Нуждаюсь в заботе

Ганнибал Лектер сидел и смотрел на свет ночника, пытаясь успокоиться. Когда он закрывал глаза, хотя бы на миг, ему казалось, что он возвращается обратно в холодный охотничий домик, во мрак. На мгновение, которое требовалось, чтобы на время расслабить раздражённые глазные яблоки, в мозгу всплывало изображение белых молочных зубов в чёрной влажной земле. Слёзы вновь текли по щекам. Ганнибал чувствовал прикосновение чужой руки за спиной. По коже побежали мурашки - от места прикосновения к шее, к рукам, к кончикам дрожащих пальцев, к голове; кожу ладоней защипало от соли слёз. - Ганнибал! - услышал он необычайно ясно. Голос Уилла. Он почувствовал шорох простыней. Вскоре встревоженное лицо с взъерошенными кудрями заглянуло ему в глаза. Какие красивые всё-таки волосы у Уилла. Шелковистые, волнистые после душа. У Миши тоже были кудри. Она была такой прекрасной, когда сидела на траве и плела венки. Пухлые пальчики сосредоточенно вплетали одну травинку за другой, цепляясь за крохотные лепестки цветов. Волосы колебались от ветра и то и дело цеплялись за длинные ресницы, мешая художнице. Миша поспешно заправляла пряди за ухо и продолжала работу, нахмурив светлые брови. Когда Ганнибал видел сестру в последний раз, её волосы были спутанными и потеряли свой свет из-за грязи подвала. Они требовали тщательного ухода; Ганнибал пытался расчёсывать их пальцами, но у него ничего не получалось. - Анниба!! Детский крик срывается, Миша плачет, рвётся к брату. Грязные, сальные лапы дезертиров хватают хрупкие, тонкие руки девочки и тащат по полу. Ганнибал содрогнулся, закрыв ладонями лицо. Из груди вырвался всхлип. - Ганнибал! - испуганно позвал Уилл. Миша. Он отомстил за неё. Всё, что произошло, осталось в прошлом. Хватит. После того, как Ганнибал убил каждого из них, кошмары перестали его навещать. Однако после падения что-то пробудило их. Разве он становился более человечным, подверженным эмоциям? Он переставал быть идеальным существом с величайшим навыком самоконтроля, постепенно утрачивая своё совершенство? - Ганнибал, это я, Уилл. Доктор убрал руки от лица, глядя на Уилла. Слезы исказили зрение, и на секунду ему показалось, что за спиной Уилла стоит Миша. Губы Ганнибала дрогнули. Конечно же, она не была реальной. Он моргнул, позволяя влаге скатиться с век. Миши не было. Мягко светил ночник. - Тебя больше нет. Сорвалось с языка, как непоколебимый приговор. Он устал. Он хотел заснуть и забыть всё, что произошло так давно, но боялся, что вновь увидит Мишу, от которой остались только зубы и браслет. ***