Просто такая странная любовь…

— Твою мать… Зайдя в большой спортивный зал гимназии, освещённый ярким майским солнцем, физрук 11 Б оглядел деревянную скамейку со своими учениками. Да, весна! Да, скоро экзамены! Да, шестой урок! Но это же не значит, что на физкультуру должны приходить всего с десяток калек из всего количества учеников! Так распоясались только потому что знают, что классный не сильно расстроится. Хотя теперь, вот, он начинает злиться такому хамству с их стороны… — Максим Андреич, а можно мы просто в футбик порубимся полчаса и пойдём? - тихо усмехнулся школьник, чеканящий футбольный мяч, как преподаватель и учил: носочком, аккуратно; и даже не поднимал взгляда на мужчину, — По-братски! — Шастун, ты «по-братски» будешь парня своего упрашивать, со мной так не разговаривай, - разозлившись на такую дерзость школьника, Загайский выпнул мяч в сторону, когда Антон вновь подкинул его в воздух, — Играться прекрати! Пользуетесь и так моим доверием через чур уже… Тяжело вздыхая, учитель обвёл взглядом подростков, на секунду жалея, что он не ушёл тренером в какой-нибудь футбольный клуб или школу, где все будут ходить к нему по собственному желанию, а не вот этот цирк с тремя учениками на последних уроках. Но от раздумий и мечтаний о лучшей жизни мужчину отвлёк тихий и тонкий женский голос. — А может тогда просто отпустите..? Пожалуйста, – чуть режущий ухо жалобный писк дошёл до подсознания Максима, поэтому он, нахмурившись, обернулся на источник звука, уже заранее понимая, кто это решил совсем схитрить, — Максим Андреевич… — Фролова, вы все нервы мои испытывать пытаетесь или че, я понять не могу? Раз так не хотелось на урок, что ж не убежала, как твои подружки? Дарина, Ира… — Они мне не подружки, - недовольно буркнула Оксана, хмурым взглядом смотря на учителя в спортивном костюме со свистком на шее. Всегда серьёзный и довольно вредный мужчина, являющийся по совместительству их классным руководителем, немного пугал девушку, поэтому перечить ему не хотелось абсолютно. Вдруг ещё ударит! А у него силы много, он же физрук! — Я просто подумала… Подумала, что если я приду и отпрошусь, то это будет менее по-крысятнически… Еле заметно усмехнувшись, преподаватель выдержал секундную паузу, а после вставил в рот свисток, издавая громкий звук, который, отражаясь от стен, стал ещё более мерзким, заставляя учеников поморщиться и закатить глаза, ведь они знали: свисток = начало тяжелого урока физры. — А получилось просто глупо, потому что никакого футбика, а уж тем более я никого отпускать не собираюсь, поэтому давайте! Двадцать кругов по залу, затем разминка и проведём с вами тренировки на руки, потому что, Поз, - сразу же перебил учитель школьника, замечая его приоткрывшийся рот в вопросе, который сейчас у всех крутился на языке, — я видел вашу репетицию вальса, и вы две поддержки сделать не можете… Не руки, а холодцы! — Так это просто у нас девки толстые и тяжёлые, - закатил глаза Сурков, мимолетно кидая взгляд на Оксану, которая заметила это, виновато утыкаясь глазами в пол, — Так что давайте лучше девочки сегодня позанимаются, а мы реально мяч погоняем! — А давайте Лёша у нас побежит сорок кругов и сделает двойную тренировку? А мы реально посмотрим на тебя! - передразнил школьника мужчина, буравя его тяжёлым взглядом, пытаясь пристыдить им за неуместное высказывание. Преподаватель хоть и был строгий, но чувство справедливости в нем было заложено с самого детства, поэтому все эти новомодные слова, типа буллинг, абьюз, газлайтинг и тому подобное, проходили мимо их класса. Максим Андреевич старался держать дружескую атмосферу в своём небольшом коллективе школьников, а как ему всегда твердили: «Ничто не объединяет людей лучше, чем общий враг». Поэтому, взяв на себя ответственность, мужчина и решил стать своеобразным «врагом» своего класса. Знал, что его обсирают за спиной, но зато 11 Б был дружным. Почти весь. Один этот Лёша херил всю статистику… — Че замерли? Бежим, раз есть силы рот открывать, - звонкий свист вновь раздался в просторном зале, после чего послышались тяжёлые вздохи и громкий топот недовольных выпускников, не желающих тратить драгоценное время на эти побегушки Стоя в центре зала, физрук наблюдал за учениками, периодически подгоняя кого-то, повышая голос, но увидев, что Оксана сильно замедлилась, почти буквально бегая на одном месте, закатил глаза. Он просвистел, прося всех остановиться, замечая, как запыхалась девушка… Она, ведь, даже не сделала ещё толком ничего! — Оксана? А мы чего тормо… - не успел даже договорить свою мысль учитель, как девушка, прикрыв глаза, камнем упала на деревянный пол, потеряв сознание, — Блять… В секунду добежав до девушки, быстро прощупывая ее пульс, Максим с облегчением выдохнул, чувствуя ритмичные удары под кожей у девушки, аккуратно придерживая ей голову. У него бывали случаи потери сознания на уроках из-за духоты, жары и обезвоживания, но с этого года зал хорошо проветривался, да и Оксана пришла со своей бутылкой воды. Заметив, что вокруг них начинают толпиться ребята, шепчущиеся между собой, что в мгновение вывело из себя Макса, он аккуратно поднял не приходящую в себя девушку на руки, шикая на учеников, стараясь как можно скорее покинуть спортзал. — Гаус, за старшего! Тот, кто мяч волейбольный пнёт, будет не аттестован!

***

Дёрнувшись от резкого запаха, ударившего в нос, Оксана открыла глаза. Она уж было хотела запаниковать, вскочить на ноги, пытаясь понять, где она находится, но почувствовав легкие поглаживая по руке, девушка повернула голову, замечая классного руководителя рядом, который держал в одной руке ватку, пропитанную имеющим столь отвратительный запах нашатырным спиртом, а свободной рукой успокаивал Фролову мягкими касаниями. — Ты как? В медицинском кабинете было открыто окно, поэтому девушка, лежащая на светлой кушетке, лишь прикрыла глаза, с жадностью вдыхая свежий и прохладный воздух полной грудью, молча кивая, пытаясь прийти в себя. — У тебя месячные? Столь неудобный для Фроловой вопрос, заданный абсолютно безэмоционально, заставил Оксану резко подняться на локтях, но из-за головокружения она быстро легла обратно, чувствуя, как щеки наливаются краской. Господи, как же стыдно… — Максим Андреевич! - смущаясь, Оксана прикрыла лицо руками, отрицательно мотая головой, куда-то в ладошки тихо шепча, — Пожалуйста, не надо таких вопросов… И ничего у меня нет! — Что естественно, то не безобразно, вообще-то… Да и мне нужно выяснить причину твоих обмороков. А на завтрак тогда что ела? — Воды попила, - тихо отозвалась девушке, отворачиваясь лицом к стенке, пытаясь спрятаться от расспросов и тяжелых взглядов физрука, от который ком в горле становился все больше и плотнее, — Можно я… — Что ела вчера? За день вообще? Блять, неужели догадался…… Понимая, что этим вопросом он попал в точку, Макс тяжело вздыхает, устало потирая переносицу и чуть склоняя голову в бок, ожидая хоть какого-то ответа на заданный вопрос, но услышал лишь тихие всхлипы, которые больно задевали мужчину. Не углядел за ученицей, получается… А он же так старался, какого черта! — Оксан… - преподаватель положил руку девушке на талию, поддерживающе поглаживая, показывая, что он рядом, что не обидит, а после ощущает легкие ответные касание девчачьих пальчиков на своей ладони. Не боится? — Хочешь… Хочешь поговорить об этом? — Вы слышали, что Лёша сказал, - быстро ответила школьница, прерываясь на всхлипы, вновь начиная судорожно хватать ртом воздух. От испуга, она сжала ладонь учителя, переворачиваясь на спину и пытаясь подняться, что ей и помог сделать Максим Андреевич, аккуратно взяв её за лицо, поправляя мокрые от пота передние прядки за ухо, показывая на своём примере то, как надо дышать: глубоко, спокойно, не торопясь. Он уже не различал от голода это, бред от жары или какая-нибудь паническая атака, но медсестры в кабинете не было, потому что манту эти линейкой никто больше не измерит на шестом уроке, поэтому мужчина пытался помочь девушке самостоятельно, как умел. И сейчас успокоится нужно было двоим… Этот Лёша, блять! — Слышал, - неторопливо начал мужчина, когда дыхание девушки выровнялось, а она смущённо, или испуганно, опустила взгляд на свои бёдра, пока в голове был ураган из мыслей. Мысль о том, что учитель такого же мнение - летала в ней по самой большой траектории, мигая и пульсируя, будто так и есть на самом деле, но… — Но ты тоже слышала, что я его остановил от последующих неуместных высказываний. Если он немощный, то это не значит, что он имеет право оскорблять свою партнёршу! Просидев так ещё пару минут в тишине, пока Максим продолжал гладить Оксану по щекам, а она сама также тупила взгляд в пол, оба чувствовали, что пауза затянулась и ее пора кому-то прервать. Первой, на столь отважный шаг, решилась девушка. Подняв глаза на мужчину, Фролова столкнулась со взглядом, полным сожаления. Впервые она видела Максима Андреевича таким… Таким… Таким! — Максим Андреевич… Я правда хотела быть лучше для него, чтобы у нас все получилось на выпускной! — Сколько ты голодаешь? — Неделю, - быстро выпалила Оксана, наблюдая за сменой эмоций на лице мужчины, но, к её удивлению, злости там так и не появилось. Печаль, переживание, удивление. Все что угодно, но никакой агрессии и злости, от чего девушке стало безумно совестно и она попыталась сбросить его ладони со своего лица, желая уйти из кабинета, — Простите… Но мужчина не дал ей этого сделать, просто опустил свои руки на ее плечи, крепко обнимая и прижимая к себе, поглаживая по спинке, пытаясь передать ей всю возможную учительскую любовь и поддержку, пока та, выдохнув, уткнулась носом в изгиб его шеи, обнимая в ответ, определенно чувствуя упадок сил, которых хоть капельку, но становилось больше от тепла учителя, которого ей так давно не хватало. — Сейчас мы немножечко посидим, потом кушать в столовую и домой. А завтра уже… Научишь меня, что у вас там за вальс? Заменю тебе партнёра, который точно не будет жаловаться на твой лишний вес, которого у тебя, кстати, нет и никогда не было, ты же наша Дюймовочка! Какой там! Затараторил мужчина, смотря на часы, которые висели перед ним на тошнотворно-синего цвета стене. Сегодня явно придётся задержаться на работе. Но ради Оксаны… Он даже злиться на это не будет, сам ведь желание проявил, хоть это и максимально не в стиле пассивно-инициативного физрука. — Только вы меня Дюймовочкой называете, - вместе ответа тихо усмехнулась девушка, поднимая взгляд на учителя, замечая его добродушный прищур, от которой на душе становилось спокойнее, — Знаете это?) — Ну и славно, будет у нас с тобой какая-то локальная штучка совместная. Помимо вальса на выпускном, - щёлкнув девушку по носу, Макс искренне улыбнулся. Впервые за долгое время работы в школе…