В поисках философского камня

      – Думаешь, ты один единственный во всей Вселенной, кто может меня обратить? – спрашивает уютно сидевшая рядом Свон, укутанная в тонкий плед, который так подходил дождливой погоде за панорамным окном. – Так что не ломайся, как барышня.       Эдвард не смог сдержать улыбки от новых попыток Беллы добиться своего. Её ничего не могло разубедить. Отсутствие сна, вкуса у еды, смерть близких. Для Беллы это было необходимой жертвой, к которой она была готова. Она начиталась книг, где герои нудели о том, что бессмертие – это проклятье. Как скучно не бояться умереть, как грустишь по утерянным людям. Свон эти недо-философы бесили. Если им скучно жить вечно, значит, они не умеют проводить время весело. Если думают только о мёртвых, значит, не нашли никого интересного среди живых. Сами придумали себе проблем. Авторы таких книжек явно не рассматривали эту тему с другой стороны. Наверное, поэтому злодеи Белле нравились больше, те не ныли по пустякам и шли напролом.       – И кто же тебя обратит?       – Да тут весь дом полон вампиров! – воскликнула она. – Например, Элис.       Названная девушка быстро оказывается подле дивана.       – Я не против, – говорит она звонко.       – Моё ты чудо, – Белла наклоняется через подлокотник и обхватывает вампиршу, обнимая по-детски.       – Но Эдвард мне не позволит, – ломает Элис весь кайф.       – И ты, Брут? – Белла недовольно фырчит ей в живот.       – Не смотри с такой ревностью, брат. Если бы ты был с Беллой помягче, то тебя бы обнимали чаще.       Парень нехотя отворачивается и бормочет:       – Куда ж ещё мягче.       – Не строй из себя недотрогу, – Элис хитро сверкнула глазами в его сторону. – Знаешь, Белла, брат такой счастливый в последнее время. Влюблённый и окрылённый. Только при тебе старается быть круче.       Эдвард хмуро смотрит на них.       – Да я и так это знала, – отмахивается Свон. – Он же как открытая книга.       Элис переливисто смеётся над всей ироничностью ситуации. Местный телепат проиграл обычному человеку.       – Кыш отсюда, – кидает он сестре.       – Если не Элис, то Карлайл, – не сдаётся Белла, продолжая гнуть свою линию.       – Он откажется, если я попрошу.       – Неа, он согласится, ведь любит меня больше, чем тебя, – она высовывает язык.       Хохот Эммета доносится откуда-то слева, из другой комнаты.       – Да мы все любим тебя больше, чем этого ворчливого старика, – басит он.       Белла пару раз уверенно кивает.       – Вау, меня так легко променяли, – шутливо ворчит Эдвард, старательно пряча улыбку.       Хотя, зачем прятать? Элис права, счастливее он никогда себя не чувствовал. Белла вдыхала в него жизнь, своим смехом, невинным кривлянием, мягкой карамелью глаз и нелепыми попытками убиться, которые заканчивались даже не начавшись. Гризли? Не нашли за полчаса, и Белле надоело. Машина? Объехала девушку. Смерть от поедания кучи шоколада? Только живот заболел. Попытка выпрыгнуть в окно? Так второй этаж, и снизу свою непутёвую дочь-паркурщицу поймал недоумевающий Чарли.       – Ну тогда Джаспер. Заманю его куда-нибудь в ловушку, закрою, порежусь. И вуаля.       – Да, Джаспера ты, конечно же, заманишь, – Эдвард даже не знал, как Хейла можно было бы обвести вокруг пальца. Особенно простоватой на выдумки Свон.       Белла надулась, скрестила руки на груди и начала сверлить Каллена своими прекрасными глазами, в которых через секунду загорелись шаловливые искры, предвещающие новую пакость.       Свон откинула плед, совершенно не грациозно перевалилась вперёд, подбираясь поближе к Эдварду, сидящему на другой части дивана, и легла на живот, удобно располагаясь на коленях парня. Начала невинно болтать ногами, отчего её юбка немного задралась.       Белла не стеснялась пользоваться всеми методами, чтобы добиться бессмертия. Угрожала, давила на чувство вины, манипулировала, влюбляла в себя всё больше, теперь вот и до соблазнения дошла.       – Может, передумаешь? – спрашивает Белла, игриво очерчивая пальцами узоры на руке парня и потягиваясь всё ближе к его лицу.       Эдвард, глядя напрямую в бесстыжие глаза, очень аккуратно и быстро поправил ткань юбки, даже не коснувшись бледной девичьей кожи. Огонь внутри пылал, но Эдвард сдерживал его.       – Зануда, – выдыхает она ему в губы, так и не поцеловав.       Поднимается на локтях и отодвигается обратно под тихий смех Каллена.       – Смейся-смейся, но не забывай, что вы не единственные вампиры в мире. Я ещё найду, – Белла смешно вздёргивает подбородок.       – Разумеется, найдёшь. Они же на каждом углу водятся. Вот прямо завтра найдёшь себе новых жертв.       Белла дуется ещё сильнее, напоминая Эдварду одну из тех неуклюжих белок, которые случайно падают с деревьев. Вот же… теперь он никогда не избавится от этой ассоциации. Придётся спасать белок из лап хищников во время охоты, а то неприятно будет.       – Ладно, – на время Белла решает прекратить пытку. – Может, не скоро найду, но время ещё есть. Мне без разницы, в каком возрасте меня обратят. Готова стать первой бабушкой-вампиршей.       Да, торопиться никуда не надо. Может, после окончания школы отправится в скитания на поиски других вампиров. На поиски своего Святого Грааля.       – Ах, да. Когда, ты там говорил, мы идём на бейсбол? – она протягивает руку в его сторону.       Эдвард с нежностью берёт её маленькую ладошку в свою и с трепетом переплетает пальцы.       – Завтра.       Эдвард ещё не знал, насколько невезучей была Белла… или везучей?