Прионовая болезнь

- Я никак не вспомню лицо того, о ком вы мне говорите, - недоуменно говорит Сокджин, снимая фартук. В его смену в заведение зашёл мужчина средних лет, очень хороший знакомый. Со Юнсок зовётся старшим братом владельца сети кофе-баров, в котором уже три года работает Джин. - Постарайся, Ким. Он приходил сюда с охраной, что-то заказал, даже поговорить с тобой порывался, но не успел. Убежал после звонка от своего парня. - Ах, такой паренёк, да? Он ещё спросил у меня, не помню ли я его. - Джин поворачивается к кофемашине, предлагает мужчине свежесваренный кофе. - И в чем дело? - Он снова хочет с тобой встретиться. Откровенно говоря, ему нужна помощь. - Юнсок трёт переносицу, напряжение так и льётся из его ушей, пока он это рассказывает. - Со, я же говорил, я не знаю, откуда он меня знает, вообще. Он говорил тебе что-то про наше знакомство? - Джин немного в шоках. Какой-то левый парень, помнит его, знает, и ему от него нужна помощь? Неладное что-то творится. - Вы из одного детдома, по его словам. Тэхён не умеет врать, он бы не соврал мне об этом, тем более, в его-то положении. - Я не помню парня с таким именем из моего потока. - Он младше на три года. Тут Кима прошибает, и он вспоминает щуплого мальчишку на заднем дворе, который даже сдачи дать не мог. А ведь его обчистили тогда. Сокджин создал себе тогда что-то наподобие группировки, собрал вокруг парней, который уважали его и ставили в высокое положение. При всём этом Джин оставался хорошим парнем, понимающим и готовым прийти на помощь. В руках самодельная бита, а в кармане украденные конфеты, чтобы угощать маленьких детей в их приюте. Сам таким же был, хотел заботы от других, но не получил. Был тайным Сантой для многих детей, защищал, но так, чтобы не заметили другие. Лишние глаза были не нужны. - Тэх... - он поморщился. - как его зовут, говоришь? - Ким Тэхён. - Однофамильцы, - улыбается Джин, воспроизводит в памяти тот день. - хорошо, я готов с ним встретиться. Я завтра не работаю, можем где-нибудь в парке. - Ты не так понял. У него в принципе проблемный парень, ака мой постоянный клиент. Встреча будет в приватной обстановке. Сокджин задумывается. Всё настолько плохо? Он помнит этого мальчишку загнанным и испуганным воробушком, который не мог должным образом постоять за себя. Неужели и сейчас он попался такому, боится сказать, партнеру? - Ладно, как хочешь. Созвонимся, - говорит Ким и уходит. Дела не ждут, снова какие-то проблемы в кассе у стажёра. Юнсок остаётся в неведении, в сердцах хочет помочь мальчишке выбраться из чонова ада. Он совсем ребёнок, и по словам Джина, совсем не изменился со времён детдома.

헐

- Снова самовольничаешь, - Чонгук заходит в комнату и видит следующее: Тэхён, ноги которого обмотаны в бинты, пытается встать и подойти к окну. Сегодня солнечная погода, в комнате жарко, спасают только плотные шторы и кондиционер. Голени обмотаны тонким слоем бинта, поэтому двигаться можно и нужно. Тэхён молчит, игнорирует, даже слышать его голоса не хочет. Он ему настолько противен сейчас, что повернуться к нему значится как худшая пытка. Мужчина не обращает внимания на игнор, подходит к парню сзади и кладёт голову ему на плечо. - Ты же знаешь, что я тебя люблю. Не нужно драматизировать. Я был пьян и не в себе, - гладит руку, чувствует мурашки и немного щипает кожу. Он всё ещё в рабочем костюме. Как зашёл в квартиру - сразу к Тэхёну. Скучал. - Уйди. - Знаешь же, что не уйду. Чтобы решить проблему, надо говорить. Это я и делаю, - Чонгук беспрекословен. Давит, на бетонную плиту запрыгивает, прибавляет весу. Тэхён задыхается. - О чем говорить?! - не выдерживает Ким, и быстро поворачивается к мужчине. - Что я для тебя тряпичная кукла и мальчик для битья? Зачем я нужен тебе, Чонгук? Таких, как я куча, зайди в тот же бордель, в котором ты меня, - плюнул. - подобрал. Перестань мучить меня. Отпусти. Ничего не выйдет. - Не говори глупостей, - преспокойно выдаёт Чон. На его лице не дрогнула ни одна мышца, взгляд твёрд и решителен. - мы навсегда. Ты прекрасно об этом осведомлён. Ты обещал. - До того, как ты решился позволить себе немного больше. - Тэхён чувствует, как одинокая слеза стекает по щеке, но быстро вытирает, не хочется показывать перед этим монстром свою слабость. Он и есть комок слабости, но гордость скрывать это всевозможными способами имеется. - Хорошо, давай представим, как мы разошлись, - Чонгук кривит рот. - что дальше? - Я начну жить новую жизнь. Без тебя, - слова бьют мужчину по больному, пока парень спокойно говорит о планах на будущее. Невозможно это. Не в его компетенции. Парень только его и точка. - Дальше, дальше, я хочу услышать подробности. Каморка, в которой ты собираешься жить. Деньги на пропитание. Учёба, - снова давит. Тэхён глотает обиду, ему не нравится слышать такой предвзятый и издевательский тон, но приходится. - Устроюсь на работу! - вскрикивает Тэхён. - Что ты устраиваешь допрос?! Повторяю: я тебе не нужен. И ты мне. Ты спас меня, и я благодарен, что всё это время у меня была крыша над головой и тёплая еда перед носом. Благодарю тебя, Чон Чонгук, однажды я отплачу тебе, но дай мне сепарироваться. Давно нужно было это закончить. - Болтаешь несусветную хрень, да простят меня высшие силы за мой французский. Тэхён, тебе сейчас просто плохо из-за пройденных испытаний. Отдохни, потом поговорим. - Чонгук собирается уходить, и просто не оставляет Тэхёну выбора. Издевательство чистой воды. - Чтоб ты испытал такое же, как я, Чонгук. Посмотрим, выживешь или нет. - отрезает Тэхён и кутается в одеяло, привычно отвернувшись в стену. На данный момент хочется убивать. Как можно быть таким... бессердечным. Знал бы тогда Тэхён, кому попадётся, ни за что бы не ушёл из приюта раньше времени. Попросился бы работать в младший персонал, да хоть поломойкой - но в родных стенах. Сейчас сидит в своей золотой клетке, со всем готовым и тёплым, но не ощущает главного - безопасности. Ноги зудят, появляются корочки на ранах, которые нужно постоянно залечивать мазями, и пить ужасные настойки. По ночам Тэхён плачет по ночам от ужасных болей и фантомных ощущений, как его снова бьют, и просыпается в холодном поту с немым криком в устах. Рядом никого нет. Только тишина воет в кромешной тьме и шепчет «Уходи». Тэхён как может игнорирует внутренний голос, затыкает его, просит остановиться, но тщетно. Интуиция всегда берёт верх в экстренных ситуациях. Ким каждый раз старается успокоиться, глубоко дышать и просит себя быть хладнокровным, когда дело касается его самого и безопасности. Он многое упустил. Сон у него получается болезненный и с кошмарами, поэтому о высыпании речи и нет. Чонгук что-то говорил о визите доктора Со, и Тэхён единственный раз за этот день улыбнулся, потому что встречи с этим милым врачом кажутся ему отдышкой от всех проблем, и чувство, что он поговорил с родственником. Да и не только. Тэхён надеется, что Юнсок выполнит его просьбу, и встреча с Сокджином состоится.

헐

- Собирайся, за тобой сейчас приедет машина до больницы, - Чонгук с утра заходит в его комнату, до сих пор старается не давить на его нервы и чего-то ждёт, но о визите к врачу предупреждает. - Что я забыл в больнице? - грубит Тэхён, укрываясь поплотнее в одеяло. Включил дурачка, иногда это бывает полезно. - Со сказал, что тебе надо понаблюдаться у узкого специалиста. - Чон непреклонен. Его тон холодный и сдержанный, но в голосе проскакивает нотка заботы, которая сейчас Киму вообще не сдалась. Он видеть не может Чонгука, тем более выслушивать его советики. - Буду через двадцать минут. За это время Тэхён успел одеться, нормально уложить волосы, и в принципе стал немного опрятнее выглядеть. На него хотя бы приятно смотреть. Укладывать волосы средствами он не стал, потому что от любых резких запахов его воротило, и в любой момент захочется запереться и утонуть в туалете. Сегодня Тэхён этого не планирует. На парковке у подъезда его ждал очередной джип из коллекции Чонгука, который он выделил под поездки по делам Кима. Водитель, на пассажирском один охранник. Полный набор. - Где Чонгук? - для справки спросил Тэхён у водителя. - Уехал в офис. - даже не смотрит на него. - Едем? - Едем, - выдохнул Тэхён. На секунду стало страшно. - и побыстрее. К врачам опаздывать нельзя. - Согласен, - хмыкнул водитель и почтительно открыл Тэхёну дверь. Какие же эти амбалы все-таки вышколенные. Ким ни разу не заметил с их стороны грубость, нецензурные выражения и низкие шуточки рабочему персоналу в офисе Чона. Ценят, значит, циферки на своём счету в конце каждого месяца. Больница встречает Тэхёна привычным холодным вестибюлем, запахом кварцевания и обработочных средств. Он не понимает, почему, но с момента, как их в приюте начали водить по осмотрам - парень души не чаял во всей обойме врачей, медсестёр, санитарок, и в глубине души мечтал быть одним из них. Не суждено, значит. Спустя секунду Тэхён бьет себя по ляжке за плохие мысли, которые здесь совершено не уместны, потому что сейчас он на пороге встречи с Джином, который, возможно, ему поможет. Тэхён очень на это надеется. - Тэхён-щи, здравствуйте! - ему с глубины коридора прикрикивает Юнсок, облачившийся в новенький медицинский халат и с фонендоскопом на шее. Мужчине определенно шёл этот прикид. - Пройдемте, врач уже ждёт вас. Мужчина смотрит на одного охранника, который зашёл вместе с Тэхёном в здание и говорит: - Процедура займёт час со всеми вытекающими. Можете посидеть здесь, или выйти обратно в машину, - мило улыбается Юнсок телохранителю и щурит глаза. - Спасибо, я подожду здесь. Со закатывает глаза. Конечно, чтобы тот этого не увидел. Тэхён, тем временем, заходит в кабинет, на двери которого висела табличка «Проктолог». - Что вы устроили? - хихикает Тэхён, оборачивается на Юнсока сзади и видит его совершенно расслабленное лицо. - У вас по направлению запись на осмотр. - серьёзно начинает он. - Чонгук думает, что сильно повредил вас во время акта, и попросил меня записать вас на приём. Во имя исключения трещин. - Но у меня всё нормально. - бурчит Ким, пока не видит за ширмой ещё одного человека. - Ой. - Привет, - Сокджин одет неформально, почти как и в тот раз. На нём джоггеры чёрного цвета, тонкая футболка и кожанка в тот же цвет. Невообразимо крут. И Тэхёна немного смутило его приветствие. Неужели вспомнил? - Здравствуйте, - мямлит Тэхён, присаживается на кушетку, и теперь даже взгляда поднять боится на некогда знакомого человека. А он ещё и помощи просить пришёл. Придурок. Внезапно захотелось обвинить себя во всех грехах и облачиться в грубую раковину, которая сможет оградить его от всех невзгод, и не только. Хотелось сбежать. Под заинтересованным взглядом Сокджина Тэхён почему-то чувствовал себя хорошо. Парень никак не давил, ждал, пока Ким сам начнёт разговор. Да и что ему говорить? - Как поживаешь? - осторожно спросил Сокджин. Кожа начинает преть из-за кожаной куртки, поэтому парень её снимает, открывает вид на накачанную грудь и такие же руки. Тэхён не разглядывает, но это же видно невооружённым глазом. Он вроде бы выглядит щуплым и худым, в то же время жилистость преобладает. Очень красиво. - Н-нормально, - Тэхён метает взгляд туда-сюда, но замечает, что в кабинете уже никого нет, все удалились в отдельную комнату типа ординаторской. Нужно быть тише. - вы вспомнили меня? - Конечно, - сразу взбодрился Сокджин. - сколько лет-то прошло. Ты всё ещё помнишь тот день? - Дождливую и сырую погоду, когда у тебя украли деньги, не забудешь. А потом появляетесь вы, такой добродетель. Такое не забывается, Сокджин-щи. Тэхён, наконец, поднимает взгляд на парня, видит сосредоточенный на его лице взгляд, который он быстро опустил в пол. Джин в замешательстве. Этот мальчишка очень изменился, но в то же время и видно, как он вырос. Для Джина все, кому он как-то помог, кажутся ему его детьми. Если и не ими, то младшими братьями и сёстрами. Ему безумно хочется помочь. - В чём заключается твоя проблема? Как я могу тебе помочь? Тут Тэхён расцветает. Он понимает, что ему готовы протянуть руку поддержки, начинает рассказывать, стараясь не опускать некоторые детали. Любая мелочь может ему помочь избавиться от Чонгука. Ким рассказывает, что раньше всех сбежал из приюта, тем самым нажив себе кучу проблем. Как попал в руки к Чонгуку, который в первое время был ему, как отец. Конечно он знал, что у мужчины другие мотивы, но так хотелось ощутить тепло и ласку, которая предназначена каждому человеку в этом мире, что первое избиение он оценил как простое наказание за непослушание. А теперь, когда он пересказывает всё Сокджину, Тэхён понял, каким же он был идиотом. Нужно было бежать сразу же. Как только он увидел нездорово горящие глаза Чонгука, когда в них не было той теплоты и любви, которую он дарил ему каждый день. Теперь уже ничего не сделаешь. Сокджин последние предложения слушает уже вполуха, потому что первая часть рассказа ошеломила его. Парня нужно выводить из этого дерьма. Он не заслужил всего этого, его милая (милая же) мордашка должна ощущать не грубые поцелуи и пощечины, а любовные касания, те же поцелуи, но помягче. Тэхён очень хрупок, и то, что он выдержал всё это - настоящее чудо. В последнюю очередь он рассказал, вырвал из себя последнее происшествие, которое стало каплей, той самой, из-за которой он решился обратиться к Сокджину. - Я помогу тебе, - вынес своё решение Джин. Иначе никак. Он спать не сможет, если не окажет поддержку этому парнишке. Слишком глубоки раны прошлого, где он сам чуть не попался на такие отношения, но вовремя успел выбраться. Не горит он желанием однажды увидеть до смерти изуродованное тело, и, не дай бог, надгробную плиту. Не в этой жизни. - Боже, - всхлипывает Тэхён, утирая совсем непрошенные слёзы, которые заполнили всё его лицо. Из-за влаги опухли его глаза, но не в этом сейчас его горе. Он должен радоваться, что его не бросили на растерзание, спасли, уберегли и дали обещание спасти. От Чонгука. Мужчины, которого он считал и отцом, другом, и хорошим партнером. И думать об этом очень больно. - спасибо огромное. Я не з-знаю, как отблагодарю тебя, ч-чёрт... - Всё хорошо, - парень пододвинулся ближе, взял руку Тэхёна в свою и убедительно погладил. Так хорошо и... безопасно. Чувство, что Джин никогда не обидит, и вообще на такое не способен. На его лице пролегли первые морщинки, Тэхён думает, что это из-за постоянной улыбки клиентам, а это так и есть. Сокджин очень красивый и привлекательный парень, что сейчас для Тэхёна стоит не на первом плане, но это имеет место быть. Его черты лица пропорциональны, нет ни одного изъяна, если не считать еле заметный шрам на виске. - как только я придумаю, как вывести тебя оттуда, я сообщу всё Юнсоку, он тебе передаст. Хорошо? Всё понял? Не вини себя за произошедшее. Ты ни в чем не виноват. - Мхмхм, - Тэхён не находит слов благодарности, он просто тянется вперёд и крепко обнимает парня, который сейчас выпучил глаза от удивления и внезапного проявления чувств. Он похлопывает Тэхёна по спине, гладит, растирает ткань одежды, чтобы слегка согреть его. Тэхён измучен, одинок и отчаянно желает войти в новую жизнь. Сокджин ему в этом поможет.

헐

Тэхён старается не выдавать свою радость по приезде обратно в квартиру. Он будто летящей походкой добрался до туда, а не в машине премиум-класса. Чтобы как-то угомонить себя, Тэхён ёрзал пальцами на ногах, пытался скрыть улыбку, и последнее у него получалось лучше, чем первое. Он смотрел на вид из окна, представлял, как скоро будет на свободе. Не будет Чонгука, его контроля, внезапной агрессии и последствий всего этого ужаса. Тэхён предвкушал всё это. Сокджин дал ему совет. Чтобы Чонгук не заподозрил ничего странного в его поведении, ему следовало понемногу начать остывать. Звучит не очень, но так нужно, чтобы войти в доверие мужчины и завоевать почти никакую, но неприкосновенность. Он не заподозрит, если однажды Ким уедет по покупкам, а потом внезапно исчезнет. Просто задержался, встретил друга, уехали поболтать в кафе. А с амбалами Сокджин разберётся. В квартире никого не было. Тишина, у которой на этот раз голоса не было, и это претило Тэхёну. Он спокойно прошёл в спальню, немного хромая, но это сейчас вообще не важно. Важно то, что ему дали надежду на жизнь. Свободную. Свою. В его комнате было темно из-за тех же штор, но сегодня захотелось их приоткрыть. На радостях Тэхён включил музыку на телефоне и, пританцовывая, доковылял до кухни в поисках еды. Её было навалом. Мясо, кимчи, целая сковородка ттокпокков - дело рук Чона. Готовит он прекрасно, отрицать нельзя, но лишь то, что он готовит как Бог, не отменяет всего, что он натворил. Никаким образом, никогда и в никакой жизни. Тэхён натянул на вилку пару ттоков во вкусном соусе, запил водой, потом открыл кастрюльку с мясом, где была целая кучка хорошо прожаренной свинины. Вода не поможет, тут нужен чай. Ким поставил кипятиться чайник, достал из полки вкусный байховый чай со всякими цукатами, которые потом аппетитно размокнут в кипятке. Тэхён готов украсть этот пакетик. Он вкусно пообедал, вытащил из кармана поддельный анамнез, где ему было прописано лечение и покой на две недели. Никакого секса и что-то близко к этому. Тэхён прыгал от радости, когда Юнсок всунул ему эту несчастную бумажку. У него есть веская причина не заниматься сексом с Чонгуком. Ким положил бумажку около плиты и пошёл к себе. Потирая животик, он натянул пижаму и улёгся в кровать. Его не волновало, где ночует Чонгук, но приходил он очень поздно и всё время проверял, спит ли Тэхён, укрыт, и не холодно ли в комнате. Забота, все дела. Тэхёна не ебало. Пока он пытался уснуть, в квартире начало что-то шуршать. Входная дверь открылась, послышалось, как Чонгук запер её изнутри на ключ. Тэхён зажмурился, потому что паника по новой стала накатывать на едва успокоившийся разум. Он обязательно зайдёт в комнату и убедится, что он нихрена не спит. Тэхён всегда выдаёт себя с потрохами, когда дело касается сна. Как и было очевидно, Тэхён услышал щелчок во входную дверь. Сразу же он почувствовал одеколон мужчины, его собственный запах, который Ким очень любил. Комнату заполнил Чонгук. Без сожалений и возврата окунул Тэхёна в те времена, когда они только начали жить.

대박!

- Тэхён-и, просыпайся... - томный голос под ухом щекотал кожу, а парень просыпаться вообще не хотел. Ну зачем, если ты сыт, в тепле и безопасности? Ему ласкали кожу под ушком, гладили живот, который по утрам особенно впалый, но выпуклость у паха всегда умиляла Чонгука, который всё это сейчас и вытворял. От уха он лёгкими поцелуями ползёт к скулам, которые тоже волшебно выделяются на фоне очень красивого профиля Тэхёна. Парень просто идеал для модельного агентства. Чонгук лелеет парня, балует и всячески любит, всеми возможными способами. Зачастую это очень хороший секс и ленивые потягушки после него. Чон спускается к груди, лижет сосок одним лёгким мазком и всасывает мягкую кожу. Сверху слышится тихий стон, парень по инерции поднимает кисть, но зацепиться не за что. Он бессильно опускает руку и чувствует юркий язык мужчины у кромки волос рядом с резинкой боксеров. Чонгук прикусывает чувствительную кожу, свою правую руку запускает в свои же льняные ночные штаны и обхватывает член. Терпеть уже невозможно. Изо рта Чонгука вырывается нетерпеливый звук, а Тэхён, как полагается, так сильно размяк от ласк, что сам потянулся к мужчине и с размахом поцеловал. Его язык тычился в зубы, прося пройти внутрь, и Чонгук согласно притянул его к себе и ответил на грубую ласку. Тэхён разгорячился, звездой лежал на кровати и ждал, что же сделает Чонгук дальше. А мужчина не медлил: снял трусы с маленьким пятном прямо у паха и кинул куда-то назад, и сразу же большим мазком облизал его член. Тэхён в шоке вдохнул прохладный утренний воздух в комнате и крупно вздрогнул. Он молчал, не выдавал свою игру, захотел почувствовать себя ведущим в их постельной жизни. Чонгук ещё никогда не делал ему хорошо вот так. - Мой мальчик хочет, чтобы ему было хорошо, м? - шепотом спросил Чонгук, языком оглаживая контур яичек. Они были мягкие, немного шершавые, и никаких волос. Чонгук об этом позаботился. - Д-да, - Тэхён ответил, но больше слов говорить не пытался. И не сможет, потому что следующим движением Чонгука стало то, как он наполовину взял его в рот, даже не поперхнулся, черт побери. Тэхён завидует. В первый раз, когда он ему делал минет, у него постоянно болела челюсть и было мнимое ощущение приближения рвотного позыва. Ким явно что-то не знает про своего парня. Чонгук сосал просто волшебно, и Тэхён не заметил, как сам начал толкаться в его рот. Он был спокоен, как удав, принимал член с удовольствием и даже мычал периодами. Потому что такой Тэхён ему нравился больше всего: немного доминантный, слегка злой и нетерпеливый. - Чонгук-и немного выпил, да? - тихо спросил Тэхён между делом, потому что иначе он никак не может объяснить его странное поведение. Разрядка приближалась медленно, назло, а трясёт парня сейчас конкретно сильно. - Немножко, - отвечает, облизнувшись. - и покурил ещё кое-что. Не ругайся. - Тогда и мне дай. - Не-а. Тэхён распахивает глаза, когда Чонгук в шаге от оргазма с хлюпом «выплевывает» его член, и он с характерным звуком падает ему на живот. Парень рвано дышит, и он злится, что ему обломали хороший оргазм. - Ты нарываешься, - зудит Тэхён, привстает с кровати и опрокидывает Чона назад, на подушки. Конечно Тэхён понял, что курил он не обычную травку, а что-то беленькое, и с помощью своей кредитки впихнул это себе в носоглотку. Идиот. Ким решает взять дело в свои руки и пытается унять дрожь в пальцах от предстоящего своего плана. - моя очередь. - Ты можешь даже... - не успевает Чонгук и договорить, как его член оказывается в приятной теплоте и вязкой слюне, которая всё-таки скопилась в большом количестве, когда он отсасывал своему парню. Тэхён звереет, его бесит, что Чонгук начал увлекаться плохими веществами, это не радует, от слова совсем. Он не контролирует свои действия, когда после того, как привёл его член в очень эрегированное состояние, присосался губами к анусу, который от непривычки быстро сжался в очень плотную мышцу. Тэхён зол. - Ваа-ааа-ау, - восклицает явно одуревший от соли в крови Чонгук, вжимаясь ягодицами в матрас, потому что непривычно чувствовать чужой язык и губы там. - Ты знаешь, что я сейчас с тобой сделаю. - И я хочу этого очень сильно. - Чон Чонгук сейчас будет временной подстилкой своего же парня. Вау, его трахнут, и он об этом даже не вспомнит. Потому что за два часа до нынешних событий он вдохнул в себя несколько миллиграмм того же героина, или что ему там предложил его дилер, ему похуй. Главное - забыться от проблем и прийти домой, в уют, к Тэхёну. В начале это помогало, парень ничего не замечал, однако, сейчас, когда он буквально разрешает себя трахнуть - это конечная. Всё безвозвратно идёт в бездну. Чонгук обещает себе каждый раз, что этот последний, больше никаких порошков и мнимого удовольствия. Лучше бы он трахался побольше, полезнее будет. Чонгук понимает, что губит своё здоровье, иногда повышает голос на своего Тэхён-и и совсем его не уважает. Забывается, потом медленно себя убивает. Тэхён смачивает дырочку, она медленно расслабляется под умелыми движениями языком, а Чонгук издаёт самые порочные звуки, которые услышал бы другой - залился бы краской и именовался спелым томатом. Вместе с этим Тэхён надрачивает член, и он становится доселе твёрдым, выглядит таким аппетитным, что Ким не выдерживает, и облизывает весь ствол одним широким движением. Чонгук ещё сильнее мычит и ёрзает, руками шарит по кровати, не знает, куда деть возбуждение, льющееся из края в край. Такое чувство, что бочка с огромным количеством кислоты продырявлена, и из маленького отверстия медленно, но верно, вытекает катастрофа. Тэхён так круто ему дрочит, хлюпающие звуки тешат слух, а сам Ким умирает от собственного стояка, что сейчас болезненно упирается в задницу Чонгука. На первом пальце его выдержка стоически держалась, но вот когда он присоединил к среднему пальцу указательный - аврал. Тэхён позорно кончил Чонгуку на бедро, услышав пронизанный болью и удовольствием стон. Простата была найдена, Чонгук резко-резко дышал, пытался сфокусировать взгляд на Тэхёне, что сейчас восстанавливал дыхание от внезапного оргазма. Он думал, что продержится и хорошенько кончит внутрь Чонгука, но не суждено. Значит, будет ещё лучше. - Малыш, ты уже всё, что ли... - с болью хныкал Чонгук. Он почувствовал вибрацию тела Тэхёна и тёплую жидкость, стекающую по его заднице, это точно был не глюк. - Даже не надейся. Тэхён продолжает растягивать Чона, вытягивать из того хрипы и плотную хватку на его предплечьях, и понимает, что пора уже переходить к следующему. Он берет презерватив, который по размеру хорошо подходит и ему тоже, натягивает на член и медленно приставляет головку к разработанной дырочке. Чонгук охает, ощущает твёрдую головку и слегка холодеет, когда член наполовину входит в него одним плавным движением. - Ш-шшш, - прикладывает палец к губе Тэхён, когда Чонгук начинает слишком громко хныкать. Боже, он и не думал, что его грозный парень может быть таким. А Чонгуку больно. Его, блять, трахают, человека, который никогда бы не согласился принять такого размера член в себя. Он вообще не планировал быть в роли пассива. Все мысли улетают, когда Ким находит то самое, и Чонгук уже вскрикивает, хватается за чувствительный член, но быстро убирает руку, потому что не помогает. Вообще. Боль вперемешку с удовольствием разрывает мысли, делает из всего этого кашу, которую потом он расхлебать не сможет вообще. Сейчас он мыслит ясно, вроде бы, но эффект у порошка такой, что такие яркие воспоминания он стирает быстро и с удовольствием. Жаль, что секс с Тэхёном он благополучно забудет. Он поплывшим взглядом смотрит на Тэхёна, который сосредоточенно его трахает, считывает с лица все эмоции, не забывает про своё удовольствие и даже в этой позе умудряется сунуть в себя средний палец, растягивая. Чонгук мычит от этой картины, представляет всю развратность и подставляет свою руку под губы Тэхёна, ожидая самый сок. Чон вбирает в себя два пальца, обильно смачивает их и посасывает. Как эпично всё выглядит со стороны, боже. Тэхён трахает и Чонгука, и себя, сосет его пальцы, и эта инсталляция стоит всех денег этого мира. Счета Чонгука просто обнулены. Чонгук чувствует, как он растянут, как его кожа ширится вокруг тэхёнова члена, и от этого осмысления просто сшибает голову. Он готов размозжиться, но ещё раз побывать в роли нижнего - он не знает. Хочется, и колется. Чонгук же просто забудет про это. А Тэхён и не напомнит, потому что ему будет страшно. Чон бывает непредсказуемым, и новость о том, что двенадцать часов назад он был трахнутым им же может повергнуть его в шок и неконтролируемую ярость. Тэхён знает об этом. Однажды Чонгук выразил свою неприязнь по отношению к нижней позе в сексе, и этим очень сильно обидел Тэхёна. Завоёвывал его доверие целых две недели, умирал без разрядки и просил у Кима прощения примерно тысячу раз. Тэхён простил его, но сказал, в шутку, что трахнет его, и не пожалеет ни разу. Не пожалел. Чонгук с низким стоном кончил, сжимая в руках подушку, а звуки выпускал в неё же, потому что было слишком громко и слишком. Тэхён усмехнулся, вспомнив их ссору, и сильнее начал вдалбливаться в его тело, приближая себя к концовке. Получилось так, что тепло снизу поднялось вверх, и Тэхёну резко стало нехорошо, он вспотел и сильно взмок. Он еле открывал глаза, потому что организм не привык так хорошо напрягаться во время секса, положение снизу сразу выявило себя. Тэхён с рыком кончил внутрь, с сумасшедшим ворохом чувств размазал уже опадающим членом сперму по окружности мышц, сам судорожно слизывал пот из кромки под носом и тяжело дышал. Ким упал рядом с Чонгуком, который, похоже, уснул. Он не поленился встать, пойти в ванную за мокрым полотенцем, чтобы стереть следы их преступления. На улице уже было светло, но в их спальне царил мрак и прохлада. Чонгук спал беспробудным сном, пока Тэхён обтирал его, потом другим полотенцем прошёлся по всему его телу, а пульсирующий до сих пор анус смазал заживляющей мазью. Чтоб потом не болело и не вызвало подозрений. Ким не считал, что это считается за насилие, потому что все было обоюдно. Чонгук настаивал, просил, насаживался, всем нутром показывал, что хотел этого. Тэхён и сделал. Сам спустил пыл, а впереди его ждал тяжелый день, потому что постоянно сидеть рядом с Чоном и проверять его дыхание - не его предсмертное желание. Доза, возможно, была убойной, потому что следующие два дня Чонгук спит, будто не дышит даже, но всё оказалось в норме. На третьи сутки тот проснулся с простым желанием попить воды, отлить и поесть. Тэхён позаботился. Только Чон уже и реально ничего не помнил, только побил себя за такой долгий сон и невыполненные задачи.

대박 엔드!

- Ты не читал направление врача, - утверждает Тэхён, как только чувствует, как кровать сзади него прогнулась. Чонгук, чёрт бы его побрал, Чон. - Читал, - приближается. - И что из этого ты не понял? - огрызается Ким, отпихивая от себя парня, будто тот сильно нашкодил. Нашкодил же. - Уходи. Прикрой за собой дверь, я устал. - Какие мы стали... - целует мочку. - агрессивные. Тэхён-и, я хочу сделать тебе хорошо. Просто дрочка, ладно? Тэхён не знает, что сказать. Голос Чона звучит как-то томно, приглушенно и... завязно? Тот ласков, небрежно теребит кулак позади, потому что чешется, безумно хочется прикоснуться к Тэхёну, который уже долгое время игнорирует его. Чонгук чувствует себя виноватым. Тэхён почему-то молчит, позволяет оголить бёдра, забывает про сегодняшний свой настрой, напрочь и нахуй. Горячая ладонь мужчины гладит его ягодицу, греет, электризует. Тэхён все ещё лежит с закрытыми глазами и думает. Отогнать, придушить, или поцеловать? Ему же нельзя заниматься сексом. Нельзя. Пока эти думы сжирают его голову, Чонгук, наглая морда, дотянулся до члена, начал медленно дрочить, но не навязывался. Его крепкий стояк упирался Тэхёну в зад, и он не собирался с этим разбираться. Если уж Чон захотел угодить ему и принести удовольствие - пожалуйста. - Прости меня, малыш, - продыхает ему в ухо Чонгук. Он невозможно бесит его. Но отпрянуть не получается. - такого больше не повторится. - Я не верю ни единому твоему слову, урод, - Тэхён прочищает горло на последнем слове, молится всем богам, потому что страшно. Он в ловушке, в сладкой пытке, от которой уйти не в силах. Чёртов секс и его повышенное либидо. - Почему так грубо? - пыжится. Разглядывает корочки ран и сам морщится. Не белиссимо. - Заслужил, блять. Уйди. Тэхён отпихивает мужчину и, виляя бёдрами, уходит в ванную. Включает контрастный душ, прыгает под холодную воду и видит, как опадает прежде стоячий член. Он молодец. Он смог преодолеть свою слабость перед ним, дал отпор, вспомнил про свою личность. Тэхён благодарит себя за это. Пока он думал про все это и действительно начал мыться, Чонгук, зверея, сидел в спальне и уныло смотрел на своё искрящееся возбуждение, с которым ему придётся справляться самому.

헐

Сокджин стоял у тачки, слышал за собой шум обеденной запары, писк стажеров и своих коллег, но он всё время думал. План был, но доработки требовали его постоянного внимания. Времени катастрофически не хватало, а Юнсок, который недавно заглянул в бар, спросил у него, как всё продвигается. Джин не ответил. Ему хотелось довести всё до отточенных зубов, до идеальности и чтобы с Кимом потом всё было хорошо. Без неполадок и недоработок. Он не простит себя, если с ним что-то случится. План звучал так: Сокджин у знакомого получает поддельный паспорт на имя Ким Тэхёна, медицинский полис и страховую справку. Всё это перенаправляется в Китай на «проверку», куда Джин и собирается отправить Тэхёна. Да, в глушь, да, почти в джунгли, но там будет безопасно. Связаться с Тэхёном будет невозможно, но специальный человек будет ему докладывать о его состоянии коротко и по четкому плану - чтобы отчёт по рации не перехватили люди Чонгука. Джин просчитал практически всё, но постоянно казалось, что он упускает что-то важное. Он переживал. Каждый раз, когда в голове воспроизводился готовый план - он просчитывал неудачный исход. Как будто он обязательно будет. Сокджин всеми фибрами души не желал такого, потому что о себе он тоже думал. Куча поднятых связей, мольбы перед важными людьми, и всё это ради Тэхёна. Тэхён, господи. Джину до трясучки хочется ему помочь, этим он и занимается весь этот месяц. Почти не работает, получает выговоры, но кое-как ставит галочку в отчетной тетради о посещении рабочего места, и ему за это капают деньги. Ничего, он долго пахал на это место, пусть теперь оно поработает на него. - Джин, блять, посмотри сюда. Его зовёт менеджер по охране здания в серверную, где куча мониторов с камерами наблюдения. У выхода из двери для сотрудников их кофе-бара снуют люди в чёрных, сука, костюмах. - И что это? - спрашивает Джин, потирая переносицу. У него же было так мало проблем, о, да. - Очевидно, не твои доброжелатели. Пойти к ним с дежурным? - Сехун, что является приятелем Джина, тоже встрепенулся, поэтому вызвался помочь. Мало ли что. - Давай, потом спишемся. А лучше позвони. Сокджин с тяжёлой душой уходит к себе в точку, всё думает, нахрена эти муравьи припёрлись в торговый центр, ещё и сторожат выход для сотрудников? Неладно творится. Возможно, приехал Тэхён со своим парнем, и Джину стоит поспешить.

헐

- Ты больной, - твердил Ким, шагая по комнате. Перед ним снова стоял Чонгук, не в кондиции, и как будто он вообще не здесь. Господи, за что ему это. - Не говори так, - взревел Чонгук, показывая Тэхёну лицо с искренней гримасой боли, и на миг парню стало его жаль. Он не в себе, зависим от наркотиков и не контролирует свой гнев. Комбо. - со мной всё более чем нормально! Чонгук стоял около кровати, прислонившись головой к деревянным балкам, которые были предназначены для балдахина. Его шумное дыхание нарушало тишину, а Тэхён паниковал. Тревога быстро одолела его тело, ему стало тяжело дышать, поэтому он сел на прикроватное кресло, прийти в себя. Чонгук всё ещё стоял на месте. - Никуда не уйдёшь. Выйдешь за порог - ноги моей в этом мире не будет. Ты будешь в этом виноват. Гром среди ясного неба. Тэхён в шоке поднял голову, придерживал пульсирующие виски и не верил услышанному. Чонгук шантажирует его своей же жизнью? Это подло. Мерзко и противно. Он знает, что Тэхён при любом случае не будет желать ему смерти и просто захочет мирно расстаться, но сейчас... он давит на больное. Жизнь для Тэхёна - это всё. Он будет карабкаться за неё до мяса, исполосует себе всё, что можно, но своё отживёт. Если ему уготовано умереть раньше, чем он планировал - ладно. Чонгук просто издевается над ним. - Ты шантажируешь меня, да? Не хочешь, чтобы я нормально заж- - А чем тебе сейчас не нравится?! - кричит Чонгук, быстро подходит к скуксившемуся Тэхёну и нависает над ним плотной тучей. - Я тебе что-то недодаю? Тебе не хватает денег, заботы, меня?! Чего ты желаешь, Тэхён? Просто скажи мне. - Если бы ты перестал употреблять и забывать все, что было в этот момент, возможно, я бы подумал о своём решении. Ты, блять, зависим. - выплёвывает Тэхён. Грязные слова оскверняют воздух, тычат носом в правдивое дерьмо, и именно таким сейчас выглядит Чонгук. Побитым псом, измазанный собственным ужасным поведением. Неприятно слышать правду, да? Очевидно. Чон молчит, не знает, что сказать, потому что разум, как обычно, затуманен. Выглядит он презентабельно, почтенно, только взгляд выдаёт. Пустой, стеклянный. Страшно смотреть. Ничего не увидишь в глубине прежних бездонных карих глаз, и подавно. Тэхён скучает по тому Чонгуку, но его не вернёшь. Слишком глубокие у него раны, чтобы засыпать их сверху присыпкой и забыть. - Прикрой за собой дверь. Захлопни. Тэхён бессмертный, да? Чонгук не успевает понять, как парень, схватив чемоданчик размером со среднюю коробку, идёт к выходу из квартиры. Его парализует, прикапывает к месту, где он стоит, пошевелиться просто никак. Он взглядом провожает парня, который сейчас, не оборачиваясь, покидает обитель, в которой жил два года. Первый год был волшебным, его забыть будет тяжело, но второй все перекроет, без остатка. Уйдёт из памяти заботливый Чонгук, который прибегал по любому писку, зову, плачу, зализывал раны брошенному на произвол судьбы парню, заботливо гладил спину, целовал в висок и успокаивающе говорил «я здесь». Ушла не эпоха, а отрезок жизни. Будет больно, но Тэхён вытерпит. Он воспользовался случаем, когда Чонгук снова накачается и начнёт причитать. Влил он в себя в этот раз много. Подъезд провожает его привычной тишиной, потому что на их лестничной площадке никто не жил. Чон выкупил все квартиры, чтобы люди не слышали лишний шум. Всё продумал, мерзавец. Тэхён грустно смотрит на разросшееся денежное дерево, которое постоянно поливал, протирал листочки, даже хотел взять в квартиру, но получил от Чонгука осуждающий взгляд и привычное «пылесборник». Парень гладит веточку с кучкой кругленьких листочков, поспешно смотрит на дверь и покидает подъезд. Он ушёл. В свою лучшую жизнь. Ему всего двадцать, вся жизнь впереди. Ему хочется жить на всю катушку и ни о чем не жалеть. И о своём недавно принятом решении Ким, ни за что, блять, жалеть не станет. Иначе он не Ким Тэхён.