Глава 4. «Не по своей ли воле»
27 мая 2022 г., 18:01
Хейдзо не помнил своих родителей. Нана помнила, а Сиканоин нет. Ему от них осталось лишь имя, пара внешних отличий и низкий рост, который он так в себе не любил. Старшая сестра рассказывала ему, что его родители были хорошими людьми и оставили его, потому что у них не было денег, чтобы его содержать. Иногда, когда ему не хотелось думать о том, что сейчас происходит, он задумывался — гордились бы им родители, если бы узнали кем он стал? Вырос бы он таким жестоким и эгоистичным, если бы его воспитывала пара любивших его людей?
Хейдзо никогда не узнает.
Сиканоин открыл глаза и сморгнул влагу с глаз, пытаясь понять почему в его квартире так воняет сырой землёй. Но потом осознал, что это не его квартира. Это даже не чья-то квартира, над его головой был тёмный свод пещеры и где-то поблизости капала вода. Детектив резко сел и тут же сжался из-за стрельнувшей боли в плече. На глаза снова выступили слёзы, он тихо заскулил, сжав голову между коленей. А потом снова попробовал сесть прямо, но медленнее, чтобы не тревожить плечо. Воспоминания о произошедшем промелькнули в его голове быстрым видеорядом и Хейдзо осмотрелся по сторонам.
Сиканоин лежал на каком-то подобии лежанки из старого пледа, поблизости лежала маленькая сумочка с таблетками и бинтами. Свет в пещеру падал через небольшой вход и там он заметил чью-то фигуру. Присмотревшись, он понял, что это Каэдэхара. Самурай сидел, облокотившись на стену, и сжимал в руках катану. Его голова была низко наклонена к груди, а глаза закрыты.
Хейдзо ощупал себя, пытаясь найти свой телефон, но того не оказалось. Поэтому он попробовал подняться и осторожно подкрался к выходу из пещеры, пытаясь не разбудить спящего, пока пытается найти его мобильник или хотя бы часы.
— Что ты делаешь? — спросил сонным голосом Кадзуха, внезапно схватив детектива за запястье.
— Пытаюсь понять, что происходит, — прошипел Сиканоин, схватившись за плечо, и самурай отпустил его руку. — Не объяснишь, где мы? И что произошло?
— А ты не помнишь?
— Я отключился.
— Один из тех придурков из зачистки выстрелил в тебя, но не попал, пуля лишь задела. А потом другие тоже начали стрелять и случился взрыв, как ты и говорил, и столько всего за один раз, — сбивчиво рассказал Каэдэхара, прижимая ладонь ко лбу. Сейчас, когда детектив был ближе, он смог увидеть множество маленьких ран на коже самурая, и перебинтованную голову, а потом Хейдзо вспомнил, что кто-то закрыл его собой во время взрыва. — Я очнулся одним из первых и утащил тебя подальше оттуда. Сейчас мы где-то в подземных пещерах под резиденцией Райден-кай.
— Под резиденцией? Ты серьёзно? — шокировано переспросил Сиканоин. — Как ты смог оттащить меня сюда?
— Как-то смог, — пожал плечами Кадзуха, его лицо снова ничего не выражало. — Там начался пожар, все бегали вокруг и никто не заметил, как мы пропали.
— А меня зачем ты взял? Я ведь из комиссии! Меня бы нашли в любом случае.
— Ты ведь сам говорил, что тебе собираются отрезать пальцы, — озадаченно пробормотал самурай, его взгляд расфокусировался и голова наклонилась назад. Хейдзо нахмурился, подозревая, что у того было сотрясение. — А ещё в тебя выстрелили и ты лежал, истекая кровью, никто не обращал на тебя внимание...
— Идиот, — устало вздохнул Сиканоин, садясь напротив и выглядывая из небольшой пещеры, замечая озеро и вид на море сквозь несколько скал. — Теперь мы оба не пойми где. Никто из твоих друзей не хочет нам помочь?
— Я не стану больше подвергать их опасности, — решительно ответил Каэдэхара, тяжело сглотнув. — Дом Йомы буквально взорвался по моей вине, а БэйДоу лишилась корабля...
— Ага, ты и вправду во всём виноват, не хотел бы я быть твоим другом.
— Заткнись, шавка Райден-кай.
— Как-то странно это слышать от того, кто тоже раньше был шавкой Райден-кай, — заметил Хейдзо и шикнул, когда Кадзуха пнул его в голень. — Ты ведёшь себя по-детски.
— А ты выглядишь, как ребёнок, сколько тебе лет?
— Какая разница? — хмыкнул Сиканоин. — Где мой телефон?
— Я его выбросил. Нас могли отследить по нему.
— Я и без телефона тебя нашёл. Причём здесь мой телефон?
Каэдэхара не ответил, его веки медленно опустились вниз, и руки повисли по бокам. Он уронил голову на грудь и нахмурился, видимо, всеми силами борясь со сном.
— Если хочешь, можешь валить, — проворчал Кадзуха, когда детектив уже начал думать, что тот заснул. — Но только попробуй выдать им, где я сейчас, я тебя...
И окончательно заснул, хмурясь даже во сне.
Хейдзо поджал губы, размышляя над тем, как поступить. Он и вправду нуждался в помощи, кто знает, что сейчас с его плечом после огнестрельного выстрела, оно было крепко перевязано и от бинтов исходил терпкий аромат лекарства. И он хотел домой. Лечь в свою постель и проспать несколько суток, чтобы избавиться от всей той скопившейся боли в теле. Но заместо этого детектив уполз обратно в пещеру и вернулся, накрывая спящего самурая пледом.
Он точно пожалеет об этом.
***
Кадзуха проснулся из-за запаха костра и чего-то очень вкусного. Вокруг кто-то ходил, разные голоса наполняли его больную голову. Он начал думать, что всё ещё спит, когда чья-то рука потрясла его за плечо и Каэдэхара резко открыл глаза, хватаясь за лежавшую поблизости катану. Перед ним возникло лицо этого странного детектива Хейдзо, который преследовал его уже несколько дней и не давал спокойно спать. А потом он заметил ещё двое людей за его спиной и снова сжал пальцы на рукояти меча, готовясь защищаться. — Остановись, идиот, это мои друзья, мы в той же пещере, — успокаивающим тоном сказал Сиканоин, нахмурившись. — Пожалуйста, не убивай последнюю руку помощи. Я хочу ещё пожить, спасибо. — Друзья? Ты наконец-то назвал нас друзьями? — поинтересовалась девушка в маске до глаз. Она показалась самураю какой-то дарк версией Йомии. — Нет, мы не друзья, тебе послышалось, — огрызнулся Хейдзо и парень позади его хлопнул детектива по плечу. — Аратаки, во имя архонтов, ты сломаешь мне все кости... — Прекрати, жучок, мы самые настоящие друзья! Хоть ты и из комиссии Тэнрё и заодно с этой вороной Сарой, я не против быть твоим другом! — Боже, нет, — протянул Хейдзо и снова повернулся к ничему не понимающему Кадзухе. — Я выбрался в город и попросил какую-то старушку дать мне позвонить, а потом позвал сюда Куки. Но следом за той притащился Итто, извиняй, он очень громкий...и тупой. — Я не громкий! — вскрикнул Итто. Поблизости горел костёр, на котором стояла кастрюлька с чем-то вкусно пахнущим. У стены лежало две сумки, которых тут раньше не было, а Хейдзо сидел в другой одежде, на которой не было крови, пепла и грязи. Этот огромный парень, Итто, весело вещал о том, что он лучший в секретной работе и ему нет в этом равных. Его голос звучно отражался от стен пещеры. Куки наблюдала за ними, пока её хмурый взгляд не остановился на самурае. — А он не убьёт тебя при первой возможности? — поинтересовалась девушка и Кадзуха недовольно нахмурился. — У него сотрясение и несколько сломанных костей, в таком состоянии он может только трепать языком, — возразил Хейдзо и настроение Каэдэхары упало ниже нуля. — Это ему стоит опасаться, что я его сдам при первой возможности. — Но ты почему-то всё ещё этого не сделал, — заметила Куки и Сиканоин отвернулся, делая вид, что не слышит. — Как-то быстро вы забыли о том, что один из вас якудза из Райден-кай, а второй бежал оттуда пару лет назад и помогает вражеской стороне. — Я не якудза. Я детектив, — резко сказал Хейдзо, сжав ладони в кулаки. — И я не забыл про то, что он моя...цель? Хотя, это странно, я уже пропустил срок, когда мне нужно было найти и сдать его. — И теперь вы не враги? Круто, — восхищённо произнёс Итто. — Хорошее начало для настоящей крепкой дружбы. — Ага, дружбы, — фыркнула Куки. Каэдэхара совсем перестал понимать, что происходит. Они так быстро болтали, что он не поспевал за ними. Его собственные мысли текли медленно и неспешно. В висках гудело от боли и глаза снова закрывались, но он не хотел спать, пока рядом столько незнакомых людей. Хоть они и казались не опасными, самурай не знал, что от них можно ожидать и не привели ли они за собой хвост. Поэтому Кадзуха сосредоточился на своём окружении, наблюдая, как меняются эмоции на лицах других. Этот огромный парень, Итто, выглядел, как настоящий панк или рокер. На его шее был ошейник с колечком, глаза подведены красной обводкой, майка плотно сидела на спортивном теле, а на ногтях был чёрный лак. Его голос был тяжёлым и звонким, но слова невинные и совсем не злые, он был похож на ребёнка в теле взрослого. Рядом с ним сидела девушка, Куки, но она словно была на голову выше парня. Девушка держалась уверено и прямо, отвечала размеренно и не слишком громко. На ней была чёрная куртка с нашивками и высокие шорты, на ремне Каэдэхара заметил висящий ножик. Напротив них сидел Хейдзо — первое впечатление от этого парня было не самым лучшим. Сначала он преследовал его, а потом заявился в казино и начал угрожать никому иному, как капитану алькора Южного Креста — БэйДоу. Эту женщину боялись везде, куда она ступала, а ему было плевать, он продолжал гнуть свою линию. На следующий день тот опять нашёл его, обманув друзей Каэдэхары и заявил, что ему плевать на то, что произошло два года назад. Он больше заботился о собственной шкуре, чем о ком-либо ещё. Кадзуха не уважал такое, самурай был готов отдать всего себя за друзей и людей вокруг. Однако, почему-то этот нервирующий детектив всё ещё был здесь и даже привёл помощь, а не сбежал при первой возможности, — всё в нём было неоднозначно. И Каэдэхара хотел знать причину. — А что ты будешь делать дальше? — поинтересовалась Куки. — Ты не можешь вечно прятаться здесь с этим парнем. У вас обоих серьёзные раны, вам надо в больницу. — Мне надо на остров Ватацуми, — прохрипел Кадзуха. — Там мне помогут. И, может, даже ему, если он поможет мне туда добраться. — То есть, по-твоему ты хочешь, чтобы я вернулся на этот едко-розовый остров и заявил о том, что я теперь на вашей стороне? — поинтересовался Хейдзо и Каэдэхара неохотно кивнул. Других путей он не видел. — Ладно. — Ладно? Ты с ума сошёл? — вскрикнула Куки. — Пошли выйдем и поговорим снаружи. Сейчас же. Она резко схватила детектива и вытащила его из пещеры. Внутри остались только Кадзуха и Итто, который нервно потарабанил пальцами по коленями и широко улыбнулся самураю, вылезая следом за своими друзьями. Может, стоило оставить этого сумасшедшего детектива на том пепелище? — задумался Каэдэхара и снова провалился в сон.***
— Повторюсь, ты с ума сошёл? Ты не можешь ему помочь, очнись! — взвилась Куки, вскидывая руки вверх. — За этим парнем охотятся, как и за тобой между прочим. А на острове Ватацуми тебя сразу же возьмут в плен или казнят, или начнут пытать, или... — Успокойся, — вздохнул Хейдзо, сжав переносицу. — Я понимаю на что иду, точнее надеюсь. Доверься мне, хорошо? — Что за внезапный дружеский порыв? Ты никогда бы не проявил столько дружелюбия к незнакомцу, — недовольно пробормотала девушка, скрестив руки на груди. Сиканоин оглянулся по сторонам, замечая выпрыгнувшего из пещеры Итто, который тут же направился в другую сторону, заметив кучку жуков. Детектив взял подругу под локоть и оттащил дальше от пещеры, где их никто не смог бы услышать. — Слушай меня внимательно и запоминай, — агрессивно прошептал Хейдзо, сжимая руку девушки, отчего та метнула в него острый взгляд. — Я не выполнил заказ, а ты знаешь, что делают в Райден-кай с подобными неудачниками. Но если я вернусь обратно с секретной информацией с базы врага, то мне простят мой косяк, смекаешь? — Не вижу смысла идти на такие крайние меры, — ответила Куки, выдёргивая свою руку из захвата парня. — Сара могла бы замолвить за тебя словечко. Комиссия ценит твой труд для всей Райден-кай, ты нашёл целую кучу людей для них и расследовал не меньше важных дел для города. — Ты не понимаешь, Куки, — лихорадочно прошипел Хейдзо. — Сара и вся комиссия верно и чинно следует приказам кайчо, а та ненавидит тех, кто не выполняет свою работу так, как надо. Она ни за что не пожалеет меня, кем бы я ни был. Для кайчо я всего лишь разбившаяся об лобовое стекло автомобиля мошка, ей ничего не стоит стряхнуть меня в пример для других. — Ой, прекрати, не драматизируй... — Моя сестра сейчас в святилище Асасэ, я не хочу, чтобы она что-то узнала, — быстро сказал Сиканоин, потирая своё плечо. — Постарайся сделать так, чтобы никто ничего не узнал, пока я не вернусь. Это тебе ведь под силу, верно? И не попадись сама. Куки нахмурилась, недовольно глядя на детектива, но тот не хотел отступать от своей идиотской идеи. Девушка устало вздохнула и сдалась, она не собиралась тратить время, чтобы отговорить его. — И как ты собираешься это провернуть? — поинтересовалась Куки. — Для начала получу расположение Каэдэхары, чем я уже занимаюсь прямо сейчас, — рассказал Хейдзо, хитро улыбаясь. — Приведу его на этот мерзкий остров и он расскажет, какой я хороший и добрый малый. — Дерьмовый план. — Гениальный план. — Ты ведь ударился головой, когда дом Йомы взорвался, верно? — саркастично спросила Куки, вздёрнув бровь. — Да, но это ничего не значит, я в полном порядке! — Окей, может быть. Только смотри, чтобы этот план не обернулся против тебя, — усмехнулась девушка и толкнула друга локтем. — Этот самурай, как оказалось, красавчик. Точно твой тип. — У меня нет типа, — хмыкнул Хейдзо, толкнув камешек и тот свалился в озеро. В одной из пещер радостно запищал Итто, видимо, нашёл целый рой оникабуто. — Молчаливый, умный, немного сварливый, — перечислила Куки, загибая пальцы. — Ты влюбляешься в одних и тех же людей, чувак. Иногда это очень странно. — Ой, да иди ты, — проворчал Хейдзо и поспешил вернуться в пещеру. — Уходишь от разговора? Как гениально.***
Кадзуха проснулся из-за толчка в спину, пальцы тут же нашли рукоять меча и он быстро повернулся, надеясь атаковать врага первым. Но за его спиной нашёлся лишь спящий Хейдзо, который, видимо, имел отвратительную привычку пинаться во сне. Только это не объясняло почему тот спал так близко. В пещере догорал костёр, вокруг было темно и очень тепло. Они лежали на дырявом одеяле, которое Каэдэхара подобрал на пепелище вместе со своей обгоревшей сумкой, а сверху лежала чья-то огромная куртка. По размерам совпадала с комплекцией Итто. Кадзуха отложил катану и потянулся, чтобы достать бутылку воды поблизости. Перед глазами плясали круги и тело было слабым, все мышцы ныли. Вчерашний день был провалом от начала и до конца. Он приполз посреди ночи к особняку Камисато, помня, что Аяка предлагала ему свою помощь. Там его нашёл возвращающийся поздно домой Аято и оказал ему первую медицинскую помощь, а потом брат с сестрой Камисато предложили ему спрятаться в доме Наганохара. Самурай согласился, ему было без разницы, где остаться, лишь бы поспать немного после такой насыщенной ночи. Йомия встретила его радушно. Её отец на время куда-то уехал и она постелила ему постель на первом этаже дома, где располагалась мастерская по созданию фейерверков. Он проспал почти всё утро, когда в мастерскую вломился преследовавший его несколько дней детектив. Кадзуха понял, что ему сели на хвост ещё утром, когда за ним погнался парень похожий на подростка в костюме полиции с эмблемой Тэнрё. После небольшой пробежки, Каэдэхара надеялся, что тот от него отвязался и больше он его не увидит, но детектив каким-то чудом пробрался в казино и начал угрожать БэйДоу, а потом начал нести какую-то чушь про то, что Кадзуха что-то должен Райден-кай. Злости самурая не было предела, ему хотелось вонзить клинок в грудь этого говорливого идиота. Но в казино ворвались другие и начался сущий кошмар. А теперь он был здесь. Каэдэхара опрокинул в себя бутылку и выпил половину, чувствуя, как проходит отвратительная сухость в горле. И потянулся, чтобы убрать прилипшие к лицу волосы, — он не успел завязать волосы вчера, а теперь его резинка где-то потерялась. Томо когда-то сказал, что Кадзухе лучше с распущенными. Самурай мягко улыбнулся возникшему вспоминаю и отпустил его дальше, не зацикливаясь на размытом лице Томо. Прошло уже два года с его смерти. Первые месяцы было необычайно трудно. Всё вокруг напоминало о погибшем и слёзы застилали глаза Каэдэхары каждую ночь. Ему было так сложно отпустить того, кого он так сильно любил. Они с Томо идеально подходили друг другу во всём, словно были созданы, чтобы быть вместе. Кадзуха никогда не верил в судьбу или родство душ, но встретив Томо, переосмыслил всю свою жизнь. Однако, сейчас, спустя два года после его смерти, Каэдэхара понимал, что был слишком наивен. И возможно даже слишком влюблён, чтобы мыслить здраво. И он смог преодолеть это тяжёлое время, давно отпустив его и решив двигаться дальше, чтобы сделать всё, чтобы никто не повторил их судьбу. — Выглядишь так, словно вот-вот заплачешь, — хриплым ото сна голосом пробормотал Хейдзо, поднимаясь на локтях. — Ты вспомнил своего погибшего друга или типа того? Этот детектив не имел чувство такта и был необычайно груб. Каэдэхара заметил это ещё когда он заявился казино и стал угрожать БэйДоу. Сиканоин словно вобрал в себя самые отталкивающие черты: высокомерный и грубый, едкий, неприятный и злой. Почему такие люди вообще существуют? Что с ними такое произошло, что они так начали ненавидеть всех вокруг? — Я угадал, верно? — усмехнулся Хейдзо, подперев лицо ладонью. — Сидишь и думаешь о том, как тебе плохо от того, что такой неприятный тип, как я, сидит в этой пещере с тобой. — Ты такой сообразительный, — натянуто протянул Кадзуха и облокотился локтем об стену. — Мне очень плохо от того, что такой неприятный тип, как ты, сидит в этой пещере со мной. И как ты только угадал? — Я ведь гениальный детектив, — победоносно улыбнулся Сиканоин и самурай хрипло рассмеялся. — Отстой. Ты издевался надо мной? — Это было легко. Ты такой высокомерный. Хейдзо недовольно хмыкнул и сел прямо, потянувшись к двум сумкам, что лежали у выхода из пещеры. Он достал оттуда упаковку хрустящих шоколадных шариков и открыл её, закидывая парочку в рот. — Сейчас бы выпить кофе, — вздохнул Хейдзо, недовольно жуя свои конфеты. Кадзуха поморщился. — Чего ты кривишься? Тебе не нравится кофе? — Горькая горячая жижа, — пожал плечами Каэдэхара. Ему больше нравились разные виды чая. В Ли Юэ он смог попробовать много разных видов, особенно полюбив привезенный из Натлана красный чай Ройбуш. Вернувшись в Инадзуму он снова пристрастился к белому холодному из листьев собранных в феврале, из-за чего БэйДоу смеялась над ним. — Святые архонты, я всё это время охотился за ребёнком, — пробормотал Хейдзо и самурай выпал из своих мыслей. — Что? Как это связано? — нахмурился Кадзуха, скрестив руки на груди. — Если я пью чай и не люблю кофе, это не значит, что я ребёнок! Мне, например, нравится сакэ, дети ведь не могут пить алкоголь, — в этот раз скривился Сиканоин и Каэдэхара возмущённо запыхтел. — И кто из нас ещё ребёнок? — Алкоголь разжижает мысли, отстойное ощущение, — попытался оправдаться детектив, но смех самурая уже было не остановить. — Зачем вообще пить нечто такое? Разве это не странно? И алкоголь тоже горький, но ты его почему-то пьёшь, хотя ненавидишь кофе. Кадзуха поджал губы, нервно поведя плечами. Он не хотел говорить, что пьёт для того, чтобы забыться, или попытаться найти вдохновение для стихов, а ещё иногда просто потому, что не мог заснуть из-за кошмаров. Алкоголь был единственным помощником, чтобы пережить горе утраты, и оно же чуть его не сгубило. Но БэйДоу смогла спасти его, вытащив из глубокого запоя, пока самурай не прикончил себя. — Проехали, — вздохнул Хейдзо и лёг обратно на одеяло. — Ладно уж, храни свои секреты, — и разразился громким смехом от собственной шутки. Смеялся он не менее странно, почти кашлял и сжимал рот ладонью, из-под которой выглядывали кончики широкой улыбки. Каэдэхара наклонился ниже, чтобы разглядеть, что детектив прятал за ладонью, но внезапно наткнулся на взгляд зелёных глаз. Те отражали в себе свет догорающего костра и казались ярче в темноте. «Они всегда были зелёными? » — подумал самурай, шокированный цветом, который увидел в чужих глазах. — Твои радужки блин реально красные! — воскликнул Хейдзо. Кадзуха вздрогнул, подумав, что детектив прочитал его мысли. Но видимо они подумали об одном и том же, а Сиканоин любил говорить всё, что думал. Такая прямолинейность — единственное, что Каэдэхара посчитал милым в детективе. – Это ведь не могут быть линзы? Или ты таскаешь их постоянно, как какой-то чокнутый хипстер? — спросил Хейдзо, скрестив руки на груди и продолжая буравить лицо самурая взглядом, отчего тот невольно покраснел. — А эти волосы? Они не выглядят так, словно ты каждый месяц вынужден поливать их химией для поддержания цвета. Когда я впервые увидел твою фотографию, реально решил, что ты свихнувшийся хипстер, который задолжал кучу бабла Райден-кай. — Кто бы говорил, — хмыкнул Кадзуха, подняв брови. — Твои волосы тоже не выглядят натурально. — Я подкрашиваю лишь этот тёмный локон, — заявил детектив, подняв единственную прядь волос другого цвета. — Аналогично, — ответил Каэдэхара и показал на свои глаза. — И это натуральный цвет. — Ты типа альбинос. — Что-то вроде того. По взгляду Сиканоина было понятно, что тот хотел спросить что-то ещё, но его веки медленно закрывались. Организм желал отдохнуть и детектив не мог ему сопротивляться. — Классно поболтали, но я сейчас засну, — проворчал Хейдзо и зевнул во весь рот, закрывая его ладонью. — Ты тоже ложись спать. Мы отправимся утром. Кадзуха не ответил, наблюдая за тем, как детектив погружается в сон. Что-то заныло в груди при виде спокойного лица Сиканоина. Во сне тот выглядел ещё моложе и Каэдэхара не смог отговорить себя от идеи дотронуться до единственной тёмной на фоне остальных волос пряди. Та оказалась мягкой. Кадзуха тут же отдёрнул руку.
