел на моей груди. Мягкий опавший член больше не касался моего рта. Саша попытался встать, но я удержал его за бёдра. — Скажи, ты простил меня? Давай решим всё сейчас.       Он устало смотрел на меня сверху вниз. — Теперь понимаешь, каково это, когда тебя просто берут? Без спроса, не интересуясь твоими желаниями? — Если ты думаешь, что я сейчас тебя не хотел, то ошибаешься. Я хотел. И хочу всегда. Быть рядом, заботиться, любить тебя. Я сделаю всё, что ты захочешь. Просто потому, что ты дорог мне. Я люблю тебя. И тогда я не мог позволить им тронуть тебя. Прости. Мы никогда не говорили о том, актив ты или пассив. Теперь я вижу, что ты актив. И тогда тебя, может быть впервые в жизни, взяли снизу. Но я старался быть осторожным, я не порвал тебя. — Да? Осторожным? И это говорит тот, кто тогда запихал мне в задницу член? Это твоя забота?       Он что, решил, что всё это сделал я специально? — Дай мне мой телефон пожалуйста. — Зачем? — Хочу кое-что показать.       Сам не знаю зачем я хранил тот диалог. Может быть предчувствовал, что он мне рано или поздно пригодится. Я открыл нужное окно. — На смотри.       Он смотрел на самое первое сообщение, где мне скинули его фото, связанного и с, теперь я уже знал чем, в заднице. И адрес. — Я кинулся туда, как только получил это грёбаное сообщение. Их было четверо. Ты их знал? — Там познакомились. Это друзья Стаса из прежнего института. Мне они показались нормальными. — Ты помнишь, что произошло? — Мы познакомились, сели, выпили. Я не люблю виски, но ничего другого не было. Я не мог оценить вкус, правильный или нет. Потом разговорились об учёбе, об общаге. Я рассказал про тебя. Стас был весь какой-то взвинченный. А потом я плохо помню. Сознание прояснилось только когда я кончил. Под тобой. Я решил, что ты специально. — Ты даже не дал мне объяснить. — Я был пиздецки зол. Я доверял тебе. А потом ты начал трахать мозг про Стаса. Меня это бесило. Ты давал понять, что я нихуя не разбираюсь в людях.       Что я мог сказать ему на это? Он действительно был немного наивен и смотрел на всех людей доброжелательно. Как оказалось, излишне. — Ты простил меня? Скажи, мне это важно. — Простил. И ты прости меня за мои слова. И за то, что столько времени не разговаривал с тобой. И за то, что не хотел тебя видеть. Где ты пропадал целыми днями? Ведь ты приходил так поздно. — В библиотеке пока она не закрывалась. Потом гулял, иногда сидел в антикафе. Я не хотел тебя напрягать своим присутствием. — Если бы не эта авария… Сколько бы мы ещё молчали? — Не знаю. Но я хотел поменять комнату, готов был уйти. Просто сейчас это не получилось, коменданту похер. Он сказал ждать августа, когда будет заселение.       Саша придавил меня ещё сильнее к кровати. Он сжал мои руки, не позволяя двинуться. — Пообещай мне. — Всё, что угодно. — Ты не съедешь от меня. Никуда. И никогда. — Обещаю. И ты мне пообещай. — Что? — Что будешь со мной. — Обещаю.       Он наклонился ко мне и прижался губами. Я не мог отказать себе в этом удовольствии. Целовать его, вылизывать его рот, захватывать губы своими. Я отдавался этому поцелую, позволил Саше вести в нём. Я был готов подчиниться ему. А он всё целовал и целовал меня. — Давай прогуляем сегодня институт? Я так соскучился по тебе. Закажем доставку, посмотрим какой-нибудь фильм. Мне так не хватало наших вечеров. — Согласен. Прогуляем. Но у меня другое предложение. — Какое? Пойти гулять?       Если честно мне совершенно не хотелось вылезать из постели, идти на холодную улицу. Я хотел лежать с Сашей рядом. Хотел наверстать потерянное время. Насладиться его обществом. А может быть мне повезёт, и я смогу сорвать пару поцелуев? Но если Саша захочет пойти куда-то, я пойду с ним. За ним. Не важно куда. — Мы останемся дома.       Уже хорошо. — И мы займёмся любовью.       Что? — Ты… Ты хочешь… — Да, хочу заняться с тобой сексом. Хочу быть в тебе. Хочу, чтобы ты кончил подо мной. Согласишься? — Соглашусь.       Я не раздумывал ни одной минуты. — И ты согласен оказаться снизу? — Да. С тобой соглашусь. — И никаких истерик по поводу, что реальные пацаны задницу не подставляют? — Реальные пацаны дарят любимым то, что те хотят. А мужественность не определяется позицией в сексе. Она определяется поступками.       Саша наклонился к моему уху, и мне стало жарко. — Хочу тебя. С первого дня хочу. Знаешь, как мне было трудно сдерживаться рядом с тобой? Как трудно было засыпать в одной комнате, на соседней кровати. Сколько раз я мечтал уложить тебя в постель?       Я не так быстро смог осознать свои желания, но ведь мне пришлось пройти путь от гетеро до хотя бы бисексуала. И на этот путь я потратил два года. И если бы не шутка Влада прошлым летом, не их с Мишей признание в отношениях, сколько бы я ещё прятался от своих чувств и желаний? — Я соглашусь на всё, что ты захочешь, но… Если ты сейчас не встанешь с меня, мы окажемся в луже.       Он рассмеялся и слез с меня, а я был счастлив, что наши разногласия были улажены.       Я стоял под душем и намыливал себя мочалкой. Я согласился заняться с Сашей сексом. И согласился быть снизу. Это будет мой первый раз, и я бы врал самому себе, если бы сказал, что мне не страшно. Было страшно. Потому что это другое, совсем не то, что быть сверху. Но сейчас я ни о чём не жалел. Я отдам ему своё тело, свою задницу добровольно. После того, как я отдал Саше своё сердце, остальное уже было не жалко. Но нужно было подготовиться, а как? Что нужно сделать, чтобы… Потом не было мучительно стыдно.       Я намылил палец и ввёл его в задний проход. Чистый. Впрочем, иного ожидать и не приходилось — последний раз я нормально ел до нашей с ним ссоры. А потом. Тут кусок всухомятку, там что-то перехватил. Я как-то не задумывался, но работа моего организма давно уже нарушилась. И тем не менее я не мог опозориться. Нужно было вымыться везде, удалить лишние волосы. Я чувствовал себя девушкой перед свиданием.       Наконец я был готов. В общаге практически никого не оставалось, по крайней мере на нашем этаже. Я добрался до нашей комнаты, никого не встретив. Саша ждал меня в своей постели. Его волосы, на которые я залипал всю дорогу, рассыпались по спине. Я подошёл к нему и запустил пальцы в его шевелюру.       Как же я мечтал об этом и вот теперь можно было осуществить желаемое. Потянуть за них, заставить откинуть голову, показать шею. Сколько раз, наблюдая за Сашей, я любовался его длинной шеей, острым кадыком и такой красивой линией нижней челюсти. Странно, как наше внимание иногда привлекают отдельные части тела и в целом создают привлекательный образ. В Саше мне нравилось всё, от макушки до кончиков пальцев на ногах.       Я наклонился к нему и поцеловал. Долго, нежно. Мы дарили друг другу прелюдию, возможность прикасаться, узнавать себя и партнёра. Я не заметил как оказался на спине, а Сашин рот блуждал по моей груди, выцеловывая каждый сантиметр. Его зубы прикусили сосок, и он тут же затвердел. Внизу живота рождалось тепло, кровь приливала к моему члену, заставляя его наливаться объёмом, вызывая нестерпимое желание получить ласку. Сашины волосы касались моей обнажённой кожи, вызывая табун мурашек. Я мог трогать его, мог запускать пальцы в волосы, ощущая их густоту и шелковистость. Я раздвинул ноги, отдавая себя в его власть. Пусть берёт. Пусть делает своим. Это же такой кайф — отдаться и принадлежать не кому-то, а любимому. Внизу всё полыхало от желания ощутить Сашины пальцы везде — на теле, на члене, в анусе. Не важно. Лишь бы трогал. Лишь бы чувствовать. Я тёрся о его бедро своим стояком и понимал, что сойду с ума, если он сейчас не даст мне что-то большее. А когда его рот, такой теплый и влажный, заскользил по моему члену, забирая его, обнимая губами, высасывая через него мою душу, я выгнулся и застонал. Никогда в жизни я не получал такого удовольствия и даже не мог представить, что такое возможно. Саша откровенно трахал языком мою уретру, а я сжимал простынь вспотевшими ладонями, потому что только так мог сдержаться, чтобы не вцепиться в его волосы и не насадить горлом на мой стояк. Наконец он коснулся моей дырки. У него были длинные пальцы с немного выступающими костяшками, и мне всегда нравилось смотреть на его кисти, когда он вертел в пальцах ручку или карандаш, когда они летали по клавиатуре ноутбука или виртуозно управлялись с палочками для еды. И сейчас, когда он проник в меня сначала одним, а через какое-то время двумя, я был готов кричать и плакать. Что же он творил со мной? — Только не останавливайся. — Ни за что.       Саша тянул мою дырку в разных направлениях, а я старался насадиться на его пальцы. Всё моё существо сосредоточилось в заднем проходе, сжимая их. — Ещё. Сделай так ещё.       Он затронул внутри какую-то точку, и возбуждение прошило меня острой иглой. Меня выгибало дугой, а анус пульсировал. Я хотел больше. Хотел, чтобы он взял меня, наполнил собой. Хотел чувствовать его каждой своей клеткой. Такого сильного желания заняться сексом мне не приходилось испытывать раньше. Было ли это результатом его умелых действий или же просто сам факт того, что меня ведёт к пику именно он, тот, кто стал за эти годы родным, близким, важным. Сейчас я терял себя и снова находил, рассыпался на атомы и собирался вновь.       Открыв глаза, я нашёл Сашины. Он смотрел на меня очень напряжённо, закусив губу и продолжая ритмично трахать меня пальцами. Я поймал его ритм и теперь подмахивал ему, не отрывая при этом взгляда. — Готов?       Я только кивнул. Готов. Всегда, как блядский пионер. Я всегда буду готов принять его в себя.       Саша приставил головку к моему анусу. — Подхвати ноги.       Я выполнил его требование, и моя задница приподнялась, выставляясь на обозрение. Я опустил глаза ниже и увидел Сашин член. Да, я видел его до этого. Я даже сосал его. Но сейчас понимал, что он вот прямо сию секунду войдёт в меня. Я смотрел и не мог отвести взгляд. Страх? Его не осталось, даже тени. Одно желание ощутить его в себе. Узнать каково это, когда тебя распирает от присутствия в заднем проходе такой штуки.       Сначала вошла головка, а затем Саша начал погружать сам ствол. Меня распирало от его полноты, а член всё проникал глубже. И когда он достиг своего основания, когда наши яйца шлепнулись друг о друга, я сорвался на стон. Я вцепился зубами в свою ладонь, потому что хотел кричать во всё горло. Чтобы мой крик слышали все. Потому что это кричало бы счастье. Безудержное, огромное, не имеющее границ.       Саша начал двигаться, равномерно вколачиваясь в моё тело, раздвигая стенки кишечника. Он менял угол проникновения, то задирая мою задницу выше, то просто закидывая одну мою ногу на своё плечо. Дорвались. Именно так можно было описать наше состояние. Каждый из нас дорвался до желаемого, каждый стремился получить максимум возможного. Меня прошиб пот, простыня подо мной взмокла. Я уже плохо соображал, в голове всё плыло. Я тянул руки, чтобы поймать Сашины, чтобы притянуть его на себя, почувствовать его тяжесть, но он так и не лёг на меня. Он держал меня за широко раздвинутые бёдра, не позволяя свести ноги вместе. Откуда в нём столько силы? Столько упорства? Столько выносливости? Потому что я успел кончить и окрепнуть снова, а он продолжал меня брать. В заднице хлюпало от моих выделений. Внезапно он как-то криво улыбнулся и толкнулся в меня настолько глубоко, словно собирался проткнуть живот. По его телу прошла судорога. Он кончил.