Любишь музыку, Шастун?

Зима была ненавистным временем года Шастуна. Он предпочитал весну. Вот и эта зима не была исключением — с декабря по февраль он ходил сонный, бледный и ни к чему не проявлял интереса. Кроме музыки, конечно же. Как и сказал Арсений Сергеевич, Антон написал доклад про Петра Ильича во всех, сука, подробностях: с кем, где и почему. Антон рассказывал всё с чувством, расстановкой. Никто не проронил ни слова, не бросил взгляд куда-то, кроме рассказчика. «Поразительно то, как он отнёсся к наказанию. Словно для него это манна небесная.» ‐ Арсений не подавал виду, что восхищён ответственностью самого худшего ученика 11 «А» класса. — В заключение своего рассказа, хочу прочесть письмо Чайковского своему брату, — Антон достал из заднего кармана джинс бумажку, на которой кривым почерком было выведено то самое письмо, которое он переписал лишь для того, чтобы постебаться над Арсением, — Брату Модесту. «Представь себе! Я даже совершил на днях поездку в деревню к Булатову, дом которого есть не что иное как педерастическая бордель. Мало того, что я там был, но я влюбился как кошка в его кучера!!! Итак, ты совершенно прав, говоря в своем письме, что нет возможности удержаться, несмотря ни на какие клятвы, от своих слабостей». Закончив выступление, парень повернулся к учителю, который барабанил подушечками пальцев по лакированному столу. Арсений выжигал в парне дыру. Спустя пару секунд он процедил сквозь зубы: — Садись, Шастун. Парень победного прошагал в конец класса и плюхнулся на свое законное место, вытянув ноги вперёд, ибо они не помещались под партой. Весь оставшийся урок он вновь залипал на метель за окном и в пол уха слушал биографию Глинки. — Ладно, на сегодня всё. Можете идти, — Арсений махнул рукой, мол «катитесь отсюда» и стал складывать бумаги, — Антон, задержись на пару минут, пожалуйста. Шастун чуть было не запнулся о шнурки, когда резко остановился. Арсений буквально подлетел к парню, вытягивая руки, дабы не позволить ученику грохнуться на паркет. — Не ушибся? — Попов выглядел обеспокоенным. — Нет, — пробурчал Антон, завязывая шнурки, — Что вы хотели? — А, да. Ты отлично выступил с биографией, тебя интересует музыка? — Арсений выглядел спокойным, но внутри него ничто не находило себе покоя. — Ну…немного, — Антон замялся, он не особо любил рассказывать о себе. — Если тебе интересно, я могу с тобой позаниматься дополнительно. У тебя явно есть талант. — Я подумаю, — Антон явно засмущался, так как его уши приобрели розоватый оттенок, — Вечером вам напишу. — Хорошо, буду ждать, — Попов широко улыбнулся. — До свидания! — Пока, — Арсений положил руку на худую спину парня, по которой моментально пробежали мурашки и направил его к выходу.

***

Антон плёлся по коридору, не желая возвращаться домой. «Там, наверняка, пьяные родители с собутыльниками…» — думал Антон. Эта мысль не покидала его с третьего урока, когда до конца школьного дня было ещё ого-го. В животе неприятно громко заурчало и Антон впечатал предплечье в живот, дабы заглушить столь жалкий звук. Он-то давно привык к постоянному голоду, а окружающие странно косились в его сторону. Антон достал телефон с огромными трещинами на экране: Шастун 15:21 Серёг, гулять пойдешь? Серый 15:23 Сорян, у меня свидание с Юлей. Давай потом как-нибудь. Шастун со злостью сунул телефон в карман старых черных джинсов и вышел из школы. Вступив в сугроб он зашипел — в порванный кед попал снег. Переступив «порог» школьного двора Антон достал давно желанную сигарету и с довольной улыбкой затянулся. Ему предстояло провести на улице следующие несколько часов. Сначала он бродил по давно изученным улицам Воронежа, но через часа полтора ему надоело скитаться, словно бомжу и он направился в сторону дома. Вместо того, чтобы повернуть направо, он завернул за школу и оказался у недостроенного детского сада. Поднявшись на второй этаж, где было несколько стульев, Шастун уселся на один из них и достал из рюкзака половинку яблока, которую он украл из столовой еще утром. Жуя яблоко и докуривая вторую сигарету он думал о предложении Попова. «А что? Может попробовать?.. Зато буду сидеть в теплом кабинете, или дома у Арсения Сергеевича, а не по улице шарахаться!» Кивнув самому себе он поднялся и пошел домой: «Лучше слушать оры пьяных, чем воспаление легких заработать» Дома было подозрительно тихо. Мать посапывала на кухонном диванчике, а отца и вовсе не было дома. «Повезло» — пронеслась мысль. Антон прошел к себе в комнату, на всякий случай запер её. Натянув домашние штаны и кофту, он плюхнулся на кровать, обернувшись одеялом, лишь зеленые глаза выглядывали. Пришел в себя он часа через три, когда за окном окончательно стемнело, а телефон неприятно зажужжал. Высветился незнакомый номер: «Опять реклама.» Антон бросил трубку так и не ответив. Вместо глупого разговора с оператором о зубной клинке, он открыл чат с учителем: Шастун 21:43 Здравствуйте. Я согласен на дополнительные. Сколько это стоит? Педик 21:50 Отлично! Можем начать завтра. Это бесплатно, хочется раскрыть твой талант. Шастун 21:52 Спасибо, Арсений Сергеевич. Педик 21:55 Спокойной ночи, Тоша:) Шастун 21:58 Спокойной. Антон не понимал, почему ответил на пожелание спокойной ночи. «Наверное вежливость» — подумал он. Поставив телефон на зарядку, он вернулся ко сну.

***

Утром его разбудило уведомление телефона. Это был Арсений. Его сообщение гласило, что сегодня, то есть, в субботу в 12:30 у школы. Антон протер глаза и посмотрел на время — 11:20. Он подорвался, на ходу допил чай и выбежал из квартиры. До школы было около часа пешком, Антон перешел на спортивную ходьбу, затем на легкий бег и успел вовремя. Подошел к школе он ровно в 12:30, где его уже ждал Арсений. Он был как всегда одет с иголочки, только вместо костюма на нем были дорогие джинсы, черная водолазка и конечно же зимняя парка элегантного винного цвета. — Доброе утро, Тош, — Арсений слегка похлопал по плечу Антона и указал на машину, припаркованную прямо перед воротами школы. — Мы будем не в школе заниматься? — глаза парня округлились. — Нет конечно! Школа же закрыта, — Арс рассмеялся тихим, низким голосом, от чего Шастун слегка покраснел. — Пойдем быстрее в машину, ты уже красный от холода, — мужчина нажал на кнопку на ключах, машина издала «пик-пик» и моргнула фарами. Антон сел на переднее сиденье. В машине пахло парфюмом Арсения и ёлкой. Почти всю дорогу Антон и Арс молчали, лишь шмыганье носа парня нарушало тишину. Шастун смотрел в окно, любуясь пустыми улицами до боли знакомого города. — Играешь на чем-нибудь? — поинтересовался учитель. — А?.. Раньше в КС играл, надоело. Сейч… Арсений рассмеялся, тем самым перебив Антона: — Я не про это. На музыкальных инструментах играешь? — Вы про это… Года два назад играл на гитаре, но отец ее продал. — от обиды парень прикусил внутреннюю сторону щеки. — Хорошо играл? — Арсений посмотрел в сторону мальчишки, глаза которого загорелись. — Да! Цоя играл, хотел бассистом быть, — протороторил Шастун, уши которого были похожи на китайский флаг. — Приехали, — Арсений заглушил двигатель и вышел. Через пару секунд захлопнулась дверь и за Антоном. Мужчина жил в красивом многоэтажном доме, украшенном гирляндами, которые еще не убрали после новогодних праздников. Поднимались на нужный этаж секунд сорок, так как Арсений жил на двадцатом этаже. Арсений открыл дверь квартиры пропуская гостя вперед. Антон очень старался не подавать виду, что удивлен, но челюсть сама опустилась ниже. Антон не знал, что богатство и уют можно совмещать. На белоснежных стенах висели картины Ван Гога, на кухне висела картина Васнецова. Полы были мраморные, но крайне теплые. Антон сразу же согрелся и снаружи и в душе — настолько ему понравилось у Арсения. — Проходи, — мужчина указал в сторону кухни, — Чай будешь? — Да. Три ложки сахара, — Антон плюхнулся на диванчик, который очень кстати был на кухне. — Чтож… — Арсений громко выдохнул, — Пей чай и пойдем заниматься.