Несбыточная мечта

      — На этом все, можете быть свободны. Не забудьте в понедельник принести справочные материалы по пройденной теме, будем готовиться к проверочной работе. — все одноклассники Акиры начали суетливо собирать вещи в сумки и рюкзаки, в попытке побыстрее покинуть школу и влиться в заслуженный пятничный отдых. Акира же неспеша начала складывать карандаши в пенал. Спустя пару минут класс утих, лишь из коридора доносились удаляющиеся голоса, а в классе осталось несколько друзей — одноклассников юной вампирши, которые тоже не спешили покидать кабинет.       Девушка с крашенными розовыми волосами стояла у окна, наблюдая, как волна учащихся покидает территорию. Её незаинтересованный взгляд блуждал из стороны в сторону в попытке найти хоть что-то, за что можно было бы зацепиться. Простояв так отсилы пару минут, тяжело вздохнув и проводив взглядом последнего задержавшегося, она повернулась лицом к классу, накручивая на палец прядь цветных волос.       — И что нам делать? Вроде пятница, а настроения тусоваться нет… — наконец, сказала она, привлекая внимание присутствующих к своей персоне.       — Как хочешь, Амели, но я собираюсь сегодня опустошить бар отца, — ответил ей рыжеволосый парень, мастерски балансируя на стуле.       — Ты съел таблетку смелости? Давно от предков не получал? — возразила Амели, сложив руки на груди.       — Нет, дорогая моя, просто сегодня мой старик уехал в штаты на какую-то конференцию, связанную с улучшением чего-то там, а вечером должен приехать старший брат. Кстати, не хочешь присоединиться? Майкл по тебе скучал. — На последней фразе его губы растянулись в красноречивой улыбке, в попытке смутить девушку. Но Амели лишь окинула его испепеляющим взглядом, оставив его провокацию без ответа.       — Акира-а, может, у тебя есть какие-то идеи на сегодняшний вечер? — с мольбой в голосе обратилась подруга к девушке.       — Её отец вызвал, думаю,  встреча переносится, — ответил за нее Натаниэль, положив голову на парту, наблюдая за молчаливой подругой.       — Шикарно, — всплеснула руками Амели, — минус вечер, — с разочарованием сказала она, повернув голову обратно к окну. Ее внимание привлекла припаркованная у школьных ворот черная Мазератти. — Аки, кажется это за тобой, — сказала девушка, указывая пальцем на автомобиль, на что Натаниэль поднял голову с парты, а Акира, тяжело вздохнув, неспеша встала с места, поправляя края школьной юбки и медленно направилась к выходу из класса.       — До понедельника, ребята. Спишемся, — кинула она у двери каким-то изнеможденным голосом, даже не взглянув на друзей, после чего Натаниэль закрыл за ними дверь, оставляя парочку наедине. Они где-то с минуту смотели на закрытую дверь, после чего Дэйки обратился к Амели.       — Ну что, пойдешь к Майклу?       — Да пошёл ты! — прикрикнула девушка, хватая сумку и выбегая из класса, скрывая свои покрасневшие от смущения щеки.       Неспеша спускаясь по ступенькам, миновав лестничные пролеты, девушка не замечала Натаниэля, который терпиливо ждал подругу на каждом пролете. Мыслями она была сейчас где-то далеко, и это его напрягало. В последнее время Аки стала слишком часто погружаться в свои мысли, выпадая из реальности. И вот сейчас, наблюдая за девушкой, как она неспеша переступает ступеньку за ступенькой, он не выдержал и спросил:       — Может, уже скажешь, что с тобой? И не смей говорить, что ты «в порядке». Я давно тебя знаю и со сто процентной уверенностью могу сказать, что это не так. — Он говорил не громко и не тихо, средне, но легкое раздражение и беспокойство в его голосе придавало его словам неприятное напряжение. Девушка ступила на ровную поверхность, находясь в шаге от друга. Она медленно подняла на него пустой взгляд, но спустя мгновение один уголок её рта приподнялся, эмитируя что-то наподобие улыбки.       — Если ты давно меня знаешь, то должен помнить, что я не люблю, когда ко мне пытаются лезть в душу. Даже ты, Натаниэль. — Сказав это, она пошла дальше, не меняя комфортный для себя темп. Натаниэль остался на месте шикнув на французском «merde».       Акира вышла на улицу, все так же неспеша, прогулочным шагом направляясь к выходу с территории школы. За воротами у машины стояла знакомая мужская фигура. Риндо опирался спиной о машину, смотря себе под ноги и выкуривая уже не первую сигарету.       — Ты долго. Думаешь, у меня других дел нет? — спрашивает он, отбрасывая в сторону недокуренную сигарету, заметив боковым зрением приближающуюся Акиру.       — Я не просила тебя за мной приезжать, ты сам изъявил желание «забрать племянницу после учебы». — Не дожидаясь, когда перед ней откроют дверь, девушка достаточно резко дернула за ручку и села в салон, несильно хлопнув дверью. Риндо обошёл машину и уже хотел открыть дверь, но увидел ещё одну приближающуюся фигуру, уголок его рта дернулся.       — Приятного вечера, Натаниэль, передавай отцу привет! — с какой-то желочью выкинул он, не удосуживаясь услышать ответ парня, дернул ручку, усаживаясь в автомобиль. Риндо называет их пункт назначения водителю, и они трогуются с места, выезжая на главную дорогу.       Первые десять минут они едут в тишине, которая неприятно давит на уши, не позволяя расслабиться, даже наоборот, она сковывает, заставляет все внутри сжаться и натянуться. Не выдержав этого, Акира стягивает с ног черные школьные лоферы, сгибает ноги в колени, прижимая к себе, наваливаясь на плечо Риндо, не обращая на его реакцию ни малейшего внимания, продолжая смотреть сквозь затонированное окно автомобиля. На её действия Риндо лишь замирает на мгновение, когда ощущает тяжесть чужего тела на своем плече, но потом он запускает пальцы в её длинные черные волосы, перебирая и играясь с ними, а в мыслях проносится: «какое кокетство».       Теперь тишина не кажется такой удушающей и сковываещей, сейчас ей действительно можно насладиться, прикрыв глаза, оставив все проблемы за пределами салона, уносясь от них на огромной скорости. Риндо так и делает, прикрыв глаза, он ощущает аромат жасмина от волос девушки. «Она сама как весна, юная, цветущая, вкусная?». Но голос Акиры нарушает тишину, и Риндо открывает глаза, избавляясь от мимолетного светлого образа.       — Ты знаешь, о чем отец хочет со мной поговорить? — все тем же спокойным голосом спросила Акира. Мужчина выпустил прядь волос, выпрямившись и одернув пиджак. Он окинул быстрым взглядом Акиру, слегка прикусив нижнюю губу.       — Откуда мне знать, что на этот раз взбрело в его голову. Приедем и узнаем. — На его ворчание племянница лишь потянулась к его руке, проводя кончиками пальцев по кисти мужчины. Слегка замешкавшись, он отдернул руку достаточно резко, чем вызвал неодобрение на лице девушки. — Не стоит, не лучшее сейчас время, — сказал он уже более мягко, отведя взгляд к противоположному окну и потирая место, где только что коснулась Акира. На что она лишь демонстративно закатила глаза и отодвинулась от Риндо, облокотвшись о спинку кресла. Остаток пути они ехали в тишине, в которой слышилось…разочарование?

***

      В дверь три раза постучались, тем самым отвлекая юную хозяйку дома от чтения. Не отрывая глаз от книги, она разрешила войти незванному гостю.       — Госпожа Акира, Ран-сан вернулся и приказал мне сообщить вам, что он ожидает вас в своем кабинете. — Девушка с нежеланием оторвала взгляд от книги и посмотрела на дворецкого.       — Спасибо, ступай. — Мужчина средних лет быстро поклонился и удалился, прикрывая за собой дверь. Как только мужской силуэт скрылся за дверью, Акира с раздражением откинула книгу в сторону, прикрывая глаза руками.              Воспоминания прошлого года проносились у девушки перед глазами. То, как она, пятнадцатилетняя девочка, решила навестить отца в штабе «Бонтена», но вместо этого застукала с другой женщиной в его же кабинете. Как выяснилось позже, родители уже давно обзавелись любовниками, чего не скрывали друг от друга, но их желание вырастить дочь в полной семье не позволяло обоим подать на развод. Оказалось, что они уже давно не спали вместе, а лишь создавали иллюзию дружной семьи для Акиры. Но после того дня скрывать что-то было уже бесполезно. Тот роковой разговор в гостинной она помнит в мельчайших подробностях: как Ран положил свою тяжелую ладонь на плечо дочери и сказал: «Аки, ты у нас уже девочка взрослая…». Прокручивая слова родителей из раза в раз на протяжении нескольких месяцев, она лишь недавно смогла смириться, что как раньше уже не будет никогда. И этот случай показал ей, что как бы ты ни любил в начале — любовь не вечна. Невозможно прожить с кем-то всю жизнь и испытывать к нему все те же чувства, как в первый раз. Людям свойственно уставать друг от друга, а когда у вас уже семья и дети, все оборвать почти невозможно, так и появляются любовники и любовницы.       Спустя месяц с того разговора, Кей переехала в свою квартиру в центре Токио, по выходным навещая дочь в поместье. Ран первое время пытался прятать своих женщин, но с каждым разом все свободнее приводил их в домой, не скрывая от дочери. В такие дни Акира предпочитала ночевать в квартире у матери, которая наоборот выпроваживала свою пассию на время пока гостила дочь.       Вся эта ситуация очень сблизила её с Риндо. Дядя часто оставался с ней, слушал  то, как она разочаровалась в родителях, наблюдал за выплесками агрессии, а потом просто обнимал и медленно гладил её по голове. Он почти всегда молчал, просто наблюдал и был рядом. Единственное, что осталось ярким следом в подобной «терапии» — это обещание Риндо. Случилось это, когда девушка вновь пыталась избавиться от накопившейся агрессии, стоя на кухне и разбивая очередную тарелку, Риндо негромко, но так, чтоб услышала только Акира произнёс: «Я пойду за тобой до конца». После этой фразы ещё одна тарелка, которую девушка хотела с силой запустить в стену, выпала у нее из рук, разбиваясь на несколько осколков. Она была не в состоянии что-то ему ответить, но слова и не нужны были. Они просто смотрели друг другу в глаза, не в силах прервать этот контакт. Именно тогда они оба поняли, что между ними не просто отношения «дядя — племянница», в их взгляде было что-то большее. В этом досточно интимном моменте они прочувствовали некую душевную близость, что они понимают друг друга, словно они разделяют одну боль и страх перед одиночеством, перед предательством.       Девушка убрала руки от глаз, поднимая взгляд на семейную фотографию в резной рамке. Она с минуту рассматривала счастливые лица родителей, после чего резко встала с небольшого диванчика, на котором читала, подошла к шкафчику и дрожащими руками, взяв фотографию в руки, всмотрелась в лицо шестилетнего счастливого ребенка. Отрывки воспоминаний с того дня всплыли в памяти, вызывая в груди волну злости и обиды. Что-то маленькое и светлое погасло в сердце, и девушка бросила рамку с фотографией в мусорку. Она стояла неподвижно, словно сейчас произошло то, что поделило жизнь на «до» и «после».       Очнувшись от минутного озарения, Акира стерла стекающую по щеке слезу и направилась к двери, покидая комнату.

***

      Крэдо «лучшая защита — это нападение» было долгие годы путеводной звездой для мужчины. Он ни с кем не сближался до такой степени, чтобы кто-то успевал задеть и запасть в его сердце и память, но Акира… В ней он увидел себя, свое разочарование, обиды, надежды, которые когда-то тревожили его душу, но не сейчас…       Сейчас он являлся единственным зрителем этого спектакля под названием «Рушение светлых надежд Акиры Хайтани», наблюдая с замиранием сердца за тем, как жизненный опыт меняет мировозрение девушки. Может, именно поэтому он привязался к ней? Этот вопрос долго его мучал, но ответ он так и не нашел. Как и обещал, он был рядом, но делал это ради девочки или ради себя, чтобы не упустить что-то важное,  понять не мог.       В кабинете Рана было душно, и распахнутое окно ситуацию не улучшало. Сентябрь выдался достаточно засушливым, из-за чего было весьма жарко.       Ворвавшись в кабинет к брату, Риндо был неприятно удивлен увидев Натаниэля, распложившегося на кожаном диване у стены. Он не то что бы недолюбливал мальчишку, просто в какой-то момент ему надоело, что он ушивается с Акирой и всячески пытается найти расположение Рана. Младший Хайтани мог лишь саркастично вбросить какую-то колкую шутку или вовсе делать вид, что не замечает юнца. В данной ситуаци второй вариант бы не подошёл, поэтому, напряженно выдохнув, он прошел в кабинет и, подходя к столу брата, спросил:       — Что он тут забыл? Мне казалось, это семейный разговор. Я ожидал увидеть Кей, но не его. — Мужчина сел в кресло рядом с Раном и, закинув ногу на ногу, достал из внутреннего кармана серебристый портсигар. Через пару мгновений он выпустил из легких первую порцию табачного дыма.       — Эх, мог бы хотя бы поздороваться для начала, — ответил Ран, потирая переносицу и откидывая голову на спинку кресла. — Кей уже обо всем в курсе, поэтому ее тут нет. А сама тема касается Акиры, поэтому Натаниэль тут.       Услышав последнее предложение, Риндо кинул холодный взгляд в сторону Нейта и стряхнул пепел от сигареты в стоящую на небольшом журнальном столике пепельницу.       — И давненько Натаниэль у нас учавствует в вопросах, связаных с Акирой? — низким от раздражения голосом спросил мужчина, после чего сделал глубокую затяжку, чтобы немного успокоить нервы. Ран расслабленно кинул руку на подлокотник кресла, поворачивая голову в сторону брата.       — Я, конечно,  рад, что ты так переживаешь за племянницу, но этот вопрос касается их обоих, поэтому будь добр,  скрывай свое раздражение чуть получше, — сдерживая усталость в голосе, произнес Ран, после чего вновь откинул голову на спинку кресла, ненадолго прикрыв глаза.       Спустя пару минут в дверь постучали, и в кабинет вошла Акира, осматривая присутствующих, но ни один мускул на её лице не дрогнул, когда она увидела Нейта.       — Здравствуй, отец. Плохо выглядишь, — совершенно бесчувственно сказала девушка, подходя к дивану и присаживаясь на другой край от Натаниэля.       Риндо затушил окурок в пепельнице и, сложив ладони в замок, бросил взгляд на племянницу. Она сидела слишком ровно, обычно так не сидят при родных людях. Это забавляло его. Он уже вдоволь наслушался, что на самом деле девушка думает о нем, как об отце, и эта её напускная серьезность перед ним для него была слишком комична.       — Рад тебя видеть, дорогая. Да, я немного устал. Как дела в школе? — Акира боковым зрением взглянула на Натаниэля, поняв, что он наверняка мог что-то взболтнуть отцу о её эмоциональном состоянии, но виду о своей догадке не подала.       — Я думала, что ты меня позвал для чего-то важного, но если ты просто хотел обсудить школу, то я пойду.  Уверена, что Нейт тебе все подробно расскажет. — Она уже собиралась сделать шаг в сторону двери, но слова отца ее остановили.       — Акира, сядь, — незаметно для отца она вновь закатила глаза и опустилась на то же место, скрестив руки на груди и облокотившись на подушки.       — Не буду ходить вокруг да около. Послезавтра ты улетаешь в Париж вместе с Натаниэлем. Мы с мамой решили, что для тебя будет лучше, если ты закончишь свое обучение там. — Мужчина говорил это слишком умиротворенным тоном, словно рассуждает о погоде за окном. От каждого его слова девушка сжимала кожу на плече все сильнее, при этом прикусив язык, чтобы не сорваться прям при отце. «Это было бы ни к чему».       Выждав небольшую паузу после недолгой речи Рана, она бросила в сторону Риндо быстрый взгляд, надеясь, что дядя не заметит, но он смотрел на неё все это время, не отрываясь. Их глаза встретились. Ненадолго, всего на долю секунды, но этого было достаточно. Он заметил тоску в этом коротком взгляде, какое-то неизведанное беспокойство отразилось на лице девушки. «Что это было?».       Акира повернулась в сторону Нейта, продолжая сжимать ногтями кожу на плече.       — Ты знал? Говори честно, Нейт. Ты знал об этом? — еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, спросила она.       — Нет, клянусь, Акира. Я не знал. — смесь шока, удивления и страха играла на лице друга. — Ран-сан, это слишком внезапно для нас с Аки. Почему вы приняли такое решение? Сейчас же не самое лучшее время. Год уже начался и переводиться… — но Ран поднял руку, давая понять мальчику, что стоит замолчать.       — Этот вопрос решенный. Мы с твоим отцом его согласовали, и он без размышлений согласился, — переведя взгляд на дочь он продолжил: — Акира, я понимаю, что сейчас тебе нелегко, но мы с Кей желаем тебе только добра. Да, мы виноваты в том, что произошло. Но в Париже у нас много хороших знакомых, с которыми тебе будет полезно обзавестись связями. Ты же большая девочка, ты должна понимать, что уже пора заботиться о своем будущем, а благодаря этим связям у тебя есть шанс добиться высот в нашем непростом мире. — Мужчина вновь взглянул на Натаниэля, обращаясь теперь к нему.  — И тебе, Нейт, будет полезно заручиться поддержкой чистокровных. Плюс ко всему, ты будешь присматривать за Аки.       Волна гнева накрыла девушку с головой. Не выдержав, она со всей силы ударила по подлокотнику, привлекая к себе внимание Рана.       — Спасибо, что все решили за меня. Пойду собирать вещи. — Она резко встала и выбежала из кабинета.       — Боже… Сколько ты создаешь проблем, — сказал Риндо, смотря куда-то в потолок, после чего встал, поправляя пиджак и направляясь к выходу. — Сделай заказ ещё на три сервиза. — кинул он напоследок, оставляя Рана наедине с Натаниэлем.       Проводив взглядом младшего, Ран усмехнулся ему вслед.              — Сделай так, чтобы она не нарвалась на неприятности, — озвучил Ран, вновь обратив свое внимание на мальчика.

***

      Восемь ступеннек вниз, пролет, ещё восемь ступенек, резкий поворот налево, десять шагов, и Риндо оказался на кухне. У самой дальней стены уже валялось несколько разбитых тарелок, точнее то, что от них осталось. Оглядевшись, мужчина проверил помещение на наличие лишних глаз.              — Малявка, ты давно кровь пила? А то уж больно ты агрессивная в последнее время, — сказал Риндо, достав портсигар и вытянув очередную сигарету, но не успел он поднести огонь к кончику сигареты, как рядом с ним в одно мгновение оказалась Акира, отнимая сигарету и отбрасывая её в сторону.       — Ты ведь знал? Я не буду надумывать лишнего, пока не услышу правду от тебя лично. — Огонь ярости пылал в глазах девушки. Она смотрела прямо на мужчину, ожидая краткого ответа, но он молчал. — Говори! «Да» или «нет». Ну же, говори! — уже не сдерживая свои эмоции, кричала Акира, несильно ударив его в грудь. Риндо смотрел на её макушку сверху вниз без сил издать и звука.       Да, он знал. Уже две недели как знал, что её отправят в эту чертову Францию. Он помнит, как болел его кулак после того, как он ударил брата в порыве неконтролируемой агрессии. А потом страх, который окутал все его тело. Оказалось, что Ран был куда проницательнее, чем кажется на первый взгляд и что он знает Риндо куда лучше, чем он сам.

» — Я буду молчать, но сидеть сложа руки не собираюсь, Рин. Она моя дочь… Да и тебе это будет на пользу. Она сменит обстановку и окружение, а ты прочистишь мозги и все переосмыслишь».

      — Да, я знал. Поверь, так будет лучше для тебя, — сказал мужчина, притянув девушку за талию и заключая в объятия. — Так будет лучше… — повторил он ей, шепча на ухо, словно внушая это самому себе, а не убеждая Акиру. На что она только сильнее начала брыкаться, бить его по груди и вырываться.       — Почему ты тоже решил все за меня?! Я доверяла тебе, думала ты меня понимаешь, а ты оказался ничем не лучше его. — Влага начала скапливаться в уголках глаз, стекая по щекам горячими слезами. — Может, я не хочу уезжать, может, я не хочу покидать тебя… Боже, я ненавижу тебя! — Эти слова будто перерезали ту тонкую нить, что сдерживала Риндо все это время. Мужчина подхватил Акиру за талию, резко развернулся и посадил на стол, устроившись между её ног, сократил расстояние до минимума. А потом все как в тумане: они секунду смотрят друг другу в глаза, словно сомневаясь в дальнейших действиях, но назад пути нет. Он притягивает ее за талию ещё ближе и впервые касается столь манящих губ. Время словно останавливается для обоих. Она кладет свои руки ему на плечи, сжимая пиджак, а он проводит языком по влажным пухлым губам. Воздух в легких постепенно заканчивается, и они отстраняются друг от друга, прерывисто дыша. Риндо поднимает голову, глядя куда-то в потолок, он не знает, что делать дальше, как поступить правильно. А на языке остается сладковатый привкус от поцелуя. «Ты идиот, она уезжает послезавтра, и ты решил именно сейчас открыться ей, чтобы у неё была надежда? Дурак. Ты сделал все только хуже».       Он прикрывает глаза рукой, отойдя от нее на несколько шагов.       — Прости, прощай… — почти шепотом говорит мужчина и быстрым шагом покидает кухню. На лестнице он сталкивается с Натаниэлем, но полностью игнорирует мальчишку, покидая дом и направяясь к припакованной машине.       — Аки, нужно поговорить… Аки, что с тобой?

***

      — Дорогая, ты все проверила? Я смогу навестить тебя только через месяц, а Ран… я даже не знаю когда, — сказала сидящая на пассажирском сиденье рядом с водителем Кей, параллельно набирая что-то в телефоне.       — Да, Кей-сан, мы все перепроверили, если что, разберемся на месте. — вместо Акиры ответил Нейт, понимая, что она проигнорирует вопрос матери.       После случившегося она не помнит, как оказалась у себя в комнате на кровати, заботливо накрытая мягким пледом. Первого, кого она увидела после пробуждения был Нейт: он тихо сидел в кресле рядом с кроватью подруги, читая книгу.       — Нейт, а может, идея отца не так уж и плоха? — Она не узнала свой голос. Он был хриплый и низкий, горло неприятно саднило от каждого слова, а глаза зудели от пролитых слез. — Сколько я была в этом состоянии?       — Минут двадцать, но потом тебе вкололи успокоительное, и ты заснула. Проспала где-то часа два. Хочешь крови? Ты давно её не пила, знаешь же… — Но его заставил замолчать взгляд девушки, словно просящий сменить тему. — Да. Думаю нам стоит сменить обстановку.       И сейчас по дороге в аэропорт, Акира, уперевшись лбом в стекло автомобиля, наблюдала за пролеташими за окном машинами, домами, пешеходами. В прогнозе погоды обещали осадки с вероятностью девяносто процентов, и вот в стекло ударили первые крупные капли долгожданного дождя. Даже через закрытое окно было слышно, как капли разбиваются о поверхность на тысячу маленьких капелек.       — Мам, отец с дядей приедут проводить нас? — спокойно спросила девушка, наблюдая за каплями на стекле, пытаясь сохранить незаинтересованный вид. Кей как-то напряженно посмотрела в зеркало заднего вида на дочь в попытке понять её настрой, но безуспешно. Она лишь заметила как Натаниэль заботливо держал подругу за руку, но смотря в окно со своей стороны.       — Ран приедет, конечно, он хочет с тобой попрощаться дорогая, а вот Риндо… у него запара на работе, и он не может, но он сказал, что позвонит тебе сам… позже. — сообщила Кей, вновь что-то набирая в телефоне.       — Ce sera un spectacle amusant. — шикнула Акира с саркастичной улыбкой, на что Нейт сжал её пальцы сильнее.       Вскорее они подъехали к зданию аэропорта и по спецальному маршруту выехали прямиком ко взлётной полосе, где их уже ждал частный самолёт. Там стояла машина Рана, поэтому как только они подъехали ближе, он вышел из своего автомобиля. Один из охранников держал ему зонт, пока остальные заносили багаж Нейта и Акиры в самолёт.       — Рад тебя видеть, Кей. — с усмешкой произнес Ран, помогая бывшей супруге выйти из машины.       — Ага, взаимно. — Она явно была не в настроении лишний раз с ним пересекаться, но ради дочери была готова перетерпеть его физиономию рядом.       — Надеюсь, ты хорошо провела время с матерью, — сказал он, заключая дочь в объятия. — Прости, Нейт, но твой отец не смог…       — Да, я знаю, у него работа. Все в порядке. — Неловкая атмосфера повисла в воздухе, неприятно покалывая что-то внутри.       — Что ж, если на этом все, то мы, пожалуй пойдём, отец. Спасибо, что приехал проводить, — сказала девушка, поправляя сумку на плече и направляясь в сторону самолёта. — Пойдем, Нейт. Навстречу «полезным связям», au revoir parents.       Дождь продолжал отбивать свой неразборчивый ритм, но он был как релаксируюшая музыка, позволяющая отбросить все беспокойные мысли и думы. Самолет оторвался от земли, ребят ждало несколько долгих часов полета.