Перерождённый

      Амина с Илитом стояли в центре созданного им барьера, а Квин — неподалёку и, глядя на Илита со снисходительной улыбкой, атаковал. Вчера вечером, услышав, что юный огневик тренируется в одиночку, сестра Ромина предложила позаниматься с ней, пока есть такая возможность, и Илит с радостью согласился. Занятие с опытным магом огня проходило куда продуктивнее, чем его собственные потуги – даже спустя всего-то час это было заметно. Амина встала за спину юноше и бережно накрыла ладонью его запястье, проверяя расход сил.       — Расширяй, — велела она, и он, кивнув, сделал барьер немного больше. — Чувствуешь брешь?       Илит сосредоточенно ощупал своё творение магией и нашёл то, о чём говорила Амина — справа от них полупрозрачная защитная стенка истончилась и готова была вот-вот лопнуть. Он перенаправил часть силы, укрепляя барьер. Очередной удар Квина отдался лёгкой болью внутри, но это ничего, главное — он впервые удерживал барьер более пятнадцати минут. И не просто так, а под атаками! Конечно, демонические атаки будут совсем другими, и против них Ил вряд ли столько протянет, но сам факт! Следующее заклятие, ударившее по защите, оказалось таким сильным и болезненным, что Илит пошатнулся. Амина тут же поддержала его и сердито бросила ученику:       — Полегче, Квин! Не надо так усердствовать — не забывай, что тренируешься с новичком.       — Прости, Ил, — парень весело подмигнул, и Илит расплылся в улыбке.       Кажется, со вчерашнего дня он только и делал, что улыбался. А если точнее — с того самого момента, как Квин открыл дверь и ошарашенно уставился на него. Бедолага так и застыл в одних штанах, с накинутым на голову полотенцем, пока Илит не бросился ему на шею.       — Ил? — пробормотал Квин, медленно обхватывая юношу за талию, — Это и правда ты… Глазам не верю.       — Я так соскучился по тебе! — выдохнул Илит, сильнее прижимаясь к прохладной обнажённой груди. Сердце так и колотилось от радости. — Столько времени прошло, ох, Квин!       Когда они наконец смогли отлипнуть друг от друга, и Квин до конца оделся, начались разговоры. До-о-олгие разговоры! Сначала Илит с интересом слушал рассказы о приключениях и путешествиях, о разных интересных людях, о побеждённых демонах. Потом и сам что-то рассказывал, но по большей части всё же молчал — куда его скромным достижениям до успехов Квина, а говорить о своих неудачах и проколах совсем не хотелось.       Странно, но когда первая радость встречи поутихла, пришла неловкость. Может, это оттого, что они так давно не виделись? Ведь раньше такого не было. Вот Квин говорит об очередном любопытном городишке, в котором они с наставницей останавливались, вот легонько берёт Илита за руку, а он начинает просто безумно нервничать и смущаться! А когда Квин просто заправил локон волос ему за ухо, Ил и вовсе вспыхнул, как факел – наверное, все щёки красные. Стыдно-то как! Как же давно Квин не дотрагивался до него, каждое простенькое и невесомое прикосновение ощущалось так непривычно. А ведь они давным-давно переросли вот такие обычные, невинные ласки, так что же он реагирует как мальчишка?       Квин изменился. Он и прежде был красавчиком, но за прошедший год стал ещё привлекательнее: и без того высокий и мускулистый, он вытянулся и стал шире в плечах. Ну да, он-то, в отличие от Илита, и магическим оружием умел пользоваться, и физический бой мог вести. А чего стоили его новоприобретенный загар и лукавая улыбка! От них же глаз не отвести! Вот только его волос Илиту было жалко: раньше тёмно-рыжие прядки ниспадали на плечи, а теперь были коротко острижены, да ещё и непривычно зачесаны назад, открывая лоб. Хотя, надо признать, ему шло — ничего не мешало любоваться красивым мужественным лицом и тёмными, шоколадными глазами.       За разглядываниями Илит пропустил момент, когда Квин одним движением притянул его к себе и, откинув волосы с шеи, коснулся её губами. На секунду Ил испуганно замер, но потом прикрыл глаза и позволил прикасаться к себе, отдаваясь давно забытым ощущениям. Скольжение горячих губ по его коже — такое приятное, обжигающее внутренности, чувство, — а когда к ним прибавился влажный язык, по телу и вовсе пробежались робкие мурашки. В дверь постучали, и Квин разочарованно выругался, Илит же залился краской и, отсев подальше, прижал ладонь ко всё ещё горящей шее.       — Войдите, — крикнул Квин, и в проём заглянула Амина.       — Мальчики, вы есть идёте? Я уже всё заказала.       Точно! Амина же днём приглашала его на ужин, Ил и забыл об этом. А ещё он забыл о таком немало важном факторе, как Ромин! Наставник явно не будет в восторге… Хотя почему Илит вообще должен думать об этом?! Кроме отношений учитель-ученик их ничего не связывает, а то, что Ромин порой кидает совершенно очевидные намёки, так это не его проблема.       Обещанные Аминой колбаски оказались очень вкусными. Маги поели втроём, весело болтая о всякой ерунде. Сестра Ромина оказалась очень весёлой и общительной девушкой, в отличие от своего брата. Повезло Квину с наставницей. За ужином договорились об утренней тренировке, потом Илит засобирался к себе, а Квин вызвался его проводить. Они вместе вышли с постоялого двора и побрели по улице.       — Не хочешь остаться у меня? — неожиданно спросил Квин через несколько минут неловкого молчания, и Илит вновь смутился.       — Не сегодня, — тихо ответил он. — К тому же, я не предупредил наставника, что не вернусь. Он может… волноваться.       «Или очень разозлиться», — подумал Ил про себя.       — Как вы с ним ладите?       — Да обычно ладим, — пожал плечами юноша.       — И что, он к тебе даже не приставал?       — Конечно, нет.       — Ну, просто учитывая те слухи, которые ходят о нём среди магов… Ты же знаешь, что ты — лапочка, да, Ил? Не удивлюсь, если братец Амины и к тебе захочет подкатить. А вы ещё и каждый день вместе. Рядом...       Так! Этот разговор надо было срочно заканчивать!       — Ты не прав, ничего подобного не случалось, — негромко, но настойчиво возразил Илит, а потом попробовал сменить тему: — А Амина? Какой она наставник? Тебе нравится странствовать с ней?       — Амина лучшая, и с ней легко. Я рад, что меня взяла на обучение именно она. Она многому меня научила, и ещё научит. Завтра сам увидишь.       Квин стал рассказывать, как наставница впервые подпустила его к демону, и Илит вздохнул с облегчением — кажется, темы Ромина удалось избежать. Так, болтая, они дошли до постоялого двора, где остановились Илит и некромант. У ворот Квин обхватил его за талию и нежно поцеловал, затем пожелал хороших снов и пошёл обратно. Илит смотрел ему вслед, пока крепко скроенная фигура не скрылась на соседней улице, и лишь потом отправился к себе.       Он застыл у двери, переминаясь с ноги на ногу и силясь собраться с мыслями — отчего-то открывать её было страшно.       Да что ж это такое в конце-то концов! Он ведь и правда ничем с Ромином не связан, отчитываться о своих чувствах ему не обязан! Илит осторожно толкнул дверь и несмело заглянул в комнату. Никого… Юноша вошёл и осмотрелся: кровать некроманта заправлена, его самого нет. Ил даже в ванной проверил на всякий случай. Что ж, может, оно и к лучшему.       Илит сполоснулся в прохладной воде, быстренько замотался в одеяло и улёгся спать. Вот только сон, как частенько бывало в последнее время, не шёл. Кажется, он проворочался ни один час, а Ромин, между прочим, за это время так и не вернулся. «Ну, учитывая слухи, что ходят о нём…» Да, Ил знал об этих слухах с самого начала, просто за два месяца им ни разу не было подтверждения. Но, похоже, сегодня Ромин отправился пополнять свою коллекцию любовных побед. С этими мыслями Илит наконец-то уснул.       Открыв глаза утром, он увидел наставника, сидевшего на широком диване с чашкой чая и поедавшего купленные Илитом сладости. Купленные себе, любимые сладости!       — Утречка, — бросил некромант, заметив, что Ил не спит.       — И тебе. Хорошо провёл ночь? — нарочито небрежно спросил он, поднимаясь с постели, и сам себя за этот вопрос захотел прибить. Вот зачем он спросил? Ему-то до этого какое дело?       — Неплохо, — ответил Ромин, усмехнувшись. — В бар ходил, но меня больше удивляет: ты-то почему здесь ночевал?       — А что, не должен был?       — Ну-у-у, учитывая, что твой загадочный парень, который, между прочим, оказался учеником моей сестры, в городе… Или он не потрудился пригласить тебя?       — Пригласил, — буркнул юноша, хватая со стула, брошенное ещё вчера вечером полотенце, и намереваясь скрыться в ванной.       — И ты отказался?! Я-то думал, ты соскучился по нему, — Ромин лениво потянулся и встал, а потом как-то слишком быстро оказался возле Илита, ловко обхватил со спины и, уткнувшись в рыжие волосы, прошептал: — А может, ты просто ещё девственник и не пошёл потому что испугался? А, Лит?       Ил тут же вспыхнул и вывернулся из рук Ромина, бросив обиженное «Придурок», захлопнул перед ним дверь, из-за которой уже раздавался смех. Вот, козлина! Илит сунул полыхающее лицо в таз с водой. Извращенец озабоченный! В баре он сидел, как же! Ещё и издевается… Хотя, лучше уж пусть вот так подкалывает, чем орёт на него или злится, как в тот раз, на рудниках. Когда Илит вышел, Ромин преспокойно допивал свой чай, будто и не он тут пять минут назад цирк устроил.       — Куда-то собираешься? — спросил некромант, глядя, как Илит натягивает куртку.       — На тренировку — твоя сестра предложила помочь. Но сначала вниз, я ещё не ел вообще-то.       Ромин кивнул, взял свой плащ и молча пошёл следом. И вот теперь он угрюмо сидит на пожухлой траве и наблюдает за тремя огневиками.       Отвлекшись на мрачного наставника, Илит не заметил, как его барьер ослаб и треснул, да вот только Квин уже успел отправить в него поток огня, который теперь летел прямиком в лицо. Ил и Амина одновременно вскинули руки, собираясь отбить удар, но этого не потребовалось — чары Квина ударились о щит некроманта. Девушка бросила на брата недовольный взгляд.       — Ты вроде как сторонний наблюдатель, — огрызнулась она, на что Ромин лишь лениво зевнул. — Или ты не доверяешь мне обучение своего воспитанника?       — Тебе-то доверяю, да вот твой ученик уже несколько раз накосячил.       Амина закатила глаза, но ничего ему не ответила.       — Давайте-ка передохнём немного, — предложила она, отходя от Илита, — потом ещё разок отработаем барьер и отправимся обедать в город.              _       Илит придирчиво разглядывал в небольшое зеркальце своё лицо, бездумно проводя расчёской по влажным волосам. Последние несколько дней пронеслись для него как в каком-то сне. По утрам они всё так же, вчетвером, ходили на тренировку. Ну как, вчетвером — огневики-то тренировались, а Ромин мрачной тучей смотрел на них и, кажется, с каждым днём становился только угрюмее. Затем уставшие огневики и хмурый некромант выбирали какой-нибудь трактирчик для обеда, а потом разбивались на пары и расходились по своим делам.       Чем занимались брат и сестра, Илит понятия не имел, да и не интересовался особо. Единственное, что волновало его, это то, что они с Квином оставались наедине до самого позднего вечера. Они гуляли по городу, держась за руки, вместе ходили на рынок за покупками, как-то даже попали на выступление приезжих артистов. В один из дней сходили в общественные горячие купальни, в другой — сняли лодочку и катались на ней до самых сумерек, пока на улицах не стали зажигаться фонари. А один раз даже попали на приём какого-то вельможи, который по чистой случайности столкнулся с ними у лавки портного и, увидев их кулоны, пригласил юных магов к себе. Было весело. Каждый день они проводили как настоящая парочка! В академии у них просто не было столько свободного времени, чтобы выбираться в город на настоящие свидания, здесь же…       Как бы Илит хотел, чтобы время сейчас остановилось, но оно неумолимо шло вперёд, а значит — им с Квином осталось дня три-четыре, пока они вновь не разъедутся в разные концы мира. Ну почему ему не повезло так же, как Слиму и Ури?! Почему он не оказался с Квином на одном курсе? Тогда, возможно, их забрали бы обучать как пару. Мечты, мечты…       Илит вновь посмотрел на своё отражение: какой-то он бледный, да и вообще излишне нервничает. Хотя было от чего волноваться, ведь сегодня он собрался остаться ночевать у Квина! Даже новую красивую тунику купил — как девчонка! — чёрную с красным огненным узором. Но в одном придурок Ромин был прав — Илит всё ещё девственник, и он в самом деле трусил!       В академии они с Квином не заходили дальше объятий и поцелуев, иногда весьма откровенных поцелуев, но всё же… Каждый раз, когда тот пытался добиться большего, Ила будто холодом сковывало. Он не отталкивал и не просил остановиться, всякий раз надеясь, что этот непонятный блокирующий страх когда-нибудь уйдёт, но Квин сам замечал его состояние и, мягко обнимая, говорил: «Не переживай, тебе же всего шестнадцать, ты просто ещё не готов». Ил вздыхал с облегчением и благодарно прижимался к нему. Но теперь-то он готов! Он чувствовал, что готов. В эти дни, проведённые с Квином, где-то глубоко внутри, он ощущал зарождающееся желание, когда парень обнимал его, поглаживал по щеке или брал за руку. Разве это не значит: готов? И потом: сколько можно ломаться? Он же не благородная девица на выданье! Они вот-вот снова разлучатся бог весть на какой срок, и до того, как это произойдёт, Илит хотел стать ближе со своим парнем. Хотел, чтобы у них осталось больше нежных воспоминаний друг о друге, которые будут греть их сердца в разлуке.       Ил снова глянул в зеркало и отложил расчёску. Ну всё, хватит. Он ведь симпатичный, даже очень, и сиди не сиди перед этой стекляшкой, краше явно не станет. Юноша поднялся, подхватил с дивана куртку и направился к выходу, вот только дойти не успел. Дверь открылась, и в комнату вошёл Ромин. На секунду в глазах некроманта промелькнула такая ненависть, что Ил невольно отшатнулся. Ромин медленно прикрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.       «Ну прямо непреодолимая преграда», — раздражённо подумал Ил. Серьёзно, не запрёт же он его здесь?       — Я так понимаю, ночью тебя не ждать? — спросил некромант, оглядев его с ног до головы.       Илит неуверенно кивнул — а смысл отрицать очевидное? Ромин отлип от двери и сделал шаг к нему, потом ещё один, и ещё… Ну прямо охотник, загоняющий дичь, вот только Ил определённо против быть дичью — шагнул в сторону. Но куда ему тягаться с Ромином? Мужчина тут же обхватил его за талию и прижал к себе.       — Перед тем как уйдёшь, я должен тебе кое-что сказать, — прошептал некромант.       — И… и что же? — выдавил из себя Ил.       — Вот это, — Ромин взял его за подбородок и коснулся губ сухими горячими губами.       Илит застыл. Ему бы начать вырываться, оттолкнуть, стукнуть в конце-то концов, но тело отчего-то не желало двигаться, спокойно стояло на месте, будто ожидая: что дальше? Ромин осторожно провёл языком по верхней губе, слегка втянул её и тут же отпустил, потом проделал то же с нижней. С немой просьбой скользнул между сомкнутых губ, и Илит сам, не понимая что делает и зачем, приоткрыл рот. Ромин тут же проник горячим языком внутрь, целуя, вылизывая, лаская, и юноша поплыл, вцепился онемевшими пальцами в плечи некроманта и сам стал отвечать на этот безумно сладкий, тягучий поцелуй. По телу побежала дрожь, острое желание отозвалось томлением в паху, плеснуло жаром по щекам, требуя ни за что не останавливаться, не разжимать объятия, не отнимать губ. Вот только... Квин… Илит распахнул глаза и отшатнулся. Да что он вытворяет?! Он же не такой! Это Ромину без разницы с кем, а ему — нет! На глаза навернулись слёзы.       — Пусти, — с трудом прошептал он.       — Не сейчас, — ответил Ромин, пристально вглядываясь в расстроенное лицо, и бережно прижал его голову к своей груди.       — Идиот… Кретин… — Ил занёс кулак и вслепую, бестолково ударил его по плечу, потом снова и снова. Слёзы всё-таки хлынули из глаз. Почему они вообще потекли? — Зачем? Зачем ты так?! Зачем ты это сделал?! — всхлипывая, спрашивал он, хоть ответа и не ждал. Ромин обнял его крепче.       — Успокойся, милый.       — Я тебе не милый! Хватит так меня называть! Мы вообще друг другу никто! Ты не имеешь права такое делать!       — Ошибаешься, — ответил маг так тихо, что Ил едва разобрал слова, — ты мне бесконечно дорог.       — Отпусти меня, — пискнул Илит, — отпусти, не то обожгу.       — Жги.       — Сам напросился.       Юноша обхватил руку, удерживающую его, и вполсилы ударил магией. Ромин даже не вздрогнул. Чтоб тебя! Илит усилил воздействие, но некромант и не думал отпускать. Неужели не больно? Честно говоря, бить ещё сильнее Илит боялся — он ведь и мясо до кости мог прожечь.       — Ромин, отпусти по-хорошему! — разозлился юноша, и некромант, рассмеявшись, разжал объятия.       Илит с опаской глянул на его руку и потрясённо замер. Там не то что намёка на ожог не было, она даже не покраснела!       — Так не бывает… — прошептал он, а затем, чтобы убедиться, сам схватил некроманта за руку и осмотрел её. — Но, как? Я ведь обжёг тебя. Сила одного мага не может причинить вред другому, только если они пара, прошедшая обряд, — пробубнил Ил то, что было известно даже ребёнку.       — Так, может, мы — пара? — грустно усмехнулся Ромин.       — Ещё чего, — фыркнул Илит, оттолкнул от себя ни капли не пострадавшую руку и, обойдя некроманта, открыл дверь. — Я ушёл, — кинул он напоследок и поспешил к лестнице.       Выйдя на улицу, Илит попытался успокоиться и привести чувства и мысли в порядок. Всё, что произошло наверху, было донельзя странно. Начать хоть с этого поцелуя! Ну, допустим, Ромин хотел над ним подшутить, а если и нет, и всерьёз имеет виды на его задницу, то Илит-то почему на поцелуй ответил?! И главное – ему понравилось! Хотя, учитывая опыт Ромина, тот, наверное, и мёртвого заведёт. Илит нервно усмехнулся, представив одного из поднятых зомбаков некроманта в этой роли.       Ладно, опустим этот проклятый поцелуй. Почему сила Илита не навредила Ромину?! Парой они быть, естественно, не могут — никакого обряда они не проходили, и Ромина Ил впервые увидел чуть больше двух месяцев назад. «Так может, мы пара?» Ага, сейчас прям: чтобы решиться на этот обряд, нужно не просто безумно любить друг друга, но ещё и безгранично доверять во всём, ведь это навсегда — установившуюся связь не разорвать! Так, может, всё дело в силе некроманта? Может, магия смерти не пробивается другой? Хотя Ил о таком нигде не читал и слышать не слыхивал.       Со всеми этими мыслями юноша не заметил, как дошёл до гостиницы Квина и Амины. Проклятье — на ужин он, наверное, опоздал… А стоило ли вообще идти? Готов ли он сейчас к чему-то? Ил мотнул головой. Ну, нет, неадекватные выходки Ромина не повлияют на его решения, и уж точно не испортят вечер с парнем! Отбросив сомнения, он вошёл в обеденный зал. Все столы были заняты — на этом постоялом дворе вообще под вечер собиралась уйма народу, Квин с Аминой сидели за столиком под лестницей. Илит быстренько проскочил к ним и сел на свободный стул.       — Простите, опоздал, — виновато сказал он.       — Ничего, нам только недавно принесли, ещё не успело остыть, — ответила девушка, пододвигая к нему нетронутую тарелку.       Квин был прав — она лучшая: и как наставница, и как человек. Даже еду заказала на него, не зная, придёт он или нет. А уж про тренировки и говорить нечего — они ему очень помогли, и всегда были такими чёткими и продуманными, что Ил отчётливо видел улучшения своих навыков и при этом не уставал! Почему же всё-таки ему в наставники выбрали некроманта?       — Так, я пошла переодеваться, — сказала Амина, молча проглотив свою похлёбку. Ребята удивлённо переглянулись. — А я разве не говорила? Меня пригласили на бал. Пойду хоть потанцую, растрясу свои старые кости, не то скоро забуду, как это делается. Ромина, кстати, тоже пригласили, но я сомневаюсь, что он придёт, он теперь не любитель подобных сборищ, хотя лет сорок назад не отказался бы погулять.       Девушка ускакала наверх и вскоре спустилась обратно в шикарном тёмно-бордовом, облегающем стройное гибкое тело, платье. Ещё и волосы успела уложить в изящную причёску, придерживаемую на висках тонкими, золотыми заколочками. Ну просто само очарование и восторг! Немного вызывающе, но всё равно прекрасна в своей чувственной красоте. Девушка остановилась перед их столиком и покрутилась, демонстрируя наряд.       — Ну и как?       — Шикарно, — выдохнул Илит.       — Золотое с чёрными прожилками, которое было в прошлом месяце, смотрелось лучше, — бросил Квин, едва взглянув на неё.       — То же мне — ученик, нет бы похвалил, — шутливо наморщила носик Амина. — Вот возьму и поменяю тебя на Лин… на Илита.       — Да, да. Иди уже. У меня на все твои платья слов не хватит. Мне вот, кстати, интересно: ты где их хранишь? С собой-то мы возим от силы два-три.       — Отправляю в Ларвию с посыльными, конечно же, иначе мы бы путешествовали в повозке, а не верхом. Ну ладно, я побежала, а вам хорошего вечера, мальчики.       Амина упорхала, и парни остались вдвоём. Несколько минут сидели в молчании, а потом Квин отодвинулся от стола и посмотрел на Илита.       — Пойдём, погуляем что ли?       — Я… я вообще-то… — юноша замялся и смущённо отвёл взгляд. — Я думал пойти к тебе, — едва слышно всё же сказал он.       — Правда?       Гул голосов вокруг оглушал и, казалось, все смотрят на него с насмешкой и осуждением. Он готов был под землю провалится, а Квин ещё так удивлённо и с надеждой посмотрел на него... Илит уткнулся лицом в ладони, но услышал скрип отодвигаемого стула, его аккуратно взяли за запястье и потянули за собой.       — Пойдём, — дрогнувшим голосом сказал Квин, уже уводя его на лестницу.       Оказавшись в комнате, Илит засмущался ещё больше, так и застыл у закрытой двери, не зная что ему делать дальше, пока парень зажигал магические огоньки. В комнате сразу стало слишком ярко.       — А… а можно оставить только парочку? — пробормотал Илит.       — Ты стесняешься? — Квин с улыбкой подошёл к нему и приобнял. — Тебе нечего стесняться, я ведь уже говорил: ты — лапочка, Ил.       И лапочка уткнулся в крепкое плечо. Несмотря на свои слова, Квин погасил все огоньки, кроме одного, а потом медленно повёл раскрасневшегося Илита к кровати и усадил на неё, сам устраиваясь рядом. Взял подрагивающую ладошку и стал неспешно поглаживать её, постепенно поднимаясь выше, едва касаясь нежной кожи. Другой рукой коснулся заалевшей щеки, тоже очень бережно. Приятные ощущения заставили Илита чуть осмелеть, поднять глаза на парня и придвинуться ближе. Квин уже ласкал пальцами его шею и когда почувствовал, что Ил более-менее расслабился, склонился к нему и поцеловал.       Ему бы наслаждаться ощущениями, но первое, о чём Илит подумал, когда его губ коснулись чужие — о Ромине. О том, что с ним всё было куда острее и чувственнее, что его унесло всего от нескольких движений языка… Илит зажмурил глаза и сосредоточился на том, что происходило сейчас, а не пару часов назад. Он приоткрыл губы сам, желая углубить поцелуй с Квином, и тот с радостью скользнул внутрь. Касание языков, движения губ — весьма приятно и так умело. Умело? Даже слишком, раньше Квин так не целовался! Илит чуть отстранился и уставился в глаза своего парня.       «А уж если речь идёт о молодых девушках, можно не сомневаться — у них он выведает всё…» — всплыли в мозгу слова Амины, и сердце тут же похолодело. И как же Квин выведывал ВСЁ у молодых девушек? Поцелуями? Ласками?       — Ил, ты чего? — парень коснулся его лица, привлекая к себе внимание.       — Квин, ответь: за тот год, что мы не виделись, ты спал с кем-то?       — Что?       — Не юли, ответь, — Илит с мольбой заглянул в шоколадные глаза.       — Да какая разница, лапочка?       Илит резко выдохнул и отсел на край кровати. Идиот! Глупый, маленький, наивный идиот! Только такие, как он, могут верить в любовь и верность. К глазам вновь подступили слёзы, второй раз за вечер.       — Я думал, что мы встречаемся, — тихо пробормотал Илит, сдерживая готовый вот-вот прорваться поток.       — Так и есть.       — Но ты спал с другими. Какие же это отношения?       — Илит, сколько по-твоему я должен был ждать, пока ты созреешь? И потом: больше года прошло с последней встречи. Я же не дряхлый старец и не монах, я молодой двадцатилетний парень, и у меня совершенно естественные потребности.       — А я что же, монах? — взвился Илит, вскакивая.       — Вот только не говори мне, что ничего не было. Может не секс, но что-то же было? Я видел, как этот твой наставник пожирает тебя глазами на тренировках.       — Да, он наверное хотел бы, я же такой лапочка! — ехидно огрызнулся Илит. — Вот только я на его намеки не вёлся. Я всё это время, как дурак, хранил себя для тебя! Но, похоже, напрасно: тебе-то это без надобности. Ты времени зря не терял!       — Ил, — Квин протянул к нему руку, но юноша отошёл назад, не позволяя себя коснуться. — Лапочка, не глупи. Неужели ты не понимаешь, что все эти одноразовые связи ничего не значат? Наши же отношения — это совсем другое: мы маги и проживём сотни лет. В отличие от всех этих простых людей нас не сдерживают человеческие рамки и правила. Ну будет у нас несколько интрижек на стороне, это ведь неважно, главное, что мы всегда будем возвращаться друг к другу, а спустя несколько десятилетий и вовсе можем стать боевой парой.       Именно об этом Илит когда-то и мечтал — как они с Квином закончат обучение, как получат титулы магов, как станут странствовать и сражаться вместе, а потом, возможно… Но, нет — этого не будет. Теперь уже не будет.       — Ты говорил, что любишь меня, — пробормотал Илит.       — Так и есть.       — Ложь. Человек, который любит, не станет изменять. Люди, которые любят, хотят быть только друг с другом. Во всяком случае для меня это так, — Илит отвернулся и пошёл к двери.       — Ил, — окликнул его Квин, и он остановился. — Не влюбляйся в него. Твой наставник разобьёт тебе сердце.       — Я и не собирался, — бросил юноша, открывая дверь, — Но моё сердце больше не твоя забота, мы расстаёмся. Можешь и дальше спать с кем хочешь.       Илит медленно вышел из комнаты, сохраняя видимость достоинства дошёл до лестницы, а потом побежал. Прочь… Прочь отсюда! Прочь от него! Как же обидно, тошно и противно было на душе! Ведь он верил. Верил и даже не сомневался, а Квин… Разве можно так поступать с тем, кого любишь? Какая же это, к демонам, любовь?! Когда Илит выбежал на улицу, слёзы всё-таки прорвались наружу.              

***

      Ромин сидел на диване в полной темноте и, прикрыв глаза, улыбался. Магия Лита не причинила ему вреда. Неужели тот ритуал, который они когда-то провели с Лино, имел силу? Он на такое даже не надеялся, в тот день это был просто жест — символ серьёзности их взаимных чувств, но кто же знал, что обряд и правда связал его и призрака? Да, связь не работала в полную силу, но после перерождения никуда не делась, а стала лишь крепче! Ничего у Лита не будет с этим парнем, Ромин был в этом почти уверен, но эта мизерная часть — «почти» — всё-таки грызла его, потому что время текло, а мальчишка не возвращался.       Интересно, а его магия тоже не может причинить Литу вреда? Нет, проверять он, конечно же, не станет. И даже когда они проведут настоящий, полноценный обряд пары с живым пареньком, а не с призраком, он и тогда не осмелится коснуться Лита магией смерти. Но сам вопрос был любопытным. Связь, что есть сейчас, работает в одну сторону или в обе?       Ромин коснулся своих губ, вспоминая поцелуй. Сколько он о нём мечтал? Лет сорок? Ни одна его фантазия ни шла ни в какое сравнение с тем, что он испытал сегодня. Какой же он сладкий, его прекрасный, любимый мальчик! Мягкие податливые губы, которые практически сразу ответили ему… Понимал ли Илит, что делал, или его опять вело подсознание? В принципе, это не так уж и важно, потому что весь он — целиком — его, Ромина, со всеми своими странностями и нестабильностями. С этими нежными губами и манящим жарким ротиком… Кажется, Ромин опять начинал возбуждаться, а ведь уже дважды кончил в ванной. Да где же, наконец, Лит?! Если через полчаса не вернётся от этого недопарня, Ромин сам за ним пойдёт, вытащит из постели и заберёт. И плевать на все уверения и хитрости Амины.       Идти никуда не пришлось — дверь в комнату сама тихонько отворилась и мальчишка заглянул внутрь, вглядываясь в темноту. Увидев, что Ромин не спит, он куда смелее вошёл и создал огонёк.       — Почему в темноте? — спросил он, снимая верхнюю одежду.       — Думаю. Развлёкся?       — Более чем. — Лит повернулся в его сторону. — Ромин, ты восстановил силы после тех демонов?       — Да.       — Тогда мы можем уже убраться из этого города?       Некромант встал и, отвернувшись, подошёл к собранным седельным сумкам, пытаясь скрыть довольную улыбку.       — Прямо сейчас? — уточнил он.       — Можем дождаться рассвета.       — Поцапались? — тихо спросил Ромин.       — А тебя это волнует?       — Очень даже. — Маг обернулся и посмотрел на поникшую фигуру, застывшую у окна.       Даже отсюда Ромин видел, как вздрагивают хрупкие плечи. Он плачет? Похоже, ученика Амины всё-таки придётся закопать. Некромант подошёл к Литу и осторожно обнял со спины, но тот резко развернулся в его руках и уткнулся лицом в рубашку, которая тут же пропиталась слезами.       — Ответь, Ромин, почему люди так поступают? — всхлипнул он. — Почему я верил и был верным, а он изменял? Ответь, ты-то знаешь, ты ведь такой же…       — Не уверен. Я могу сказать, почему желание порой затмевает разум, но я никогда никому не лгал, Лит. Если это был секс на одну ночь, я так и говорил.       — А тому, кто был тебе дорог, что ты говорил? Если у тебя вообще был такой человек.       «Говорил, что люблю, милый. И это тоже всегда было правдой. Но как бы я не любил тебя, я не мог к тебе прикоснуться. А теперь могу», — Ромин крепче обнял плачущего Лита и с сожалением подумал, что прямо сейчас придётся солгать, как бы сильно он не желал сказать правду.       — Я не заводил отношений, Лит, поэтому и говорить было нечего и некому.       — А если… Если решишь завести..? — очень тихо, в самую грудь Ромину, пробормотал Лит.       — Тогда я не стану спать с кем-то, кроме этого человека.