Лето со вкусом клубничного ассорти

«Каждый день стал лучше, а чужие слова испарялись из головы,

Всё-таки.. оставаться на крыше настолько долго было плохой идеей. Счёт времени потерялся, скрываясь где-то за горизонтом. Без малейшего намека хоть на небольшой ветерок, погода решила спалить их заживо. Солнечные лучи были везде, опаляя своей обжигающей температурой. Обе были донельзя уверенными: на градусов сорок они точно нарвались. Крупные капли пота безостановочно сбегали со лба. Мозг отключился, даруя секундное, но всё же расслабление. Хоть так. Сознание отказывалось функционировать в нужную меру, а речь..слова плавились вместе с ними. Продолжать разговоры стало невыносимо тяжело, да и так неохотно. Однако, что Хван, что Шин, сидели неподвижно, будто притворились мраморными фигурками. С губ то одной, то другой, время от времени слетали одиночные вздохи. Да и те казались для них чересчур громкими. Но точно не громче бушующих мыслей в голове. Повинуясь моменту обе откинулись на скромном старом диване, продолжая искать глазами новые объекты для изучения. Жаль, что от себя не убежишь, конечно, и ты никогда не спрячешься от собственного разума. Всё было почти отлично, пока в голове не всплыли воспоминания. Это место нагоняло тоску и Хван отлично понимала почему. А ведь Черён любила приключения... — Пойдём! Не будь душнилой, а! — А если нас поймают? Ты подумала что тогда? — Плевать. Смотреть куда угодно - только не на друг друга. Кажется, сейчас Рюджин считает всё по глазам. Её поймают с поличным. Она прекрасно понимала, что может легко спугнуть такое мгновение своими глупыми загонами и больше никогда его не вернуть. Лишь красивая девушка рядом заглушала дискомфорт, и то не полностью. Не хватало алкоголя - этот факт оспорить она не смела. Да и что там, все живущие внутри бесы были только за. До дома они еле как добрались. Вернуться обратно в своё гнёздышко было хорошо. Слишком. Возможно комнатная прохлада поможет разогнать туман внезапно поселившийся в ней. Благо, что те дети, у которых Шин украла мороженое, разошлись по домам, иначе им бы пришлось остаться среди многочисленных ступеней ещё надолго, разбираясь с родителями пострадавших. Этого она бы не выдержала. Хорошо, что всё обошлось. Раньше было лучше. Сейчас радость приносит банальное нахождение у себя дома, а что будет потом? Лет через десять, например. Умереть за плитой не такая уж и прекрасная перспектива. Подобный расклад событий будущего побуждал мурашки разбежаться по всему телу. Нужно занять себя чем-нибудь. С горем пополам разогнав все мысли об этом, и вообще об остальном другом, Йеджи лениво побрела на кухню. Очистить голову до конца не удалось, а самое что ужасное - на это требовалась энергия. Силы иссякли. Хотелось лежать и ничего не делать. Возможно, лежать и наблюдать за Рюджин.. но всё же лежать. Толком то, что одна, что другая ничего путного за сегодня не сделала. Кражу мороженого и пробежку по этажам, подвигами она не считала уж точно, да только усталость внезапно появилась, видимо образовавшись из душного воздуха на улице. — Что будем делать? – вопрос Шин невинно врезался в атмосферу. Та уселась на диван, выжидающе глядя прямо в глаза. На какой ответ она надеялась? — Ну.. – Хван сделала жадный глоток только что налитой в стакан воды. Жидкость потекла по подбородку, – Встретимся с компанией Чана конечно, – стыдливо вытирая капли, наконец ответила. — До восьми вечера ещё.. - девушка взглянула на настенные часы, - ещё около пяти часов, если я не ошибаюсь. — Тогда.. Просто посидим? - это всё на что хватило бедной фантазии. А чего Рюджин, собственно, ждала? Поминутного плана? На такое она не способна. Планирование дня никогда не входило в привычку. На что они потратили целых полдня? Шин посмотрела на Йеджи, будто говоря: "Что? Ты реально собралась просто сидеть и ждать?", а затем уставилась на стену, в глубоких, как может показаться, раздумьях. Допив стакан, Хван решила сделать первое, что пришло в голову - почитать. Подойдя к стеллажу справа, Йеджи схватила первый попавшийся под руку том. Мельком взглянув на книгу, взору открылась чёрно-фиолетовая обложка и надпись сверху: "Астрономия. Расширенный курс". Отлично. Йеджи села в кресло и поудобнее устроившись, уставилась в страницы где-то в середине, вперив прищуренные глаза в буквы. Наверное, правда читала. — Астрономия? Увлекаешься? – Рюджин наконец-то нашла причину появления плакатов со Вселенной на стене в спальне. Она правда думала об этом. Всё же были интересно узнать Хван поближе. Может быть чуть позже она попросит Йеджи почитать. Или нет... Зачем это надо? Но раз Йеджи нашла эту тему занимательной, то почему нет..? — Угу, – тихо подтвердила та. — Я тогда пройдусь, пожалуй, раз ты занята. — Давай, – отстранённо ответила Хван.

***

Квартира Йеджи не светила дорогой мебелью, искусным интерьером или обширной площадью. Здесь все было просто и.. по делу. В основном. Если случайно забрести в спальню, можно знатно удивиться. Эта комната отличалась ото всех: в ней было неимоверно много вещей. Но все эти безделушки не дарили чувства захламлённости, а наоборот - вносили уют, свою неповторимую атмосферу и как-то особенно раскрывали своего хозяина. Спальня Йеджи, для гостьи, до сих пор являлась загадкой. Да, она тут спала, но ничего более. Кроме того, Рюджин каждый день думала о том, что же Хван тут хранит. Разрешения у Шин не было, да вот только любопытство лилось через край. Может она пожалеет об этом, но когда, если не сейчас? Обведя коротким взглядом небольших размеров комнату, внимание Рюджин, в первую очередь заинтересовали полки над столом. Какой бы бесстрашной она сама для себя не казалась, шарить по ящикам и шкафам - подобно настоящему вору. Наверное, это личное. А вот полки..что там, их увидят абсолютно все, стоит только зайти. Так что посмотреть там, не казалось сильным преступлением. На самом столе аккуратно расставлены кое-какие книги, образовывая внушительные ряды. Скучно. Тот самый брелок висел на настольной лампе, кружась из стороны в сторону. В углу рабочего места расположились оставшиеся фотографии с полароида. Выдвижной ящик был единственным, по длине всего стола. Невесомо очертив всё это пальцами, Шин стала рассматривать стену спереди. Бежевые светлые обои украшало множество фотографий. Создавая своеобразный коллаж, там висели: пейзажи природы, рассветы и закаты, фотографии кофе, мармелада, кучи значков, открыток. Выглядело это слишком красиво. И Хван, стоит заметить, имела вкус, потому что все картинки прекрасно гармонировали и даже в кои то веке дополняли друг дружку. Этот угол выглядел слишком личным и каким-то запретным, так что долго зацикливаться на нем Рюджин не стала. Чуть выше фотографий висели две прямоугольные белые полки, и не было на них живого места. Всюду расставлены коллекционные фигурки, старые кассеты с фильмами, пару браслетов, странная коробочка с чёрным бантом сверху, упаковки от жвачек, пеналы, вновь неизвестные толстые книжки и главное: игрушка в виде клубники. Шин улыбнулась, заметив любимый атрибут Хван. К великому сожалению игрушка находилась в самой чаще раскиданных вещей, но девушку это ничуть не смутило. Она потянулась за вещицей, стараясь ничего не задеть. Вот Рюджин схватила клубнику и собиралась вернуть руку обратно - послышался шум.. — Ой.. – это неловкий и тихий испуг и грохот свалившегося на пол романа заставил Хван действительно забеспокоиться. Йеджи мигом появилась возле девушки, замечая на полу открытую коробку, из которой на пол рассыпалось всё содержимое. Рядом лежала крышка с чёрным бантом. Открытые письма, конверты, наклейки - очень странный набор, почему то скрывшийся отдельно от других предметов. Наполнение ничем не отличалось от обычного хлама, но видно: этим хламом Хван сильно дорожила. Не прошло и секунды, как Йеджи молниеносно присела и принялась собирать бумаги образовывая огромную кучу в руках. — Чёрт.. – прошептала ругательство Хван. Рюджин положила игрушку на стол, решаясь помочь. В конце концов: её рук дело. Девушка начала собирать то, что залетело под комод. Попадалось всё, и до некоторых пор она даже не обращала внимания, пока не наткнулась на чью-то фотографию. Девушка с бордово-рыжими волосами сидела на подоконнике, обнимая такую же плюшевую клубнику. Она была в лёгком розовом цветочном платье с короткими рукавами-фонариками. Платье сидело на ней как влитое, обнажая плечи и ярко выделяющиеся ключицы. На ногах белые стандартные кроссовки на невысокой подошве. Рюджин не один раз замечала подобные на Йеджи... На фоне пыльно розового неба за окном, незнакомка прямо таки сияла. Лицо украшала белозубая улыбка, что светила не хуже восходящего позади солнца. Живое освещение придавало загадочности и ничуть не портило общую картину: наличие искусственного света наверняка испортило бы фото. В целом композиция выглядела мило, и даже как-то более чем чувственно. — Кто это? — Не твоё дело, – резко выплюнула Йеджи, тут же пытаясь забрать фотографию. — Но... — Дай сюда! – Хван буквально вырвала снимок из рук гостьи. Шин была озадачена. Почему это так взбесило хозяйку квартиры? Пока Йеджи пыталась засунуть обратно в коробку другие фотографии и прочие вещи, Рюджин наткнулась на маленькую записку, свёрнутую в квадратик. Мысль, пробежавшая в голове Шин казалась неправильной. Но всё же, интерес брал верх. Девушка быстрыми движениями спрятала бумажку в ладони, после приблизившись к карману и оставив её там. Медленно взглянув на Хван, она выдохнула – хозяйка ничего не заметила. Всё-таки, опыт необходимой кражи купюр прямо перед носом у родителей, пригодился хоть где-то. Но больное воспоминание, которое отпечаталось шрамом на левом запястье, на пару секунд мелькнуло перед глазами. «Рюджин! Что это такое?! Откуда у тебя наши деньги? Мерзавка!» - Рюджин передёрнуло. — Отдай и это, – уже менее злой, но не менее раздраженный голос пронёсся рядом. Похоже, Йеджи заметила пропажу записки... Как же будет стыдно. Сердце забилось чаще, перед тем, как Рюджин открыла глаза, вопросительно смотря на девушку. — Отдай это письмо, – Хван потянулась к конверту в руках гостьи, про который вторая забыла. Пронесло. Шин молча отдала последнюю вещь и Йеджи, наконец выдохнув, закрыла коробку и встала. Она медленно отправилась в сторону тумбочки, открывая её и укладывая туда буквально своё "сокровище". Послышался тяжёлый вздох, а после Хван отправилась в другую комнату. — Может.. ты хочешь поговорить на эту тему? – последовав за хозяйкой убежища от погоды на кухню, аккуратно спросила Рюджин. — Я не хочу ворошить прошлое, – сухо ответила Йеджи, беря из корзинки на столешнице зелёное яблоко. — Мм.. – промычала Шин. Следить за действиями Хван было немного забавно – видимо поток злости не слишком угасал, а яблоко плохо разрезалось ножом. Хотелось тут же подбежать и помочь девушке, но что-то отдёрнуло Шин. — Если это была твоя девушка или подруга, то она дура, потому что бросила тебя, – мягко произнесла Рюджин, пытаясь говорить как можно сострадательней. — Не смей так говорить, – вырвалось резко из Хван, после последовал громкий удар ножом по яблоку, а с ним и шипение, – Чёрт.. Теперь-то - подбежать действительно стоило. Картина была не из лучших: расколотое пополам яблоко, на котором красовались пару капель бордовой крови и нож, с оставшимися каплями. Переведя взгляд на палец Йеджи, Рюджин смогла увидеть небольшой порез – не так уж страшно, но обработать нужно было во избежании плохих последствий. — Пошли в ванную, – Шин потянула девушку за здоровую руку, выслушивая разные бормотания: "Не смей так говорить. Ты не смеешь так говорить про неё" Находясь уже в знакомой комнате, с помощью "огромной" помощью Хван, Рюджин нашла что-то наподобие аптечки. Во время всей процедуры, Йеджи продолжала смотреть на гостью исподлобья, иногда шипя из-за временной боли. — Вот и всё, – прилепив пластырь на палец, сказала Шин. Девушка рядом молчала. Хозяйка явно не собиралась выдавливать из себя и короткое "Спасибо". Вместо этого на её лице была ярко выраженная обида, точно как детская. И правда, посмотрев на Хван со стороны, можно было увидеть ребёнка, который надулся из-за сказанных слов. — Ну прости... — Ты не смеешь так говорить. – Йеджи только эти слова знает? — Я не смею так говорить. Извини, – угрюмо опустила взгляд Шин. Всё же.. она ляпнула лишнего. Нужно было подумать сначала. Тишина продолжилась. Терпение Рюджин уже заканчивалось, а сострадание испарилось в первую же минуту молчания. — Ну чего ты дуешься? Ты тоже хороша. Накричала на меня! – девушка забрала время обиды на себя. Взгляд Хван смягчился. Но ответа и извинений не последовало. — Значит так? Ладно, – Шин отправилась на выход из комнаты. Но вот только чужая рука в последнюю секунду схватила её за запястье. — Прости... Я.. Я не знаю что на меня нашло. Обычно я не злюсь, но в этот раз... Это серьёзная и больная тема для меня.. Понимаешь, что иногда ты не хочешь рассказывать всё.. — Незнакомке? – усмехнулась Рюджин, увидев неуверенный кивок, – Йеджи, послушай.. Если для тебя это действительно больная тема, то ты не обязана мне говорить. Как только захочешь, мы можем всё вместе обсудить, разобрать и я в любом случае поддержу тебя. Я всегда буду поддерживать тебя, – мягко улыбнулась девушка, после поглаживая руку Хван. — Спасибо и.. прости, – в глаза смотреть не хотелось, поэтому взгляд Йеджи был опущен на их руки. Взяв за руку Шин, она покачивала сплетёнными пальцами туда-сюда, наконец показав свою улыбку. Но в один момент улыбка спала с её лица. Шин с испугом уставилась на Хван. Что-то подсказывало рассоединить руки, дабы избежать лишних вопросов. Возможно, хозяйка квартиры заметила тот самый шрам на запястье, который Рюджин всё это время скрывала под браслетом, но в этот раз – "украшения" на руке не было, видимо отцепился где-то на лестнице, когда девушка цеплялась за перила. — Я пойду отдохну на кровати.. – резко выскочила из ванной Шин. Рассказывать свою историю жизни было не вовремя. — А как насчёт клубничного чая? – вопрос заставил Рюджин улыбнуться. — В такую жару? — Ну, как хочешь. — Уже иду! Посиделки с чаем были действительно любовью Шин, мысли которой сейчас были забиты той девушкой с фотографии. А Хван можно было чуть больше полюбоваться напротив сидящей девушкой, размышляя о том, что она постоянно прятала левое запястье под стол. Ну... у каждого свои секреты.

но сможет ли другой человек полностью защитить её от ужасного мира?»