Демон Элизабет

                        Бесконечно только время.                         От себя не убежать.                         Я — мой ад и моё бремя,                         Мои мысли не сдержать.                         Бесконечно только небо.                         Ну а я — всего лишь миг.                         Разум требует побега.                         Райский яд в него проник.

⊹──⊱✠⊰──⊹

      Утро как всегда безжалостно вторглось в размеренную ночную жизнь беспардонным солнечным лучом, проникающим сквозь щель между плотными занавесками.       — Миледи, время вставать, — услужливая, но настойчивая при необходимости Мэри уже стояла наготове с кувшином почти ледяной воды. Что угодно, чтобы сохранить молодость.       Элизабет приоткрыла один глаз и оглядела служанку. Юная. Сильное тело, крепкие, мозолистые от работы ладони и такая нежная кожа лица и шеи. Пухлые яркие губы, большие голубые глаза и чёрные, как смоль, волосы.       «Выпороть бы её, да так, чтобы шрамы остались. Чтобы ни один мужчина и не подумал на неё заглядываться… Это все равно не поможет тебе стать привлекательнее, Элизабет. Перестань».       Мэри была достаточно смышленой, чтобы стать одной из немногих, кому позволено будить графиню Белфорд по утрам. Однако от этого она не переставала быть лишь глупой горничной.       Новый день графини Элизабет Белфорд. Нужно снова вставать, быть сильной, властной женщиной, решающей вопросы первостепенной важности в то время, как её драгоценный супруг играется с солдатиками на очередной бессмысленной войне.       Пока Элизабет проходила утренний ритуал превращения из сонной женщины в леди, она оглядывала себя в зеркале. Лёгкое серебро в льняного цвета волосах, лёгкие бороздки на лбу от сосредоточенного обдумывания и все та же лёгкая усталость во взгляде небесно-голубых глаз. Она была ещё достаточно молода, чтобы подарить мужу наследника, если бы он появлялся дома чаще, чем раз в несколько лет. Однако годы не щадили её лицо, одаривая едва заметными морщинами.       По крайней мере, Элизабет была умна. Настолько, чтобы понимать, — необходимо делать всё возможное, чтобы не только сохранить, но и преумножить состояние своего мужа, особенно в такие нелегкие времена, когда каждый норовит оторвать кусок побольше.       — Кто там сегодня у нас? — бросила она небрежно.       — Граф Стопфорт и барон Бошан.       — Хорошо, — графиня тяжело вздохнула, — пусть ко мне придёт Амелия.

***

      — Миледи… — высокая и статная девушка лет двадцати вошла в комнату и присела в глубоком реверансе.       — Оставь это, Мели. Ты живёшь безбедно, не потому что лебезишь передо мной, а благодаря своим уникальным услугам. Принесла, что я просила?       — Да. — Амелия всегда отличалась немногословностью и ценнейшим умением говорить, только когда нужно.       Элизабет взяла из рук Мели пузырёк с красноватой жидкостью.       — Как оно действует?       — Две капли — и сердце станет биться чаще, а взор затуманится. Пять капель — и естество устремится к солнцу. Десять капель — и наступит лёгкое помутнение рассудка…       — Двух капель достаточно, — чуть раздражённо перебила графиня, пряча пузырёк в ложбинку между грудей.

***

      — Любезный граф, безмерно рада Вас видеть. Вы, пожалуй, один из немногих, кто не забывает одинокую леди. Как приятно, что Вы решили меня навестить.       — Миледи, право слово, видеть Вас — всегда ни с чем не сравнимое удовольствие для любого. Вы день ото дня все прекраснее. — Граф учтиво поклонился и едва коснулся губами протянутой руки.       «Старый ловелас с сальным взглядом. Неприлично долго ты целовал руку, лишь бы в декольте заглянуть», — подумала Элизабет, слегка улыбнувшись.       — Увы, не только удовольствие видеть Вас привело меня сегодня…       — О, прошу простить меня, но буквально вчера мне привезли отменное вино. Вы непременно должны попробовать этот сорт, — воспользовавшись лёгкой заминкой Стопфорта, вклинилась Элизабет, подзывая к себе Мэри с подносом, на котором уже стояли два бокала.       Служанка едва уловимым взглядом указала на правый, который леди Белфорд взяла себе. Левый же Мэри подала графу.       «Посмотрим, как теперь ты будешь просить у меня денег, старый пёс», — ухмыльнулась про себя Элизабет.       Граф осушил кубок почти мгновенно и блаженно улыбнулся в усы.       — Как Вам, конечно, известно, наши доблестные воины сейчас сражаются за правое дело… — она заметила, как дыхание Стопфорта слегка участилось, — и безусловно… — тот сглотнул и шумно выдохнул, хищно глядя на графиню, — богоугодным делом будет помочь им в этом… пожертвовав…       Граф наклонился чуть ближе к Элизабет, бессовестно её разглядывая.       — Разумеется, граф, ведь, как Вам, само собой, известно, я пожертвовала этой войне самое ценное, что есть у женщины — время со своим дражайшим супругом.       Леди Белфорд открыто улыбалась, явно наслаждаясь зрелищем, как граф, пытаясь совладать с то и дело ускользающими мыслями, боролся с внезапно нахлынувшей на него похотью.       — К тому же, — продолжила она, — сейчас мои доходы в большом количестве уходят на строительство церкви в графстве, что, безусловно, является богоугодным делом. Хотя… сейчас у нас трудные времена… Возможно, найдётся благородный человек, который сможет помочь…       Элизабет нарочито глубоко задышала, от чего её грудь ритмично вздымалась, приковывая к себе всё внимание Стопфорта.       Граф не вполне понимал, что с ним происходило. Эта женщина, словно наваждение, вызвала в нем чувство безмерного желания, которого он не испытывал уже очень давно. Единственным шансом для него сохранить достойное лицо и честное имя было уйти, и как можно скорее, обещая дать ей всё, о чем она просила.       — Конечно, конечно… Я помогу Вам, миледи. Ваши слова вполне резонны. Я отправлю к Вам человека. Пришлите мне с ним сметы и всё прочее, и я направлю необходимые средства. А теперь прошу извинить, меня ждут неотложные дела.       Стопфорт выскочил из залы, как ошпаренный. Когда его шаги в коридоре стихли, Элизабет тихо рассмеялась.       — Что ж, Мэри, новая церковь будет самой роскошной в графстве.

***

      — Всё готово?       — Да, миледи.       — Отлично. Значит всё пройдёт легко, как с графом. Барон молод и стеснителен, как я слышала, — Элизабет предвкушала быструю победу.       — Миледи, но… Он пожаловал не один.       — Что? Мэри, позволь узнать, почему ты говоришь мне об этом только сейчас?!       — Простите, миледи, — служанка потупила взор.       — Глупая девка, ты раз за разом нарываешься на наказание! Ладно. Это всё усложняет. Кто с ним?       — Какой-то его советник, — Мэри пожала плечами.       — Хорошо… Тогда по две капли обоим. И будь рядом.       Элизабет вошла в приёмную залу.       Барон Бошан вовсе не выглядел стеснительным. Это был статный молодой человек с ясными, зелёными глазами и пшеничными, как мягкое, весеннее солнце, волосами.       «Совсем мальчишка, лет девятнадцать, — отметила про себя графиня. — И у тебя почти ничего не осталось от отцовского состояния, ты пришёл просить в долг».       Несмотря на свой юный возраст, барон смотрел прямо в глаза, ничего и никого не стесняясь.       Чуть поодаль от него стоял мужчина уже вполне зрелого возраста. Элизабет отметила, что внешность его была весьма привлекательна. Тонкая, бледная кожа, длинные и чёрные, как вороново крыло, волосы. На вид ему можно было бы дать лет двадцать, но его выдавали глаза. Пронзительные, светло-голубые, точно две льдинки. Эти глаза будто видели само сотворение мира. Его взгляд был немигающим, острым и цепким, словно у большой хищной кошки. Одетый по последней моде, разве что чуть злоупотребил кожаными ремнями в своём наряде.       Он пробудил в леди Белфорд чувство, которое она уже почти позабыла. Интерес. Поэтому после чинного приветствия от Бошана она тут же с любопытством спросила:       — Кто же Ваш спутник, барон?       — Это мой… советник. Алан Айсбрант. Он… — до этого уверенный в себе юноша сейчас, казалось, смутился, — помогает мне с некоторыми делами.       Советник уверенно приблизился к графине и поцеловал её руку в знак приветствия, не отрывая взгляда от её глаз ни на мгновение. Ни один мужчина до этого не мог так нагло смотреть на неё дольше пары секунд. От того интерес Элизабет распалился ещё больше. Его манеры выдавали в нем человека самого высокого происхождения.       — Простите мне моё любопытство, Вы тоже барон? — сделала вывод она.       Тот лишь слегка улыбнулся.       — Нет, я не имею титула, я лишь скромный помощник.       — Но как же мне к Вам обращаться? — графиня не могла оторвать взгляд от его холодных глаз. Он словно видел каждый, даже самый потаённый уголок её души, узнавал все её тайны и самые сокровенные желания, читал её, как открытую книгу.       — Можете обращаться ко мне просто — «советник», если Вам так будет угодно.