The Beast of Beacon

К тому времени, когда большой пассажирский корабль приземлился в Биконе, Адам был готов совершить геноцид. Слишком много людей. Люди. Дети. Почему-то последние раздражали куда сильнее чем взрослые, что открывало в нем новые уровни ненависти. Он попросту купался в ненависти. Они все продолжали скулить, кричать, хвастаться, болтать. Они. Не. Останавливались. Это было почти облегчением, когда одного из них начало тошнить повсюду, но развлечение длилось недолго. Когда пандус опустился, он подождал, пока все уйдут, прежде чем сделать это самому. Отчасти для того, чтобы высматривать Блейк, но в основном потому, что если кто-то его толкнет, его и так слабый самоконтроль попросту лопнет. Я сейчас в настоящем осином гнезде. Сделаю что-нибудь не так, и у меня будет мало шансов на побег. Студенты не были проблемой. Даже если бы они навалились на него все сразу, они все равно были неопытными детьми, способными впасть в панику при первых же признаках кровопролития. Проблемой были учителя и сама местность. Ему нужно будет бежать в Изумрудный Лес, который, хотя и не слишком опасен для него, вскоре будет полон охотников и его будут выслеживать Буллхеды, готовые подстрелить его. К счастью, на его пути не было поводов для убийства. Металлический пандус скрипел при каждом его шаге, пока его ботинки не застучали по белым плитам площадки. Бикон был прекрасен — он не был настолько кретином, чтобы быть не в состоянии это оценить. Высокие шпили, впечатляющая архитектура и ясное голубое небо, которое видно за высокой башней с часами и широкими арками. Этого было близко, но не совсем достаточно, чтобы вселить в него чувство благоговения. — Неплохо, совсем неплохо. Быстрый осмотр в любом случае не показал никаких признаков Блейк. Она была здесь, он был в этом уверен, но на корабле было так много людей, что он не смог заставить себя искать ее. Они не смогли бы нормально поговорить за всем этим шумом. Его рука скользнула к Уилту, на мгновение погладив рукоять, прежде чем отпустить ее и сунуть руку в карман. Другая рука поднялась, чтобы поправить повязку на глазу. Ее ткань все еще была грубой и неудобной по сравнению со старой маской. Потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть. Внезапно раздавшийся неподалеку взрыв заставил его напрячься, колени согнулись, а рука схватилась за оружие. Каждый его нерв горел, когда один голубой глаз метался влево и вправо. Нет засады - зачем? Это был Бикон. Тем не менее, это явно был взрыв, пусть и слабый. Другие студенты, слонявшиеся вокруг, сначала выглядели заинтересованными, но потом попросту пожали плечами и продолжили заниматься своими делами. Адам усмехнулся. У них что, не было чувства самосохранения? Они понятия не имели, что это был за шум, а это означало, что это могли быть Гримм, бомба, нападение или что-то еще, но они были готовы уйти, даже не взглянув что случилось. Я ожидал большего от наших так называемых защитников, — подумал он, шагая в этом направлении. Может они не собирались идти проверять, но он собирался взглянуть. Конечно, это не Белый Клык и это не его обязанность пресекать любые беспорядки, но старые привычки тяжело умирают, и лучше быть в курсе о происходящем вокруг. Протолкавшись сквозь болтливую группу идиотов, он пронесся через лужайку к большой круглой площади из того же белого камня, что и по всему Бикону. Там он заметил знакомую фигуру. Две знакомые фигуры, одну из которых он бы имел огромное удовольствие лично встретить, одинокую и незащищенную в темном переулке. — Шни… Уилт с щелчком начал высвобождаться, появился едва заметный отсвет красного. Его губы исказились в оскале. Прямо перед ним, смотря в другую сторону, Вайсс Шни обвиняла и кричала на ту самую девчонку, которую он видел во время ограбления. Красная. Он был уверен, что это ее имя. Это не имело значения. Шни не обращала на него внимания. Насколько тяжело было бы подойти и проткнуть Уилтом ее позвоночник, затем схватить и вытащить его с брызгами крови? Адам уже сделал шаг вперед, прежде чем что-то на деревьях привлекло его внимание. Мерцание золотого и черного, быстро исчезнувшее. Блейк…? Должно быть, это было его воображение — он уже совершал эту ошибку раньше, всегда надеясь увидеть, как она выходит из-за деревьев в лагере, садится рядом и позволяет им вместе разобраться в их проблемах. Здесь такое было немного более возможным, но лишь немного. У него вырвался долгий вздох. Болезненные воспоминания в сочетании с его и без того расшатанными нервами отогнали ненависть прочь. Пока что. Уилт с тихим шелестом вернулся в ножны. Шни миновал нависший над ней приговор. Убив ее сейчас он только докажет, что Блейк была права, и потеряет свое место в Биконе, лишив его шанса показать ей, что она не единственная, кто способен измениться. Однако были и другие способы противостоять Шни. Стоит ли ему выйти на сцену и поддержать Красную, чтобы позлить глупую девчонку? Стоит ли выходить, рискуя, что его гнев вспыхнет вновь и он сделает что-то, о чем может пожалеть? Хуже всего было то, что он не был уверен, что пожалеет об этом. — Нет. Лучше не рисковать. Адам отвернулся, проходя мимо блондина, который выглядел так, будто собирался его о чем-то спросить. Быстрый взгляд заставил парня в дешевых доспехах вздрогнуть и, пригнув голову, метнуться прочь, как испуганная собака. Может быть, он бы помог Красной, а может и нет. Это не имело значения. Если она не могла выстоять против другого человека, он не был уверен, что она сможет выстоять против Гримм. Таскать ее за собой не входило в его обязанности. /-/ — Сегодня вечером все оружие должно храниться в специально отведенных шкафчиках для хранения. Вы получите более подробные инструкции перед вашим заселением. Это правило не подлежит обсуждению. Вы все останетесь в зале до завтрашнего утра. Гудвич изо всех сил старалась выглядеть так, будто наблюдает за всеми, но ее глаза снова и снова возвращались к нему, следя, как ястреб, за тем, как он стоял в глубине толпы. Адам не стал притворяться, что ничего не заметил, и посмотрел в ответ. Разоружать его было рискованно, но он полагал, что вероятность кровопролития уменьшилась бы, если бы ему не приходилось беспокоиться о том, чтобы случайно кого-нибудь ударить спросонья. — Сегодня вечером в зале будет присутствовать учитель, который будет готов разобраться с любыми проделками. Не выходите за рамки. Не убивайте никого. Сообщение получено. Шкафчики были смешными. Огромные, кричащие штуковины с возможностью полета, по какой-то непонятной причине. Ракетные шкафчики — он знал теорию, но все это было так бессмысленно. Почему вы когда-либо оказались в плохом месте без вашего оружия? Какой из вас охотник, если вы позволили этому случиться? На самом деле, сам факт сдачи оружия на хранение подвергал их риску. Он никогда никуда не выходил без Уилта и Блаша, снимая их только для сна или купания, да и то они всегда были под рукой. Вероятно, опасаются, что мы поубиваем друг друга ночью. Адам усмехнулся, запирая свое собственное оружие, сразу же потеряв его обнадеживающий вес. Все это казалось таким неэффективным. Зачем привозить сюда людей настолько поздно, что инициация не может быть проведена до следующего дня? Почему бы не открыть Бикон рано утром, и провести тестирование в тот же день? Не то чтобы у него были причины жаловаться. Задержка дала ему возможность поискать Бле... — Адам! Это была не Блейк. На мгновение он ожидал, что кто-то другой по имени Адам ответит. Это не было редкое имя. К сожалению, такое чудо не произошло и он услышал, как позади остановилась пара ног. Высокий голос был не тем, который он искал. Он повернулся с тяжелым вздохом. Маленькая девочка встреченная им недавно ночью а также на инциденте со взрывом с утра, стояла перед ним. Красная. — Это ты, — быстро сказала она. — Я так подумала, увидев твое оружие и пальто – ну, наверное, это было достаточно очевидно, — она хихикнула и неловко помахала. — Это я. Недавно ночью? Ограбление? Руби? Ее звали Руби? Ну, это решило одну проблему. — Я помню. — Да, я думаю, ты помнишь. Глупо с моей стороны было думать, что ты не помнишь. О, но я думала, что ты настоящий охотник. Я не знала, что ты тоже студент. Почему ты ничего не сказал!? — Руби продолжила, не дав ему и шанса что-либо ответить. — Неважно. Ты здесь. Это круто. Мы будем работать вместе. Где Уилт? Он тупо указал на свой шкафчик. — Ах. Верно. Шкафчик. Хех. — Руби покачалась на каблуках. — Мне еще нужно найти свой. И мою сестру. Ты можешь поверить, что она просто сбежала и бросила меня? Потом я столкнулась с этой ворчливой девочкой и взорвалась! — Я видел твою сестру, — быстро сказал Адам. — Вон там, — он указал направление. — С той стороны от всех этих людей. — Ты видел ее!? Спасибо, Адам! — Руби бросилась прочь, проталкиваясь сквозь толпу. Адам ретировался прежде, чем она смогла понять, что он солгал ей. Если повезет, она поймет, что это означает, что он не хочет иметь с ней дело. Он мог бы сказать ей это, но при всеобщем внимании учителей он должен был хотя бы сыграть роль раскаявшегося преступника. Пинание несовершеннолетних девочек, когда они его раздражают, не принесет ему очков. Он вернулся в зал, все еще ища Блейк. Вместо этого он снова увидел Шни, разговаривающую теперь с девушкой, которую он узнал как какую то знаменитость, но не более того. Лицо, которое, как он знал, он видел на обложках журналов, но кто это, хоть убей, он не мог вспомнить. Его плечо врезалось в парня, идущего в противоположном направлении, но блондин тут же начал долго извиняться, прежде чем Адам успел потребовать этого, лишив его настроения на ссору. — Все в порядке, — вместо этого пробормотал он, проскальзывая обратно в широкую и открытую комнату. Несколько человек уже заняли место для себя, и он направился к стене, не желая сидеть посреди толпы незнакомцев. Присев, он прижался к ней не раздеваясь, наблюдая за каждым, кто входил через главные двери. Вскоре это стало невозможным, так как люди продолжали толпиться и толпиться, закрывая ему линию обзора. Она была здесь. Озпин почти подтвердил это. Было ли это неудачей, что он скучал по ней, или он делал это намеренно? Трудно сказать. Адам поднял одно колено и положил другую ногу на пол, не чувствуя рядом с собой Уилта, с которым он обычно спал, готовый выхватить его, если часовые просигналят о приближении Гримм. Сегодня не будет Гримм, только дети. Честно говоря, он бы предпочел Гримм. /-/ — У меня появился друг! — Да? Это здорово, — натянув пижаму через голову и грудь, она расправила волосы перед зеркалом. — Я говорила тебе, что все будет хорошо. Тебе просто нужно было переступить через себя и поговорить с несколькими людьми. — Мне бы не пришлось, если бы ты не убежала! От этого исходило небольшое чувство вины, но она достаточно легко избавилась от него. Опека Руби не сработает в долгосрочной перспективе и может даже усугубить ее положение. Как бы она ни ненавидела это, ей пришлось заставлять Руби делать некоторые вещи самостоятельно. И эй, это сработало. Думаю, я не должна чувствовать себя так плохо в конце концов. Янг усмехнулась, настроение поднялось. — Почему бы тебе не познакомить меня с этой твоей подругой? Она милая? — Это он, и да, он очень дружелюбный. Парень, да? Янг не слишком беспокоилась об этом. Руби, вероятно, в любом случае лучше ладила бы с парнями, поскольку ее главными навязчивыми идеями были драки, оружие и видеоигры. Возможно, это было ее ошибкой в ​​Сигнале, когда она пыталась представить сестру слишком большому количеству девушек, которые хотели поговорить о моде и мальчиках. Янг обычно не переступала черту, но Руби твердо была в лагере сорванцов. Она думала, что Руби может перерасти это, когда станет старше, но этого не произошло. Это было не так уж плохо. Нет ничего плохого в том, чтобы сосредоточиться на карьере охотника. — Хорошо, это он. — Янг кивнула головой в сторону двери, — Пойдем найдем его. — Э? Сейчас? — Конечно, — если только она его не выдумала. Руби не зашла бы так далеко, чтобы не разговаривать с незнакомцами, не так ли? — Никаких проблем с этим, не так ли? — Нет. Никаких проблем. Пойдем найдем его. Очевидно нет. Янг быстро выдохнула с облегчением. Они собрали свои спальные мешки и вышли в зал. Это было похоже на сумасшедшую домашнюю вечеринку. Люди стояли на спальных мешках и звали друзей. Банки с газировкой пролетали в воздухе. Некоторые парни боролись, либо хвастались перед девушками, либо удовлетворяли свои гомоэротические фантазии. Эй, она их не осуждала. Ну, во всяком случае, не их предпочтения – она определенно оценила эти подтянутые ягодицы. Мррр. Голова Янг поворачивалась, чтобы следить за несколькими, пока Руби тащила ее за собой. Почему Руби не могла подружиться с одним из этих красавчиков? Это было бы удобно. На глаза ей попалось чудовище, все синее, неуклюжее и ужасное. — Угх, — сказала она, вздрагивая и снова поворачиваясь вперед. — Поговорим о сладком. Где твой новый бойфренд, сестренка? Где-то прячется? — Адам не мой парень! — Руби задохнулась. — И он там, у стены. Адам…? Это имя звучало знакомо. В ее голове мелькнуло лицо, которое она видела несколько ночей назад, но она стряхнула его. Неа. Он был на несколько лет старше их и был настоящим охотником. Это было просто совпадение. Адам было первым именем, о котором бы вы подумали начинающееся с А. Это не было такое странное имя, как Янг или Тайянг и… И это был он. Красные волосы. Бычьи рога. Повязка на глазу. Черное пальто и единственный голубой глаз, смотрящий на них так, словно он наблюдал приближение неизлечимой стадии рака. — О нет, — прошептала она. — Ты подружилась с Ворчуном Ворчуновичем… (Grumpy McGrumpinson — П.П.) Руби ее не слышала. Глаза Адама сузились. Дерьмо. Был ли у фавнов улучшенный слух? Ах, проклятье. — Привет, Адам! — сказала Руби, радостно помахав рукой, и остановилась перед его вытянутой ногой. — Я нашла Янг. Кстати, спасибо за помощь. Ты ведь ее помнишь, верно? Вы виделись около полицейского участка. Его глаз осмотрел ее сверху донизу. Янг почувствовала себя некомфортно из-за этого, и не по той же причине, как если бы на нее смотрело большинство парней их возраста. Янг чувствовала себя добычей, которую оценивали. — Я помню. — Неплохо. — Руби, к огромному ужасу Янг, бросила свой спальный мешок к ногам Адама. Нет, нет, нет. Они же не собираются сделать это, не так ли? Конечно нет. Она обратилась к Адаму за помощью, но он выглядел таким же отчаявшимся, а также смирившимся. Примерно как человек, принимающий свою смерть перед лицом какой-то неизлечимой болезни. Как Руби могла быть такой тупой? Как она могла не видеть, насколько он не хотел их присутствия рядом с собой? Я была неправа. Я должна была нянчиться с ней с первого дня. Будь ты проклята, реверсивная психология! Теперь ее нельзя было оставлять. Янг развернула свой собственный спальный мешок рядом со спальным мешком Руби и села на него, скрестив ноги, лицом к, по общему признанию, красивому, но совершенно неприступному, фавну, которого Руби, несмотря на силу полной слепоты, определила своим новым другом. Он посмотрел на нее одним глазом. Какое-то время казалось, что они молча общаются. Она просит его быть помягче с ее сестрой, а он просит ее взять эту сестру и унести ее далеко-далеко. Почему Руби не может подружиться с нормальными людьми? — И я не могла найти ее сначала, и я думала, что ты, возможно, просто пытался избавиться от меня, но потом я ее нашла, и она была именно там, где ты сказал, что она была, — Руби закончила рассказывать свою историю широким взмахом рук. — Итак, мы учились в Сигнале. А где ты учился? — Я не учился. — Ты не учился ни в одной из школ охотников? — Нет. Странно. Не то чтобы Янг подозревала его. То, как он это сказал, ясно давало понять, что Адаму было достаточно все равно, чтобы лгать, и он определенно был достаточно антисоциальным, чтобы никогда не ходить в школу. Однако что это означало? Был ли он обучен как ученик охотника? Выживал ли он в приграничной деревне? Оба варианта были возможны и объяснили бы потерю глаза. Она предположила, что это был именно отсутствующий глаз, поскольку он не выглядел таким ущербным, чтобы просто прикрывать его. — Это так классно! — Руби обрадовалась. — Тебе приходилось драться с различными Гримм? — С некоторыми. И некоторыми существами, которые хуже, чем Гримм. — Хуже? Губы Адама дернулись вверх. Янг не хотела знать, что заставило его так ухмыльнуться, и быстро прервала его. — Рубс и я ходили в Сигнал. Это школа на Патче, если ты не знал. Она на два года моложе меня, но ее приняли раньше благодаря тому ограблению, которое ты помог остановить. Еще раз спасибо за это, кстати. — Хм. Это не было проблемой. Фух. Кризис предотвращен. — Итак, зачем ты пришел в Бикон? — спросила Руби. Почему с одним человеком можно нормально поговорить, а с остальными совершенно бесполезно? Давай, Руби… — Я… ищу кое-кого. Янг вышла из своих мыслей на этом загадочном заявлении. Менее резкое, чем она ожидала, но почему-то не менее драматичное. Конечно, он кого-то ищет. Он не мог быть здесь только потому, что это было ближе всего или потому что это академия с лучшим рейтингом. Неееет. У него должна быть какая-то глубокая, темная причина. Янг с тоской посмотрела на нормальных людей на другой стороне зала. — Кого то, кто пропал без вести? — спросила Руби, очевидно полагая, что жизнь – это фильм Спрюса Уиллиса. — Да. Или, может быть, они оба были идиотами. — Пожалуйста, скажи мне, что это не мы, — проворчала Янг. Если это была какая-то крайне скучная и ужасная попытка флирта, она хотела уйти прямо сейчас. К счастью, возмущенное фырканье Адама ясно дало понять, что она не могла быть еще дальше от истины. — Хорошо. Кого ты ищешь? — Ты ее не знаешь. — Ее, да? — Янг наклонилась вперед. — Попробуй, спроси нас. Я, например, знаю многих людей. — Ты не знала меня, и она родом из того же места, что и я, — теперь голос Адама звучал раздраженно, как будто они слишком надавили. — В любом случае. Блейк. Блейк Белладонна. Ты ее знаешь? — Неа, — Руби почесала затылок. — Как она выглядит? — Забудь про это, — он закрыл глаза, как будто отказываясь их видеть, и пытаясь поверить, что их вообще не существует. — Если вы ее не знаете, значит вы ее не знаете. — Почему ты ищешь ее? — Это мое личное дело. — Мы могли бы помочь. Пойми намек, Руби. Он не хочет нашей помощи. — Тебе когда-нибудь говорили, что ты невероятно раздражаешь? — вздохнул Адам. — Нет, — Руби моргнула. — Почему? Рука Янг встретилась с ее лицом. — Подожди… Ты хочешь сказать, что я раздражаю? Это несправедливо! Я просто спросила, могу ли я пом… — Снова ты!? — завопил новый голос, присоединившись к надвигающемуся спору так быстро, что Янг чуть не снесло с места. Она оттолкнулась ногами и посмотрела вверх, обнаружив высокую – нет, подождите, она была невысокой, просто высокой по сравнению с ней, сидевшей на заднице, – девушку с белыми волосами и в белом спальном халате, которая стояла позади Руби, уперев руки в бедра. — Насколько громкой ты можешь быть? Ты понимаешь, какой шум ты производишь, когда люди вокруг пытаются уснуть? — Ааа! — Руби вскочила на ноги. — Снова ты! Снова? Еще один друг Руби? Быстрый взгляд на Адама сказал ей, что эта новая девушка определенно не была его другом. Даже близко нет. Видя это выражение на освещенной стороне его лица, становилось ясно, что она ему не нравится. Он яро ненавидел эту девушку. — Я? Это я должна говорить это. Разве ты не устроила сегодня достаточно беспорядка? Я не могу поверить, что ты находишься здесь, хотя кристально ясно, что ты не заслуживаешь быть здесь. Хорошо. Это зашло слишком далеко. Янг опустила руку, готовая встать и стать примирителем, даже если на самом деле она уже была почти готова поделиться с этой сучкой своим мнением. Руби была неуклюжей в общении и совершала ошибки, но сомневалась в ее праве быть в Биконе? Не в ее смену. Руби сделала шаг назад, сильно обиженная. У Янг так и не появилось шанса. Адам опередил ее. — Никому нет дела до того, что ты думаешь, Шни. Шни. Вайсс Шни? Теперь, когда она присмотрелась, это было очевидно. Белые волосы, бледная кожа и яркие глаза со шрамом на одном из них. Девушка не могла быть намного выше Руби, но она притворялась, глядя на Адама сверху вниз. — Извини? Я пришла сюда, чтобы помочь тебе. Понятно, что этот незрелый ребенок раздражал тебя, это было написано у тебя на лице. Ты должен благодарить меня за то, что я подошла и что-то сказала. Руби вздрогнула и оглянулась на Адама, выглядя ранимой. Желудок Янг сжался. Адам ухмыльнулся и откинулся назад, его единственный глаз был закрыт. — Единственный кто здесь раздражает – это ты. Серебряные глаза Руби расширились. Янг вздохнула. Отлично. Теперь они были обречены. Возможно, он сделал это, потому что, по-видимому, ненавидел Вайсс больше, чем их, настолько, что встал бы против нее, даже если бы она была права, но, что касалось Руби, Адам только что защитил ее. Теперь это было официально. Лучшие друзья навсегда. Его пригласят на каждый день рождения, на каждый праздник. Кто-то должен был спасти ее. Это должно было закончиться. — Ты… я… я не могу поверить… — Вайсс топнула босой ногой по полу, напоминая Янг о своем присутствии. — Ждешь прихода дворецкого, Шни? Я не думаю, что топая, как ребенок, ты кого-то впечатлишь. Янг не смогла скрыть смешок. Ладно, это была хорошая работа. — Почему ты настолько груб? — прошипела Вайсс. — Я пришла сюда, чтобы помочь тебе! Я думала, ты оценишь… — Я не просил об этом и не нуждался в этом. Уж точно не от твоей гнилой семьи. — Гнилой!? Что значит моя?.. — взгляд Вайсс скользнул по его волосам. — Конечно. Ты же фавн, не так ли? Я должна была догадаться, что ты будешь таким... На долю секунды Янг была уверена, что кто-то вот-вот умрет. Сам воздух стал тяжелее, и она вздрогнула, глядя, как Адам замирает. Это... Что это? Мне кажется, что я вижу, как будто грузовик несется прямо на меня... Как девушка этого не заметила, она понятия не имела. Руби заметила. Она замерла, с широко раскрытыми глазами, руки вытянуты по швам. Даже несколько человек поблизости оглянулись, на их лицах отражалось беспокойство и некоторая степень страха. Янг все еще не была уверена, чем это вызвано, но у нее было подозрение, что сейчас кто-то пострадает, и это явно будет не Адам. — Я должна была ожидать, что ты осудишь меня только за это, — Вайсс продолжала, не замечая ничего вокруг. — Не верь всему, что ты читаешь в газетах. СМИ постоянно пишут статьи против меня и моей семьи, даже когда мы не делаем ничего плохого. — Ничего плохого? Вы порабощаете фавнов. — Это ложь, постоянно провозглашаемая СМИ! ПКШ поддерживает нормальные условия труда на всех своих объектах. Или ты веришь в какую-то из сплетен об одном из членов семьи? — Вайсс посмотрела на него сверху вниз. — Ну? Нечего сказать? Я так и думала. В следующий раз приведи какие-то факты, прежде чем нести чепуху. — Эй, эй, — позвала Янг. — Не нужно быть такой холодной. — Холодной? Он говорит, что я и моя семья работорговцы! — Вы и есть работорговцы, вы..! — Адам внезапно осекся, держа одну руку на повязке на глазу. Его рука дрожала, губы приоткрылись. Он уже почти было вскочил на ноги, но внезапно успокоился и плюхнулся на место. Его рука опустилась, хотя даже Янг показалось, что с его стороны для этого потребовалось невероятное усилие. Вздох, который он испустил, был скорее яростным, чем раздраженным, словно вырвался горячий пар. — Забудь, — отрезал он. — Я не буду доказывать ее неправоту. Я отказываюсь. Тебе повезло, Шни. Повезло больше, чем ты думаешь. — Кхм! — раздался кашель, когда к ссоре присоединился еще один человек . Янг почти выругалась, но вовремя увидела, кто это был. Та самая пугающая учительница, которая до этого произносила приветственную речь, стояла позади них, высокая и суровая, глядя на Адама сверху вниз. — Что-то здесь не так? Я слышала шум. — Конечно, вы слышали, — усмехнулся Адам, смеясь себе под нос. Он снова прикрыл глаза, прислонившись спиной к стене. — Шни только что ушла к себе после того, как достаточно потрепала языком. Больше никакого беспокойства. — Что? Тебе еще предстоит извиниться… — Мисс Шни, — рявкнула учительница. — Идите в вашу постель. Мистер Торус, пожалуйста, не причиняйте больше беспокойства, или у нас с вами будет разговор. Янг нахмурилась, собираясь указать, что это не он первым начал, но учительница ушла раньше, чем она успела что-либо сказать. Вайсс поступила так же, бросив напоследок такой взгляд на Руби, как будто из всех людей, это была именно ее вина. Янг снова села, успокоилась и похлопала по спальному мешку рядом с собой, чтобы Руби тоже села. Сестра выглядела мрачной. Янг это чувствовала. Я ненавижу учителей, которые обвиняют обе стороны, когда что-то идет не так. Это было совершенно несправедливо. — Ну, — сказала Руби, нервно хихикнув. — Все прошло не очень хорошо. Один друг и один враг. Это возвращает меня к нулю, не так ли? Янг открыла рот. — Руби, — Адам снова опередил ее. Он произнес ее имя, не открывая глаз, даже не двигаясь. — О человеке можно судить по врагам, которых он наживает, так же, как и по его друзьям. Становление врагом Шни делает тебя менее раздражающей в моем личном списке. Это… Это был комплимент? Янг действительно не была уверена. В лучшем случае он был двусмысленным, а в худшем – враждебным. Это даже не означало, что ему нравилась Руби, просто он считал ее «менее раздражающей», чем раньше, что по-прежнему делало ее сестру для него скорее вредителем, чем человеком. Если это был его способ подбодрить ее, то он был не только ошибочным, но и столь же неуклюжим, как и сама Руби. Честно говоря, она не могла сказать, было ли это ради Руби или просто его способом сказать, что он больше ненавидит Вайс. — Адам… — Руби уставилась на него, сжав губы в маленькое «о». Ее губы дрожали, прежде чем она кивнула, улыбаясь. — Да. Ты прав. У меня все еще есть один друг. Это все, что имеет значение, и я не позволю ей это разрушить. — Это даже близко не похоже на то, что я только что… — Спасибо, Адам. Ты лучший! Их угрюмый новый «друг» только зарычал в ответ, откинувшись назад, чтобы попытаться уснуть, и делая все возможное, чтобы игнорировать все и всякое, что говорила Руби. Янг не была уверена, должно ли ее это позабавить или расстроить, как тот факт, что Руби не обращала на него внимания и продолжала жадно болтать с ним, даже когда он ни разу не ответил. Моя жизнь официально сошла с ума, — подумала она, забираясь в спальный мешок, когда свет погас. Может быть, все это будет иметь больше смысла утром. /-/ Книга лежала брошенной и нетронутой у нее на коленях. Он был здесь. Почему он здесь? Зачем он здесь? Из самого темного угла зала со свечой, которую она собиралась использовать в качестве улики, чтобы отвратить кого-либо от мысли, что она фавн, Блейк смотрела своими золотыми глазами, как ее бывший партнер сидел у дальней стены, свернувшись калачиком, как обычно, за исключением отсутствия рядом с ним Уилта. В этом не было никакой ошибки, и она не ошиблась, когда она застала его приближающимся к Шни. Все еще стыдясь признаться, что она сбежала и бросила девушку, возможно, обрекая ее на жестокое убийство, она не могла поверить, что оба все еще живы. Она также не могла поверить, что Адам делил свой отдых с двумя людьми. С другой стороны, он не выглядел счастливым по этому поводу. Он пришел за ней. Какая еще причина может быть? Блейк поджала колени и попыталась не впасть в полномасштабную паническую атаку. Она была идиоткой, полагая, что это будет так же просто, как разъединить вагоны и уехать прочь от него и Белого Клыка. Конечно, он пойдет за ней. Чтобы разобраться с ней. Хотел ли он вернуть ее? Хотел ли он убить ее? В любом случае, она не хотела этого знать. Мне осталось пройти инициацию. Адам не выдержит. Он что-нибудь сделает. Сорвется. Покажет всем, какой он на самом деле. Все, что ей нужно было сделать, это пережить инициацию. /-/ — Наконец-то сегодня тот день! Больше никаких разговоров, никаких ожиданий, я наконец-то могу использовать Крещент Роуз с пользой и показать людям, из чего я сделана. — Это все равно потребует разговоров, Рубс. — Я позволю моей малышке говорить за меня. — У тебя не выйдет, если хочешь быть настоящей охотницей. — Янг вздохнула и повернулась к нему, опершись щекой на руку и локтем на стол. — А как ты думаешь, Адам? Ей нужно преодолеть себя и общаться побольше, верно? — Действия говорят громче слов, — проворчал он. — Смотри! Смотри! Адам согласен со мной! — Да, — пробормотала Янг, — Потому что это заставляет тебя замолчать. В этом она не ошиблась, хотя Адам подумал, что его попытки до сих пор не смогли подорвать непоколебимый оптимизм Руби, отсюда и тот факт, что теперь они каким-то образом делили завтрак в кафетерии. Время приема пищи в лагерях Белого Клыка часто было шумным и непринужденным, когда бойцы могли общаться между собой, поддерживая боевой дух, но он всегда предпочитал есть в одиночестве или с Блейк. Все вокруг знали, что лучше не приближаться к нему. Однако сбежать от Руби не удалось. С того момента, как они проснулись и забрали свое оружие, она была рядом с ним, возбужденно болтая о прошедшем дне. Это было… чуть менее раздражающим, чем вчера, хотя это и не было ее заслугой. Он просто научился пропускать мимо ушей все это. Мириться с ней было муторно, но это расстраивало Шни. Это оправдывало все неудобства. Куда бы Руби ни пошла, Янг следовала за ней, будучи вездесущим и немного более наблюдательным компаньоном, которая всегда приглядывала за ним. Она знала. Не то, кем он был, но она знала его мнение о них и следила за своей сестрой, чтобы убедиться, что он не «потерял» ее где-нибудь. Адам не мог винить ее в этом, даже если он чувствовал, что она могла бы утащить ее от него задолго до всего этого. Это не имело значения. Он не стал бы «избавляться» от Руби, потому что ему это не нужно. — Это все, что ты ешь? — спросила Янг, тыкая вилкой в его ​​тарелку. — Я чувствую себя стройнее, просто глядя на это. Ты понимаешь, что мы, вероятно, столкнемся с Гримм?. — Надеюсь, что да. Это не очень хорошая академия охотников, если этого не случится. — И при этом ты ешь ягоды и зерно, как какой-то древний охотник-собиратель… —Я ем овсянку. Я и не знал , что у пещерных людей были микроволновки, — нахмурился Адам. Эти люди были такими драматичными. — Я тоже. Но ты должен хорошо позавтракать. Он хотел спросить, имеет ли она в виду свою собственную, откровенно отвратительную стопку яиц на тосте с беконом, сосисками, фасолью и картофельными оладьями, под хорошим завтраком. Три яйца и три ломтика тоста, не говоря уже о масле. Надеялась ли она добавить своему телу слой плотного жира, как некую подкожную броню? Если бы он съел столько, его бы стошнило в бою. — Злаки – источник медленно высвобождаемых углеводов, — сказал он, лениво поглощая завтрак. Он принял тот тон, который он использовал, когда разговаривал с рядовыми, тон терпеливого, даже если ему было скучно, инструктора. — Плоды содержат витамины и питательные вещества, необходимые мне для поддержания здоровья, но не слишком пустые или плотные. Содержание воды будет… — Скучно! Ты охотник или персональный инструктор по фитнесу? — Янг закатила глаза и бросила ему ломтик тоста. Поскольку он не прилагал никаких усилий, чтобы поймать его, проклятая штука шлепнулась в его кашу и погрузилась в жижу, распространяя масло, как болезненный туман. — Вот. Считай, что я присматриваю за тобой. Руби будет опечалена, если ее лучший друг умрет там. Будет ли она опечалена, если ее сестра умрет здесь? Адам поморщился, выкладывая ложкой размокшее месиво и шлепая его на стол. Никто бы не осмелился сделать это в Белом Клыке. Никто не мог быть таким тупым и до сих пор все еще дышать. Где была Блейк? Это точно должно было быть доказательством того, что он может измениться. Если он смог так долго сопротивляться убийству Янг, он заслужил не только ее извинения, но и статую в свою честь. Его могли бы короновать как повелителя терпения. — Ой, да ладно, — Янг поддразнила его. — Давай посмотрим на твою улыбку. Я уверена, что она где-то там есть. — Ты невыносима. — он направил на нее свой самый жесткий, самым мрачный взгляд. Тот, который заставлял детей бежать в слезах. — Неа, — сказала она, невосприимчивая. Или, может быть, слишком тупая, чтобы это ее тронуло. — Я Янг. Это что, она только что пыталась скаламбурить? Было ли это поводом для убийства? Это должно было быть поводом для убийства – даже Руби бросала на сестру явно злобный взгляд. Спокойно, сказал он себе. Мне просто нужно смириться с ними, до тех пор, пока я не стану партнером Блейк, и тогда мне не придется иметь с ними дело снова. Все это было предраспределительной чушью. Как только у Руби появится собственная команда, она сосредоточится на ней и оставит его в покое. Ему самому придется иметь дело с командой, которая сама по себе была бы тем еще адом, но он будет в команде с Блейк и, таким образом, ситуация станет гораздо более управляемой. — Я буду в порядке с моей кашей... — Как хочешь. Только не приходи ко мне плакаться, если проголодаешься там. — Я никому не плачусь, тем более таким, как ты. — Янг… — Руби толкнула сестру локтем. — Извини за нее, она иногда бывает такой. Думаю, овсянка – это круто. Адам посмотрел на ее тарелку и поднял бровь. Блинчики. Высокие штабеля блинчиков с молоком. Забудьте о тошноте или голоде, она собиралась пострадать от диабета. Ее проблема. Пожав плечами, он вернулся к еде, мыча каждые несколько секунд, чтобы создать впечатление, что он слушает все, о чем они говорят. Поскольку избавление от них оказалось бесплодным, лучше ему пока сосредоточиться на том, чтобы терпеть их. — Всем ученикам направиться к скалам Бикона для церемонии посвящения. Всем ученикам направиться к скалам Бикона. Спасибо. — ожил динамик с металлическим скрежетом. — Похоже, это нам, — без надобности сказала Янг, быстро набивая рот и каким-то образом избегая удушья. Оставив еду, она встала и ужасно причмокнула. — Вы двое готовы? Это не будет похоже на все те простые вещи, которые были раньше. Это Бикон! — Я сражалась с Торчвиком, — заметила Руби. — Я победил его, — добавил Адам. — Д-да, что ж… — запнулась Янг, внезапно поняв, что из всех присутствующих она была технически самой непроверенной. По крайней мере, на данный момент. — Это другое. Это Гримм. Помни, чему я тебя учила, Рубс… — Всегда предохраняться? Янг замолкла. — Как насчет того, чтобы я вспомнила, что говорил мне дядя Кроу, — сказала Руби, хихикая. — Я буду в порядке. Я уже большая девочка, и я пью молоко, — Адам не увидел логики. Он чувствовал, как клетки его мозга умирают от одного только присутствия рядом с ними. — Кроме того, я слишком быстрая, чтобы Гримм могли меня поймать. Я могу просто убежать, если захочу. — А ты? — спросила Янг. — Я буду в порядке. Позаботься о себе. — фыркнул Адам. — Оууу. Он беспокоится о нас. Это мило. — Это даже отдаленно не похоже на то, что я только что сказал… — вздохнул Адам. — Просто забудь. Умри, если хочешь. Я не буду обвинять тебя за удаление себя из генофонда. — Эх… Адам, тебе не обязательно вести себя так, будто ты выше всего этого. Ты такой же студент, как и мы. — Я совсем не такой, как ты, — сказал он, вставая. Люди были глупы. Все они. Адам проигнорировал их болтовню и попытки догнать его, а затем проигнорировал поспешные извинения Руби, когда она каким-то образом все-таки это сделала. Должно быть, это было то самое Проявление, о котором она упоминала. Он позволил словам пронестись над его головой, сосредоточив внимание на направлениях, необходимых для перехода к следующему этапу этого глупого процесса посвящения. Чем скорее он с этим разберется, тем скорее сможет найти Блейк. Утесы начали заполняться учениками, а директор и Гудвич стояли у обрыва, не заботясь о лесах далеко позади и населявших их Гримм. Не больше, чем его беспокоило то, как их глаза следили за ним, отслеживая каждое его движение, несмотря на присутствие всех остальных учеников. А еще была она. Адам наконец увидел ее. Блейк. Его возлюбленная была одета в тот же наряд, в котором она покинула его, от черно-фиолетовых чулок до черно-белых шорт и жилета. Ее гладкие руки были свободны, Гэмбол Шрауд был закреплен на бедре. Она выглядела усталой, и он хотел подойти и спросить ее, что случилось, но его ноги приросли к земле, когда он посмотрел выше. Бантик скрывал ее уши. Почему? Почему ты скрываешь, кто ты такая – кто мы такие? Тебе стыдно? Стыдно быть фавном!? Адам заставил свои зубы перестать скрежетать друг о друга. Его рога были ясны как день. Он бы не стал их прятать. Никогда бы не позволил. Если люди не могли справиться с тем, кем он был, то это была их проблема. Фавны, которые скрывали свои черты, были трусами. Это были такие же фавны, как Илия, которые просто шли мимо и делали вид, что грубое обращение — это нормально, пока это не случалось с ними. Отбросы – по крайней мере, так их всегда называли. Трусы, которые скорее будут жить рабами, чем умрут свободными. Даже Блейк однажды назвала их так. И теперь ты одна из них. Как ты могла…? Нет. Он отвел взгляд. Должно было быть объяснение, и минутное размышление дало его. Возможно, это был не страх быть признанным фавном, а страх того, что это может помочь связать ее с Белым Клыком. Он также не собирался афишировать этот факт, даже если бы любой, у кого было хоть немного мозгов и подключение к интернету, смог бы это понять. Возможно, она просто пыталась избежать неприятностей. Мне придется спросить ее, как только мы станем партнерами, — подумал он, оглядываясь на лес. Ты не можешь вечно избегать меня, Блейк. Я покажу тебе, что ты не единственная, кто может измениться. — ...вашей задачей будет собрать реликвии, спрятанные в центральных руинах, — объявил Озпин. Адам понял, что пропустил начало речи, но похоже, это не имело значения. — Изумрудный лес полон Гримм, поэтому вам придется защищать себя. Как только вы получите реликвию, возвращайтесь к скалам, и вы будете приняты в Бикон. Поиск объекта. Достаточно просто, даже учитывая Гримм. Самая большая проблема заключалась в том, что цели были ограничены в количестве, что превращало все это в гонку со временем. Опять же, это не будет большой проблемой, хотя это может сократить его время на поиски Блейк. — Лес находится под наблюдением, и ваш прогресс будет отслеживаться. Если кто-то из вас будет ранен или будет признан неспособным продолжать, вмешается один из учителей. Точно так же за всеми вами будут наблюдать, так что будьте осторожны со своими действиями. Хм. Сейчас они даже не притворялись. Адам почувствовал на себе взгляд Гудвич и кивнул, говоря им, что понял его не очень тонкое предупреждение. Не убивать Шни или кого-либо еще в лесу, потому что они будут следить за каждым его шагом. — Что касается команд, вы станете партнерами с первым человеком, с которым вы установите зрительный контакт. Что?.. — Что!? — крикнула Руби. На этот раз я согласен с тобой, Руби. Какая дурацкая схема. Хотя, если бы он смог сделать так, чтобы Блейк встретилась с ним взглядом, тогда у нее не будет оправданий. Высокий риск, высокая награда. Учителя, наблюдающие за ним, могли сработать ему на пользу, поймав ее в ловушку. Посмотрим, как ты будешь избегать меня, когда мы будем напарниками и в одной команде. Как в старые времена. — Есть еще вопросы? — Да, — сказал один парень. — Вы предоставите нам парашюты? Мгновение спустя стартовые площадки запустили их в воздух.