Журналист

      Сергей поправил очки и зажмурился до белых всполохов на обратной стороне век. Облизнув губы, Разумовский откинулся на спинку кресла и расправил плечи. Мужчина устал. От количества текста болела голова. Сергей никогда не был сильно уверенным в себе человеком, но у него не возникало проблем с уверенностью в качестве своей работы. До недавнего времени.       Из-за сложившейся ситуации программист потерял счёт времени и не смог проследить за качеством кодов при новом обновлении. Несколько значительных ошибок заставили Разумовского рвать волосы на голове и мотаться из офиса в офис, на постоянные летучки и попытки решить проблемы самым быстрым способом, который не приведёт к поломке взаимосвязанных вещей. И за это Сергей чувствовал свою ответственность. Мужчина позволил себе на некоторое время отойти от дел и попытаться решить свои проблемы, никого об этом не уведомив. И это привело сразу к нескольким проблемам: он не успел.       Сначала не успел проследить за качеством нового обновления, ведь пытался не свихнуться из-за объявления надежды на решение проблемы с Вороном. Потом не успел предостеречь Ракитина от возможных проблем, которые Пчёлкина приносит абсолютно всегда, а на пару с Громом — так вообще убойная смесь. И не успел как раз из-за работы. Сейчас же ему пришлось оставлять больного на попечение Пчёлкиной, потому что он не мог больше бегать от обязанностей и требовалось его срочное вмешательство. И это может вывернуться в очередную проблему, когда он не успел. Ведь помимо попыток найти хоть что-то про существо, Игорь может согласиться на очередную авантюру и Сергею придётся ехать за похоронным венком. Нет, он хорошо относился к Юле, но её постоянно куда-то несло, а обычный глас рассудка в лице Грома сам съехал с рельс и нёсся к обрыву, обещая утянуть с собой всех, кто не отойдёт по доброй воле на приличное расстояние.       Дело Кровавых Химиков изначально принадлежало Грому, Юля же помогла найти большее количество информации и захотела написать об этом статью, но когда в городе бушует вспышка нового наркотика и за дело берутся две звезды — блогер и журналист Юлия Пчёлкина и майор полиции Санкт-Петербурга Игорь Гром, то все крысы бегут с корабля за считанные секунды и надежда на поимку гаснет. И этим двоим очень удачно подвернулся Ракитин, который почему-то согласился на эту авантюру. И сейчас к обрыву неслись минимум трое — Дубин пытался вразумить Игоря и уговорить подождать некоторое время, но того мало слушали. Сергея же вообще ни во что не ставили в подобных ситуациях, поэтому всё, что он мог сделать — это со стороны наблюдать за тем, как этот поезд вылетает с рельс. И молиться, чтобы нашёлся тот, кто дёрнет стоп-кран.       Разумовский совсем запутался. Гром рычал чаще обычного, а если находился в одном помещении с Ракитиным — и вовсе чуть до драки не доходило, но журналиста, вероятно, спасало лишь то, что в данный момент он являлся больным, а майор чётко ощущал свою вину за произошедшее, поэтому от поножовщины спасали моральные устои и Пчёлкина, которая старалась растащить мужчин по углам. Сергей же просто абстрагировался. И его больше напрягало то, что с Игорем проблем возникало не в пример меньше, чем с майором. Гром срывался каждый раз, когда журналист и Разумовский пытались вступить в диалог, который касается непосредственно Ворона. Он точно пытался сжечь Ракитина взглядом. Сергей был готов на стену лезть, ведь когда Юля в открытую флиртует с мужчиной — Игорь не взрывается и молчит, а то и вовсе подшучивает над Пчёлкой. Так с чего подобная реакция если дело касается его, Разумовского?       Выдохнув, Сергей зачесал рыжие пряди назад и придвинулся к столу, возвращаясь к работе.

***

      — Тебе когда-нибудь говорили, что ты с огнём играешь? — журналистка болтала ногами в воздухе и поддерживала голову рукой, торсом растягиваясь по кровати и улыбаясь.       — О чём ты? — Ракитин повернул голову в сторону красноволосой и выгнул бровь.       Двигаться не хотелось от слова совсем, а мозг ещё не очнулся. Игорю наконец позволено лечь, спустя чертовски долгих четыре дня. Он за раз проспал больше пятнадцати часов и чертовски хотел ещё, а очередные шарады Юльки совсем не входили в планы.       — Я про Серого.       — А что с Серым?       — То, как вы друг друга глазами пожираете.       — Что?       — Да ладно тебе, я же не слепая, — Пчёлкина села и опёрла руки на подушку по сторонам от головы Ракитина, нависая, — Гром тебя сожрёт, ты же в курсе?       — Я не понимаю о чём ты.       — Ну не ври, не ври, — девушка улыбнулась шире, — Игорь, я вижу всё, что между вами происходит. Эти искры, которые в какой-то момент превратятся в короткое замыкание. В лице нашего майора. Ты думаешь, что я не вижу? Да я сама с тобой проворачиваю то же самое, что и вы с Серым на пару. В глаза друг другу долго смотрите, улыбаетесь теплее. Вам волю дай — в обнимку спать будете.       — Ты поехавшая… Может ты и не заметила, что я высматриваю Ворона, пытаюсь его поддержать и прямо сейчас нахожусь в твоей постели, на секундочку. А меня и так ревнуют, — Игорь ухмыльнулся, — Ты что, меня ревнуешь? К Серому?       — Больно надо тебя ревновать, я поиграюсь и сама тебя отошью, когда дышать без меня не сможешь, — Пчёлкина засмеялась и убрала руки с подушки, садясь ровном и улыбаясь теплее, — Я-то понимаю почему у вас такой коннект. А вот Игорь — нет. Запомни мои слова, только ты больше на человека станешь похож — он отправит тебя в травму если вы не прекратите ворковать.       — Так возьми и объясни ему, потому что наш бравый полицейский меня не слушает и ни во что не ставит, а будь его воля — и вовсе с кабинета Серёжи полетать отправил.       — И он скажет «ну это ведь он тебе сказал, да?». Поэтому и меня он не послушает.       — А послушает ли он Серёжу, если он скажет то же самое?       — Ммм, — Юля надула губы, — Он решит, что это заговор инопланетян.       — Ты настолько не уверена в его интеллектуальных способностях? Юль, то, что менты — идиоты — стереотип. Ромка тому подтверждение. И Дубин. Хороший парень, кстати.       — Я не сомневаюсь в том, что Игорь умный. Но когда дело доходит до отношений и чувств — дуб дубом.       — Ты думаешь, он влюблён?       — Что? Нет! — Юля широко улыбнулась, — Я не говорю о том, что Грому нравятся парни. Нет. Я вообще сильно сомневаюсь, что ему есть дело до пола. Я скорее про то, что он оказался возле Серого в самый трудный для того момент и привык находиться в роли спасителя, но в нынешней ситуации он абсолютно бесполезен и ревнует. Не как объект любви. Скорее, как то, что ты привык держать рядом, под боком. Первое время он и ко мне ревновал, но потом смекнул, что я просто хочу стать Серёже ближе — как подруга, которая может поддержать. Наши отношения начались с того, что я начала под него копать. Так что… Я чувствовала определённую вину. А у вас с Серым всё сложнее. Ты дважды его выручаешь. В ВУЗе, пока он был без Волкова, и сейчас, когда ты являешься единственным, кому можно доверять и кто не ищет в этом выгоды, при всём понимая серьёзность ситуации и имея реальную возможность что-то сделать. А Игорь ничего не может. Он, вроде как, слышал перья, но не придаёт этому большого значения. Отмахнулся слуховыми галлюцинациями на фоне стресса и усталости. Но ты — другое дело. И сейчас Серёжа бросает каждую свободную минуту на тебя. Когда ты ранен — тем более. Он мне пятнадцать минут мыл мозги на тему того, что, раз я забираю тебя назад, то должна следить за тобой, как за ребёнком. Ну, знаешь, корми по расписанию, пальцы в розетку не суй, за химиками со швами не бегай. И всё в этом духе.       Ракитин рассмеялся и широко улыбнулся, заставляя Юлю хихикнуть и склонить голову в бок.       — Я рада, что ты приехал. Без тебя мы бы не сдвинулись с мёртвой точки в этом деле… В двух, — Пчёлка провела ладонью по впалой щеке мужчины и виновато заломила брови, — Прости…       — Юль… — Игорь аккуратно сжал ладонь девушки в своей и серьёзно на неё посмотрел, — Всё нормально. Я жив и сильно не пострадал, а это главное.       — Я понимаю, но всё равно чувствую свою вину. Ведь это я тебя упросила помочь. Ты вообще тут как пятое колесо, да и у тебя своих дел по горло — с Серёжей и делом Ромки… А я на тебя надавила. На пару с Игорем. И вот — теперь ты в ослабленном состоянии. Так ещё и рвёшься чёрт его знает куда. Я сама найду тебе мистическую историю, не помрёт там этот Стрельников без тебя. Лежи и восстанавливай силы. Сейчас ты всё равно мало что можешь сделать. Олег же ещё не нашёл ничего точного по поводу Ворона, Роме ты отсюда не поможешь, а Серёжа занят сетью, там какие-то неполадки в обновлении. С химиками тоже запара, Игорь рвёт и мечет, а мы с Димкой под раздачу попадаем. Так что, делать тебе нечего.       — Ну, это ещё что такое? Я не калека, не так уж и сильно ранен, могу всё сделать сам. Я сам найду историю и съезжу к очевидцам. Напишу статью и Андрей от меня отстанет. Может, в деле Ромы что-то прояснится. Не могу я мешком картошки валяться и корни в матрац пускать.       — А Ирина Алексеевне я что скажу? — девушка пошла с козырей, — Она звонит по двадцать раз на дню и спрашивает как ты. Скоро начнёт звонить по видеозвонку и просить тебя пройти ровным шагом отсюда до кухни и вытянув руки и закрыв глаза дотронуться до носа. Хотя, с «вытянуть руки» будут проблемы… Но она правда переживает.       — Я знаю. Это уж я знаю.       — Игорь, она единственный близкий тебе человек.       — И всё-то ты знаешь… — Ракитин цокнул языком.       — Да, знаю. Знаю, что она была знакома с твоей матерью и виделись вы в последний раз на её похоронах. Но до того она и натолкнула тебя на журналистику. Игорь, она сделала твою жизнь. Подтолкнула на истинный путь. Я читала твои статьи из Хроники, ты прекрасный журналист. И даже тогда Ира за тобой следила. И сейчас вы работаете в одном издании, где не только она тебя любит, но и тот же Воронин. Стрельников, может, и мудила, но не забывай, что там ещё есть Лиза. И не забывай про Рому, он твой лу…       Игорь замер и внимательно взглянул на Пчёлкину, которая прикусила язык и тяжело выдохнула. Считав немой вопрос в серых глазах, девушка почесала затылок и облизнула губы.       — Да, про неё я тоже знаю, не смотри на меня так. Ну, тут мне скорее Ромка помог, ну, и женская интуиция. Просто коллеге ты не станешь звонить такое количество раз. И тем более лучший друг того, кому она звонит, не станет говорить про великую женскую обиду за то, что кое-кто уехал без неё на помощь другой девушке… К даме в красном. Она меня глазами чуть на той церемонии не сожрала. Девочка уже несколько лет по тебе убивается, а ты убиваешься на заданиях. По своей — и не только — глупости. Поэтому… Всё, отдыхай. И не возникай.       Ракитин огладил ладонь журналистки и аккуратно поднялся выше, до локтя, после чего сцепил пальцы и дёрнул девушку на себя, из-за чего Юля пискнула и повалился на мужчину сверху. Правой рукой обхватив ту за талию, Игорь уткнулся носом в красную макушку и прикрыл глаза, выдыхая. Пчёлка досадно выдохнула и сложила левую руку под собой, прижимая к груди и укладывая правую ладонь на забинтованное плечо мужчины. Уложив голову на груди удобнее, она притихла и закрыла глаза. Если Игорь так выражает благодарность за то, что она рядом и правда пытается помочь, то возражать Юля не станет. Объятья никогда не были лишними.

***

      Шум стоял с самого утра. Дима носился с папками документов, шнырял меж коллег и столов. В деле начали происходить подвижки, а Игоря как на зло нет на рабочем месте. Один из поставщиков начал давать показания, которые могли помочь найти новую точку Химиков и накрыть их разом. Он также рассказал про поставки за город, что осложняло дело, но давало шанс на то, что к ним подключатся отделы других городов. И Дубин был готов с ног свалиться, пока едва не поскользнулся на скруглённом конце ступеньки. Его подхватили крепкие руки, которые умудрились удержать и тощего паренька, и папки.       Нервно поправив очки, парень развернулся лицом к поймавшему его человеку и быстро кивнул:       — Благодарю, я слу-… — Дима замер и внимательно осмотрел стоящего перед ним мужчину. В форме. Незнакомец, — А Вы. кто?       — Данищук Роман Викторович, Старший участковый уполномоченный капитан полиции Отдела МВД по району Марьино города Москвы, — мужчина показал корочку.       — А-а… Дубин Дмитрий, Сержант УМВД по Невскому району, отдел полиции номер 32, — блондин кивнул и крепче прижал к себе документы, — Я могу Вам чем-то помочь?       — Да. Игорь Гром — здесь?       — Я могу чем-то помочь? — майор поправил кепку и нахмурился, исподлобья смотря на высокого крепкого мужчину в форме.       Дубин посмотрел в сторону и изумился способности Грома появляться в самый нужный момент.