imoogi

Юнги отравился дальше. Деревня ещё спала, когда он покинул своё временное пристанище. Задержался он там, конечно. Но парень ни о чем не жалел. Если задуматься, то спешить ему никуда. Времени - много. Слишком много. Забавно звучит. Дома остались далеко позади. Синяя река, блестящая под солнцем и покрытая легкой рябью как чешуёй, шумела по левую руку от него. Постепенно вода становилась всё тише, а берег - всё более сырым. Скоро под ботинками начало хлюпать. Река обмелела. На её месте лежал зелёный ил. Почти пришёл. — Чимин-а! Ты где? Ответом Юнги стала тишина. Парень недовольно дернул уголком рта. — Опять в этом иле ковыряться. Вот же любитель тлена. Юнги спустился к руслу, зачерпнул горсть ила, растер между пальцев и зашагал дальше. Скоро он разглядел цепочку свежих следов. — Чимин! Лачимолала! В нос ударил резко усилившийся запах речного ила. Зашуршала трава. Но ведь ни единый порыв ветра не нарушал дневного зноя. Это кое-кто другой. Мутно-зелёная чешуя сверкнула на горизонте, и словно из-под земли, прямо перед носом парня возникла скалящаяся усатая морда дракона. — Фу, Чим, не так близко. — Юнги! Давно не заглядывал. Как ты? Как жизнь? Ты всё также мрачен? — Я и забыл, насколько ты суетлив, Чим,— проворчал парень.— Всё по-старому. Чешуйчатый зверь вздохнул, но тут же повеселел и потопал рядом со своим другом. Юнги и дракон. Чимин и… И? — Может сразимся?— предложил между делом любитель ила. — Не в этом образе,— усмехнулся Юнги. — Ладно, так уж и быть. На месте дракона вдруг оказался парень. Худощавый, невысокий, гибкий, словно текучий. Тёмные волосы непослушно лезли в глаза, и он привычным жестом откинул их назад. — А вообще, переставай меня обзывать. Так меня только местные кличут. Лачимолала, Лачимолала,—передразнил он и закатил глаза.— Остальные узнают - издеваться не перестанут. Мне и роста хватает! — Чимин, ты не меняешься,— проворчал Юнги. — Не без этого. Слушай, друг, а тебе… долго ещё?— наконец решился спросить дракон. По взволнованным круглым глазам Чимина было видно, насколько важен был этот вопрос, содержание которого понятно им двоим и без лишних подробностей. — Нет, на самом деле,— тихо ответил Юнги. — Вот и хорошо. Руки парня покрывал темный маслянистый ил. Чуть поблескивал под лучами. Истлевшая жизнь. Для чего-то другого она станет началом.