Длиннее жизни

Большинство историй в этой статье опубликовано в сокращении: я взял на себя смелость попытаться выбрать из рассказа именно тот кусок, что ляжет в мозаику повествования, закроет собой прореху. Но ни одно слово в них не было изменено. Я благодарен всем, кто согласился со мной побеседовать, донести до читателей свой взгляд на весьма необычную и запутанную историю взаимоотношений следователя столичной прокуратуры и одного из самых могущественных криминальных авторитетов конца Круга Ветра. Конечно, далеко не все белые пятна удалось заполнить. Кое-кто из тех, к кому я обращался, отказался обнародовать воспоминания о недавнем прошлом по политическим мотивам, есть и те, кому попросту не хочется ворошить прошлое. По-настоящему, завершать цикл высказываний должен сам герой этой истории, оставшийся в живых. С Ричардом Окделлом мы познакомились в общежитии Лаик. Моя комната была над его, и Ричарда здорово раздражала моя привычка устраивать вечеринки и врубать музыку на всю катушку. У меня было два выхода: съехать — или затянуть к себе и Ричарда, и я очень доволен, что мне удалось последнее. По студенческим годам он запомнился мне отличным парнем, немного застенчивым и замкнутым, порой уж очень серьёзным (не таким, как Спрут — Создатель упаси! Валентин Придд, передаю тебе привет на этих страницах!), но лёгким на подъём, готовым прийти на помощь, смелым — порой до безрассудства. После выпуска жизнь разбросала нас, долгое время я о нём ничего не слышал, пока не начал собирать материал для статьи о частной жизни Кэналлийского Ворона — и наткнулся на совершенно поразительные факты, к которым имел прямое отношение мой бывший однокорытник. Пару недель назад мы встретились за столиком кафе в Торке, и я понял, что ничего особенно не изменилось: Окделл всё так же твёрд и незыблем, пьёт шадди без сливок, раз в неделю посещает эсператистскую церковь — а ещё он без ума от вокалисток «Кэцхен», как и я. Дать мне интервью или просто поделиться воспоминаниями о знакомстве с Рокэ Алвой он не захотел, но и не возражает против публикации этой статьи, за что я ему очень благодарен. Не меньше я благодарен ему за разрешение перепечатать и опубликовать текст письма Эгмонта Окделла, переданного им своему дяде Эйвону Лараку за два дня до гибели.