Как твоё имя?

      — Опять…       Опять этот сон. Этот глупый сон, что столько лет заставлял Сяо с дрожью просыпаться и понимать, что на самом деле это не реальность. Что он просто снова уснул, оперевшись на своё копьё. Что этого на самом деле нет…       «Больно».       Перед ним простиралось чистое небо и прозрачная водная гладь, на которой он стоял, словно на стекле. Но с каждым его шагом на воде оставался красный, словно от крови, след.       «Больно».       Из-под воды к нему тянулись руки, пытающиеся ухватить его, не дать пройти дальше и утащить за собой, но Сяо всё время сбрасывал холодные, слабые ладони мертвецов, как только они касались его сапог.       — Убийца…       — Монстр.       — Чудовище!       Сяо бежал, не оборачиваясь, но стоны убитых им людей настигали его, роились в голове и не давали сконцентрироваться, замещая его собственные мысли. Грудную клетку сжимало болью, дышать было просто невозможно.       «Опять… Как больно».       А их становилось больше. Они выбирались из воды, цепляясь за его одежду, а Сяо даже не мог ничего сделать.       — Крови… Дай нам крови.       Сгнившие лица, что раньше были живыми, нормальными, выглядывали из воды и пугали. Их склизкая, струпчатая кожа касалась шёлкового одеяния, отчего оно пропитывалось пахнущей железом кровью.       Этот запах ударил в нос, заставив выдохнуть весь запас кислорода, что был в лёгких. Страшно. Было страшно настолько, что невозможно было пошевелиться. Их пальцы впивались в его кожу, ползли выше, утягивали…       «Сяо».       — А? — картинка на секунду замерла, словно её поставили на паузу.       «Сяо, проснись… Проснись, это лишь сон».       Сяо распахнул глаза, осознав, что оказался в объятиях Люмин, которая вновь застала его спящим, оперевшимся на копьё.       — Опять уснул, — её нежный, ласковый голос заставил Сяо внутренне содрогнуться, — я же просила: захочешь поспать — жетон у тебя есть. Приходи ко мне.        «Почему я ничего не помню?» — спрашивал себя Адепт, осматриваясь по сторонам: раннее утро, в руках знакомое нефритовое копьё, а вокруг жёлтая трава и горы. Бледное, только начавшее желтеть небо и тёплое тело, что так неожиданно оказалось рядом…       Утренний воздух приятно холодил кожу, дышалось легко, как никогда. Ещё и она, стоящая рядом, мягкая ладонь, касающаяся выреза на его лопатках. Этот приятный, цветочный запах, что можно почувствовать лишь находясь рядом с ней, и это ощущение, когда от касания тёплой ладони по коже проходятся мурашки…       — Что с тобой? Ты какой-то рассеянный, — Люмин коснулась его щеки и тепло улыбнулась, по-родному, как делала это раньше.       — Где мы? — тихо спросил у неё Сяо, понимая, что с каждой секундой этот вопрос становится всё менее значимым для него.       — Тебя настолько выбил из колеи этот сон? — заботливый взгляд и Сяо уже практически забыл обо всех своих переживаниях.       — Нет… Просто, наверное, до конца не проснулся, — пробормотал он, на что Люмин косо улыбнулась.       — Тогда, может, мне помочь тебе с этим? — она медленно приблизилась, и не успел Сяо ничего сказать, как их губы встретились в поцелуе.       Нефритовое копьё с мягким стуком упало на траву, а щёки залились краской, всё было как тогда, как впервые… Только Люмин, похоже, набралась уверенности, оставалось только поддаться ей, поддаться дрожанию тела и странному чувству, будоражащему нутро.       — Я люблю тебя, — дрожащим голосом прошептал он, судорожно сглотнув, — архонты, я… Я люблю тебя.       — Я знаю, Сяо, — мягкий поцелуй пришёлся по его щеке, — я тоже тебя люблю. Пойдём.       Лишь этих слов хватило, чтобы заставить его забыть о странном чувстве нереальности происходящего. Ведь даже если это всё иллюзия, он бы предпочёл остаться здесь, чтобы это всё никогда не заканчивалось.       Снова сражаться с ней плечом к плечу оказалось намного приятнее, чем он думал. Бродя вместе по окрестностям и разрушая лагеря хиличурлов, Сяо чувствовал себя, словно разминает затёкшие мышцы. Будто не сражался очень давно, как бы не противоречило это его природе.       — Люмин, — решил поинтересоваться он, пока она собирала упавшие маски хиличурлов, — когда ты отбываешь в Сумеру?       — Сумеру? — удивилась она, — но я же только что оттуда.       — Нет, ты… Разве? — в голове вдруг всплыли осколки воспоминаний, но общая картина всё равно никак не могла восстановиться.       Он нахмурился, пытаясь собрать всё воедино, но смутные детали разговоров, что, вроде как были раньше, никак не хотели обрести чёткие очертания. Создавалось ощущение, что он пытается собрать мозаику по неподходящим кусочкам.       — Сяо, с тобой точно всё в порядке?.. — вновь этот взволнованный тон, который уже стал для него привычным.       «Нет, не стоит… Почему ты беспокоишься обо мне, если всё в порядке?», — Сяо подошёл к ней и неуверенно положил ей руку на плечо. Она всегда так делала, давая знать, что рядом.       — Со мной всё хорошо, — для него непривычно было улыбаться, но с ней это выходило само собой, — просто… Не знаю. Всё как в тумане. Будто сон.       — Но всё по-настоящему, — улыбнулась она, вновь касаясь его щеки, — ты же знаешь… Я месяц пробыла в Сумеру, мы толком даже не говорили из-за того, что я уставала, но сейчас я рядом, а ты ведёшь себя так, будто этой разлуки и не было… Я скучала.       — Да… Знаю, — солгал он, отворачиваясь.       — Ты не можешь избавиться от этого чувства, верно? — Люмин развернула его лицо к себе, отчего по затылку прошлись мурашки, — Сяо, скажи мне, если…       Она что-то говорила, но Сяо уже не слышал. Воспоминания словно окунули его в ледяную воду, из-под которой не было слышно ничего, что происходит снаружи. Вот снова ночь, он на террасе постоялого двора «Ваншу», а вот Люмин рядом. Но там она была задумчивой, её голос дрожал…       И она ни словом не обмолвилась о том, что произошло чуть раньше. Сяо вспомнил о своих словах, своём… Проступке.       «Я люблю тебя, почему ты ничего не говоришь? Почему ты не отвечаешь? Ты жалеешь об этом? Должен ли я что-нибудь сказать?» — спрашивал он себя, но сразу находился с ответами.       «Потому что она не может меня любить. Я недостоин её любви. Она говорила, отвечала, а сейчас… Сейчас не скажет ни слова, потому что жалеет. Если спрошу, сделаю ещё хуже. Всё и так очевидно».       Сяо даже не заметил, как отошёл на пару шагов назад. В ушах шумело, он не разбирал вопросов, что ему задавали. Глаза застилала пелена.       — Сяо! — наконец голос Люмин настиг его, но он лишь смотрел на свои руки, а вернее на пропитанные кровью перчатки.       — Почему?.. — тихо спросил он.       «Почему?..»       — Сяо! Что происходит? — она волновалась, но сквозь пелену Сяо сумел разглядеть фальшь, которым были пропитаны все её эмоции.       — Ты… Это ведь всё сон, да? — тихо спросил он, заставив Люмин опешить, — просто… Хороший сон. Ты же на самом деле… — он не закончил. Вернее, не дал ему это сделать ком в горле.       «Даже несмотря на то, что говорила… Ты же на самом деле не можешь меня любить, верно?»       — Сяо, нет! Какой сон? — девушка искренне недоумевала, пытаясь приблизиться, но тот лишь делал шаги назад.       — Просто сон… Я же знаю.       — Нет, Сяо!..       — Когда ты была в Сумеру, что происходило? Как звали Архонта, которого ты встретила? — потребовал он, всё ещё надеясь, что ошибается.       — Сяо, я…       — Ответь мне, — взмолился он, всё ещё не отпуская надежды, — как звали Архонта?       Но Люмин молчала, не найдя слов, и это стало для него лучшим ответом, чем что-либо ещё.       — Я понятия не имею, как зовут ныне живущего Архонта, — сломанным голосом прошептал он, — всё, что я знаю, так это то, что Руккхадевата мертва. Ты бы не сказала её имя. Ты знаешь только то, что и я.       Она всё ещё молчала, застигнутая врасплох такой внезапной переменой его настроения. На её светлом лице читалось недоумение, а руки судорожно сжимали подол платья.       — Какой же глупый сон, — выругался он, словно после этого Люмин сможет дать ему все ответы, — какая глупость… Ничтожно.       — Если это сон… Тогда тебе не понравится то, что ты увидишь, когда проснёшься, — и вот она уже совершенно спокойна, словно ничего и не произошло. Холодный взгляд родных глаз, и Сяо снова пятится назад.       — О чём ты? — аккуратно спросил он, словно в любую секунду она выхватит меч и ему придётся принять бой.       — Проснись и узнаешь.       Сяо вновь распахнул глаза, вырвавшись из сна. Прилипшая к спине накрахмаленная простынь неприятно упала обратно на кровать. Пусть в маленькой комнате было холодно, но он чувствовал, что весь мокрый от пота.       — Сон… Просто сон, — Сяо лицо руками, ругая себя за такое сильное желание вернуться обратно.       Сяо осмотрелся: глубокая ночь, а он находится в комнате, выделенной ему на постоялом дворе «Ваншу».       — Какого… — аккуратным движением он встал с кровати, но тут же рухнул ниц. Чертыхаясь, он растирал затёкшие ноги, в которые будто вонзались тонкие иглы.       «Сколько же я здесь пролежал?» — недоумевал он, осматривая своё тело: на животе виднелся новый шрам, причём довольно большой.       — Что за?.. — Сяо коснулся шрама, что на вид уже был довольно старым, — несколько… Дней?.. Почему я ничего не помню?       Тело ломило от слабости, а в голове гудело. Сцепив зубы, Сяо поднялся на ноги, и тут же ухватился за стену, чтобы не упасть. В глазах потемнело, а тишину разодрал звон, появившийся у него в ушах.       — Вот же ж… — прошептал он, — какого чёрта происходит?       «Убийца…»       «Монстр»       «Чудовище!»       Снова их пронзительные голоса, что раздавались в его голове. Они кричали, рыдали, хватали бестелесными руками за каждую часть его тела и пытались утащить за собой.       Голые руки, что только что были чистыми, оказались вымазанными в крови. Теперь он всё помнит.       — Нет! — его будто ударили под дых, из лёгких разом вышибло весь воздух, — нет-нет… Этого же не может быть. Это просто сон, разве нет?       Но воспоминания неумолимо прокручивались в голове: неудачная попытка спасти его, обернувшаяся его собственным гневом. Она просила его успокоиться, но он не слушал, не мог послушать… Не смог сбежать.       Руки, двигающиеся сами по себе. Удары, что он не мог перестать наносить. Не имея в руках копья, он раздирал чужую плоть зубами, всё, что его волновало — собственная ярость.       — Нет… Она же сильнее, я не мог…       Но воспоминания говорили об обратном: бессознательное тело, от которого его отбросило, везде кровь, чужая кровь. Он хотел убить её, он жаждал этого. Что-то кричал господин. Конечно, он же знал, что в обычное время никакому Архонту не по силам справиться с Путешественницей.       — Не может быть, нет…       «Найти. Нужно найти её».       Он не верил. Никому не по силам убить Люмин, он знал это. Ни одно знакомое ему существо не было на это способно. Это было просто невозможно.       Непослушными руками Сяо пошарился по штанам, наконец найдя, что искал: деревянный жетон, что случил допуском к её обители.       — Пожалуйста, — прошептал он сжал его в руке, зажмурив глаза…       Но ничего не произошло.       — Нет, нет, нет… — в бреду шептал он, натягивая на себя остатки одеяния, что аккуратной стопкой были сложены на тумбе. Вот ожерелье с наконечником копья, вытащенного в одной из битв, вот нефритовая подвеска, что вешалась на шлейф…       «Нет, нет…»       Глаз бога загорелся на его запястье, но камень оказался треснут. Уставившись на эту трещину, Сяо не мог в это поверить. Глаза бога никогда не трескаются, они просто гаснут. Разве что…       «Этого не может быть»       Стихия поддалась ему, помогла переместиться, не затрачивая много усилий. Гавань Ли Юэ встретила его обыкновенным умиротворением и сонным галдежом лавочников, что работали все сутки. Казалось, никто не заметил внезапного появления странного человека. Так, будто он был лишь призраком.       Сердце бешено колотилось, с каждой секундой он всё больше в это верил, но отрицал, как мог. «Она сильнее», «она не допустила бы такого». «Она не могла так глупо пасть, когда впереди всё путешествие».       В панике хотелось бегать вокруг, окликать каждого прохожего, спрашивать о ней: «светловолосая Путешественница, вы называете её Люцией... Где она, что с ней?». Но, к счастью, решение пришло быстрее, чем он начал осуществлять это.       «Господин… Нужно найти его», — вдруг сообразил Сяо. Точно, у него всегда были ответы на все вопросы, а его мудрость не знала границ. Он всегда всё знал, всегда находил решения. Он должен сказать, что это всё неправда.       Маленький дворик ритуального бюро, куда устроился господин. В окнах не горел свет, а дверь оказалась закрытой, но даже это его не остановило. Очередное перемещение, и он уже внутри.       Тёмная прихожая, пропахшая благовониями, дальше длинный коридор, оранжевые ковры и столько торшеров. Но это место всё равно пахло смертью, сколько его не обставляй. Хотя также оно было переполнено традициями и культурой Ли Юэ. Этого у него отнять было нельзя.       Шаг, второй, и Сяо уже не знал, куда себя деть от страха. Так далеко сюда он ещё не заходил, пусть однажды и пришёл на зов господина.       — Где же, где же?.. — шептал он, продвигаясь вглубь незнакомого коридора. Ему нужно было лишь два слова, два заветных слова, и это успокоило бы его душу. Заставило бы уйти ком в горле и желание кричать, заставило бы руки перестать дрожать.       — Кто здесь?! — хозяйка ритуального бюро, в одном домашнем халате, вышла из одних из дверей, держа наготове красное копьё. Но, увидев Сяо, она опустила оружие. — а-а-а, это всего лишь ты. Ищешь господина Чжун Ли?       Сяо кивнул, на что Ху Тао отбросила копьё в сторону, чтобы оно растворилось в воздухе.        — Он предупреждал меня, что ты можешь рано или поздно прийти, — она указала на одну из дверей, чуть дальше, — вон там. Он весь в работе, благодаря тебе нам поступил крупный заказ…       — Заткнись, — это вышло громче и резче, чем ожидалось. Но его всего колотило от страха и злости на эту девчушку из-за подобных неаккуратных слов. Не дожидаясь ответа, он направился к указанной двери.       «Больно».       Каждый шаг, приближающий его к ответу, давался тяжелее предыдущего. Было ощущение, что сейчас что-то будет, но тлеющая с каждой секундой надежда всё ещё не покидала его.       Наконец он встал напротив двери, путь до которой, казалось, занял у Сяо целую вечность. Сбившееся дыхание, биение сердца отдаётся в ушах, и вот…       — Входи, — не успел Сяо постучать, как его уже приглашают.       Отворив дверь, он аккуратно перешагнул деревянный порог, встав напротив господина. Тот весь был в работе: на столе лежала кипа бумаг, рядом несколько огарков и одна новая свеча.       — Я ничего не помню, — захлопнув за собой дверь, протарабанил Сяо, — Лю… Путешественница, что с ней?       А Чжун Ли молча подвёлся с кресла. На вечно молодом лице сейчас читалась сильная усталость, будто он разом постарел на несколько лет. Тёмные мешки под глазами, грустный взгляд, и последние надежды улетучивались.       — Она же не… Я же не?.. — выговорить это до конца было невозможно. Сяо знал: если он скажет это вслух, то это действительно станет правдой.       Короткий жест в сторону соседней двери, и Сяо пошёл за господином. Ватные ноги не хотели нести его, он не хотел видеть, что находится за этой дверью. Потому что знал: будет больно.       Но дверь неумолимо распахнулась, открыв взору маленькую комнатку с гробом посередине.       «Нет…»       — Сегодня утром… Должна состояться церемония прощания, — Чжун Ли что-то говорил, но Сяо уже не слушал, медленно подходя к деревянному ящику.       «Нет, нет…»       Обложенный белыми лилиями гроб и тонущее в них хрупкое тело, всё в том же странном белом платье. На её лице застыло умиротворение, а руки, сложенные на груди, держали два окаменевших цветка, что всегда были в её волосах.       — Нет… Нет, нет…       Этого ведь просто не могло быть. Люмин, которую он знает, которую любит, не могла так просто умереть. На её теле не было шрамов, она выходила из каждой битвы сухой. Его Люмин не могла оказаться в такой ситуации.       «Если бы я мог, я бы ушёл вместо неё».       — Я не… Она не…       — Это сделал ты.       С глухим стуком Сяо упал на колени. Перед глазами оставалось её белое, умиротворённое лицо, которое больее никогда не озарит улыбка.       «Я тоже… Люблю тебя, Сяо». Сказанные когда-то, в прошлой жизни слова сейчас вспоминались с болью. Он смотрел на собственные руки, забравшие эту жизнь. Глаза жгли, но слёз не было.       — Сяо… — господин что-то говорил, но он не мог, не хотел этого слышать. То, что хотел узнать, Сяо уже получил.       — Убейте меня. Сейчас, — тихо прошептал он настолько сломанным голосом, что разобрать что-то становилось тяжело, — прошу…       «Если бы её поглотила тьма, я бы ушёл вместе с ней».       — Жизнь с этим станет тебе достаточным наказанием, — холодный, поучительный голос, и Сяо уже не мог с собой совладать. Он исчез, растворившись в чёрно-зелёной дымке, даже не зная, куда направляется.       Тёмный лес, укромное от нежданных гостей место радушно приняло его в свои объятия. Воздух, заполненный влажным, хвойным запахом разразился от истошного крика, который Сяо уже сдержать не мог.       Убийца, проживший тысячи лет…       Монстр, потерявший всех, кто когда-либо был ему дорог.       Чудовище, убившее первое в мире существо, что искренне, по своему желанию его полюбило.       — Теперь ты тоже придёшь ко мне во снах, да? — искривлённое болью лицо на секунду озарила мученическая улыбка, — я же убил тебя… Все, кого я убил, приходят...       «Но что мне делать, если причиной, по которой она ушла стал я?»