Спокойной ночи, Луна

Чонгук не был хорош в общении с людьми, тем более с незнакомыми. — Любой, кто вспоминает моего мужа, первым делом улыбается. В одном из некрологов написали: «Он оставил нам в наследство смех». Джихё опустила взгляд и болезненно улыбнулась, погружаясь в печальные воспоминания. Чонгук тактично смолчал, не упоминая, что вообще-то не питал любви к комедийному таланту её мужа. Но разве обязан реальный человек соответствовать образу, воплощаемому на экране? Никто не отменял того, что в жизни Чхве Ёнджэ мог оказаться наиприятнейшим человеком. — Веселье всех нас переживёт, — лаконично подметил Чонгук. Вдова ему кивнула. Он посмотрел на стену, где висели фотографии, и погрузился в их изучение. На них Ёнджэ был с разными известными людьми: с актёрами своего времени, именитыми режиссёрами. В Англии эти имена наверняка знали все, но Чонгук не относился к числу сведущих в мире шоу-бизнеса. На одном из снимков он увидел Ёнджэ в солидном возрасте пожимающим руку маленькой девочке. — Кто это? — Ёнсон, его первая жена. Они познакомились на съёмках совместного проекта, где она играла его дочь. — Сложно не заметить разницу в возрасте. — Ей было семь лет, когда он сделал ей предложение, и она согласилась, — подтвердила Джихё. Чонгук постарался скрыть удивление, но, возможно, у него это получилось не очень удачно. — Пятнадцать лет он разъезжал по Америке, а потом вернулся и сдержал обещание. Это был самый счастливый брак в мире шоу-бизнеса. Пока не начались эти ужасные звонки. — Звонки? — Кто-то звонил на городской номер и грозился её убить. Ёнджэ был ужасно напуган. Однажды, собравшись в Лос-Анджелес, он попросил Ёнсон быть осторожнее. Но предостережение было напрасным. Через три дня она пошла с подругами в театр, и на обратном пути её убили. — Здесь Джихё взяла паузу, чтобы набраться сил для продолжения. Было видно, что это воспоминание до сих пор причиняло ей боль. Она подошла к фотографии, на которой они с Ёнджэ были в свадебных одеждах, и едва заметно улыбнулась. — Скорбь нас сблизила. В середине восьмидесятых его карьера закончилась. Возраст стал давать о себе знать: пальцы навсегда остались скрюченными, он больше не мог пользоваться руками. Я знаю, что он не убивал себя. Он бы просто не смог. К тому же это произошло именно сейчас, когда на свободу выпустили этого проклятого убийцу Джинёна! Она показала ему ещё несколько писем Ёнджэ фанатам, а после повела за собой на улицу, где Чонгук встретил пожилого мужчину. — Я буду счастлива, мистер Чон, если вы прольёте на это дело хотя бы лучик света. Если вы согласны, я попрошу водителя, Мингю, показать вам бомбоубежище. Сама я не смогу снова увидеть эту комнату. Водитель оказался неразговорчивым, что понравилось Чонгуку. Вместе они спустились на глубину примерно двенадцати метров и подошли к двери, в середине которой виднелась дыра, проделанная полицией днями ранее. Чонгук осмотрел дверь, проверил механизм ручки. Сомнений не оставалось — закрыть её снаружи не представлялось возможным. Преступник никак не мог убить Ёнджэ и выйти после этого через входную дверь. Нужно было искать другой вариант. — Когда построили бомбоубежище? — спросил Чонгук, осматривая небольшое помещение. Бетонные стены в большей части помещения были закрыты кирпичной кладкой. — В восьмидесятых, — ответил Мингю. — Мир тогда думал, что скоро взлетит на воздух. Но, разумеется, к моменту, когда закончилось строительство, всё успокоилось. Ёнджэ не успел даже установить двери в туалет, быстро забыл про убежище. В подтверждение слов водителя у стены стояли обёрнутый плёнкой унитаз, кирпичи и запас коробок с лампочками. — Его тело лежало здесь, — продолжил Мингю, проникая через арочный проход в следующую комнату. — Пистолет был в правой руке. Лужа крови — высохшая, но не исчезнувшая, — оставила свой несмываемый оттенок на бетонном полу. Чонгук прошёл по периметру комнаты, постучал ногами по земле, чтобы убедиться, что под ней не скрывается никаких помещений и лазов. Повертев головой, он увидел ещё одну маленькую комнату справа. Он прошёл в неё и убедился, что это был незавершённый туалет. Об этом свидетельствовало отверстие для слива в полу. — Здесь должен был быть унитаз, — подтвердил водитель. — Под полом проведены все трубы. Чонгук посветил фонарём в отверстие. Диаметром оно было не больше пятнадцати сантиметров, и проникнуть туда могла разве что крыса. «Хм», — издал он первый звук с момента единственного вопроса. Его внимание привлёк кусок ваты, лежавший на земле. Они вернулись в первую комнату. Чонгук посмотрел ещё раз на унитаз и невольно удивился его размерам. Он был слишком большим, если взять в расчёт расположение отверстия с трубой. Чонгук взял в руки единственную открытую коробочку с лампочкой. Все остальные были закрыты. — Странно: упаковка на сорок ватт, а лампочка в ней на сто. — Мингю на это замечание ничего не ответил. — Кто ещё знал про бомбоубежище? — Многие. Ёнджэ любил его показывать. Хвастался, как мальчишка. По возвращении в дом Чонгук выпил кружку чая, предложенную Джихё. — Что скажете? Её глаза горели надеждой. Она хотела услышать то, во что верила: это сделал Джинён. Но Чонгук не принёс ей хороших вестей. — Я буду откровенен: дверь прочна, как скала. Если запереть изнутри, никто не сможет выбраться наружу. Боюсь, выйти из этого помещения никто не мог. Конец чаепития прошёл в молчаливом разочаровании.

***

Тэхён вёл машину, попутно слушая автоответчик. — Семь пропущенных от Наён. Интересно, что случилось. Ты не помнишь, как повторить запись? Звёздочка, ноль… — Ты можешь смотреть на дорогу, когда ведёшь машину?! — ужаснулся Чонгук, хватая руль, чтобы в случае чего подстраховать на поворотах. Тэхён закончил набирать код и приложил телефон к уху. — Боже, какой дёрганый пассажир. Тебе говорили, что паника обычно действует водителям на нервы? — А тебе говорили, что если не смотреть на дорогу, можно попасть в аварию? — Мы за чертой города. Тут в радиусе километра никого нет. — Это не отменяет существования кюветов. — Я хороший водитель. Со мной ничего подобного не случалось. — Всё бывает впервые. Даже смерть. Тэхён закатил глаза и отложил телефон в сторону, не дождавшись ответа, после чего продолжил говорить как ни в чём не бывало: — Я выяснил, что Ёнджэ не мог себя убить. Мне трудно это признавать, но, похоже, его смерть правда не является самоубийством. — Неужели? Что подтолкнуло тебя на эту мысль? — Встреча с монтажёром. Представляешь, Ёнджэ использовал дублёра для съёмки рекламы. У него так сильно были скрючены пальцы, что он даже не мог самостоятельно очистить банан! Монтажёр сказал — цитирую: «Я думаю, он мог повернуть ключ, закрыть тяжёлую дверь и нажать на курок только в случае внезапного чуда». Чёрт! Это сильно усложняет дело. — Тэхён снова отвлёкся от дороги — на этот раз, чтобы взглянуть на Чонгука. — А ты узнал что-то полезное? Может, нашёл улики, подталкивающие на конкретную мысль? Чонгук молчал некоторое время, разглядывая однотипный пейзаж за окном. Тэхён был прав: ни одна машина за последние десять минут так и не появилась. — Очевидно это сделал кто-то другой. — Есть предположение, кто именно? — Одно. Но нужны доказательства, чтобы это подтвердить. Пока говорить об этой теории нет смысла. Тэхён не стал допытываться. Если Чонгуку нужно время, чтобы докрутить мысль — так тому и быть. Вместо этого он снова взял телефон и ещё раз набрал номер Наён. Через минуту ему наконец ответил тревожный голос. — Ты звонила. Что-то случилось? Чонгука покачивало в такт езды по неровной дороге. Он думал о том, как закажет что-нибудь мясное в ресторанчике, в который его везут. Но разве было суждено воплотиться в жизнь планам в компании такого человека, как Тэхён? Рядом с ним жизнь вечно скачет безумными путями; никакого спокойствия, только буря. Тишина в машине стала гнетущей. Чонгук повернул голову и увидел растерянность на лице Тэхёна. Его игривое недовольство полностью испарилось. — Понял. Скоро будем. Телефон отправился на заднее сидение. Чонгук проводил его взглядом и спросил: — Где это мы будем? Я отказываюсь сворачивать с дороги в ресторан! — Джинён умер. Веселье оборвалось, как только чёткая фраза повисла в салоне автомобиля. Не от скорби, не от сочувствия — от осознания, что главный подозреваемый только что покинул игру.