Dis aliter visum - Боги судили иначе
22 ноября 2013 г., 18:26
... Я не жду, что ты меня простишь, ведь я сам никогда не смогу простить себя. Я лишь только хочу, чтобы ты знала, что мне никогда не забыть твои волосы, пахнущие летней прохладой; твою улыбку, светлую и лёгкую, словно солнечный блик; твой голос, подобный пению птиц весной. И твои глаза, которые навсегда останутся для меня самыми дорогими изумрудами.
Будь счастлива, Дж. Поттер. P.S. Прошу, не доверяй ему! В комнате повисла тишина. Несколько капель упали из глаз Лили на письмо, смазав некоторые буквы. Медленно подняв голову, она посмотрела в глаза волшебнику, стоявшему напротив неё. - Мне что-нибудь ему передать? - с грустью в голосе произнёс маг. Отрицательно махнув головой, Эванс прошептала: - Нет, не стоит, - вновь опустив голову, она добавила: - Спасибо, Сириус. Анимаг не мог больше стоять в стороне, поэтому поспешил обнять девушку, которая всё ещё сжимала в руках письмо. - Ты всегда можешь на меня положиться, - негромко сказал Блэк, отстранившись от Лили, но всё ещё держа её за плечи. Та молча кивнула. Внизу хлопнула входная дверь, оповестив о чьём-то прибытии. Беспокойство появилось в глазах обоих. - Я сообщу тебе, когда будет следующее собрание Ордена, - понизив голос, сказал Сириус и трансгрессировал, оставив Эванс одну.***
- Лили, ты где? - послышался взволнованный голос, доносившийся с первого этажа поместья. Вытерев тыльной стороной ладони глаза, девушка в мгновение ока скомкала письмо и безжалостно кинула его в камин, где огонь с жадностью принялся поглощать бумагу, выжигая причудливые узоры поверх каллиграфически написанных букв. Торопливые, но осторожные, шаги раздались совсем рядом с гостиной. Встряхнув головой, отгоняя непрошеные мысли, волшебница подошла к двери и открыла её. - Лили! - воскликнул маг, поспешно убрав палочку под плащ и лишь затем обняв Эванс. - Да, Салазар, это я, - обнимая его в ответ, произнесла девушка. Не скрывая волнения, она спросила: - А кого ты ожидал здесь увидеть? - Только тебя, - умело взяв себя в руки, соврал Слизерин и разомкнул объятия. - Что-то случилось? - тревога начала медленно подниматься из глубин подсознания волшебницы. - И почему ты так поздно? - Времена нынче беспокойные, - эмоции совершенно не выдавали его, но за несколько лет вместе Лили научилась чувствовать малейшее изменение в настроении Слизерина по его глазам. И сейчас они не могли скрыть охватившее мага волнение. - На работе задержали. Ответ на второй вопрос был вполне очевиден и, отчасти, правдив. Несмотря на то, что девушка не знала, где конкретно работал волшебник, сейчас он не лгал. - Спокойное время закончилось ещё тогда, когда мы покинули Хогвартс, - тоскливо улыбнувшись, Лили провела рукой по лицу мага, заставив того вздрогнуть от неожиданности. - Я уже не маленькая, Салазар. Скажи: что случилось? Взяв её руку в свою, Слизерин печально вздохнул и, на мгновение погрузившись в свои мысли, ответил: - Участились нападения на магглов... - он закрыл глаза и замолчал. Руку едва заметно сжали и, не поднимая век, маг продолжил: - ... и волшебников. Они пропадают всё чаще, а хвалёное Министерство совсем не справляется со своей задачей! - он снова замолчал. Глаза Салазара всё ещё были закрыты, но Лили и так прекрасно понимала причину беспокойства Слизерина. - Кто на этот раз? - голос девушки дрогнул, но она постаралась не придать этому значения. Маг открыл глаза и устремил взгляд куда-то вдаль, не торопясь отвечать на вопрос. - Не молчи. Так только хуже. Слизерин перевёл свой взгляд на Лили. В его глазах была неподдельная грусть, отчего сердце девушки сжалось ещё сильнее. - Пруэтты. - Но, я же... - Лили замолчала на полуслове и наконец дала волю душившим её слезам. Снова оказавшись в объятиях Салазара, она думала о том, что только сегодня видела жизнерадостных Пруэттов на собрании Ордена, а теперь... Теперь их нет.***
И без того тёмное поместье Слизерина стало ещё мрачнее. Потрескивание огня в камине становилось всё тише, грозясь вскоре замолчать совсем. Тяжёлые тучи заволокли небо над городом, не предвещая ничего хорошего. Первые капли осеннего дождя с характерным звуком ударились в окно гостиной, и вот уже сумасшедший ливень в истерике колотит своими многочисленными щупальцами по крышам домов, в окна комнат, по асфальту. Поднялся ветер. Его завывания наполняли сердце и души всех, кто его слышал, беспросветной тоской и слепым страхом перед грядущей неизвестностью. Огонь в камине погас, и комната погрузилась во тьму. Яркая вспышка молнии выхватила из мрака силуэт двух молодых людей, смотрящих друг другу в глаза и крепко держащихся за руки. Грянул гром. - Мы переезжаем, - сухо сказал Салазар и, не дав Лили спросить, перенёс их в более безопасное место.***
Несколькими часами ранее. Асгард. - Локи! - громогласный голос эхом прокатился под сводами библиотеки, сотрясая фолианты и рукописи на полках. Послышались торопливые, но полные уверенности, шаги. - Да, отец, - юноша вышел из ряда меж стеллажей, держа в одной руке книгу с множеством закладок из сухоцветов. - Ты искал меня? Суровый взгляд Одина пришёлся не по вкусу молодому принцу, заставив того предполагать различные вариации внезапного недовольства Всеотца. - Где ты был? - мощный голос правителя Асгарда был жёстким. - Здесь, отец, - удивлённо подняв бровь, молвил трикстер. - Уточнял некоторые нюансы в истории девяти миров и Иггдрасиля. - Не лги мне! - ударив скипетром об пол, воскликнул Всеотец. Локи слегка вздрогнул от неожиданности, но почти сразу же взял себя в руки. - Хеймдалль видел... - Видел что? - в голосе принца появились холод и сталь, заставившие Одина замолчать. - Что я был в Мидгарде? - Да, - спокойно произнёс Асгардский царь. - Нельзя вмешиваться в судьбы людей. - Так кто вмешивается? - с издёвкой вопросил маг, разведя руки в стороны. - Я всего лишь наблюдаю. В библиотеке воцарилось молчание. Напряжённость отказывалась сходить на нет. - Я запрещаю тебе быть на Земле, - отрешённо молвил Один, попутно разворачиваясь к выходу. - Тебя будет ждать наказание, если ослушаешься. Раздался звук удара об пол. Обернувшись, Всеотец не увидел никого и ничего, кроме лежавшей на полу книги. Подойдя ближе, царь увидел, что она раскрылась на одной из заложенных страниц, подставляя закладку-сухоцвет на обозрение. Один взял его в руку. Лилия. Сжав руку в кулак, Всеотец превратил сухоцвет, бывший когда-то прекрасным цветком, в пыль.
