К тебе сквозь время

Шамаш полностью погрузился в размышления, шествуя через Древний лес. Он совершенно не оглядывался по сторонам. Его мысли сейчас полностью занимала вернувшаяся племянница. Ему не верилось, что хоть одна из рода его сестры сумела переродиться. Повелитель Огня до сих пор недоумевал отчего же ни Ралина, ни её потомки не возродились. Он отказывался верить в то, что им всем не хватало на это сил. Что-то подсказывало, что дело вовсе не в этом. Действительно, по завещаю ничтожного мужа сестры, их детям и детям детей для брака выбирали только магов Воздуха. Все прекрасно понимали, что таким образом этот слизень пытался отомстить убитой им же супруге за то, что та не разделила его чувств. При таком раскладе даже удивительно, что спустя несколько поколений на свет появилась Никкаль. Шамаш мягко улыбнулся. И магия Воздуха никак не отразилась на силе её огня. Пламя Никки могуществом могло поспорить с силой самой Ралины. Повелитель задумчиво поднял глаза к уходящим в сизый небосвод вершинам гигантских сосен и тяжело вздохнул. Он прекрасно понимал, что чувства огненных магов невозможно изменить. Они любят раз и навсегда. Но не переживать не мог. Скорее всего после союза с Ниаллом, магия Огня раствориться в огромном скоплении частиц Воздушной стихии, что всё же присутствовала в Никкаль. Шамашу не хотелось думать об этом, и он постарался успокоить себя тем, что, в отличие от сестры, его малышка будет счастлива. Внезапно земля под ногами содрогнулась, заставив Повелителя Огня на мгновение застыть и тут же молниеносно броситься к академии. У выхода из леса он лицом к лицу столкнулся с Энлилем. — Что произошло? — в недоумении выпалил Шамаш. — Иштар, — коротко бросил, словно сплюнул, Повелитель Воздуха. — Она здесь? — Да, пару дней назад выгнал её с территории академии, — кивнул он и скрипнул зубами. — Но, похоже, она совершенно не ценит мою доброту и испытывает терпение. — Энлиль! Шамаш! — неожиданно услышали они знакомый крик и обернулись. Со стороны ректорского корпуса к ним бежала высокая стройная молодая женщина. Её длинные белоснежные волосы почти достигали колен и, словно плащом, укрывали ей плечи. Серебристо-серый шёлк платья целомудренно очерчивал тонкую талию и мягкие изгибы тела. — Эрешкигаль? — ошеломлённо пробормотали повелители и поторопились ей навстречу. — Почему ты покинула свои земли, сестра? — растерялся Энлиль. — Сейчас меня больше волнует то, что Иштар украла кинжал отца. — Она обеспокоенно обхватила себя за плечи. — Вы же сами понимаете, что оружием, которое создал Абзу, можно не только лишить жизни любое существо, но и отнять его энергию. — Стой, но как она смогла его отыскать? — нахмурился Шамаш. — Ведь для того, чтобы добыть его необходимо не только пройти определённые испытания, но и принести жертву. — Иштар это сделала, — устало кивнула Эрешкигаль. — Она околдовала двадцать магов Земли, и те всё выполнили за неё. Ей оставалось лишь забрать кинжал. — У меня нехорошее предчувствие, — с тревогой взглянул на Древний лес Энлиль. — Думаю, нам стоит отправиться в город, к Энки. — Согласна с тобой. — Иди и предупреди Нергала, — сдерживая бушующий внутри страх за свою принцессу, произнёс Шамаш. — А мы пока оставим кого-то за старшего в академии. Встречаемся через пятнадцать минут на этом же месте.

***

Никкаль откинулась на подушки, устремила мечтательный взгляд на балдахин и безмятежно улыбнулась. Её радовало не только то, что они с возлюбленным теперь всегда будут рядом и любые опасности и беды встретят крепко держа за руку друг друга. Сердце Никки согревала новость, что все её друзья встретили тех, кто разделит с ними любовь и судьбу и станет верным спутником по жизни. Лишь сейчас она могла сказать, что полностью счастлива. «Интересно, почему Энки позвал всех к себе? — вдруг задумалась она. — Ладно Этана и Су, но Ияра с Унзи и своего сына зачем? — Никкаль невольно нахмурилась. — Если ещё и Верховный будет настаивать на нашем браке через месяц, как это сделал Шамаш, то я попросту сбегу вместе с Ниаллом. — Она тихонько вздохнула. — И чего он пошёл на поводу у её дяди?»… Её размышления прервал чуть слышный скрип двери. Никкаль в недоумении повернулась к ней лицом. Интуиция буквально вопила о неизбежной опасности. Никкаль понимала, что спрятаться уже не успеет, и решила притвориться спящей, чтобы попытаться спастись. Едва она закрыла глаза, как в комнату кто-то вошёл. Судя по лёгкой поступи не сложно было догадаться, что это женщина. Никки с трудом сдержалась, чтобы не взглянуть на наглую нарушительницу её покоя. — Точь-в-точь такая же, как и прежде, — прошипела незваная гостья. Её негромкий голос переполнял гнев. — Если бы не ты, всё было бы по-другому. Внезапно возникшая оглушающая тишина подсказала Никкаль, что ещё одного шанса сбежать у неё не будет. Она резко открыла глаза, на миг встретившись взглядом с водянисто-синим взором, резво сорвалась с постели и устремилась к выходу. К удивлению Никки, дверь оказалась открытой. Она порывисто распахнула её и выбежала в коридор. Лишь только ей удалось переступить порог, как позади послышались торопливые шаги. Незнакомка преследовала её. «Да кто она такая? — лихорадочно пронеслось в голове. — Совершенно не боится гнаться за мной во дворце Верховного. — Ошеломляющая мысль заставила на мгновение замедлиться. — Неужели сама Иштар?» Неожиданно впереди послышались знакомые голоса. Несказанно обрадовавшись, Никкаль прибавила шагу, ощущая, как силы медленно покидают её. Всё-таки прав был Ниалл, она ещё до конца не окрепла. — Никки, осторожно! — под предостерегающий вопль брата она почувствовала, как её схватили за волосы и с силой потянули назад. Безжалостная боль охватила голову, выступая предательской влагой на глазах. Никкаль поспешно опустила веки, пытаясь сдержать слёзы. Она ни за что не станет плакать, даже, если её будут резать на части. Возле уха вдруг раздался негромкий злорадный шёпот: — Тебе от меня не уйти, внучка Ралины. — Иштар, отпусти её, — испуганный голос возлюбленного заставил её открыть глаза. Возле объятых ужасом друзей стоял Ниалл. Он порывался броситься к ней, лишь крепкая ладонь Энки не позволяла ему этого. За это Никки мысленно поблагодарила Повелителя Воды. Не хватало, чтобы эта стерва убила ещё и его. — Иштар, что ты себе позволяешь? — с гневом поинтересовался Верховный. — Или ты совершенно позабыла, где находишься? — Вовсе нет, — ухмыльнулась она, взглянув на него. — Но ты и сам знаешь, что это место должно быть моим. — Так определила наша мать, — твёрдо отрезал он. — Неужели ты пойдёшь против воли той, которая любила тебя больше всех? — Если бы мама меня любила больше всех, как ты говоришь, то она бы сделала меня главной, — визгливо ответила Повелительница Земли. — А так вы все только и делали, что пытались уничтожить меня, считая самой слабой и недостойной своего звания. — Что ты несёшь, Иштар? — возмутился Энки. — Ты жива после того, как убила тех, кто был дорог твоим братьям. А теперь смеешь обвинять нас в том, что мы якобы пытаемся тебя уничтожить? — Докажите, что это сделала я, — испуганно бросила она и вдруг приставила к горлу Никкаль изогнутый кинжал. — Дай мне покинуть дворец или я убью её. — Смотрю, ты отыскала одно из оружий отца, — равнодушно проронил Энки и неожиданно добавил: — С ним тебе не страшен даже я, так почему бы тебе не взять в заложники меня? Повелительница Земли на мгновение задумалась и внезапно кивнула. — А ты прав, — ухмыльнулась она. — К чему мне эта девчонка, если я смогу заполучить самого Верховного. Подходи медленно, чтобы я видела твои руки, иначе её ждёт смерть. — Отец, отец, — отчаянный взгляд Ниалла метался между Энки и Никкаль, — Иштар ведь безумна. — Сынок, пожалуйста, выполни всё, что мы с тобой обговорили и в те сроки, что я озвучил, что бы ни произошло. — Верховный ласково улыбнулся ему. — Я всегда гордился тобой, Ниалл. Повелитель Воды неторопливо приблизился к Иштар и повернулся к ней спиной. Та с силой оттолкнула Никкаль и топнула ногой. Мрамор тут же поднялся, повергая всех на пол. Ниалл с трудом изловчился, чтобы поймать возлюбленную, не позволяя ей удариться. — Какой же ты глупый, Энки, — зашлась в безумном хохоте Повелительница Земли. — Как только я приберу к рукам твою силу, так сразу же убью их всех. — Она кивнула на оцепеневших влюблённых. — Мне такие свидетели ни к чему. Верховный безмолвно покачал головой. — Осознаёшь, что тебя обвела вокруг пальца твоя слабая никчёмная младшая сестра? — поинтересовалась она, свирепо толкая его вперёд. — Кстати, я передумала, мы пойдём туда, где по праву должно быть моё место. — Иштар, опомнись, — чуть слышно выдохнул он. — Это тебе стоит прийти в себя и насладиться своими последними минутами, — яростно бросила она в ответ. Не делая попыток приблизиться, за ней следовали три пары. Они молчаливо переглядывались, пытаясь отыскать в глазах друг друга подсказку, как действовать дальше. Но в итоге, ничего не находя, лишь продолжали путь. — Вот здесь, на месте твоего, должен стоять мой трон, — задыхаясь от злости, выпалила она. — Мама поступила со мной несправедливо, она только притворялась, что любит меня больше всех. — Подчиняясь гневу Повелительницы Земли, замок задрожал. — Ненавижу! Ненавижу! Я вас всех ненавижу! Иштар продолжала кричать, словно не замечая происходящего вокруг. Внезапно она подняла ладонь с кинжалом. Ниалл, Этан и Ияр стремительно бросились к ней, намереваясь оттолкнуть её от Верховного, чтобы спасти его. Но их отчаянная попытка оказалась безуспешной. Острая сталь сверкнула яркой молнией, отражая блеск солнечных лучей, проникавших сквозь высокие окна, и с беспощадной жадностью впилась в грудь Энки, нанося ему смертельную рану. Иштар глумливо отбросила брата и торопливо сделала окровавленным лезвием небольшие надрезы на запястьях. Она с восторгом заметила, как из тела Повелителя Воды постепенно стали отделяться небольшие сияющие частички магии, знаменуя собой гибель мага, и подняла вверх ладони, готовясь принять их. Ниалл бросился к Энки. Он приподнял его, укладывая к себе на колени. — Отец, не уходи, — взмолился ректор, не ощущая, что по щекам бегут слёзы. — Пришло моё время, сынок, — опечаленно улыбнулся ему он. — Честно говоря, я даже рад этому. — Заметив недоумевающий взгляд, Верховный продолжил: — Тебе тяжело было без Никки сто шестьдесят лет, а я жду… многократно дольше. — Он вдруг закашлялся, и с губ вместе с кровью сорвалось: — Ралина, прости ме… Речь Энки резко оборвалась. Его тело рассыпалось мелкими каплями воды, ложась на узорчатый мрамор небольшими сияющими кристаллами и мгновенно исчезая с него полупрозрачным паром. Энергия Верховного устремилась в бескрайние небеса, растворяясь в мерцании золотистых лучей. Иштар упала на колени и забормотала в безысходности: — Почему не получилось? Ну почему у меня не вышло? Земля внезапно вновь содрогнулась. Возле трона Верховного возник портал, из которого выступили Энлиль, Шамаш и Эрешкигаль. Они в ужасе оглядели собравшихся и оставшиеся на полу окровавленные одежды брата. Они хотели броситься к Иштар, но вдруг раздался знакомый им голос матери: — Никто из моих детей больше не запятнает руки кровью друг друга. Я долго терпела, в надежде, что моя дочь опомнится, но пришло время восстановить справедливость. Сквозь мрамор неожиданно проросло несколько лиан, совершенно не разрушая его. Тонкие стебли устремились к испуганно подскочившей Иштар и мгновенно обвили её руки, ноги и шею, не позволяя двинуться с места. Тело Повелительницы Земли внезапно стало медленно разрушаться, вызывая у неё истошный болезненный крик. Вид содрогающейся в неспешной мучительной агонии Иштар заставил девушек порывисто отвернуться. Едва она осыпалась пеплом на мраморный пол, как на челе Этана возник знак Земли. Он в растерянности принялся тереть его пальцами. — Даже не пытайся, — вновь раздался голос Тиамат, но в этот раз он был на удивление тихим и ласковым. — Я уничтожила магию Иштар, ей больше не суждено возродиться. Но без гармонии этот мир погибнет, погрязнув во тьме. — Мать сущего печально вздохнула. — Я знаю, что взваливаю на твои плечи тяжёлую ношу, но подходящего мага Земли с таким же чистым сердцем, как у тебя, мне не найти. Поэтому прошу: прими мой дар — стань мне сыном. Этан смущённо преклонил колени. — Ну, если так нужно, чтобы спасти мир, то я готов послужить вам, Тиам… — Он замолк, оборвав себя на полуслове, судорожно сглотнул и продолжил: — Тебе, мама. — К сожалению, это не последняя моя просьба, — глухо выдохнула она. — Су, прошу, прими ношу Энки, пока он не возродится. — Но я не смогу быть Верховной, — испуганно залепетала она, прижимая ладони к груди. — Я ничего не смыслю в политике. — Место Верховного разделят между собой Шамаш и Энлиль, — успокоила её Тиамат. — И с остальным они тоже вам помогут. Ты согласна? Су оглянулась на Никкаль и Унзи. Те ответили ей подбадривающими тёплыми улыбками. Она покосилась на возлюбленного, с ожиданием взиравшего на неё, и покорно опустилась на колени. — Я готова послужить тебе, мама.