Назад на опережение

      Стайлз проснулся от того, что кто-то сел на его кровать. Матрац прогнулся под чужим весом и вывел его из сладкого сна, который впервые за долгое время был спокойным и не прерывался кошмарами. Он лежал с закрытыми глазами ещё несколько минут, стараясь понять, почему отец решил навестить его утром и почему не предпринимает попыток разбудить, пока не вспомнил, что он уехал на съезд шерифов штата.       — Что всегда перед нами, но невидимо?       Стайлз застонал, когда Ногицунэ беспардонно ворвался в его вялые после сна мысли. Не разлепив глаз и с трудом соображая, он раздражённо выплюнул:       — Будущее.       В ответ послышался смешок, и Стайлз лениво задался вопросом, что так рассмешило лиса в его ответе. Неужели в очередной загадке был подвох?       — Будущее? — переспросил реальный голос, и Стайлз испуганно распахнул глаза.       С возмущённым полукриком-полустоном он отскочил подальше от человека, который сидел на его кровати. Это был не его отец, это был Питер. Потому что Стайлз нашёл в себе достаточно идиотизма, чтобы согласиться на жизнь с ним под одной крышей.       — Что ты здесь делаешь?! — возмущённо зашипел Стайлз, морщась от яркого света и одёргивая задравшуюся футболку, в которой любил спать.       Питер проследил за этим движением, неторопливо его оглядел с головы до ног и мило улыбнулся, как маньяк, который даёт ребёнку леденец, прежде чем расчленить в тёмном переулке.       — Тебе скоро в школу. Я подумал, ты не захочешь опаздывать.       — И что, ты решил разбудить меня, наблюдая за тем, как я сплю? — Стайлз провёл рукой по лицу, сбрасывая последнюю сонливость. Он был не так сильно возмущён жуткими действиями Питера, как следовало бы, учитывая, что Питер мог бы сделать с ним всё, что угодно, пока он спал. — Да ты же маньяк. Господи, я живу с маньяком.       — Этот маньяк уже приготовил завтрак, — закатил глаза Питер, но лёгкая улыбка и морщинки вокруг глаз выдавали его веселье. Он встал, направляясь к двери и уже у выхода из комнаты развернулся и посмотрел на Стайлза, довольно ухмыляясь. — Если ты приведёшь себя в порядок за пятнадцать минут и соизволишь присоединиться ко мне, я сварю тебе кофе. Поторопись.       Стайлз решил, что нелепая гордость тут очень лишняя, а чашка кофе действительно не повредила бы. Он вскочил, прошёл в ванную, где вчера уже побывал, и быстро почистил зубы. Поколебавшись несколько секунд, Стайлз решил принять быстрый душ, потому что вчера вечером ему понравилась возможность расслабиться под идеальным напором воды, которого у него дома добиться было нереально. Он закончил довольно быстро, насухо вытер волосы и даже не стал пытаться уложить их, потому что они всё ещё были слишком короткими, чтобы всерьёз волноваться из-за этого.       — Ты подставил меня, — буркнул Стайлз в сторону Ногицунэ, на что лис не ответил. Но его веселье было очевидным.       Стайлз завернулся в полотенце и зашёл в свою комнату, чтобы найти подходящую одежду. Он всё ещё не разобрал сумки и не собирался этого делать, потому что не думал, что неделя проживания здесь стоит таких усилий. Стайлз нашёл серую футболку, накинул поверх красную рубашку в крупную клетку, поспешно натянул первые попавшиеся штаны и носки и спустился вниз, чувствуя себя посвежевшим и более живым, чем двадцать минут назад.       — Ты опоздал, — констатировал Питер, глядя на часы, когда он зашёл на кухню, — но я уже приготовил кофе, так что тебе повезло.       — О, спасибо, — вполне искренне поблагодарил Стайлз, приятно удивлённый блинчиками с восхитительно выглядящим сиропом. — Это твоё хобби? Готовить, — уточнил Стайлз, увидев вопросительно изогнутую бровь.       — Меня просто успокаивает это занятие. — Питер поставил перед ними тарелки и кружки с кофе и сел напротив Стайлза. — И мне нравится готовить.       — То есть это твоё хобби, — улыбнулся Стайлз, делая первый глоток и удовлетворённо мыча. Он наблюдал за оборотнем перед собой, отмечая каждую мелочь, какую мог уловить. — Это хорошо. Я даже могу простить тебе утреннюю жуткость.       — Мне стало от этого легче, — фыркнул Питер, наблюдая за ним слишком внимательно и пристально, чтобы это можно было принять за обыденный, ничего не значащий взгляд. — Заедешь за Айзеком в лофт? Он решил переночевать там вчера, а Дерек занят сегодня утром.       Стайлз кивнул, слегка удивлённый странной просьбой. Странным было не только её содержание, но и то, что она исходила от Питера.       — А чем он так занят?       — Насколько мне удалось понять, он собирается прощупать почву, — склонил голову набок Питер, после чего положил в рот кусочек блина. Это было так обычно и нормально, что Стайлза даже замкнуло на короткое мгновение. Было сложно привыкнуть к обывателю-Питеру, который ел пасту и блины, пусть с каждым разом Стайлзу такой Питер и нравился больше прежнего. — Проверит твои великолепные теории.       — Главное не спугнуть их, — лениво заметил Стайлз, размазывая сироп по всей поверхности блинов. Если Дерек напортачит, все старания Стайлза пойдут насмарку. — А что мы будем делать, когда освободим всех? Альфы вряд ли испуганно подожмут хвосты и сгинут.       — Это вопрос для общего обсуждения. Соберёмся сегодня и поговорим, — предложил Питер, периодически прерываясь и съедая отрезанные ножом куски блина, утопленные в густом сиропе. — Но если тебе интересно моё мнение, их лучше убить.       — Мы не сможем убить всех. Их больше и они все Альфы.       Ногицунэ мог бы с ними конкурировать. Но для этого пришлось бы раскрыть его существование, чего Стайлз решительно не желал.       — Иногда важны не сила, а хитрость. Будем вести себя как лисы, а не волки.       Стайлз поперхнулся от такого сравнения и закашлялся, удивлённый выбором слов. Неужели это был намёк? Питер что-то знал и давал понять о своём знании?       — Прекрасно, — фыркнул он недовольно, чувствуя веселье Ногицунэ. — Я тебя понял. Нам нужна блестящая тактика и проработанный план, к которому будут идти ещё три или четыре запасных плана. Убьём Альфа-стаю и покажем другим, что с нами шутки плохи.       — Интересное замечание, — ухмыльнулся Питер, подаваясь ближе. Он выглядел таким довольным и расслабленным, что Стайлз и сам начал невольно ослаблять бдительность. — Ты не против убийств. Ты думаешь наперёд и всегда учитываешь интересы стаи, хотя даже не состоишь в ней. Ты прирождённый волк, лапушка.       Стайлз закатил глаза. Он прожил бок о бок с волками годы и успел многое узнать, даже перенял некоторые волчьи привычки. Сейчас это, наверное, казалось чем-то необычным, но в будущем никто даже не обращал больше на это внимание.       Однако Питер имел в виду другое: в Стайлзе была черта хищника, присущая всем волкам, но не всем оборотням. Скотт прекрасно без неё обходился, пусть и разрушил своей моралью жизнь дорогого Стайлзу человека. Стайлз не забыл, чьи недоверие и мягкотелость стоили его отцу жизни.       — Хорошо поболтали, Драуглуин, — бросил Стайлз, быстро запихивая в себя последний блин и хватая рюкзак, который валялся у него в ногах. — Спасибо за завтрак, кофе, приятный разговор и жуткое пробуждение. Встретимся позже.       — Хорошего дня. — Питер смотрел ему вслед, подперев подбородок рукой.       — Удачи в поисках костного мозга детей. Или чем ты там на досуге занимаешься.       Стайлз ушёл, не услышав ответа. Он закинул рюкзак на плечо и направился к джипу, припаркованному в квартале от дома Питера. Ему бы не хотелось, чтобы кто-то догадался, что он жил здесь. Люди в этом городе были ужасно любопытными.

***

      Айзек помахал ему на прощание и направился в противоположную сторону, крикнув на ходу что-то о рухляди и вероятном опоздании. Стайлз показал ему средний палец.       Он забежал в кабинет точно перед звонком, чуть не опоздав на пару Харриса, который поглядывал теперь на него через очки, хмуря брови и явно придумывая повод, чтобы оставить его на задержание. Несмотря на раздражение, Стайлз собирался вести себя паинькой, потому что у него не было времени на этого мудака и часы бесполезного труда в библиотеке или прямо под носом у Харриса.       Скотта здесь не было, но была Эллисон, которая даже не взглянула в сторону Стайлза. Стайлз долго смотрел на неё, вспоминая, как видел её окровавленный труп, а потом просто отвернулся и решил, что лучше держаться подальше. Сейчас Эллисон переживала трудные времена, которые затронули как стаю Дерека, так и семью Арджентов наихудшим образом.       Стайлз противоречиво относился к Эллисон Арджент, колеблясь между нежными дружескими чувствами и тёмной яростью, которая переполняла его, когда он вспоминал, как она всаживала в Айзека стрелу за стрелой, как смотрела на то, как Джерард пытал Стайлза, Эрику и Бойда и ничего не делала. Как она готова была пойти против отца и Скотта, послушав полоумного старика, как сама того не желая становилась похожей на Кейт. Не самые светлые её моменты, и Стайлз не собирался их забывать просто так, как это сделал Скотт. Он узнавал потенциального психопата, когда видел его. В Эллисон была та тьма, которая есть и у самого Стайлза. Держаться с ней настороже было правильно.       Не говоря уже о том чувстве вины и печали, что одолевали его рядом с ней. Она умерла от рук того, кого Стайлз впустил в свои тело и разум с готовностью и распростёртыми объятиями.       — Полагаю, я так и не поблагодарила тебя, — сказал кто-то рядом, и Стайлз вздрогнул, выходя из размышлений. Лидия сидела рядом с ним, и Стайлз даже не мог вспомнить это он подсел к ней или она к нему. — За то, что помог с Джексоном.       — Забудь об этом, — отмахнулся Стайлз равнодушно, рассматривая её и удивляясь тому, как сильно изменилась Лидия за те несколько лет, что они провели, окунаясь в сверхъестественный мир с головой. Сейчас она выглядела больше похожей на ту надменную красавицу, которую волновала репутация и сокрытие своего неординарного ума. Она не была его Лидией, пережившей столько несчастий и потерь, что перестала вести им счёт. Лидия из будущего — банши, увядшая с одной стороны и сумевшая расцвести с другой. Эта же Лидия, сидящая рядом с ним сейчас, даже не знала о своей сущности, пугаясь смрада смерти и отказываясь кричать, приветствуя уходящих.       Стайлз отвернулся, с удивлением отмечая, что нет больше тех волнения и трепета, которые появлялись каждый раз, когда он думал о Лидии или видел её. Это выбило его из колеи — было странным терять то, за что он держался годами, как за одну из немногих констант в своей жизни.       Ногицунэ обдал его волной довольства, и Стайлз покачал головой, проясняя мысли.       — Ты ведёшь себя странно, Стайлз, — заметила Лидия, смотря на него с подозрением.       Стайлз понял, что она тоже отметила то, что Стайлз прекратил смотреть на неё, как лепрекон на груду золота. Раньше его обожание было очевидным. Говоря с Лидией Мартин, он никогда не отвлёкся бы на что-то постороннее, и сейчас его рассеянное внимание казалось странным.       — Похоже, это называется адекватностью, — усмехнулся он, краем уха слушая, как Харрис, распинаясь, объяснял правила написания теста скучающей аудитории, и чувствуя себя немного противоречиво. Он так привык боготворить Лидию, что понятия не имел, как действовать, если не возносить её на пьедестал. — Как там Джексон?       — Понятия не имею, — тут же замкнулась Лидия, и Стайлз вспомнил, как в прошлый раз он игнорировал её, а потом просто улетел в Лондон, никак не объясняясь и ничего не обещая. Лидия переживёт это и даже всерьёз увлечётся сначала Эйданом, а потом и Пэрришем, так что Стайлз не волновался о её душевном состоянии. Джексон был меньшей из его проблем. — Я не говорила с ним пару дней.       То есть с тех пор, как спасла на том складе силой любви или чего бы там ни было.       — В городе снова может появиться кое-кто опасный. — Стайлз посмотрел на неё многозначительно и серьёзно. — Будь осторожна, Лидия.       Она кивнула. Стайлз вернулся к химии и слабо улыбнулся, когда понял, что хорошо помнит сегодняшнюю тему. Путешествия во времени могли положительно сказаться на его успеваемости. Стайлз задумался, одобрил бы его отец эту авантюру, путешествие в прошлое, если бы знал об этом. Ответ, конечно, был всё ещё «нет».       — Чем вы заняты, мистер Стилински? — Харрис остановился прямо перед ним, заглядывая в тетрадь, куда Стайлз записывал всё, что помнил об уроке с прошлого раза, чтобы закончить тест побыстрее.       Раздражение тут же вспыхнуло в груди, Стайлз напрягся, заслышав знакомые интонации, которые стали для него синонимом несправедливости. Харрис был абсолютным придурком, и Стайлз не стыдится признать, что не горевал после его смерти в прошлый раз, а пережив первый шок, даже немного радовался его кровавой кончине. Никто и не говорил, что Стайлз хороший человек, ладно?       — Сравниваю и зарисовываю углы между гибридными орбиталями, — неохотно оторвавшись от структурной формулы ацетилена, буркнул он, подняв голову и не желая связываться с Харрисом, к которому он привык в более мёртвом его виде. Серьёзно, единственное, что Дженнифер сделала правильно — убила человека, которого определённо не должны были подпускать к детям.       — Мы ещё не перешли к этому, — проговорил Харрис сквозь зубы, — вернитесь к метану и не забегайте вперёд. Тест начнётся только на второй половине урока.       Стайлз внезапно разозлился, подумав о том, что сейчас, когда каждая минута была важна и должна быть направлена на спасение его друзей, он вынужден был терпеть Харриса. Ему казалось, что невидимые часы вели отчёт у него над головой, а Харрис, радостно пританцовывая, толкал стрелки вперёд, чтобы забрать у него ещё больше бесценного времени.       Он поднял голову, скривив губы в ломанной улыбке, больше похожей на оскал, и стиснул челюсти, прожигая Харриса взглядом. Он чувствовал Ногицунэ прямо под кожей, как никогда близко. Казалось, он просачивался через каждую пору, окутывая Стайлза своей тьмой. Тени метались под ними, раскрываясь девятью хвостами. Стайлз обнажил зубы и тихо зарычал.       Харрис отпрянул, и Стайлз, довольный произведённым эффектом, вежливо улыбнулся, прогоняя Ногицунэ и мысленно благодаря его за помощь.       — Конечно, — он улыбнулся так вежливо, как только позволяли сведённые от злости челюсти.       Карандаш хрустнут у него в руке, сломавшись пополам и привлекая внимание нескольких учеников, сидящих рядом. Стайлз невозмутимо отложил его в сторону и взял новый. Этот гнев был слишком сильным, иррациональным и ненормальным, но Стайлз не мог и не хотел его гасить.       Харрис резко кивнул, окинув его напоследок взглядом, полным отвращения, и вернулся к тому, что объяснял до того, как решил прибегнуть к ежедневному ритуалу раздражения своего нелюбимого ученика.       — Успокойся, Стайлз, — прошептала Лидия, смотря перед собой и что-то записывая. — Как будто это происходит в первый раз.       Это был далеко не первый раз, но Стайлз привык, что Харриса больше нет рядом. Снова мириться с его отношением отчаянно не хотелось и Стайлз всерьёз задумался над тем, чтобы каким-то образом подстроить его смерть.       Ногицунэ одобрительно загудел в глубине сознания на такие кровожадные мысли, и Стайлз тут же одёрнул себя. Обычно то, что заслуживало одобрения Ногицунэ, было плохим решением. Хотя сейчас он начал сомневаться в правильности этого утверждения.       Стайлз писал тест, с трудом держа себя в руках. Он забыл выпить аддералл сегодня утром, оставив пузырёк дома, и теперь страдал, не в силах сосредоточиться на чём-либо больше нескольких минут.       Звонок прозвенел, казалось, вечность спустя и Стайлз тут же вскочил и смешался с толпой гомонящих учеников, не желая встречаться с Харрисом, который, судя по угрожающему взгляду, собирался оставить его после урока и поговорить о нескольких пропусках. Лидия осталась где-то позади, но Стайлз мало обращал на это внимание.       Он собирался снова уйти с уроков пораньше, но сначала решил выпить кофе. Стайлз пробился через заполненный подростками дверной проём и со вздохом вырвался на свободу — коридор был относительно пустынным. Ноги сами понесли его в сторону кафетерия, где можно было найти кофе, но на пути у него неожиданно выросло препятствие.       — Стайлз! — искренняя улыбка и щенячьи глаза почти разрушили решимость Стайлза игнорировать своего лучшего друга, чтобы преподать тому урок. Почти.       — Скотт, — ровно поприветствовал он, и это враз остудило пыл его друга. — Что-то случилось?       Скотт внимательно его оглядел, сразу осознав, что на него обижаются, но явно не понимая почему. Он нахмурился и скрестил руки на груди.       — Нет, но мы не виделись целую вечность. — Скотт склонил голову набок, как большая собака, и к чему-то принюхался, после чего нерешительно улыбнулся. — Чувак, ты купил новый шампунь? Очень приятно пахнет.       Стайлз понял, что его друг хочет разрядить обстановку, и едва не повёлся на смену темы. Он не покупал новый шампунь. Стайлз использовал гель для душа Питера, потому что его был качественнее и пах лучше. Питер, похоже, был не против. Он только принюхался к нему, когда они завтракали, и сказал, что этот запах ему очень идёт.       — Нет, одолжил у соседа, — брякнул Стайлз, не подумав, и тут же скривился от своей ошибки. По крайней мере он не соврал.       Скотт молчал, явно ожидая от Стайлза ещё чего-то, но Стайлз из вредности молчал. Скотт должен был почувствовать вину.       — Что случилось, Стайлз? — тяжело вздохнул Скотт, наконец, сдавшись.       Стайлз прикусил губу, даже не зная, как на это ответить. Потому что произошло всё.       — Я помогаю Дереку, — сказал Стайлз неохотно, хотя совершенно не собирался этого делать. Скотт посмотрел на него так, словно Стайлз прямо перед ним пнул невинного котёнка, и Стайлз застонал, растирая глаза пальцами и чувствуя подкрадывающуюся головну боль. — Ему нужна помощь, Скотт. Я был готов её оказать.       — Хорошо, — кивнул Скотт, не понимая в чём заключалась проблема. — Что он опять натворил?       Стайлзу не понравилась эта формулировка, хотя он и понимал, что сам в этом времени обращался к Дереку также пренебрежительно и враждебно, как Скотт.       — Дерек ничего не сделал, — отрезал Стайлз, возможно, немного более резко и грубо, чем мог бы. — Просто многое изменилось и…       — Он ведь не укусил тебя? — вдруг ужаснулся Скотт, осматривая его ещё более тщательно и внимательно.       Стайлз покачал головой, недоумевая, откуда у Скотта появилась эта идея.       — Он предлагал, но я отказался, — успокоил друга Стайлз. — Всё в порядке, Скотти.       — Нет, это не так. — Скотт огляделся и потянул Стайлза в сторону пустых классных комнат, чтобы привлекать меньше внимания. Дверь за ними закрылась, и он тут же посмотрел на Стайлза, хмуро сведя брови к переносице. Время уже подходило к началу урока, и Стайлз знал, что они оба опоздают. — Что случилось? Он же не угрожает тебе, чтобы добраться до меня?       Стайлз молча смотрел на него с десяток секунд, удивляясь тому, как плохо Скотт думает о Дереке. Как невнимателен к самому Стайлзу, у которого до сих пор были синяки на лице и порезы на руках.       Ему казалось, что он видит, как растёт пропасть между ними, вызванная максимализмом Скотта и обидой Стайлза, который имел права её таить. Он понимал, что Скотт из этого времени ещё ничего не сделал, чтобы отец Стайлза умер, но это знание не умаляло его злость и боль. Это не уменьшало расстояние между ними, которое делало их словно чужими людьми.       — Я просто помогаю ему искать Эрику и Бойда, — наконец, ответил Стайлз, переведя взгляд на окно, в котором виднелось только чистое небо и крыша соседнего здания. — Мне очень жаль, — вырвалось у него без согласия, и начав, Стайлз не смог остановиться. — Я сожалею, что втянул тебя во всё это, потому что этот мир тебе не подходит. Ты был бы счастливее, будучи обычным подростком, влюблённым в горячую девушку, которую можно покорить, вылечив сбитую её машиной собаку. Тебе чужды оборотни, насилие и убийства. Ты не заслуживаешь того, чтобы за тобой охотились. Или того, чтобы тебя боялась собственная мать. Тебе здесь не место. И мне очень жаль, что я стал причиной того, что ты погрузился в это с головой.       — Стайлз… — Скотт потерянно осмотрел его, качая головой, но Стайлз не дал ему продолжить.       — Я предлагаю тебе забыть об этом. — Стайлз говорил твёрдо и уверенно, несмотря на смятение Скотта и собственную растерянность, которая немного путала его мысли. Он никогда не планировал ничего подобного. — Забудь о пропавшем Джерарде, забудь об охотниках и потенциальных опасностях. Этот мир не для тебя, ты заслуживаешь лучшего. И ты можешь жить лучше. — Стайлз положил ладони ему на плечи, говоря проникновенно и на удивление воодушевлённо. — Джексон собирается уехать из города. Ты тоже мог бы подумать об этом. Возможно, исчезнуть — лучший вариант.       — Предлагаешь всё бросить? — разозлился Скотт, подходя ближе и сжимая кулаки. — Эллисон, школу, всю мою жизнь?       — Удивительно, но я не вхожу в этот небольшой список, да? — печально улыбнулся Стайлз и поднял руку, когда смущённый Скотт открыл рот, чтобы извиниться или исправиться, что было не так уж и важно на самом деле. — Я не заставляю тебя всё бросать. Но смена обстановки будет лучше для тебя. Может быть, ты даже сможешь уговорить Эллисон поехать с тобой. Готов поспорить, что Ардженты не фанаты Бейкон Хиллс. Они тут с заядлой регулярностью умирают. И кто знает, кто из них будет следующим?       — Никто больше не умрёт, — упрямо и глупо не согласился Скотт, нахмурившись. — И даже если я уеду, ты подумал о себе? С кем ты останешься, Стайлз? Ты — мой лучший друг. Предлагаешь просто оставить тебя здесь?       — Здесь будет Дерек и его стая, — заметил Стайлз. — И мой папа — шериф. У меня полно защитников.       — Стайлз, — устало выдохнул Скотт и застонал, закрыв лицо руками. — Почему мы вообще говорим об этом? Я не собираюсь уезжать!       — Я хочу, чтобы ты всерьёз подумал об этом, — твёрдо сказал Стайлз, снова касаясь плеча Скотта и привлекая к себе внимание. — Поговори со своей мамой, подумай о своём будущем, которого в Бейкон Хиллс может и не быть. Это место притягивает неприятности. Ты можешь быть в безопасности в другом городе, с Эллисон, если она согласится. Подумай об этом, Скотт.       Стайлз ещё раз посмотрел в лицо Скотта и, кивнув на прощание, вышел, готовый найти себе чашку кофе. Скотт подумает об этом. Но Стайлз знал, что он примет неправильное решение.

***

      — От тебя воняет грустью, — раздражённо заметил Айзек, когда они ждали Питера и Дерека, которые спорили о чём-то на втором этаже.       Стайлз пожал плечами.       — Я говорил со Скоттом, — объяснил он и тут же сменил тему. — О чём они разговаривают?       — О том, что от тебя сильно пахнет Питером, — легко согласился не говорить о Скотте Айзек и тут же испуганно посмотрел на потолок. — Всё, всё, молчу. Не надо так рычать. — Он поправил шарф и посмотрел на Стайлза с прищуром. — А почему от тебя пахнет Питером?       — А как пахнет Питер? — с интересом спросил Стайлз, не скрывая, что уходит от ответа.       Айзек фыркнул и демонстративно принюхался, наклоняясь ближе к Стайлзу, с выражением отвращения на лице.       — Цитрус. И такой одеколон… Знаешь, дорогой? Не резкий и не терпкий, спокойный, даже мягкий. — Айзек ещё раз его понюхал, сосредотачиваясь на ощущениях. — А ещё какая-то выпечка… Нет, это скорее твой запах. Ел выпечку сегодня?       — Булочки? — припомнил Стайлз, и Айзек кивнул.       — Может быть. Но пахнет чем-то ещё. Что-то свежее и как будто холодное.       В этот момент спустились Хейлы, и Дерек недовольно оглянулся на Питера, зло сжимая кулаки и хмурясь.       — Это гиацинт, — ответил на незаданный вопрос Питер. — Нравится?       — Вы и ваши супер-носы. Я ничего из этого не чувствую. Даже цитрусами больше не пахнет, — проворчал Стайлз и понюхал свою руку.       Цитрусы, с запахом которых был гель для душа, который Стайлз одолжил у Питера, и правда давно выветрились с его кожи. В такие моменты он хотел бы иметь такой же нюх, как у оборотня. Но потом он думал о раздевалках, провонявших потом, куда приходилось наведываться ежедневно, о подростках с бушующими гормонами, о выхлопных газах и других неприятных запахах, и любое желание иметь усиленный нюх пропадало.       — Питер доставляет тебе неприятности? — влез Дерек, после того, как одобрительно кивнул Айзеку, хваля его за неплохую интерпретацию запахов.       — А он что, не сказал тебе? — Стайлз усмехнулся и посмотрел на невозмутимого Питера с насмешливым прищуром. Ему ответили надменно поднятой бровью и смешинками в глазах. — Я с ним живу.       Несколько секунд они провели в полной тишине. Стайлз уверен, что если бы упала иголка, он бы это услышал. Потом Айзек издал непонятный хрюкающий звук, а Дерек зарычал.       — Что значит, ты живёшь с ним? — Стайлз уже открыл рот, чтобы ответить на глупый вопрос так, как того заслуживает глупый вопрос, но Дерек остановил его взмахом руки. — Не отвечай. Почему ты живёшь с Питером? Ты с ума сошёл?       — Эй! — Стайлз возмущённо скинул руки Дерека, когда тот грубо схватил его за плечи. — Мой отец уехал на неделю. Питер решил, что рядом с кем-то из стаи мне будет безопаснее. Всё в порядке, хмуроволк. Я не идиот и знаю, что делаю.       — Раньше я тоже так о тебе думал, но теперь сомневаюсь, — проворчал Дерек, но немного успокоился, не заметив в его словах лжи. Он бросил на дядю ядовитый взгляд и полыхнул красными глазами. — Я не знаю, что ты замышляешь, но знай, что мои когти всегда наготове.       Питер примирительно поднял руки и обаятельно улыбнулся, никого этим не обаяв.       — Я польщён твоей заботой о единственном живом родственнике.       Дерек смерил его долгим взглядом и со вздохом отпустил тему, чему Стайлз был рад, потому что, как бы мило и неожиданно ни было увидеть заботу Дерека о нём, в конечном счёте это было не его делом. Айзек подавил смешок, смотря на разворачивающуюся драму, и поднял руку, как на уроке, спрашивая разрешения, прежде чем спросить о чём-то.       — Что? — недовольно посмотрел на него Дерек.       — Я предлагаю начать побыстрее, чтобы побыстрее и закончить. Мне ещё нужно делать домашку.       Стайлз согласно кивнул, припоминая лабораторный отчёт, который от него потребовал Харрис, хотя Стайлза даже не было на эксперименте, который нужно было описать. Ему нужно было раздать все долги, прежде чем уйти на каникулы.       — Я проверил банк сегодня утром. Похоже, они действительно там, — начал Дерек и Стайлз выкинул из головы все лишние мысли.