Выпускной

*** Был июнь. На улице стояла удушающая жара, к которой, местные жители, казалось, давно привыкли. Ведь рано или поздно, она сменялась дождливыми неделями, спасющими городских жителей от отравляющей серые будни красноярцев теплоты. Серые здания возвышались над небольшой полянкой, что находилась около заброшенной школы, окольцовывая и пряча её от любопытных взглядов. После события Z осталось не так много уцелевших сооружений, поэтому где-то, на скучных хрущевках можно было заметить кружева трещин и тонкую, белую паутинку осколков на побитых стеклах. На заброшенных клумбах все еще виднелись уцелевшие цветы, посаженные учениками, напоминавшие о недавней, беззаботной жизни. Они переливались различными красками - красным, желтым, розовым... Где-то пестрели пурпурные ветви аконита и геацинта, которые разбавляли ярко-розовые головки бегонии. Однако особое внимание все же оставалось на красавице - камелии, что была сейчас украшена кровавой росой. Хриплый, еле слышный вдох раздался в мерзко-сладкой тишине, теряясь в тихом шипении плавящейся плоти. Свежую зелень травы окропляли брызги свежей, еще теплой крови, что текла из открытых ран молодого человека (Если то, что от него оставалось, можно еще было так назвать), лежавшего на небольшой поляне, затерявшейся среди леса покосившихся хрущевок. От сильных, жилистых рук остались лишь обглоданные останки, а оторванные пальцы и части мышц оставались где-то в стороне, отброшенные и забытые. В боку виднелась разрастающаяся дыра. Из нее сочилась каша из мяса и зловонной кислоты, звуки которой возвращали одурманенных страхом людей в реальность. А реальность была такова: команду, состоящую из десяти человек, атаковало неизвестное доныне животное, плюющееся кислотой. Отдаленно оно напоминало громоздкого ящера, покрытого мелкими пятнами, переливающимися всеми цветами радуги, словно бензин в луже. Однако когти его были больше, чем у любого другого животного, черные, как смоль, напоминая своей формой джамбию. Местами он был покрыт яркими, казалось ядовитыми, желтыми перьями. А глаза были настолько большими, что те, кто встретился с ним взглядом, могли поклясться, что размером они - с футбольный мяч. Однако при первой встрече пугал всех далеко не его устрашающий вид, а потерянные нотки разума в этом чешуйчатом, ярко-зеленом взгляде существа, что хаотично брызгало своей ядовитой слюной. Раздался глухой кашель, такой, словно кто-то пытался прокашляться перед тем как сказать что-то. Рэй судорожно сжимал в руке пистолет Макарова. Рядом с ним сидел Том, безмолвно, словно рыба, глотавший воздух ртом. Его вечно спокойный взгляд серых глаз был устремлен в землю, а уши закрыты. Они сидели бок о бок друг с другом, однако, когда раздался приглушенный стон боли, Рэй выглянул из-за ржавого автомобиля, за которым прятались парни. Перед ним предстала ужасающая картина. Прямо посреди небольшой поляны лежало тело их сокомандника. То, что осталось от него, все еще было отдалённо похоже на человека, однако, с такими ранами не живут. И каждый из них понимал это. В стороне, за грудой камней, виднелась черная макушка Мэтью, что в ужасе закрыл уши, стараясь спрятаться, убежать от того, что происходило. Рядом с ним находился Невил, наблюдающий за мучительной смертью товарища, не в силах сделать хоть что-то. Каждый из них понимал - выстрел обрек бы каждого из присутствующих на погибель. Недалеко от Тома, в свежей яме, лежал Дэн. На руке его красовалась свежая рана, полученная от когтей животного, однако, казалось, парень даже не обращал на это внимание, как и на попытки Лэя остановить кровь из пульсирующей плоти. Зрачки его дрожали, а пульс бешенно бил по вискам, оглушая. Это продолжалось несколько минут, показавшихся каждому томительной вечностью, пока в какой-то момент, голова "мертвого" парня не упала в сторону автомобиля, и его угасающий взгляд не встретился со взглядом Рэя. В его глазах промелькнула последняя искра надежды, прежде, чем тело покинул последний вздох. Парень отдал себя в когтистые лапы зверя, что с упоением продолжал выплевывать ядовитую слюну на его останки, плавя оставшееся мясо и пожирая. На плечо Рэя упала капля дождя. **** - Почему вы не рассказывали об этом раньше? - Аврора положила руку на предплечье Дэна, где оставался шрам, напоминающий о злополучном дне. Голос ее стал гораздо тише обычного, передавая все беспокойство девушки в своих тревожных нотках. - Вы не спрашивали. - раздался голос за ее спиной. К ним подошли Дэйл и Лэй, сбросив сумки с плеч, они присели рядом с девушками и Дэном, что сидел на бревне и не поднимая взгляда, затачивал охотничий нож. - Да и кто захочет рассказать о том, как вы молча наблюдали за тем, как умирает товарищ? - тихо пробубнил он и убрал нож в ножны. - После этого, Рэя сняли с поста и главнокомандующим назначили Невила. Одному Богу известно почему. Жертв меньше не стало, но зато отбор участников вылазок стал в разы жестче. Потому мы и не берем девушек с собой. - Но ведь это не показатель. Против такого монстра не выстоит ни мужчина, ни женщина. - возразила Ева и ее милое личико скривилось в недовольстве. Дэн промолчал. Каждый понимал это, однако, сложно было отрицать и тот факт, что физически многие женщины в их лагере все же уступали мужчинам. Не желая продолжать этот разговор, он поднялся с места, отряхивая армейские брюки от опилок и остатков мха. Однако стоило ему сделать лишь шаг в сторону, как в убаюкивающей тишине леса раздался слабый рык, в убаюкивающей тишине леса раздался глухой рык, и из мрака гущи на него уставилось едва различимое не́что. Своими янтарно-огненными глазами оно освещало испуганные лица путешественников. *** - У вас все хорошо? - спросил Невил, подходя к одному из выбитых окон здания. Том, Тиса и Мэтью разместились на крыше парковки, что была напротив сооружения, однако блондин не мог избавиться от странного волнения, что поглощало его с каждой минутой все больше и больше. Потому он осторожно спустился вниз, обходя затопленные подвалы, в коих все еще привычно квакали лягушки и была видна одинокая береза, и пройдя по бетонному помостку между заброшенной подземной парковкой и главным зданием, поднялся к Рэю, чей силуэт виднелся в одном из окон. Оперевшись на одну из полуразрушенных стен, брюнет медленно потягивал сигарету, оставшейся дурной привычкой из прошлого и одновременно сладким напоминанием о бурной молодости. Стоило Невилу подойти ближе, Рэй улыбнулся, стараясь не выдавать внутреннего волнения. - Все отлично. Сам подумай, в этой помойке даже бродяг не встретить. Все идет идеально, глядишь и вернемся раньше положенного. - он подошёл ближе, протягивая в молчаливом предложении сигарету блондину. Тот нахмурился, но принял ее. Сделав глубокий, обжигающий горло глоток горького дыма он грустно улыбнулся. - Мне бы хоть каплю твоего оптимизма. - после этих слов Невил передал сигарету обратно Рею, присаживаясь на часть разрушенной временем стены. - Это не оптимизм. - спокойно произнес голубоглазый, наблюдая как на крыше напротив Том и Тиса устанавливали гарпун. Невил промолчал. Одному черту было известно, что творилось в голове у его собеседника, но знать он этого не хотел. Не сейчас. Просидев так какое-то время, он все же поднялся, разминая затекшую от тяжести сумок спину. Однако стоило ему выгнуться, поднимая голову к небу, как сердце упало в пятки. Его стройный силуэт пошатнулся, почти упав, а от лица отлила кровь. Он судорожно открыл рот, не в силах вымолвить и слова. Заметив резкую перемену в поведении главнокомандующего, Рэй удивленно покосился на него, подходя ближе. - Эй, ты в поряд... - он не успел договорить. Стоило ему выйти из тени здания, как перед глазами промелькнул какой-то невнятный объект. Однако стоило ему приглядеться, как по спине прошел табун мурашек, а руки похолодели. В воздухе витал фиолетовый дым.