The Beast of Beacon

Адам позволил остаткам горячей воды обрушиться на его тело, а затем выключил душ, вышел и взял пушистое белое полотенце, свисающее с горячей металлической вешалки. Он мог бы остаться в постели и дождаться, пока Янг проснется, но взволнованная паника и крик были не в его стиле. Возможно, было эгоистично пойти и принять душ, а не разобраться в ситуации, но он полагал, что Янг будет счастливее, если у нее будет немного времени для себя, чтобы смириться со всем. Вытираясь, он потрогал мешки под глазами, зевнул перед зеркалом и натянул свою мятую и грязную одежду, оставшуюся с прошлой ночи. От нее воняло дешевой выпивкой и соусом для барбекю, что объясняло уродливое пятно на его рубашке. Судя по всему, он получил столько же сомнительной уличной еды на грудь, сколько и в рот. Никто никогда не обвинял Адама Торуса в том, что он лучший пьяница в мире. Многие, казалось, забывали, что он рано присоединился к Белому Клыку, и у него не было особого руководства, чтобы научиться по нему чему-то. Всему, что он умел, он научился, делая и испытывая последствия. Янг уже проснулась, когда он вышел. Она сидела на коленях на кровати, натянув одеяло на плечи, так что торчала только голова, ее волосы растрепались, а глаза были широко раскрыты. А еще она была очень бледной. Бледной, как Шни. Ее сиреневые глаза метнулись от него к ее нижнему белью, висевшему на спинке стула, к его куртке, брошенной в угол комнаты, обратно к нему, а затем вниз к ее простыням, под которыми она знала, что была обнаженной. — Мы…? — спросила она напряженным голосом. Адам не видел большого смысла в том, чтобы ходить вокруг да около. — Мы это сделали. — Е**ть… Да. В буквальном смысле. Он не думал, что Янг оценит шутку, поэтому сдержался и позволил ей собраться с мыслями. Это включало в себя множество повторяющихся ругательств снова и снова, небольшое хватание за волосы и тряску головой. Честно говоря, он был удивлен, что она не обвиняла его. Как старший и как парень, он ожидал, что она обвинит его в злоупотреблении. Ему было приятно видеть, что его мнение о ней не лишено оснований. — Ох, б**ть, — прошептала она. — Сколько раз нас предупреждали об этом в классе? Сколько раз папа или дядя Кроу говорили мне следить за собой? Со мной этого никогда не случится — сказала я. Ха. Я Янг Сяо-Лонг. Е**ть меня боком. Я просто взяла и сделала это. — Я принес халат из ванной, — он предложил ей пушистую мерзость. Янг тут же выхватила халат у него из рук и завозилась под одеялом. Какое-то время она брыкалась, прыгала и спотыкалась, прежде чем ее верхняя часть тела снова показалась, плотно закутавшись в халат. — В душе все еще горячо, — сказал он. — Это поможет тебе расслабиться. — Разве мы не должны… Разве мы не должны сначала разобраться со всем этим…? Вероятно. Однако он думал, что она, возможно, захочет сбежать. Спрятаться в душе, пока не сможет собраться с мыслями, как он. — Что тут выяснять? Мы взяли, напились и потеряли себя в этом моменте, — она в атмосфере, а он… ну, у него было чувство, что он потерял себя в дружелюбной и красивой девушке, потому что его эмоции были настолько беспорядочными благодаря Блейк. Больше всего на свете это должно было доказать, что он больше не любит Блейк, потому что, когда они были вместе, он даже не находил других женщин привлекательными. — Вот и все? — Ты хочешь, чтобы это было чем-то большим? — Нет! — Янг покачала головой, но потом поняла, как это может звучать. — Э-э. Я имею в виду, не то чтобы с тобой что-то не так, я просто… — Я понял, Янг. Мы оба были пьяны. Я не думаю, что это должно что-то изменить. А ты? — Проигнорировать это? — она спросила. — Все еще остаться друзьями? Адам устало и похмельно улыбнулся. — Не понимаю, почему бы и нет. — И я так же думаю, — Янг ухмыльнулась в ответ, быстро вздохнув. Ее плечи быстро расслабились, тело обмякло. — Вау. Это… Это намного проще, чем я думала. Вот так просто? У нас был секс, но мы не против, потому что мы друзья, и это произошло, когда мы были пьяны? — Так и есть, — он подтвердил. — Я хочу извиниться… — Не беспокойся. Для танго нужны двое. — И все же, разве это не твой первый раз? — И я ничего не могу вспомнить, так что в следующий раз, когда я буду с кем-то, я буду чувствовать себя как в первый раз. — Это ужасно спокойная точка зрения. Янг ухмыльнулась. — Я спокойная девушка. Честно говоря, тут есть выбор между спокойной Янг или кричащей и паникующей Янг. Выбирай сам. Адам фыркнул. Ну, она хотя бы была честной. Если бы у него был выбор, он бы выбрал спокойную версию. Он ничего не помнил ни об этой ночи, и уж точно не о том, как они раздевались или вместе ложились в постель. Однако он знал, что между ними была близость. Это было очевидно не только по запаху, но и по ощущениям его тела. Это напоминало то, каким он был после ночи с Блейк, только гораздо более истощенным. Лучше держать это при себе… — Значит, все в порядке? — снова спросила Янг. — Ты не злишься? — Не на тебя. Разочарован в себе больше всего на свете. — Ага. То же самое, — она нервно улыбнулась. — У нас с тобой ведь все в норме? Разве он не сказал это только что? — Все в порядке, Янг. Что бы это ни значило. У нас был секс. Это не значит, что мы должны стать любовниками или никогда больше не разговаривать друг с другом. Есть куда больше вариантов развития событий. Сходи в душ и оденься, — предложил он. — Говорить будет легче, когда ты не в халате. Обещаю, я все еще буду здесь, когда ты выйдешь. Он сдержал свое слово и даже пошел дальше, заказав завтрак в их номер. Яйца, бекон и тосты были простыми, но углеводосодержащими — и это было замечательно, когда вы страдали после подобной ночи. Адам подчеркнуто проигнорировал красный румянец на лице посыльного, принесшего завтрак. Судя по всему, прошлой ночью они не были тихими и скрытными. Когда Янг вышла из душа, она снова выглядела на миллион льен. Ее волосы были чистыми и ухоженными — по крайней мере, настолько «ухоженными», насколько было для нее минимально приемлемо, — и выглядела она гораздо более расслабленной. Она подошла, обрадовалась при виде еды и плюхнувшись на кровать рядом с ним, взяла нож и вилку и начала жадно поглощать завтрак. Она находилась так близко к нему, что он ощущал запах персика от использованного ей гостиничного шампуня. Когда еда была уничтожена и они выпили апельсиновый сок, они приступили к обговариванию условий. — Команда никогда не узнает. — Согласен, — сказал Адам. — Они будут знать, что мы провели ночь вне общежития и ночевали в отеле. Я спал на диване. — Отлично. Второе правило: это не вызывает проблем в команде, — Янг указала между ними двумя. — Мы облажались, и это безумие, но это наша проблема, хорошо? Мы не втягиваем в это остальную часть команды. — И снова, я согласен. Я думаю, что мы сможем оставить это в прошлом. — Я тоже. Мы такие классные. — Моя очередь, — сказал Адам. — Твой дядя никогда не узнает. —Ох, проклятье, нет! Дядя Кроу никогда бы не позволил мне забыть об этом, если бы я рассказала ему. Ну уж нетушки,— Янг изобразила руками крест. — Ни за что. Это не должно уйти дальше, чем ты и я. Наш секрет. Хорошо. Это оказалось проще, чем многое из того, что ему приходилось делать в Белом Клыке. Из всех людей в команде он с удивлением обнаружил, что Янг была самой разумной. Возможно, в этом и был ответ. Он даже представить не мог, насколько невозможным было бы происходящее, если бы в этой ситуации оказалась Вайсс. Или Руби. Он вздрогнул. Пятнадцатилетка была слишком молода для такого рода вещей. — Итак, мы все еще друзья, все еще товарищи по команде и все еще собутыльники. Хотя… может быть, нам стоит убедиться, что в следующий раз с нами будет кто-то еще. Просто чтобы ничего не случилось. — Определенно. Есть… еще кое-что… Янг вопросительно посмотрела на него. — Я проверил мусорные баки, пока ты была в душе. Я… не нашел презерватив. И я не брал их с собой. Лицо Янг несколько мгновений оставалось тщательно нейтральным. — Т-там фармацевт возле доков Буллхэдов, — пробормотала она. — Мы зайдем туда и возьмем таблетку. Проблема решена. — Звучит как план, — это было простое решение, и никому — никому — не нужно было, чтобы маленький Сяо-Лонг-Торус бегал вокруг. — Ты готова? Нам нужно выглядеть естественно и непринужденно для команды. — Гм. Ага, — Янг снова посмотрела на него, а затем отвела взгляд, нервно почесывая подбородок. — В чем дело? — нахмурился Адам. — Ты… Ты, наверное, не заметил. Ну знаешь, у нас были дела поважнее. Но ты… мы… мы оба были голые. Очевидно, — ее глаза метнулись обратно к его лицу. — Это не так уж плохо. Ледяной холод охватил тело Адама, и он развернулся, схватил салфетку с использованных тарелок и поднес ее к левой стороне лица. Его обнаженного лица. Повязка исчезла, брошенная, как он мог только предполагать, из-за их безумного свидания прошлой ночью. Ругаясь себе под нос, он встал и направился в ванную, решив найти что-нибудь, чтобы прикрыть лицо. — Тебе не обязательно это скрывать! Я не скажу… Он захлопнул дверь. /-/ Янг вышла от фармацевта раскрасневшейся и с крошечным пакетиком в руке. Она посмотрела на него, а потом отвела взгляд, и на этот раз ему пришлось тоже. Одно дело говорить об этом, другое — делать. — Это оно? — спросил он. — Д-да. Женщина тут же заставила меня принять одну. Сказала, что они бесплатны для студентов, но только если вы примете одну. — Вероятно, это делается для того, чтобы люди не брали и не продавали их или не злоупотребляли ими. — Хм. Может быть. Она сказала, что лучше принимать их три дня, чтобы быть уверенной, — Янг сунула таблетки в карман, чувствуя что-то среднее между стыдом и смущением. Было неправильным, что только ей приходится иметь дело с этим. — Прости, — сказал он снова. — Я же сказала, чтобы ты перестал так говорить, не так ли? Ты меня не заставлял. Я была такой же частью этого, как и ты. — Это то, что тебе известно. Что, если я воспользовался преимуществом? — Ты этого не делал, — твердо сказала она. — Откуда ты знаешь? — Я просто знаю. Хорошо? — раздраженная, Янг метнула в него взгляд. — Ты думаешь, я не в состоянии защитить себя? Мы оба были пьяны. Я не принимаю идею о том, что ты заставил меня что-то делать, и ты тоже не должен. — Ты права, — он искал несчастья. Или выдумывал их самостоятельно. — Должно быть, сказывается похмелье. Хотел бы я хоть что-нибудь вспомнить о произошедшем. — Д-да, — Янг покраснела. — Я тоже. Что ж, давай вернемся. Бьюсь об заклад, остальные задаются вопросом, где, нахрен, мы сейчас находимся. Я просто надеюсь, что Руби не сказала папе или не сообщила о нас как о пропавших… /-/ Вайсс и Руби ждали их возле общежития. Руки Вайсс уперлись в бедра, а Руби подражала этому с гораздо меньшим успехом, едва сдерживая ухмылку. Не было ни криков, ни поисковых отрядов. Это был хороший знак. Янг взяла на себя инициативу. — Послушайте, я знаю, что вы собираетесь сказать. Мы должны были сказать вам, что не вернемся. Нам обоим очень жаль, и… — О чем ты говоришь, Сяо-Лонг? — отрезала Вайсс. — Ты написала нам прошлой ночью. Около пятидесяти раз, не меньше, — она подняла свой свиток. Ни один из них не был достаточно близко, чтобы что-либо на нем увидеть, но Вайсс все еще размахивала им, как будто это была табличка правды. — Мне пришлось выключить свиток, чтобы он замолк, и тогда ты начала писать Руби! — Э-э. Извините…? Подожди, так мы сказали вам, что будем в отеле? — В три часа ночи! Когда я пыталась уснуть! Янг неловко рассмеялась и пробормотала извинения. Адам просто закатил глаза. Найдя свою повязку в комнате, он снова намотал ее на лицо, хотя зудящая ткань продолжала царапать его кожу. Требовалось что-то менять. — По крайней мере, я сказала вам обеим. — Ты определенно это сделала. Угх. Между постоянными сообщениями и фотографиями, которые ты продолжала присылать… — Фотографии!? — Янг захныкала. Завизжала. Завыла. Адам не был уверен, что это было, но, проклятье, это точно не было «естественным», как он велел ей. Вайсс и Руби отшатнулись, и несколько человек переглянулись. Поняв свое положение, Янг покраснела и попыталась отшутиться. — А. Ф-фотографии. Да. Эм. Они не были смущающими, не так ли? — Некоторые из них определенно были. У них ничего не было. Конечно нет. Заниматься сексом — это одно, но они никак не могли при этом отправить доказательства происходящего своим товарищам по команде. Адам уставился на свиток Вайсс, в то время как Янг была гораздо менее тонкой и схватилась за него. — Покажи мне! — Ч-что ты делаешь? Ты схватила его! Ты что, не знаешь, из чего он!? Отвали! — Вайсс вырвалась на свободу. — Проклятье, проверь свой собственный свиток. Это новая модель. Ты послала их со своего свитка, идиотка! Янг не слушала доводов, и, в конце концов, Руби подошла и предложила ей свой. Янг выхватила его и открыла сообщения от нее. Хотя Адам не вел себя так жестко, он все же соскользнул, чтобы посмотреть ей через плечо, а в его животе образовалась дыра. Они слишком остро реагировали. Первый снимок был в клубе, в темноте, и показывал, как он наклоняет бутылку горлышком ко рту, раскинув руки в стороны, и пил, ничего не держа в руках. Лицо Янг в нижнем углу ухмылялось, как сумасшедшая показывая пальцами знак мира. На следующем фото были изображены они оба, обнявшие друг друга. Янг выглядела намного потрепанней, но не менее счастливой, в то время как на его лице было саркастическое выражение, из которого было совершенно ясно, что его заставили так позировать. Третий был сделан позже — Янг почему-то сфотографировала его спину, когда он делал заказ в баре. Затем была попытка сфотографироваться на танцполе. Яркое неоновое стробоскопическое освещение превратило фото в беспорядочную мешанину цветов. Фотографии продолжались в том же духе. Кое-что, должно быть, было снято им, потому что в центре внимания была Янг, и она позировала и махала в камеру. На одном из них он потягивал напиток на барной стойке, глядя в камеру краем единственного здорового глаза. Это было почти артистично, и Янг, должно быть, так и думала, потому что текст под ним гласил «хорошо выглядит» с несколькими смайликами после. Янг пролистала до конца, просмотрев не менее двадцати изображений. Они явно покинули клуб. На одном снимке они сидели бок о бок на тротуаре, их колени и бедра соприкасались, подносы с картофелем фри и мясом для шашлыка стояли у них на коленях, а Янг держала камеру одной рукой, которую можно было увидеть на краю, делая селфи. Они оба выглядели пьяными, но даже тогда он вряд ли был склонен к такой улыбке. Тем не менее, на лице Адама на этой фотографии был намек на ухмылку, и это было большим признаком его опьянения, чем что-либо еще. Под этой последней картинкой было сообщение: «Бдем искть отель. До звтра. Xxx». Адам поднял взгляд, решив предположить, что крестики были поцелуями, а не ужасным намеком на то, что они планировали. — Твоя письменная речь ужасна. — Отстань от меня. Ты, наверное, из тех, кто пишет полной прозой. — А что не так с этим? — спросила Вайсс. — Тот факт, что именно ты спрашиваешь, почему это неправильно, — смеясь, Янг отстранилась, с таким же облегчением, как и у него, что их пьяные текстовые сообщения ничего не выдали. — Думаю, я хотела бы задокументировать первую официальную вечеринку Команды RYST. Ну, во всяком случае, половины команды. — Да, хотя лучше бы она прошла без фотоотчета, отправляемого посреди ночи, — пыхтя, Вайсс отложила свиток. — Но тебе было весело? Думаю, это все, что имеет значение. — О да. Весело. У нас было много веселого! — Янг смеялась немного дольше, чем было необходимо, нервно хихикая. — Так весело, что мы как бы «получили удовольствие», если вы понимаете, о чем я. — Ты ведешь себя странно, Янг… — Кто ведет себя странно? Ты, Рубс. Блин, ты такая зануда, — Янг хихикнула и хлопнула сестру по спине. — Не обращай на меня внимания. У меня просто похмелье. В любом случае, я пойду переоденусь. Вчерашняя одежда воняет. Перебор с тем, чтобы вести себя естественно. Адам чувствовал, что Вайсс и Руби ждут от него объяснений. Держа губы нейтрально поджатыми, он пожал плечами. Это все, что они могли получить от него. /-/ Он покинул Команду RYST под честным предлогом того, что у него похмелье, и он не готов тренироваться. Были пределы, даже для него, а прошлой ночью было много упражнений. Он имел в виду танцы, хотя оговорка только навеяла мысли о том, чем еще они занимались. Его беспокоило не столько само действие, сколько то, что оно означало. Секс был сексом. Это была физическая вещь, которая не всегда должна была означать романтику. Раньше он был только с Блейк, которую действительно любил, но он никогда не стал бы насмехаться над бойцами Белого Клыка, которые спали с кем попало или искали утешения друг в друге до или после рейда. Все они расслаблялись по-своему, и физическая близость была гораздо менее разрушительной, чем что-то вроде наркотиков. Если Янг была счастлива, что они могут остаться друзьями и двигаться дальше, то с этим действительно покончено. Это не имело значения. Таким образом, его это тоже не беспокоило — его скорее беспокоило то, как он бессознательно — или, возможно, подсознательно — сделал это в первую очередь. Он не пошел с ней в надежде что-то получить, как сказал бы Юма. На самом деле он шел, явно планируя этого не делать. Вернее, он встречался с подругой, надеясь отвлечься от своих чувств. Аспект «не получить ничего» в значительной степени подразумевался. Почему же тогда он взял и сделал это? Почему он, пьяный или нет, решил заняться сексом с Янг? Это был не первый раз, когда он напивался с подругами. Большинство из них были подчиненными, но были и настоящие друзья среди Белого Клыка. Даже до того, как они с Блейк стали чем-то особенным, он не спал ни с одной из них и никогда не испытывал желания. Вопрос был в том, увлекся ли он в Янг ночью? Увлекся не с точки зрения любви, а влечения, настроения или желания. Адам не думал, что прямо сейчас испытывает желание пойти на свидание с Янг, но когда ты пьян, горяч и веселишься с кем-то, нетрудно было понять, как можно перепутать эти чувства. Хотя должна была быть искра. Искра чего-то. Как бы странно это ни звучало, он был бы счастливее, если бы хотел ее. Он не был уверен. Я спал с Янг, чтобы отвлечься от Блейк…? Если так, то это было несправедливо по отношению к Янг или ему самому. Ему почти хотелось, чтобы он мог сказать, что испытывает чувства к своему товарищу по команде, так как, по крайней мере, это облегчило бы понимание. Последнее, чего он хотел, это быть таким жалким, что он искал утешения после расставания, потенциально разрушив в то же время совершенно хорошую дружбу. Адам вздохнул и потер переносицу, изо всех сил пытаясь вспомнить что- нибудь о прошлой ночи. Максимум, что он мог вспомнить, это то, что они заплатили за комнату, Янг смеялась и пела, пока он подставил ей плечо, в состоянии не лучше, чем она, но, по крайней мере, тише. Он смутно помнил, как ему дали ключ и указания, а затем он направился к лифту. Все остальное исчезло. Как они попали в особо отмеченный номер в отеле вместе со многими другими вещами, было полной загадкой. — Я не могу прожить всю свою жизнь думая о Блейк. Нет, если я хочу двигаться дальше… Проблема была в том, что ему пришлось двигаться дальше. Присоединение к Белому Клыку и установление равенства были целью его жизни, но он позволил Блейк взять верх над этим. Когда она ушла, он отказался от своей цели, последовав за ней, мгновенно сделав ее самой важной вещью в своей жизни. — Не будь лицемером, — сказал он себе. — Это не ее вина — это твоя. Ты тот, кто решил бросить все, чтобы бежать за ней. Ты тот, кто присоединился к школе охотников, чтобы доказать ее неправоту. Он действительно был жалок, не так ли? И теперь, смирившись с тем, что он, возможно, разлюбил ее, что, возможно, зря потратил все это время, он взял и запрыгнул в чужую постель. Для чего? Ночь комфорта? Чтобы доказать себе, что Блейк ему не нужна? Или он сделал это, чтобы отомстить Блейк? Если так, он сомневался, что это окажет ожидаемый эффект. Блейк ушла от него гораздо эффективнее, чем от нее. Я в раздрае. Что заставляет меня так себя вести? Обычно я гораздо более сосредоточен… Сосредоточен. Вот оно. — У меня нет цели. Произнесение этого вслух помогло сделать проблему более очевидной. Он всегда работал над чем-то раньше: либо над Белым Клыком, либо над победой над Атласом, либо над спасением фавнов. Как можно было быть сосредоточенным, если бы у тебя не было цели, на которой нужно сосредоточиться? Даже когда он приехал в Бикон, чтобы доказать Блейк ее неправоту, это было целью. Мелкая, теперь он мог признать, но все же цель. Теперь у него ничего не было. Он был в дрейфе. Растерянный. В поисках чего-то, что могло бы отвлечь его или привлечь его внимание на достаточно долгое время, чтобы что-то сделать. Должно быть, поэтому Янг так боялась, что он покинет команду раньше; она поняла то, чего он не понял. Ночное приключение, возможно, даже было ее способом помочь. Это было бы похоже на нее, действующую так слепо, но будучи такой проницательной. А вот он, тот, кто действительно был слеп. Уже нет. Мне нужна цель. Мне нужны амбиции. Я не могу присоединиться к Белому Клыку сейчас, и это должно быть что-то кроме Блейк. Стать охотником? На самом деле это не было долгосрочной целью и не было чем-то особенно заманчивым. Я не могу просто поставить перед собой цель. Это должно быть значимо для меня, иначе мне будет неинтересно. Но что я могу сделать? Единственное, что меня когда-либо заботило, это фавны и расизм… Это могло быть оно. Это могло быть тем, что было ему необходимо. Адам моргнул, удивившись тому, как просто это звучало, но также и тому, насколько правильно. Он не мог снова присоединиться к Белому Клыку после того, как покинул их, но Белый Клык был не единственным путем к его первой цели. Равенство. Справедливость. Правосудие. Даже в Биконе все еще был расизм — он испытал на себе всю его тяжесть, но и другие тоже. Может быть, только может быть, он мог бы сосредоточиться на попытке исправить это. Я уже начал. Ха. Сам того не осознавая, я работал над этим. Может быть, мое тело знало, чего я хочу, даже когда мой разум был слишком занят Блейк. Борьба с расизмом даст ему причину остаться, причину двигаться дальше и за что бороться. Адам глубоко вздохнул и выпустил воздух, довольный тем, что немного полегчало. И на этот раз он понял это сам. Это было приятное изменение. На этот раз без насилия. Он находился под слишком пристальным вниманием, чтобы полагаться на него. Что ж, насилие было лишь одним из средств к победе. Белый Клык пришел к насилию, потому что никто во власти не воспринимал всерьез их угнетение. В Биконе такого не было. Озпин оказался неожиданным, но бдительным союзником студентов-фавнов, как и Ублек и Цунэ. Студентов отчислили. Другие были наказаны. Были вынесены наказания. Власти что-то делали. Это означало, что он мог сосредоточиться на студентах. Да, подумал он. Это будет хорошо. Разве не будет чудесной иронией, если он решит проблему с фавнами мирно, на что, как утверждала Блейк, он не способен… Нет. Яростное встряхивание головой помогло отбросить эти мысли, хотя какая-то его часть испытывала мстительный трепет при мысли о том, чтобы доказать ей, что она ошибается на его счет. Хорошо. Полностью отпустить Блейк будет сложнее, чем он думал. /-/ Адам лежал, свернувшись калачиком, на боку в постели, остальные члены Команды RYST лежали дальше по комнате. Он был у самой дальней стены, Руби в нескольких футах от него, затем Вайсс и, наконец, Янг. В его голове кипели мысли о том, как он мог бы вызвать перемены в Биконе, и сон подступал медленно. Похоже, не только для него. Его свиток загорелся и тихо зажужжал. Только единожды. Сообщение. Лениво он протянул руку и поднял его, увидев, что оно было от Янг. «Ты спишь?» Адам закатил глаза и напечатал ответ. «Еще нет. Что случилось?» «Я просматривала свои фотографии.» «И?» «Мы наснимали много всякого.» Это звучало достаточно зловеще, чтобы он ответил. «Чего именно?» «Не секс фото!» — Янг отправила ему ответ с больным смайликом. — «Фотографии с прогулки. Мы улыбаемся. Выглядим счастливыми. Пьем. Э-э. А потом эта…» Появилось изображение, которое медленно подгружалось по мере того, как его получал его свиток. Фотография явно была сделана в номере отеля, который они забронировали. Адам был благодарен за то, что они оба были одеты, но на этом его облегчение заканчивалось. Он сидел на двуспальной кровати, а Янг у него на коленях. Она сидела наполовину боком, вытянув руку и держа камеру в стиле селфи, а ее лицо прижалось к его шее. Он обнимал ее рукой, держа ее очень низко на спине. На нем не было его повязки, из-за чего был виден его ужасный шрам, а на его лице было клеймо «ПКШ», как будто он был гребаным животным. Янг на фото, казалось, не волнуется об этом. «Скажи мне, что ты не посылала это фото Вайсс или Руби.» «Нет. Должно быть, это была последняя перед тем, как мы… ну, ты знаешь…» Он знал. Наступило долгое молчание, в котором он размышлял, отвечать ему или нет. Эта фотография выглядела так, как будто идиот отправил ее своей бывшей, чтобы отомстить ей. К счастью, у него не было нового номера свитка Блейк, так что риска не было. «Удали это.» «Уже сделала. Можно оставить остальные?» «Остальные?» «С прогулки. Счастливые.» «Ты можешь оставить их.» В ответ он получил большой смайлик, за которым последовало: «Нам было весело, не так ли? Кроме сегодняшнего утра. Но было весело.» «Так и было» — он признал. Он задумался на несколько мгновений, прежде чем напечатать: «Ты действительно в порядке? Это был твой первый раз, и я забрал его, потому что я был расстроен из-за того, что разлюбил свою бывшую. Это неправильно.» «Это было не так!» — ответ Янг был незамедлительным, ее пальцы громко постукивали. — «Ты вообще не думал о ней. Ты ответил мне!» Адам долго смотрел на это сообщение. «Откуда ты знаешь?» — спросил он. — «Я думал, что никто из нас не может ничего вспомнить.» «Я этого не помню!» «О чем я и сказал. Что ты имела в виду, что я ответил?» «Я устала» — говорилось в последнем сообщении от Янг. Это было почти строптиво. Он услышал, как она перевернулась и сердито вздохнула. — «Спокойной ночи.» Сбитый с толку, Адам ответил быстрым «спокойной ночи» и отложил свиток. — Вы наконец закончили переписываться друг с другом? – возмутилась Вайсс. — Мы спим в одной проклятой комнате. Почему я должна слушать тап-тап-тапанье, когда вы могли бы просто поговорить друг с другом…? Янг завернулась в одеяла и отказалась отвечать. Адам вздохнул и прошептал извинения.