Счастье не в истинности

      «Прости меня. Я не хотел, прости. Я рядом, слышишь, Тёма?» — шептал Альфа, держа омегу за руку.       Они лежали в гостиной на диване и Макс в тысячный раз прокручивал вчерашние события. Приехав на ужин к отцу-альфе Сергею, он и не думал, что всё так закончится. Хотя кого он обманывает. У отца был сложный характер. Он был властным и эгоистичным. Благодаря папе-омеге они могли уживаться, а вот когда его не стало, они совсем перестали понимать друг друга. Конфликты у них были всегда, но раньше было возможно что-либо доказать или убедить. С годами его характер совсем испортился. Он ругался даже с Андреем пусть и реже, но всё же. Андрейка хоть как то мог находить с ним общий язык. Да и Макса убедить уступить или отступить вовсе. Может потому что он был омегой.       Ладно отец, но Марк? Почему не рассказал? Мог позвонить и предупредить, что отец требует информацию об Артёме. Марк Осипович работал на них уже более пятнадцати лет. Он хорошо знал своё дело и не только он мог решить любой вопрос. Даже в делах, где не нужен был адвокат, — он был великолепен, например: собрать полное досье на человека или провести выгодную покупку или продажу. Конечно он знал все их тайны и скелеты в шкафу. За это ему хорошо платили. Он устраивал всех: отца, Максима и Андрея. И был как палочка-выручалочка для их семьи.       Вот и в этот раз он отца не подвёл. Максим так злился. На всех. На себя, на Марка и отца. Ну зачем он взял Артёма с собой? Ему так хотелось. Наверное, он тоже эгоист. Ему было так спокойно рядом с ним, Артём успокаивал и давал надежду на другое будущее. Максим стал верить, что всё возможно, можно отпустить и жить дальше. Маленькими шагами он шёл навстречу другой жизни, где он будет спать спокойно, где сможет помнить своего Кира тем счастливым и ярким лучиком. Его лучиком солнца. Возможно ли это без Артёма? Наверное нет.       Максим всё чаще испытывал физическое влечение к Тёме. Он хотел его. Хотел его целовать и обнимать, и дарить ласку. Конечно он занимался сексом, но этот секс с элитными проститутками был механическим для устроения физиологии. Их не хотелось целовать и нежничать с ними. А сейчас он хотел дарить нежность и ласку, иногда ему хотелось просто затискать омегу. Он останавливал себя: «не сейчас», он сам был не готов к такой близости и был уверен, что и Тёма тоже.       В тот вечер за ужином всё шло хорошо. Пока отец не начал задавать вопросы. Всё присутствующие за столом пытались увести разговор в другое русло. Конечно каждый был мало, но в курсе проблем Максима и Артёма. Про Максима Андрей знал всё, они много говорили. Про Артёма в общих чертах от них обоих. Родители Кирилла теперь тоже были в курсе. Про Артёма они знали только то, что он пациент Стёпы. Этого хватало, чтобы не болтать лишнего. Сергей мало знал как и чем живёт его старший сын, они толком не говорили. Самое важное в любых отношениях — договариваться, объяснять свою позицию и выговаривать недовольства. Это залог любых нормальных отношений. Будь вы парой или братьями, даже отцом и сыном. Без разговора и решений проблем общими усилиями ничего не выйдет. Максим пытался объяснять, говорить, просил просто понять, всё та же беда в своём хотении что‐то решить, — Макс был один. В одиночку такой подход не работает. Отец же считал походы к Стёпе глупостью и проблемы Макса надуманными. И каждый раз при встрече напоминал об этом. Сергей хотел, чтобы его сын перестал страдать и взялся за ум. Переубедить его не получалось даже у папы-омеги Толи.       Анатолий просто сглаживал углы, останавливал Сергея когда тот переходил черту дозволенного и все успокаивались на время. Без папы было тяжелее: Максим всё реже и реже бывал в доме отца. Как бы Андрей не старался. Болезнь отца немного встряхнула обоих, Максим задумался о том, что жизнь идёт дальше, все они взрослеют. Пока Макс пребывает в состоянии сна — время бежит, ему самому в следующем году тридцать шесть. Подумать только. И он не вернёт эти года. Он попытался поговорить с отцом, но всё опять перешло в скандал.       Вопросы хоть немного и напрягали, но были в целом безобидны. Он хотел знать, давно ли они вместе и как пришли к тому, что живут вместе. Макс сразу объяснил, что между ними ничего нет и это своеобразное лечение. После этих слов Сергей выдохнул и сказал: «Это хорошо, омега, который не может родить тебе наследника, — нам не подходит». Максим сначала и не понял начало предложения, его зацепило слово «нам» что это ещё за «нам»? И только потом понял, что сказал отец. Он разозлился опять, так сильно.       — Что ты вообще такое несёшь? — зло спросил Макс.       — А ты не в курсе? — ответил Сергей.       — Минуту, — вставая из-за стола, сказал старший альфа.       За столом стояла полная тишина. Андрей смотрел на Артёма извиняющимся взглядом. Тёма и так знал, что Андрей ни при чём, даже зная тайну Артёма, он бы на вряд ли поступил вот так. При всех, при незнакомых людях прямо в лоб. Нет, только не Андрей. Может альфа просто догадался сам? Он ведь взрослый человек, а Тёма не пах. У Артёма в голове бегали мысли, много. Он всячески пытался успокоить себя. Что бы не натворить ещё большей беды, он сидел и смотрел в одну точку. Кажется Вячеслав и Олег что-то тихо говорили друг другу, но Тёма не слышал да и разобрать не мог. В его ушах звенело и бросило в жар. Когда менее чем через минуту отец Максима швырнул копию медицинской карты Артёма на стол, стало совсем плохо, следом упала папка с его именем на обложке и Артём понял, что всё это не догадки и Сергей всё знает о нём и, конечно, он против того, чтобы неполноценный омега был рядом с его единственным сыном-альфой. Ещё бы, Артём и сам против, зачем он Максиму? Скоро Стёпа скажет, что всё закончилось и пора домой, и он уедет к себе туда, где ему и место. Туда, где в его спальне в самом нижнем ящике прикроватной тумбы под замком лежит такая ненавистная медицинская карта. Он спрятал её давно, чтобы не видеть диагноз, чтобы думать, что его нет.       С момента, когда Артём увидел карту, он ничего не соображал. Просто сидел и смотрел на неё. Вроде Андрей что-то говорил и Максим кричал, а потом он в машине и вцепился в альфу так, что пальцы болели. Рядом кто-то сидел, он не понял кто, этот кто-то что-то говорил Максиму. Опять провал и он на диване в их гостиной, нет, гостиной Максима. Нельзя, нельзя привыкать. Вот Уголёк и альфа держит за руку, что-то, кажется, шепчет. Он не мог разобрать — голова кружилась. И Тёма просто решил поспать.       — Отец, это переходит все границы, ты с ума сошёл? — подскочив с места, возмущённо сказал Андрей.       — Пусть прочтёт, если сам не может разобраться со своей жизнью, я помогу. Сначала он страдает по тому, кого не вернёшь, а теперь привёл в дом не пойми кого! Прости, Олег, но ведь это правда, его не вернуть. Мы все любили Кирилла и нам его не хватает. Нужно браться за ум и жить дальше. Шесть лет он убивается горем и жалеет себя…       — Семь лет, я жалею себя семь лет, — перебил его Максим.       — Перестаньте, сегодня ведь твой праздник, отец. Что ты устроил? — спросил Андрей.       — Я всего лишь хочу, — не смог договорить альфа.       — Всё, хватит. Всё эти годы ты только и делал, что пререкал меня за мою слабость. Не хочешь понять меня, родного тебе человека, хорошо, я смирился, давно. Зачем ты лезешь в чужие жизни? Ты даже не знал Артёма до сегодняшнего дня. Я не ты, чтобы читать всё это. Я доверяю близким людям и пытаюсь их понимать и не требую невозможного, в отличие от тебя. Мне не важно его прошлое, главное, что он со мной в настоящем и, надеюсь, будет в будущем. А вот ты останешься в моём прошлом, я бывал здесь редко после смерти папы, теперь ты меня здесь не увидишь, совсем, я больше не приду к тебе, отец, можешь считать, что сына у тебя больше нет, — перебив отца, сказал Максим.       После этих слов он швырнул отцу папку и медицинскую карту. Сказал Артёму, что они уходят, но тот не реагировал. Макс испугался и не знал, что делать, но потом как-то быстро собрался и, взяв Артёма на руки, пошёл в сторону выхода. Андрей попросил Олега помочь собраться Максиму и Тёме, а сам стал успокаивать отца и не пускал его в прихожую. Чтобы ещё больше не усугублять ситуацию. Хотя сам Андрей был зол на отца. И позже, когда все уйдут и они останутся одни, Андрей скажет ему всё, что думает. Он любит и отца, и Максима, но из года в год всё только хуже. Как с этим со всем справлялся папа-омега? Андрей с ума сходил от их ссор и скандалов. Может и вправду будет лучше, если они вообще не будут общаться? Нет, «семья — самое важное, дорогое в жизни, сынок», — так говорил папа-омега. «Нельзя отдаляться друг от друга, кто поможет тебе, когда совсем плохо? Конечно семья», — тоже слова папы Анатолия, так он учил и воспитывал Андрея и тот просто не мог жить иначе и хотел мира в их маленькой семье. Ему было всё равно с кем и как Максим стал бы счастливее, а отец просто принял и успокоился. Сам изменить ситуацию он не мог, заставить отца измениться тоже, оставалось только ждать, когда они придут к решению сами.       Олег помог Максу накинуть куртку и отдал вещи Артёма. Подумав десять секунд, он крикнул Вячеславу, что поедет с Максимом и Артёмом, и попросил его дождаться. Виктор их уже ждал. Макс не был против помощи Олега, он так растерялся и не знал, что делать. Артём ни на что не реагировал, просто молчал и Макс боялся и не знал к чему это приведёт. Размышлял, позвонить ли Стёпе и признаться во всём или попробовать самому всё как-то исправить. Он не знал даже, что исправить, всё было непонятно. Олег, сидя рядом, что-то говорил, но он толком не вникал, кажется тот пытался успокоить его и говорил что-то про отца, альфа просто кивал.       Дома их ждал Уголёк, он радостно тявкал в своём вольере и ждал, когда они его выпустят. Олег помог им снять верхнюю одежду и разобрался с щенком. Когда Максим уложил омегу на диван и попытался отойти, Тёма не дал. Он держал его руку так крепко и попросил не уходить. Тогда Олег Александрович и сказал, что он всё сделает, только подскажи где что. Всё сделав, Олег тепло попрощался с Максимом и поехал назад, его ждал Виктор.       У Тёмы текли слёзы, безмолвные слёзы, он просто плакал. Не было всхлипов или рыданий. Он просто молчаливо плакал и смотрел на альфу. И Максим совершенно не знал как быть. В какую-то минуту он просто понял, что нужно просто быть рядом. Как они делали уже шесть месяцев. Они просто были рядом с друг другом, когда кому-то было тяжело. Помогали своим присутствием. И поддерживали, не трогая и не выясняя. Альфа знал как это важно, уметь вот так поддерживать. Не быть навязчивым и любопытным, а просто быть рядом. И он мог это дать тому, кто как и он в этом нуждался. Он шепнул Тёме, что он рядом и просто устроился рядом. Уголёк прыгал по ним и искал место, чтобы удобно лечь. Макс не знает сколько они так лежали. Омега заснул и неугомонный Уголёк тоже, альфа выдохнул и попытался заснуть. Сейчас в эту минуту ему было спокойно, Тёма спал рядом с ним и, кажется, был спокоен. Они всё переживут, Макс обязательно поможет омеге, а он ему. Да и Стёпа никуда не делся, он подскажет как быть, но это всё завтра, а сейчас нужно просто поспать.