Счастье не в истинности

      — Ему страшно, Макс, — взволновано сказал Артём.       — Ну он ведь должен привыкать к улице, тем более мы сделали первые прививки, уже можно. Да и мы ведь рядом и это наш газон, что может случиться. Он должен понять, что за пределами его коробки есть много интересного, — невозмутимо сказал альфа.       Тем временем Уголёк, ничего не понимая, нюхал пожухлую траву и потихонечку ступал, исследуя территорию. Два дня назад Максим свозил его к ветеринару. Первого октября Угольку было три месяца и он стал весить семьсот грамм. Можно было сделать первые прививки и выводить на улицу. И вот сегодня альфа решил, что пора, Артём немного сопротивлялся, но всё же согласился.       Омега считал, что у его щенка просто замечательная жизнь. После того как он появился в доме, у Тёмы добавилось хлопот. Он был ещё совсем малыш и из коробки его не выпускали. Кормить нужно было часто и приучать к пелёнке. Как назло омегу вызвали на работу и он просто не знал как так на долго оставить щенка одного. Хорошо, что у Макса была возможность взять его с собой на работу и приглядеть за ним там.       После дня рождения Артём был всё время в каких то делах. Работа, пушистый друг, Степан Алексеевич и Вадька с Андреем. Это ещё родители мало звонили, потому, как Тёме просто некогда разговаривать по два часа, как бывало раньше. Вадим с Костей ждали прибавления в семье. Омега иногда просил Артёма приглядеть за детьми. Они Тёму любили и оставались с ним с удовольствием, пока их папа ходит по врачам. У Андрея были заморочки со своим истинным и, как понял Артём, в его компании друзей мало кто понимал и разделял его позицию и поэтому омега тянулся к тем, кто понимал его. Это оказались они с Вадимом, на удивление Тёмы Вадя и Андрей тоже начали общаться. Несмотря на занятость, Андрей каждую неделю посещал фитнес клуб и спа салон, к чему стал приучать и их. Там в основном они и встречались, не считая походов в магазин. Максим собирал урожай и потихоньку готовил огород и сад к зиме, а омеги помогали.       Они продолжали ходить к Степану, новых правил тот не давал, наверное просто не мог придумать, смеялся Макс. Зато слушал их рассказы и задавал вопросы. Вопросы иногда напрягали и были, по мнению Артёма, неуместными, но он довольно быстро смирился, задаёт и пусть отвечать ведь необязательно. Стёпа их ни к чему не принуждал. История с Павлом толком не обсуждалась, они с Максимом до сих пор об этом не говорили. Хотя надо, Тёма знал, что надо, но начать не мог, а альфа тоже не спешил.       Та встреча конечно задела, она выбила из колеи, но не на долго. Проснувшись утром на диване в гостиной рядом с альфой, Артём был спокоен. Во-первых, он сильно устал за ту неделю и морально, и физически. Празднование его дня рождения, потом работа без выходных и эта встреча. Много людей, много событий, он отвык так жить. А этой ночью он выспался и набрался сил. Тем утром они не поговорили: Артёму пришлось вставать. Как этот лохматый зверь понимал, что кто-то не спит, — было загадкой. Уголёк в своей коробке жалобно скулил и носился по ней, требуя внимания. Вот так и началось то утро. Обычно, будто ничего и не было.       Паша и до этого встречал Артёма. Приходил к нему домой. Когда это было первые разы, Тёма открывал дверь. Но кроме оскорблений в свой адрес, ничего не получал. Пару раз альфа просил прощения, но Артём так боялся простить и натворить дел, что просто не открыл. Он сидел под дверью, слушал его голос и уговаривал себя не открывать. Где-то в душе тогда он ещё мог простить, мог пустить вновь, но уже не хотел. Там был омега с ребёнком, ждущий Пашу домой и пусть сейчас он пьян и тут, но он вернётся туда и что останется ему? Он справился, не пустил ни в квартиру, ни в душу. Сейчас, встретив его в магазине, Тёма не почувствовал ничего, кроме разочарования. Когда-то Паша был красив и силён. Что с ним стало? Вероятно он употребляет много алкоголя. Выглядел он не очень. Да и повёл он себя тоже не очень. Зачем было хватать Тёму и кричать на своего мужа? Зачем было вообще устраивать весь этот цирк? Все всё давно решили, он ведь сам всё решил. Артём не понимал этого. Несмотря на убеждения Артёма про истинность, он знал и обратную сторону медали. Ведь не просто так их соединяла судьба. Они подходили друг другу душой или физиологией, неважно. Они как две половины. Их инстинкты были сильны и брали своё. В книгах писали, что некоторые альфы или омеги, терявшие своих истинных никогда не находили покоя. Может так и есть? Самому Тёме было проще, его физиология была нарушена. Даже к Максиму уже привык и он не вызывает никаких реакций. Конечно он немного обманывал сам себя, альфа вызывал интерес, но Тёма запрещал себе об этом думать. Не сейчас, нельзя всё портить. Возможно и Паша теперь не может найти того, что было в Артёме, а менять что-то поздно? Он просто несчастен и как стать вновь счастливым, просто не знает. Сам Артём тоже не знал, но очень стремился найти покой и обрести такое далёкое счастье. Теперь он понимал, что ничего в жизни просто так не даётся и за всё нужно бороться, а семью нужно выстраивать, а позже следить, чтобы фундамент не рушился. Он вроде старался бороться, и семью строить пытался. Проблема в том, что ему одному была нужна эта семья. В одиночку фундамент сразу получился не крепкий, а когда начал разрушаться, ремонту уже не подлежал.       Максим конечно удивил, он подошёл и спокойно попросил Пашу отойти и прекратить так себя вести. Куда там? Паша ещё больше разозлился и начал кричать оскорбления. Всё произошло так быстро. Тёма даже испугаться не успел. Раз и альфа в разбитой витрине. А Макс стоит и не шевелится. Вот тут омегу накрыла паника: кругом люди, и супруг Павла кричит, дети плачут, а Макс ни на что не реагирует. Артём хотел бежать и прятаться, но понимал, что нельзя. Поэтому он прижался к Максиму, обнял его, что хватило сил. Он был единственным, кто его мог защитить и спрятать от всех этих людей. Вскоре альфа пришёл в себя. Шептал «всё будет хорошо, не переживай, я сейчас всё решу и мы поедем домой». Оставив его с покупками на скамейке рядом с аптекой, он отошёл. Потом была полиция и Марк Осипович. Артём всё рассказал и полиции, и адвокату, и всё равно Максим остался виноватым. Тёма был против, но Марк и Макс решили не связываться. Ещё к Артёму подошёл супруг Паши. Он молчал, потом извинился за мужа. Вновь помолчал и сказал: «Мой папа всегда говорил мне, что жизнь — это бумеранг. Я знал когда-то про вас, а теперь любовник Паши знает про меня и так же верит в его любовь, наплевав на меня и на моих детей точно так же, как и я на беременного вас. Всё в жизни возвращается. Мы встречались с адвокатом по поводу развода. Сейчас мне жаль, что я так поступил. Простите меня, если сможете». Не дожидаясь ответа, он развернулся, взяв детей за руки и быстро пошёл. Тёма не успел сказать, а что сказать? Он не знал. Всё случилось как случилось и этого не изменить. А простить, он давно всех простил. Прошлое остаётся прошлым. Ему хочется отпустить и он отпустит, главное дайте, дайте отпустить и не сломайте такое хрупкое настоящее.       Они ехали в машине и Тёма не понял как заснул. Он спал так крепко и не почувствовал как Максим нёс его домой и укладывал на диван. Проснулся он от лая Уголька, как-то резко и испугавшись, но поняв, что он где-то на кухне, а значит с альфой, — успокоился и лёг заново. Макс просто дал ему Уголька и лёг рядом. Это то, что было нужно сейчас. Ни вопросы, ни разговор, а тишина. Спокойная и уютная. Они играли с Угольком, и Тёма решил поблагодарить альфу за защиту. Ведь он абсолютно никто Максиму, а он заступился, успокоил и денег столько отдаст из-за чужих проблем. Поблагодарил ещё, и за Пашу попробовал объяснить, но сил не было и он просто опять замолчал. Как хорошо, что Макс просто разложил диван и достал плед. Он сделал всё, как хотел Тёма, как будто мысли читал. И омега уснул, ощущая запах леса и кедра.       — Ну и куда ты залез? Уголёк, нельзя! Нельзя залазить под кровать! — ворчал омега, доставая щенка из-под кровати альфы.       — Ну чего вы тут ругаетесь? С утра пораньше? — спросил Максим, заходя в свою комнату.       — Извини, просто он когда чего-то пугается, бежит именно под твою кровать. А я хотел закрыть его в вольер, чтобы он не разнёс дом или не залез куда не надо, нас ведь дома не будет, — вылезая из-под кровати, говорил Артём.       — О, ты тоже извини, я забыл предупредить, что сегодня не еду на работу. Сегодня день нашей свадьбы с Кириллом и я хотел поехать на кладбище. А насчёт Уголька, ты прав, ему опасно одному бегать по дому, — воркуя со щенком, говорил альфа.       — О, ничего, ты ведь не обязан докладывать мне обо всём, — как-то растерявшись, сказал Тёма.       — Ну да. Знаешь. М-м. Я бы хотел. В общем через неделю у моего отца-альфы день рождения, я посчитал, ты должен быть на работе, но я хотел попросить, может ты сможешь подмениться и пойти на ужин со мной? Там будут только родители Кира и Андрей, больше у меня родни нет.       — Ого, это очень неожиданно. Я сегодня спрошу у Витали, он ведь мне должен пару смен. И скажу тебе вечером за ужином, хорошо?       — Да, было бы отлично, если ты бы был со мной.       — Я постараюсь, а ты остаёшься ещё дома или мне уже закрыть его? — давая понять, что он о щенке, сказал Артём.       — Отпусти пока, перед уходом я посажу его в вольер, я побуду дома ещё часа два.       — Тогда беги, озорник.       — Макс, я ушёл, пока.       — Нормальной смены, Тёма.