Глава 15. Фестиваль.
15 июня 2022 г., 23:44
Примечания:
просто милости ради милостей и развития отношений
Близился фестиваль, и хоть его размах не мог сравниться с Праздником морских фонарей, всё же приготовлений, казалось, было ещё больше. Неторопливо прогуливаясь по улочкам, Люмин не видела ни одного гражданина Ли Юэ, который не спешил бы куда-то. У каждого было по горло работы, что означало, что и у неё прибавилось поручений.
– У-у-ух, Паймон так устала! – Паймон сладенько потянулась, сделав небольшой кувырок в воздухе, – аж проголодалась.
– А ты-то чего устала? Я-то всё время на ногах, нам на еду зарабатываю, а ты?
– А я оказываю моральную поддержку! Ты же знаешь, я – твой самый лучший компаньон!
– Конечно, – Люмин проронила лёгкий смешок, – давай поедим, а затем мне нужно кое-что сделать.
– Собираешься пригласить Сяо на фестиваль?
– Всё-то ты знаешь, – она посмотрела в небо. Солнце было ещё высоко, – я обещала, что однажды покажу ему Ли Юэ, думаю, лучше времени не сыщешь.
– Но ведь он же выглядит очень броско! Что если его окружат люди? Он же будет очень против!
– А мы проследим, чтобы этого не случилось, – она вновь улыбнулась, подходя к Народному выбору.
– Две порции рисовых пампушек, пожалуйста!
***
Ему снился сон, и в этом сне он был связан по рукам и ногам железными цепями. Раб не испытывает эмоций, ведь они могут отвратить его от Хозяина. Спину раз за разом рассекали хлыстом. Старые шрамы покрывались новыми, а не успевшие срастись раны вновь начинали кровоточить. Рабу нет смысла испытывать что-то кроме боли и страха, потому он лишается своих чувств. Струйки красной, ещё чистой крови стекали по рукам и ногам. Но в глазах было лишь безразличие. За тысячелетие этих пыток, он лишь стал воспринимать их за что-то само собой разумеющееся. Рабу нет смысла разговаривать, ведь его гнилая речь может опорочить хозяина. А потому он лишается языка. Мешающийся во рту обрубок вновь кровоточил. В нос бил запах железа. «Ложь. Это всё ложь» Он медленно открыл глаза. Медленно плыли облака, солнце клонилось на запад. – Снова уснул, – раздражённо прошипел он, поднимаясь с любимой ветки дерева. Фантомная боль всё ещё касалась одиноких шрамов на спине. Сяо поджал уста. Он знал, что его воображение играется с ним, показывая то, что было и преувеличивая его. Ведь бывший хозяин лишь грозился вырвать ему язык, но никогда не выполнял своё обещание. – Трус, – Адепт сцепил зубы от злости и ударил кулаком по дереву. Откуда-то с верхушки разлетелись птицы. – Что со мной творится? – Сяо измученно протёр глаза и оглянулся, наблюдая нет ли по близости людей, которые могли бы застать его в момент такой слабости. И вправду: что с ним творится? Почему в последнее время его чувства, если таковы имелись, словно сошли с ума? С виду спокойный, он не мог угомонить ураган, бушевавший внутри него, особенно когда он рядом с ней... «Сяо, ты здесь?» Сердце пропустило удар. Мгновенно встрепенувшись, он оказался перед ней на всё том же месте на постоялом дворе Ваншу. – Ты сегодня рано, – он скрестил руки на груди, что уже давно вошло у него в привычку. – Я тебя не отвлекаю? – она улыбнулась ему и села на перила. Его взгляд тут же потерял любое безразличие и приобрёл привычное ему спокойствие. – Совершенно нет, – он сел рядом с ней, хоть и избегал любого взгляда ей в глаза. Нельзя было показывать, насколько он рад этой встрече. – Слушай, помнишь, я обещала тебе показать нынешнюю гавань Ли Юэ? – он не смог преодолеть соблазн и лишь на секунду скользнул взглядом по её лицу. – Возможно, – неужели это означает, что она приглашает провести день вместе? – Скоро в Ли Юэ пройдёт фестиваль, и я думаю, что нет времени более подходящего. Что скажешь? – Люди видели меня, я не хочу, чтобы меня узнали, – он был готов согласиться прямо сейчас, но видел в этом проявление слабости, зависимости. И потому хотел как можно больше скрыть это, чтобы у неё не возникло даже мысли... – Я знала, что ты скажешь, – даже в её голосе слышалась эта её вечная тёплая улыбка, которой она одаривала его каждый раз, как видела, – и потому мы просто замаскируем тебя под человека. – Это... – он скривился. Ему претила даже сама мысль о том, чтобы надеть на себя безобразные человеческие одеяния. – Да-да-да, я знаю, ты Адепт, а потому далёк от всего человеческого, – она аккуратно положила ему руку на плечо, – но также я обещала тебе показать гавань, а такой красивой, как во время фестивалей, она не бывает никогда. Просто касание, просто поддержка. Она ничего не имеет в виду... – Ладно, – он поморщился, – но уйду я... – После заката, я знаю, – она улыбнулась, – я рада, что ты согласился. Лёгким движением она обняла его. Как и обычно, он не двинулся в ответ, однако было что-то странное в быстром биении её сердца. Что-то родное, успокаивающее. Что-то, от чего на его щеках появился румянец. – Тогда я позову тебя днём, как покончу с поручениями. – Я буду ждать.***
– Ты уверена, что Сяо это наденет? – спросила Люмин у компаньонши, поднимаясь по длинной лестнице к постоялому двору Ваншу. – У него не будет выбора, – злобно захохотала Паймон, не переставая заглядывать в коробку, – он же пообещал, а обещаний он не нарушает. – Он меня возненавидит, – шутливо вздохнула Люмин, – ты же убрала нашивки о магазине детской одежды, да? – А их надо было убрать? – Паймон! – Ладно-ладно, Паймон просто шутит! – Паймон замотала руками в воздухе, – конечно же убрала. – Если они так и остались, вся вина ляжет на тебя и мне придётся вернуться к старым шуткам про консерву. – Э-э-э! – закричала Паймон, недовольно топая ногой в воздухе, – нет уж, что угодно лучше этого! – Ладно-ладно, я шучу, – тихо засмеялась Люмин, – я знаю, что это тебя обижает. Ты же мой лучший компаньон, я не могу так с тобой поступать. Солнце лишь близилось к зениту, и оттого воздух ещё не успел окончательно прогреться. Прохладный ветер лениво покачивал листья дерева, на котором и возвышался постоялый двор. – Сяо, ты здесь? – уже скорее по привычке позвала его девушка, заходя на террасу. – Здесь, здесь, – он мягко спрыгнул с излюбленной ветки и внимательно посмотрел на неё, – я ждал тебя. – А меня?! – возмущённо выкрикнула Паймон, – Паймон вообще-то тоже к тебе приходит! – Ты всегда с Люмин. Приходит она – приходишь и ты. Нет смысла тебя ждать, – равнодушно пожал он плечами. – Э-э-э-э! – Давайте прекратим это. Всё-таки, сегодня день фестиваля, – и она передала ему коробку. – Я действительно должен это надеть?.. – Ну, если ты не хочешь, чтобы тебя узнали... – Дай мне минуту, – Сяо тяжело вздохнул и тут же исчез. – Ты точно сняла нашивки?.. – тихо шепнула Люмин. – Не сомневайся во мне, – заговорщицки ответила ей Паймон. – Не нравится мне что-то в твоём тоне... Практически сразу появился Сяо, стыдливо закрывающий лицо. – Как они это носят, – буркнул он, убирая руки от лица и поправляя мешающийся воротник. – Как ты нашла подходящую мне по... Размеру вещь? Шёлковая рубашка зелёного цвета с вычурным рисунком облаков, к общему удивлению, пришлась ему как раз по размерам. Рукава как раз идеально закрывали татуировку, но вот пуговицы были застёгнуты неправильно, – Лучше пусть это будет между нами с Паймон, – нервно хихикнула Люмин, вспоминая, как неловко расспрашивала у Чун Юня, где тот покупает одежду и какой у него размер, – но пуговицы ты всё-таки неправильно застегнул. Давай я... – Нет, – он резко отошёл на шаг, но затем опомнился, – прости. Всё ещё не могу привыкнуть. Я едва... – он нахмурил брови, вспоминая какое слово она использовала, – Застегнул эту штуку... – Так мне?.. – Буду благодарен. Аккуратными движениями, лишь бы случайно не коснуться его кожи, она перезастегнула его рубашку. – Готово. А ты боялся. Он поджал губы. – Не нравится мне всё это. – Верю, но ты уже подписался на это. Даже человеческую одежду на себя напялил, а это уже успехи. Может, чуть позже, даже проникнешься современным говором. – На... Напялил? – О чём я и говорю, – она улыбнулась, – пойдём уже. Хотя стоп... Она достала из сумки какую-то странную шляпу и постаралась надеть её на голову Сяо. – Эй, а это ещё зачем? – он уклонился от этого движения. Ему всё ещё не нравилось, когда касались его волос. – Твои волосы тебя выдают, – спокойно объяснила она, – но если ты хочешь привлечь внимание... – Дай сюда, – Адепт забрал у неё шапку и аккуратно надел, – ужасно.***
Странный воротник неприятно натирал горло, а от шляпы создавалось впечатление ужасного дискомфорта. Но он старался не жаловаться, следуя за Люмин по лабиринтам города. – Когда я был тут в последний раз, всё было не так, – проворчал он, спускаясь по очередным ступеням, – зачем же всё так усложнять? – Ты когда-нибудь был в обители Хранителя облаков? – заметно повеселела Люмин, – запутанно и сложно – это у неё. А здесь ещё всё понятно. – К счастью, бывать там не доводилось. Хранитель облаков на тысячелетие младше меня, вот и не пересекались. Вокруг торговцы старались перекричать друг друга, из-за чего на улицах образовался ужасный шум. Кричали и смеялись дети, какой-то неудачливый музыкант пытался играть на цитре, хоть его практически никто и не слышал. Но все дома были украшены фонарями, а к статуе Адепта, выполненной в полный (хотя и в больший сантиметров на 40, чем есть) рост, складывали цветы и подносили еду. – Паймон хочет жареную рыбу-тигра! – прокричала Паймон на ухо Люмин, стараясь перекричать вездесущий хаос. – Конечно, – Люмин кивнула и отсыпала Паймон десяток золотых монеток из кошелька. – Спасибо! – компаньонша прокричала это, улетая. – Так и должно быть, что здесь так громко? – нервно спросил Сяо, и по его напряжённым плечам девушка в сотый раз убедилась в том, насколько тот нелюдим. – Постарайся расслабиться, – она положила руку ему на плечо, – это праздник, и они стараются повеселиться. Это пока что так. О, кстати, там Чжун Ли! – Г-господин тоже здесь? – Сяо нервно оглянулся. Он не должен видеть своего подопечного в таком состоянии, нельзя этого допустить, он же должен быть всегда готов к бою... – Спокойно-спокойно! – Люмин тепло ему улыбнулась, – всё хорошо. Он знает, что ты сюда придёшь и был рад это услышать. Он за тебя беспокоится. Всё хорошо, Сяо. Они медленно проходились мимо наряженных улочек, и практически каждый из жителей приветствовал девушку, приглашая наведаться к нему на чашечку чая, или просто поболтать. – Тебя тут все знают... – Конечно, я же «героиня, спасшая Ли Юэ». – Но тебе памятник не устанавливают. – Была такая перспектива, – засмеялась она, – но я сразу отказалась. По бледному лицу Адепта впервые за долгое время скользнула улыбка. – Э-эй, милашка! – их догнала какая-то высокая женщина с электро глазом бога. – Привет, Лиза, – Люмин улыбнулась ей и легко её приобняла, – всё ещё здесь? – Пока мы не будем на все сто процентов уверены, что Ли Юэ не нужна наша помощь, я останусь здесь. Ордо Фавониус пока направляет сюда всяческие поставки. О, кстати, а кто это с тобой? Наконец поддалась чьим-то чарам, кроме моих? – она тихо хмыкнула, и в зелёных глазах блеснули коварные огоньки. – Это Сяо, он не отсюда, – Люмин вновь положила ему руку на плечо, – я привела его, чтобы показать город. А как дела у вас с Джинн? Сейчас как никогда Сяо хотелось раствориться в воздухе и оказаться на своём уединённом дереве, но он сам согласился на это, да и не хотелось оставлять её одну... Он растерянно глядел на Люмин, молча благодаря её за то, что та сменила тему разговора. Он совершенно не знал, что говорить, ведь опыта общения со смертными на равных у него не было. – Я познакомилась здесь с местным алхимиком, Ин Эр, она пообещала сделать мне парфюм, который мне подойдёт. Думаю, это сможет отвлечь Джинн хоть ненадолго от работы. – Ладно, нам пора. Надеюсь, ты нас простишь. – Конечно, милашка. Только не забывай обо мне, иначе мне придётся о себе напомнить. Отойдя чуть дальше, Сяо непонимающе посмотрел на спутницу. – Это была Лиза, моя подруга из Мондштадта, – девушка едва сдерживала смех, смотря на недоумение с его стороны, – она со всеми так общается, не обращай внимания. – Какие же они странные, – обречённо вздохнул Адепт, – а кто такая Джинн? Она тоже из Мондштадта? Он не знал, откуда у него взялся такой интерес к её кругу общения, откуда взялась какая-то странная надежда, которой не было раньше, и которую нельзя было отнести ни к какой из резонных причин... – Она действующий магистр рыцарей Ордо Фавониус, – объяснила она, надеясь, что он понял, – Лиза – их библиотекарь и по совместительству девушка Джинн. – Девушка? Её? Это... Как рабство? – он искренне не понимал, ведь такие понятия ранее ему были незнакомы. Но он не заметил ошейника у неё на шее, оттого сильно сомневался в собственном предположении. – Нет-нет-нет, – она улыбнулась, – нет, это значит, что они встречаются. В смысле... – Люмин легко покраснела, ведь прежде никому не объясняла подобных вещей, – в смысле они любят друг друга, но ещё не вступили в брак. – А, – Адепт поджал губы. Ему тоже стало неловко, – ещё один вид человеческих отношений... Вы слишком всё усложняете. Казалось, Чжун Ли устал просто сидеть и ждать, и потому поднял руку, подзывая их. – Идём, нас зовёт Чжун Ли, – она отпустила его плечо и уверенным шагом пошла к сидящему за столиком бывшему Архонту. Сяо поспешил за ней. – Уж не думал, что увижу тебя, Дунсяо, в такой одежде, – захохотал Чжун Ли, наконец хорошенько разглядев подопечного. – Это была не моя идея, – проворчал он, вслед за Люмин присаживаясь на плетёный стульчик. – Как раз твоя, – улыбнулась девушка, – ты попросил меня вывести тебя в гавань. – Но не таким... Образом, – он вновь скользнул взглядом по своей одежде и почувствовал жуткий стыд перед господином, – и не в таком виде. – Расслабься, Дунсяо, – улыбнулся Чжун Ли, – у людей сейчас праздник, постарайся проникнуться этим ощущением. Я рад, что Путешественница смогла уговорить тебя на это. Слушай, не хочешь отведать чаю? Местные достигли высокого уровня в искусстве заварки. – На этот раз, надеюсь, у тебя есть мора, Чжун Ли? – насмешливо спросила Люмин, откидываясь на спинку стула. – За меня платит Ритуальное бюро Ваншэн, так что, можно сказать, моры у меня достаточно, чтобы угостить дорогих друзей чашкой чая. Так что скажете? – Будешь? – обратилась к Сяо Люмин, зная, что тот стушуется, ведь не может разговаривать с господином на равных. – Людская еда не имеет вкуса для меня, – он опустил глаза. – В предыдущий раз, как мы пили чай, тебе понравилось. Я закажу и тебе чашечку, – Чжун Ли тепло улыбнулся ему и подозвал торговца. – Подай ещё три чашечки, пожалуйста. Того же. – Конечно, господин Чжун Ли, – улыбнулся он и вернулся к своей лавке. Уже через минуту им были поданы три горячие чашки. – Кэ Цин говорила, что в бюро сейчас полно работы, – потягивая чай, решила завести непринуждённый разговор Люмин, – Ху Тао, должно быть, сияет от счастья. – Да, из-за фестиваля работы полно, – кивнул он, – однако девочка быстро учится и всё реже прибегает к моей помощи, хотя для составления ритуалов ей всё ещё нужна моя консультация. Боюсь, в скором времени я ей вообще не понадоблюсь. Кстати говоря, а как там мой дорогой друг из Мондштадта? – Ты о Венти? – небрежно спросила она, – всё так же. Постоянно пьёт, да играет, разоряет местную винокурню. А, кстати, ещё Эи изменила политику своей вечности. – Да, что-то такое до меня долетало. Вроде бы, указ Сакоку был отменён. – Верно, но это долгая история. – Времени у меня много. Сяо молча пил свой чай, вслушиваясь в их разговор. В отличие от того чая, что ему готовил господин, у этого не было совершенно никакого вкуса. Но его угощает Властелин камня, и выпить он обязан. Люмин небрежно рассказывала о том, как сражалась плечом к плечу с электро архонтом, что была прославлена среди бессмертных благодаря своему владению клинком. Таким будничным тоном рассказывать о битве с существом, наделённым силой богини, наверное, могла только она. – Что-то ты притих, Сяо. У тебя всё в порядке? – Всё хорошо, – спокойно сказал он, отставляя чашку. – Как тебе город? – Странно, – признался он, – тут всё так... Непонятно. Не думаю, что когда-нибудь повторю это. – Скоро Нин Гуан начнёт свою речь, – заметила Люмин, смотря на то, как люди начали стягиваться на площадь, – пойдём, они потом запустят феерверки. – Вы идите, я догоню, – улыбнулся им Чжун Ли. – Конечно. Пробираться сквозь толпу пришлось недолго. На небольшом помосте, сооружённом как раз рядом с тем местом, где девушка продавала Кор Ляпис, уже стояла Нин Гуан, ожидающая сбора людей. Рядом с ней, на стуле сидела ранее увиденная Лиза, Кэ Цин и Гань Юй. Воцарилась тишина, ощущавшаяся странной после шумного хаоса. – Доброго вечера, жители Ли Юэ и наши дорогие гости, – улыбнулась она, – мы рады приветствовать вас на Фестивале долгой ночи – новом ежегодном праздновании Ли Юэ. По толпе прошёлся восторженный шёпот. – Последние пару дней выдались для нас тяжёлыми. Многие из нас потеряли семьи, любимых, друзей в битве с тварями, населявшими наши земли вот уже тысячи лет, со времени окончания Войны Архонтов. И сегодня, в этот день, мы увековечим их память, ведь никто, кто погиб ради спасения своих близких и родины не должен быть забыт. Из кресла поднялась Лиза, подошедшая к Нин Гуан. – Хочу представить вам Лизу Минчи, дипломатического посла из Мондштадта, который так помог нам в этом сражении. – Благодарю Вас, – обратилась она к Нин Гуан, легко улыбаясь, – как вы уже слышали: я исполняю обязанности дипломатического посла, присланного из Мондштадта, чтобы проследить за уровнем безопасности и снабжения Ли Юэ. Иными словами, я здесь, чтобы обеспечить всей доступной нам поддержкой граждан Ли Юэ, многое потерявших в этой тяжёлой битве. Я собственными глазами видела героизм людей, отдавших жизнь в этой нелёгкой борьбе, и я скажу вам одно: мы поможем вам всем, чем сможем. Дальнейшие речи не произвели на Сяо практически никакого впечатления. Все говорили о планах подальшего развития и обороны города на случай повторения, но в нём всё ещё тлел стыд за отступление с поста. – Всё хорошо, Сяо? – тихо спросила у него Люмин. – Да, – солгал он. – Тебя всё ещё съедает стыд, так ведь? От пронзительного взгляда её глаз не укроется ничего, он это чувствовал, и поэтому просто поддался этому. – От тебя невозможно что-либо скрыть, – слабо улыбнулся он. – Тебе очень идёт улыбка, Сяо, – она мягко коснулась его руки. – Я... – его щёки покрыл румянец. – Смотрите! – прокричал какой-то зевака, указывая на небо. Темнеющее небо окрасилось во все возможные цвета. Фейерверки вырисовывали различные формы, а некоторые даже изменяли её. Сяо зачарованно наблюдал за этим зрелищем, ведь, хоть он раньше и видел фейерверки, но эти были особенными. В них было что-то странное, неуловимое... Он почувствовал на себе чужой пристальный взгляд и содрогнулся. Но это оказалась всего лишь она. – Чего смотришь? – спросил он, понимая, что в горле отчего-то пересохло. – Ничего, – солгала она, но краснота её щёк выдавала ложь. «Что же это за чувство?..» – он не понимал. Не понимал, отчего сердце так быстро стучит, отчего щёки начинают гореть... Она что-то сказала, но за оглушительным грохотом фейерверков он не смог расслышать. – Что? – Ничего, – тихо сказала она, отчего-то приблизившись к нему. «Что со мной происходит? Почему я так не хочу уходить?..» Она взяла его за руку, и от этого перехватило дыхание. – Я не хочу уходить, – краснея, признался он, – но мне пора. Я и так непозволительно задержался – Тогда я пойду с тобой. – Уверена?.. Если быть честным с собой, он хотел этого. Хотел провести с ней как можно больше времени, хоть и не до конца понимал (или не хотел понимать) почему. Если же быть откровенным с собой, он был готов пойти за ней куда угодно, лишь бы ещё ненадолго растянуть этот момент спокойствия. Он не понимал, что это за чувства, не осознавал, насколько ослабло его проклятие, но ему это нравилось. Однако это было лишь с ней... – Я уверена. И вновь на его лице появилась слабая улыбка. – Спасибо. Он приблизился и прижал её к себе, растворяя их в воздухе.
